Солнце уже село.

Я поужинал, принял ванну, и последнее дело, которое оставалось у меня перед отходом ко сну, — это ночной разговор с малышкой Гоггору. В последние несколько дней мы каждую ночь сидели рядышком на краешке моей кровати и говорили обо всём, о чём она только желала.

Изначально она потребовала, чтобы мы сидели рядышком, аргументировав это тем, что если мы будем сидеть друг напротив друга, то я не смогу думать ни о чём другом, кроме как о разных развратных вещах. Я же, наоборот, считаю, что именно из-за того, что мы сидим в такой близости, меня и посещают сейчас с особой силой различные фантазии, где малышка Гоггору играет главную роль.

Мы сидим рядышком на моей постели и разговариваем обо всём что приходит в голову. Наш непринуждённый разговор протекал абсолютно спокойно, как вдруг малышка Гоггору сказала нечто такое, что сразу меня заинтересовало.

Она внезапно завела речь о мальчике Пи. И заявила, что мальчик Пи мне врёт.

— Что правда, хочешь сказать, господин Пикок мне солгал? — удивился я.

— Да. — Малышка Гоггору твёрдо кивнула.

Малышка Гоггору с мальчиком Пи виделись всего пару раз. Наверное, она что-то прочитала в его разуме при одной из встреч. Скорей всего, это произошло, когда мы наткнулись на мальчика Пи в подземелье.

— Берегись его…

— Хорошо. Спасибо за предупреждение.

Раньше в Королевской академии Каллиса малышка Гоггору советовала мне быть осторожнее с Софи, а теперь предупреждает остерегаться мальчика Пи. Это весьма необычно для малышки Гоггору — вести такие речи, как правило, она помалкивает о том, что ей удалось узнать благодаря своему дару чтения мыслей.

— В тех подземельях очень плохие вещи.

Плохие вещи?

Звучит зловеще.

— А эти плохие вещи как-то связаны с господином Пикоком?

— Возможно…

Мне сразу наша встреча там показалась подозрительной.

Я ещё тогда подумал: что-то тут не так.

Оказывается, я был прав.

— Тогда, думаю, нам лучше забыть про эти подземелья и про всё что с ними связано.

— Почему?

— Даже у самого честного человека есть как минимум один секрет, о котором никто не должен знать. И потом, мы договорились, что о чужих мыслях ты ничего мне не рассказываешь, а значит, я ничего не слышал. Мы здесь с дипломатической миссией, нам следует сосредоточиться на этой работе и поменьше отвлекаться на посторонние дела.

Мальчик Пи очень влиятельный человек, у него тесные контакты с профессором Басом, одним из членов высшей власти в Академгородке. Предъявить мальчику Пи какие-либо бездоказательные обвинения никак нельзя. Иначе разразится международный конфликт, который я один не смогу урегулировать. И подставлю своих вышестоящих.

Я здесь выступаю в качестве представителя сэра Ричарда и всего альянса Фитц-Кларенс.

— Это опасно…

— Не волнуйся, я смогу себя защитить, в этом мире мне мало что может угрожать. И о твоём даре чтения мыслей никому не должно стать известно, иначе общество тебя отвергнет.

Мы ведь не на Тёмном Континенте. Это обычный город, где живут люди. Что бы там ни планировал мальчик Пи, если только он не мутит какие-то дела со стаей Красных Драконов или не готовит какой-нибудь апокалипсис, то проблем с ним быть не должно.

Кроме того, я не хочу втягивать малышку Гоггору во все эти мужские дела.

Если профессор Бас также участвует в том, что мутит мальчик Пи, то моё вмешательство может обернуться возникновением какой-то напряжённости между Академгородком и Империей Пенни. А если моё вмешательство будет слишком грубым, то разруливать ситуацию придётся сэру Ричарду или даже самому королю.

Просто не вижу смысла встревать в дела, которыми занимаются профессор Бас и мальчик Пи.

Главное правило дипломатической работы: наблюдать, слушать и ничего не делать.

Вообще не желаю о них думать, у меня сейчас дело поинтереснее — приятный разговор с малышкой Гоггору.

— Ладно, меня устраивает. Когда тебя убьют, я просто вернусь на Тёмный Континент, — равнодушно заметила малышка Гоггору.

— Ну, я не собираюсь умирать, прежде чем ты обзаведёшься родным домом, чтобы тебе было куда возвращаться.

Малышка Гоггору промолчала.

Как круто я сказал, да? Любая девушка от таких слов растает.

Однако Дракоша до сих пор яростно противится тому, чтобы у малышки Гоггору появился собственный дом.

Вот бы она сменила гнев на милость и разрешила малышке Гоггору свободно жить в Городе Дракона.

У драконов должна быть очень долгая продолжительность жизни, вряд ли малышка Гоггору переживёт Дракошу. Если они подружатся, я смогу умереть со счастливой улыбкой на устах, зная, что у малышки Гоггору останется добрая подруга, которая никогда не откажет ей в приятной беседе.

— Надеюсь, ты будешь рядом со мной, когда мне снова потребуется твоя помощь, — сказал я малышке Гоггору.

— Да? — переспросила она.

— Да, я на это надеюсь. Ты уже не раз выручала меня в трудных ситуациях, ведь так?

Я уже сбился со счёта, сколько раз малышка Гоггору спасала мою шкуру, и особенно неоценимой её помощь была в столице Калисе.

— Я буду рядом…

— Извини, что тебе приходится столько со мной нянчиться, а я даже ничем не отплачиваю тебе за такую бесконечную доброту. Если будешь в чём-то нуждаться, проси меня о чём хочешь, и я сделаю всё что в моих силах, дабы тебе это дать. Конечно, можно подумать, что от меня мало толку, но я знаю тысячу способов, как быть полезным, которые другим людям и в голову не придут.

Я в долгу перед малышкой Гоггору.

Обязательно нужно её разбаловать, вконец разбаловать.

Всегда мечтал покупать подарки любимой девушке, исполнять любые её желания.

— Мне ничего не надо… хочу только разговаривать. Это единственное, чего я хочу.

О, какие скромные желания у этой девушки.

Впрочем, для неё, возможно, разговоры — это и есть высшая ценность. А я общаюсь с ней слишком мало. Я страшно ленюсь. И поэтому мне так стыдно.

Хочу исполнить её желания и провести с ней всю ночь.

— Рокороко, а ты любишь спиртные напитки?

— Ни разу не пробовала…

— Вот как. А я люблю выпивать время от времени, и тебя бы с удовольствием как-нибудь угостил. Если не возражаешь…

Малышка Гоггору промолчала.

— Ты не любишь пьяниц?

— Я подумаю…

— Благодарю. Надеюсь, однажды мы пропустим вместе по стаканчику.

Будем бухать и беседовать.

Кстати, нужно будет не забыть ещё пригласить учителя Эдиту. Тогда получится просто райский тройничок.

* * *

От лица Софии:

В последнее время по району для благородных господ распространялись интересные слухи.

По слухам, в бассейне одной из бань, района для благородных, вода отличается удивительными свойствами, дарит сказочное блаженство. Такого уровня комфорта нет ни в одной другой бане города. В Городе Дракона много бань, дарующих райский комфорт, подобных которым не найдёшь во всей империи, однако одна из них существенно превосходит все остальные, в ней клиентов ждёт ни с чем не сравнимое удовольствие. Мысли об этой фантастической бане не давали мне покоя.

Поэтому после завершения рабочего дня, я решила наведаться в эту баню ночью.

И эта загадочная баня…

— А…

Она мне знакома.

Когда с прошедшей в столице Калисе научной конференции благородные господа во главе с сэром Ричардом приехали в Город Дракона, они купались и проводили время именно в этой бане. Кроме того, это также и та баня, в которой баронесса Дорис, по собственным утверждениям, видела призрака.

Я никогда не посещала эту баню, но дама с вьющимися локонами водила меня и показывала, где ей привиделся призрак.

Я подошла к бане поздно ночью, кругом безлюдно, ни души. Я вошла внутрь и там тоже никого не оказалось. Благородных господ в последние дни прибывает в Город Дракона всё больше и больше, и мне несказанно повезло, что сегодня ночью никто, кроме меня, не занимает эту баню и она в полном моём распоряжении. Можно будет нежиться и размокать в горячем бассейне сколько душеньке угодно.

Нет ничего лучше горячей расслабляющей ванны после долгого рабочего дня.

Господин Танака говорил обязательно помыться с мылом, прежде чем залазить в бассейн для общего купания, но ведь я здесь одна, в бане никого, кроме меня, сейчас нет. Ни к чему так утруждаться. С меня отлично смоется вся грязь и в горячей воде бассейна. Даже служанкам не возбраняется маленько побезобразничать время от времени.

— Ах, блаженство…

Я погрузилась в ласковую воду по плечи, и из меня невольно вырвался стон.

Как же хорошо.

— Ах, райское наслаждение…

Эта баня и впрямь существенно отличается от других.

Воздействие такое мощное. Один за другим из меня невольно вырываются сладостные стоны.

Накопившаяся за день усталость проходит как по волшебству.

— Ах, к такому легко пристраститься…

Разок попробуешь, и потом не сможешь без этого жить.

Страшное наслаждение. Даже захотелось пописать. Это как убить двух зайцев одним выстрелом. Не надо тратить время на поход в уборную, очень удобно.

И всё-таки…

Нет, нельзя. Девушкам в моём возрасте не подобает так поступать.

Но удержаться так трудно.

Чувствую нереальное расслабление.

О нет, нельзя.

Кроме того, это ведь не обычная баня, тут купаются благородные.

Но…

Мне так хочется.

Это было бы так приятно.

Больше всего на свете хочется напрудить в этот бассейн.

Эдак у меня разовьётся новая привычка…

— Кто в воду нассал?

— А?!

Откуда взялся этот голос?

Я стремглав выскочила из воды.

В ту же секунду я увидела, как из воды появляется фигура. Как будто сама вода поднялась и стала принимать очертания человека.

Фигура так близко, что, если протянуть руку, её можно коснуться.

— А-а-а-а-а-а-а-а-а-а?!

— Это ты? Это ты в воду нассала?

Судя по всему, это фигура женщины. Ей на вид лет тридцать. Выглядит почти как живой человек, только тело полупрозрачное. Она также обнажённая, что, впрочем, неудивительно, мы ведь в бане.

— М-м-м, что, о чём вы?…

Фигура молчала.

Это призрак? Невольно я вспомнила о том, что мне рассказывала дама с вьющимися локонами. Я думала, она просто сочиняет, но вот же — доказательства прямо у меня перед глазами.

И эта призрачная женщина кажется мне как будто знакомой.

Нет, не может быть.

Мы не можем быть знакомы, я не вожусь с призраками.

— Кроме тебя, здесь никого больше нет…

— Нет, это, м-м-м!… Я!…

Это правда, не считая призрака, я здесь одна.

Я спалилась.

Призраку известно о том, что я натворила.

— Простите меня! Простите меня, пожалуйста!

— Эй, а ну, стой!

В панике я бросилась бежать из бани прочь на улицу.

Я убежала из бани, так толком и не помывшись.

Выбежав на улицу, я оглянулась и стала искать глазами призрака, но того нигде не было видно. Наверное, дух этой женщины появляется только в бане и не может покидать её пределов. Или же, быть может, она простила меня за мой проступок и решила не преследовать.

Однако я больше не переступлю порог этой бани ни за какие коврижки.