События происходят во время второго тома пятой части (23 том по сквозной нумерации)

Эта история не вошла в лайт-новеллу. В веб-новелле она была двадцать третьей главой в отдельном сборнике побочных историй.

ВНИМАНИЕ! ВНИМАНИЕ! Эта глава содержит спойлеры к части ранобе, переведённой только рулейтом или вк. Если вы читаете только в переводе novel.tl, вам не следует читать эту главу, вы словите спойлеры и ничего не поймёте.

* * *

Я Анастасий. Мне часто приходится участвовать в работе дворянской академии в качестве представителя королевской семьи, поскольку моя любимая жена Эглантина назначена учителем курса кандидатов в аубы, а также из-за того, что проблемы, вызванные Дункельфельгером и Эренфестом, слишком велики, чтобы их можно было оставить моему сводному брату Хильдебранду.

Пока я поставлял магическую силу для магических инструментов в королевском дворце, меня неоднократно вызывал Освин из отдельного дворца и я обнаружил, что стал ответственным за действия проблемных детей из Эренфеста и Дункельфельгера.

Конечно, я понимаю, что не могу позволить себе беспокоить отца и брата делами дворянской академии, которые ещё более заняты, чем я, но мне бы хотелось, чтобы Хильдебранд был немного более надёжным. Но я знаю, что это невозможно для моего сводного брата, который даже ещё не не достиг возраста обучения в академии.

Сегодня нам пришлось снова вызвать Ханнелору и Розмайн. Речь шла о столпе света, возникшем возле общежития Дункельфергера, и просьбе Эренфеста об использовании алтаря для совместного исследования.

Из-за слов Эренфеста о том, что они хотят предложить магическую силу, отец был очень обеспокоен результатами сегодняшней дискуссии и пригласил всех на ужин. После лекций мы с Эглантиной прошли через дверь, ведущую из нашего личного дворца в королевский.

— Из-за Розмайн и Ханнелоры мне всё чаще и чаще случается обедать с отцом и братом.

— Несколько дней подряд — это очень необычно. Если бы не лекции, я бы с удовольствием присутствовала при сегодняшнем разговоре…

После крещения каждый член Королевской семьи начинает жить в отдельном дворце и, если это не совместный обед, приглашается отцом отдельно. После вступления во взрослую жизнь и женитьбы, я, как второй принц, редко имел возможность пообедать с отцом, если только мне не нужно что-то сообщить или обсудить. На самом деле, количество раз, когда меня приглашали на частные трапезы с тех пор, как я завершил церемонию звёздного сплетения, ограничено числом, которое не превышает пальцев обеих рук. Тем не менее только этой зимой я уже превысил этот показатель. Вчера вечером мы тоже ужинали вместе.

— Думаю, я бы пропустил этот приём оставшись наедине с тобой, Эглантина. Это для меня символ безмятежности.

А не нуждаться в приглашениях на обеды… связанные с Розмайн.

* * *

— Так как прошла сегодняшняя дискуссия? — спросил меня отец как только началась трапеза.

На сегодняшнем приёме присутствовали не только мой старший брат, его жена и Хильдебранд, но и вторая и третья жёны моего отца, которых обычно не приглашают, так что королевская семья была в полном составе. Вот насколько приковано внимание каждого члена королевской семьи к церемонии посвящения Эренфеста, которая должна собрать магическую силу со многих герцогств.

— Я сказал Эренфесту, что не могу позволить им использовать алтарь, но они попросили занять только место перед алтарём в Сокровенном зале. И сказали, что если они не смогут получить божественные инструменты из храма Центра, то сделают чашу сами, и это их вполне устроит.

На мой доклад отец несколько раз молча моргнул, а затем спросил:

— Чашу... можно сделать самому? — пробормотал он

Я подумал о том же, но Розмайн посмотрела на меня так, как будто это было совершенно очевидно.

— Однако они сказали, что если Розмайн придётся создать чашу с помощью штапа, мы не сможем передать её в Центр. Вместо этого они предложили подготовить пустые магические камни, в которые можно перенести магическую силу и унести с собой

— Возможно ли перенести магическую силу, собранную в чаше, на магические камни?

Все выглядели удивлёнными, но, если честно, я тоже не знаю, каково это — собирать магическую силу в чаше Гедульрих.

— Я мало что знаю о божественных инструментах, но это предложила глава храма, Розмайн. Полагаю, это возможно.

— Итак, похоже мы действительно можем заставить их пожертвовать свою магическую силу?..

Отец недоверчиво смотрит на происходящее, как будто не может поверить, что то, отчего он однажды отказался, произойдет. Мы пока не знаем, сколько студентов примут участие, но это должно помочь решить проблему нехватки магической силы.

— Также у нас есть приглашение от Розмайн, которая сказала, что королевская семья тоже должна принять участие в церемонии. Она обеспокоена тем, что из-за разобщённости с храмом Центра члены королевской семьи никогда не участвовали в настоящих ритуалах.

— Настоящих ритуалах?..

Розмайн сказала, что совместная молитва облегчает поток магической силы и молитвы доходят до богов, но никто из присутствующих не испытывал этого на себе. Когда все посмотрели друг на друга, Хильдебранд с шумом поднял руку.

— Отец, я хочу испытать это!

— Нет… это ритуал для сбора магической силы, и ты не сможешь пройти его, так как еще не научился сжимать свою магическую силу .

— Опять нельзя?..

Мы слышали, что на днях Хильдебранд был очень подавлен, когда не смог войти в помещение подземного архива, скрытого в библиотеке.

— Отец, как только магические камни будут собраны, было бы неплохо дать Хильдебранду некоторый опыт в обращении с магической силой. Я слышал, что в Эренфесте после церемонии крещения используют магические камни для восполнения магической силы и помощи в ритуалах.

— После крещения, говоришь?

Эглантина улыбнулась и кивнула моей матери, которая удивлённо посмотрела на неё.

— Госпожа Розмайн была главой храма ещё до вступления в дворянскую академию.

— Розмайн слишком особенная, чтобы сравнивать, но и привыкнуть обращаться с магической силой не помешает, так что...

Хильдебранд был мотивирован моим предложением. Хильдебранд, который вынужден находиться в дворянской академии еще до того, как вошел туда в качестве студента, встречается с Ханнелорой и Розмайн, с которыми иногда работает вместе как член библиотечного комитета. Эта пара — проблемные дети, но у них много магической силы и они очень талантливы, поэтому считается, что они иногда бывают нетерпеливы по сравнению со мной, который должен соответствовать образу представителя королевской семьи.

— Понятно. Если... Хильдебранд, ты настаиваешь на помощи в проведении этой церемонии, я бы хотел, чтобы ты взял на себя ответственность по открытию и закрытию Сокровенного зала для Эренфеста, чтобы они могли сделать приготовления в этот день, что думаешь насчет этого?

— Я сделаю это!

Предложение отца вызвало у Хильдебранда яркую улыбку. Тут же Артур, главный слуга Хильдебранда, отошёл назад и начал совещаться со свитой отца по поводу ключей от двери в Сокровенный зал.

— Позвольте мне пойти и представлять королевскую семью?

Я решил быть тем, кто проследит и уберёт последствия за Дункельфельгером и Эренфестом. Но на мои слова отец ответил:

— Нет, мы будем участвовать с как можно большим количеством представителей Королевской семьи. И вы тоже пойдёте.

— Отец!

— Зент!

Мы были удивлены, но члены свиты отца и сопровождающие его рыцари удивлены ещё больше. Если отец собирается присутствовать, значит, вместе с ним в дворянскую академию отправятся и они.

— Участвующие герцогства — не только Дункельфельгер и Эренфест, не так ли? Если мы получим много магической силы от такой большой группы людей, следует поблагодарить их лично. Иначе на Эренфест, который дал нам магическую силу и различные знания, будет направлена недоброжелательность многих территорий.

— Раз Эренфест начал это, не должен ли сам Эренфест отвечать за недовольство?

Некоторые в свите возражают. Понятно, что свита считает, что отец, измученный поставками магической силы, должен предпочесть отдых участию в ритуале и защите Эренфеста.

— Потому что… мне кажется, что в последнее время вы выглядите бледновато.

— Я понимаю ваше беспокойство, но информация от Эренфеста была очень полезной. Если мы не сможем защитить их от злого умысла, пока они делятся не только информацией, но и своей магической силой, то в следующий раз никто не захочет помочь нам.

— Но разве Эренфест не является нейтральной территорией, которая не сотрудничала с Центром во время политических изменений? Вряд ли Зент должен принимать непосредственное участие в церемониях, организуемых Эренфестом...

Наиболее старые последователи, служившие еще отцу с тех пор, как он воспитывался в качестве последователя, сильно расстроены тем, что во время политического переворота отца вывезли в Классенбург, а затем критиковали, как ложного короля без грутрисхайта. Они также считали, что отношение Юргеншмидта к герцогствам, которые не встали на его сторону в самые трудные для него времена, также должно быть суровым.

— Эренфест был нейтральным, а не враждебным к королевской семье. С этого момента мы должны двигаться так, чтобы иметь возможность взять их в союзники. Это не должно быть трудновыполнимым. Это всего лишь начало.

Управление без грутрисхайта становилось всё более сложным. Мстители из бывшего Веркштока проникли в дворянскую академию из-за невозможности переделать границы. По крайней мере, если бы удалось обнаружить основание Веркштока, всё могло бы немного измениться, но оно пока не найдено, а их территория постепенно приходит в упадок. Пограничные ворота нельзя открывать и закрывать, и Аренсбах теперь отвечает за всю торговлю с внешним миром, поэтому везде царит хаос. И этот хаос будет продолжаться, расширяясь, пока не будет найден грутрисхайт.

— Сигизвальд, Анастасий. Есть ли у Эренфеста или Розмайн злой умысел по отношению к королевской семье?

— Нет. Они не желают нам зла.

После того, как брат заверил отца в этом, Сигизвальд немного посмеялся:

— Но, похоже, у неё не хватает уважения к нам. Её любовь к книгам очень велика. Впервые в жизни я получил прямой ответ от кандидата в аубы, не отрывавшей глаз от книги.

— О, ты не один такой. Я тоже не могу заставить Розмайн обратить на себя внимание когда она читает. Но, похоже, она действительно очень любит читать, и я не хочу ей мешать. Потому что Розмайн слишком любит книги, — неожиданно вставил свою реплику Хильдебранд с лукавой улыбкой. Выражения лиц всех присутствующих стали недоверчивыми.

Хильдебранд — жизнерадостный и прямолинейный, возможно, потому что он рос расслабленно, так как ему суждено было опуститься до уровня последователя. Он не похож на членов королевской семьи, но это, вероятно, было связано с сильным влиянием третьей жены его отца, госпожи Магдалены.

В то время я был юн и мало с ней общался, поэтому плохо её знаю, но госпожа Магдалена предложила отцу использовать ее чувства, чтобы положить конец этому затяжному политическому конфликту. После того, как господин Трауквал попал в Классенбург пути назад уже не было. Говорят, что она обратилась к отцу с полуугрожающей и пугающей фразой: «С моей помощью вы получите поддержку от Дункельфельгера».

Сама она не могла стать первой женой, поскольку Дункельфельгер, который до последнего момента не принимал участия в политических изменениях, — нельзя было оставить в стороне мою мать и вторую жену, которые поддерживали отца во время длительных событий политических изменений. Это не устроило бы впоследствии тех, кто был рядом с ним в трудные времена, и он остановился, представив её как третью жену.

Был ли темперамент Хильдебранда таким же, как и у матери, или нет?

Пока я сравнивал Хильдебранда и госпожу Магдалену, тема разговора перешла к разным вещам, которые происходили в этом году с Розмайн.

Она не присутствовала на церемонии награждения два года подряд, хотя и во второй год стала лучшей на курсе. По словам Эглантины, в этом году Розмайн, вероятно, снова станет лучшей среди одноклассников.

В свой первый год, помимо многочисленных причуд, она свела меня с Эглантиной. На втором курсе она протащила Хильдебранда, который должен был избегать личного контакта со студентами, в библиотечный комитет.

И в этом году мне пришлось докладывать о массовом благословении во время игры на фешпиле, о том, как она кружилась, светясь магическими камнями на репетиции танца посвящения, как принесла информацию о скрытых в библиотеке подземных архивах. Она также проведет церемонию посвящения в дворянской академии с большим количеством высших дворян и кандидатов в аубы.

— Действительно… не терпится узнать, что это за девушка Розмайн, — сказал отец, медленно погладив подбородок.

У него не может сложиться собственного мнения, если он будет просто слушать рассказы. Неудивительно, что, раз представляется возможность, он хочет встретиться с ней хотя бы раз лично.

— Не ожидай слишком многого, отец. Розмайн не хочет никого обидеть, но ее нельзя измерить здравым смыслом.

На что отец ответил:

— Вот почему мне любопытно…

Дальше мы перешли к обсуждению нашего участия в церемонии посвящения.

— Я хотел бы, чтобы как можно больше представителей королевской семьи приняли участие ради опыта настоящего ритуала, но нельзя оставлять замок пустым…

— Приоритет должен быть отдан следующему поколению, которому предстоит поддерживать зента и Юргеншмидт в ближайшие годы. Мы возьмем на себя ответственность в ваше отсутствие.

Когда мать сказала это, вторая, и третья жёны с улыбками согласились.

Наэлахе, которая сейчас является первой женой моего брата, но станет его второй женой, когда тот проведёт церемонию звёздного сплетения с Адольфиной, тихо разговаривала с братом.

— Принц Сигизвальд, пожалуйста, позовите также госпожу Адольфину из Древанхеля и пригласите её на церемонию.

— Да. Церемония звёздного сплетения ещё не состоялась, но она должна будет взять на себя будущее Юргеншмидта с нами.

После того, как мать и другие голоса также посоветовали ему пригласить Адольфину, старший брат с кривой улыбкой согласился:

— Давайте так и поступим.

В конце концов было решено, что отец, брат, Наэлахе и Адольфина присоединятся к нам.

Я обратил свое внимание на Эглантину, сидящую рядом со мной.

— Эглантина, а ты? Я думал, у тебя лекции?

— Я попросила преподавателей перенести мои лекции, чтобы я могла посетить ритуал. Я также принадлежу к королевской семье, и меня интересуют ритуалы, проводимые госпожой Розмайн.

Как только определились участники, начались отдаваться инструкции. Зимний сезон общения в других герцогствах — это то время, когда в Центре меньше всего людей, поскольку многие из тех, у кого есть дети, возвращаются домой, чтобы устроить своих детей последователями герцогских семей. Это время крайне важно, поскольку по возвращении из дома они приносят информацию о своих герцогствах.

Теперь… нам нужна информация об Эренфесте, потому что число дворян из него действительно невелико.

Дворян Центра родом из Эренфеста очень мало, хотя все желают получить информацию о быстро развивающемся герцогстве. Кроме того, многие из них талантливы, но идут своим путём, а многие из них одиночки и не хотят возвращаться домой. Характерно ли это только для Эренфеста?

Так или иначе, зент покинет королевский дворец в то время, когда людей очень мало. Ему необходимо большое количество рыцарей сопровождения для охраны, но он не может слишком сильно сократить число рыцарей в замке. Это сложная ситуация.

— Если вы собираетесь принять участие в ритуале Эренфеста, вам лучше быть бдительными. Возьмите с собой как можно большее количество рыцарей.

Слова Раоблута, рыцаря-командора, пытается опровергнуть Лоялитет, заместитель командира, который качает головой.

— Принцы говорят, что не имеется никакого злого умысла. Мы должны быть бдительны, но я не считаю необходимым выделять большое количество королевской гвардии. Разве не достаточно взять рыцарей сопровождения каждого?

Мы идём в дворянскую академию, и единственные люди, с которыми мы будем иметь дело, — это студенты. Более того, только Эренфест и Дункельфельгер знают, что королевская семья может присоединиться к церемонии посвящения.

— Оба мнения разумны. Вы вдвоем должны обсудить этот вопрос... Но Раоблут, я бы предпочёл, чтобы ваша бдительность была направлена на время проведения состязания герцогств, а не на эту церемонию.

Похоже, что на этот раз мнение Лоялитета возобладало, так как отец сказал Раоблуту сосредоточиться на защите от нападения во время состязания герцогств, подобного случившемуся в прошлом году.

— А служащие должны собрать пустые магические камни. Если участников окажется много, то и магической силы будет собрано достаточно много. Мы не должны напрасно растрачивать магическую силу, которая будет нам дана.

Служащий отца сделал шаг, говоря:

— Да, господин!

— Анастасий. Скажи Эренфесту, чтобы они прислали мне подробное описание ритуала и список участников. Я хотел бы, по крайней мере, заранее знать имена тех, кого я должен благодарить.

— Да, отец!

* * *

В назначенный день Хильдебранд сообщил нам, что всё подготовлено, и мы направились в Сокровенный зал дворянской академии. Перед алтарём был расстелен большой красный ковер, на котором стояли цветы, лампады для благовоний и другие предметы, которые в обычные дни там отсутствовали.

Среди оживлённой толпы студентов Эренфеста и Дункельфельгера стояли три человека в синих одеяниях священников. Я знал, что новый главный священник, высший дворянин Хартмут, будет присутствовать, но я не ожидал, что он будет облачён в синие одеяния священника. Это меня удивило, но я был ещё больше удивлён и ошеломлён, когда понял, что двое других в синем были кандидатами в аубы Эренфеста... Эренфест действительно позволяет студентам-кандидатам совершать храмовые ритуалы…

— Хммм, госпожа Розмайн удивлена.

Тихий шепот Эглантины заставляет меня обратить внимание на Розмайн. Вероятно, представителей Королевской семьи было больше, чем она ожидала.

Я видел, что Розмайн, одетая в белые одеяния главы храма, широко раскрыла глаза. Она поспешила исправить своё выражение, но всё уже было совершенно очевидным.

Все представители Дункельфельгера выстроились в ряд, чтобы поприветствовать нас, и Лестилаут начал речь как их представитель.

— Можем ли мы помолиться о сей радостной и исключительной встрече, что состоялась в суровую пору, которой испытывает нас бог жизни Эйвилиб?

— Вы можете.

От всех них последовали мягкие огни благословений. И точно так же все студенты Эренфеста выстроились в ряд, чтобы поприветствовать нас. Представителем, начавшим говорить, была Розмайн, облачённая в одеяния главы храма.

— Можем ли мы помолиться о сей радостной и исключительной встрече, что состоялась в суровую пору, которой испытывает нас бог жизни Эйвилиб?

— Вы можете.

— Для меня большая честь, что сегодня здесь собралось столько представителей Королевской семьи!

Иногда и нам не помешает… удивить тебя.

С этими мыслями я наблюдал, как Розмайн и остальные обращаются к отцу, и был поражен до такой степени, что моё горло издало смешок, когда вскоре после этого мне сказали, что в Сокровенный зал, где будет проходить церемония, не могут быть допущены рыцари сопровождения, и что щит Шуцерии будет использоваться для отсеивания тех, кто имеет враждебные намерения.

Представители Королевской семьи в ужасе смотрели, как рыцари начали яростную атаку, чтобы проверить прочность защиты. Одна за другой атаки отражались полупрозрачным жёлтым щитом. Он такой же, как и тот, что был на месте Эренфеста во время прошлогоднего состязания герцогств.

— Значит, это тоже было сделано госпожой Розмайн.

С расстояния невозможно было определить, кто его создал, но, судя по сходству, это точно была Розмайн.

Хотя Розмайн в своем щите подвергалась сильным атакам, у неё, казалось, было время побеспокоиться о рыцарях, и она бездельничала, наблюдая, как её полупрозрачный щит сдувает рыцарей в сторону .

Со стороны всё это выглядело так, будто рыцарский орден Центра в чёрных плащах, атакует в полную силу маленького ребенка, который внешне мало чем отличается от Хильдебранда и при этом они даже не могут нанести ни одного удара. Отец позвал меня, как будто хотел что-то сказать.

— Анастасий.... Это святая Эренфеста?

— Я уже говорил вам, отец. Её нельзя измерить здравым смыслом.