Несколько дней спустя, когда агенты ФБР уже спасли Цзянь Яо из этого логова зверя, она, оглядываясь назад, вспоминала лишь всепоглощающую боль. И ещё смутно помнила то ощущение, как будто события несутся, словно по извилистым горным дорогам, словно в шахматах, где оба шахматиста делают странные, непредсказуемые ходы.

Поэтому не то что она - даже Се Хань, который, по идее, был одним из этих шахматистов, слабо представлял, к чему это всё приведёт.

И вся эта чехарда началась ровно с того момента, как по телевизору показали видео, которое прислал Томми.

* * *

Время шло к обеду, но в бункер, где находилась Цзянь Яо, солнце не заглядывало, а потому она давным-давно потеряла счёт времени. В данный момент девушка неподвижно сидела на диване, глядя, как Се Хань украшает обеденный стол свечами и свежесрезанными цветами.

Чувствовалось, что мужчина в необыкновенно хорошем настроении. Каждое движение, каждое слово было наполнено изысканной вежливостью джентльмена. Вплоть до того, что, любезно вручив девушке букетик светло-жёлтых маргариток, он заботливо усадил её на диван.

Цзянь Яо казалось, что каждая клеточка в ней пытается съёжиться, что вся она целиком - немая, мрачная, ослабевшая. Се Хань бросил на неё взгляд, хмыкнул и сел напротив.

- Приятного аппетита, - сказал он с улыбкой.

Секунду помедлив, Цзянь Яо взялась за палочки. Но едва она коснулась ими риса, Се Хань издал резкий возглас: «О!» - рука у девушки дрогнула, палочки выпали и покатились по скатерти.

Се Хань взглянул на её руку и заулыбался ещё сильнее.

- Я же не сказал, что у нас на сегодня в программе! Хочешь ещё раз увидеть Саймона по телевизору?

Сердце у Цзянь Яо заныло вдруг от дурного предчувствия. Она подобрала палочки и вернулась к еде, не издав ни звука.

Се Хань встал и подошёл к ней поближе, отчего по телу Цзянь Яо пробежал знакомый холодок. Но на сей раз он непринуждённо положил руки ей на плечи и мягко произнёс:

- Я знаю, что ты девушка воспитанная и с хорошей выдержкой. Так что очень рад буду разделить с тобой впечатления.

Надо же, каким он стал разговорчивым! Как и говорил Бо Цзиньянь, настроение у него было чертовски переменчивым.

- Говорят, что муравей способен одолеть слона. Самый незначительный солдат, оказавшийся в нужном месте в решающий момент, может переломить ход сражения. Я и не ожидал, что нашему маленькому Томми тоже найдётся, чем удивить. Я прямо в восторге.

С каждым его словом тревога в сердце Цзянь Яо всё росла и росла. А в голове, измученной неделей наркотиков и эмоциональными перепадами, поселилась противная боль.

Мужчина тем временем продолжил:

- Я не ожидал, что ему удалось спрятать эту запись перед тем, как его арестовали. И я прекрасно понимаю, для чего он обнародовал её в СМИ. Едва её показали в эфире - считай, жизнь Бо Цзиньяня рухнула и доброе имя погибло. Это такой подарок, который он мне преподнёс. Он думает, что стоит уничтожить Бо Цзиньяня - и тот станет мне не нужен. Могу лишь сказать на это, что Томми недооценивает Бо Цзиньяня, как и недооценивает меня. Именно для меня он создал редчайшую возможность. Загнать Бо Цзиньяня в тупик… это то же самое, что подтолкнуть его ко мне.

Цзянь Яо сидела неподвижно, а на душе у неё становилось всё хуже. «Бо Цзиньянь, что там с тобой происходит?»

Словно прочитав её мысли, Се Хань неожиданно выпрямился, вернулся на прежнее место и улыбнулся ей:

- Ни слова не поняла?

Она лишь прикусила губы.

Се Хань заулыбался ещё радостнее, взял маргаритки со стола и понюхал их.

- Скажем так: у Саймона… есть один секрет. Этот секрет обнаружился в подвале, два года назад. Про него знаю я, знает Томми… а вот Саймон как раз и не в курсе. И потому, когда Саймон решил использовать Томми в качестве наживки, это была грандиозная ошибка с его стороны. Теперь, когда Томми раскрыл его тайну, думаю, ситуация уже полностью вышла из-под его контроля.

В душе у Цзянь Яо всё перепуталось, как клок пеньки. Тайна? Какая ещё тайна может быть у Бо Цзиньяня? Это просто невозможно! Вероятно, это ещё один способ Се Ханя заморочить ей голову? Скорее всего, так оно и есть.

Ей нужно сохранять здравомыслие и держать себя в руках.

И пока она внушала себе эту мысль, Се Хань взял в руки пульт и произнёс восторженным шёпотом:

- Представляю вашему вниманию - именно то, чего я хотел. Величайший момент в истории криминалистики за последние сто лет! Бальзам на раны и пиршество для всех серийных маньяков!

Цзянь Яо слушала его с растущим ужасом. Сколько она ни повторяла себе, что это лишь подстроенная ловушка, но от страха это не спасало. Казалось, с каждым словом сердце падает всё ниже и ниже, куда-то в глубины отчаяния.

* * *

После пары секунд темноты на экране появилось изображение: маленькая тюремная камера с единственной лампой и квадратным столом.

Прямо напротив камеры сидел мужчина - голый по пояс, тощий, с ног до головы покрытый ярко-алыми следами от побоев. Цзянь Яо узнала его сразу же - это был Бо Цзиньянь. Руки и ноги у него были в кандалах.

Он поднял голову.

Он был таким же красивым и бледным, каким она его знала, разве что ещё более худым. И волосы - они были длинными, всклокоченными и свисали в беспорядке.

И всё-таки этот Бо Цзиньянь чем-то отличался от того, кто был в её сердце.

Выражение… выражение его лица!

Лицо его выглядело мрачным, злобным и бездушным. И ещё насмешливым и дерзким.

Но почему?

Внезапно он схватил нож со стола. Лезвие было всё в крови. Мужчина вытянул язык и облизал нож, отчего выражение его глаз стало ещё холоднее.

Затем он произнёс:

- Томми!

Цзянь Яо вдруг пробрала дрожь.

Этот голос… Этот голос… Почему он звучал совершенно иначе?

Томми, видимо, находился по ту сторону камеры. Бо Цзиньянь уставился прямо в объектив, и внезапно на его лице появилась совершенно дьявольская улыбка.

- Я не тот дурачок, не Саймон, - сказал он, поигрывая ножом, как заправский морпех. - Меня зовут Аллен.

Мозг Цзянь Яо, кажется, решил капитулировать. Вокруг было тихо - был слышен лишь голос Бо Цзиньяня, а её сердце в это время разрывалось на тысячу частей.

Это точно был профессор, но выражение его лица, его голос совершенно отличались! Обычно Бо Цзиньянь говорил низко и звучно, а этот человек произносил слова очень хрипло и тоном намного выше. Если закрыть глаза, то можно было бы поклясться, что говорит кто-то другой! Даже произношение английских слов у него отличалось.

Но как такое возможно?

У него есть вторая личность? Аллен?

А на экране Бо Цзиньянь, называвший себя Алленом, продолжал улыбаться:

- Я убил больше людей, чем ты. Не втягивайте меня в эти ваши детские игры. Я не люблю останавливаться на полпути. Если ты сможешь полностью уничтожить сознание Саймона, я к тебе присоединюсь.

* * *

В тот же самый день эту запись показали по всем крупнейшим телеканалам в США, кроме того, она безумным количеством репостов разошлась по интернету.

Как и предсказывала телеведущая, Америка была в шоке. Однако поначалу этот шок был безмолвным, гневным, да, но безмолвным. Всем требовалось время, чтобы переварить эту сногсшибательную новость - ангел и демон с самого начала были одним и тем же человеком.

На видео Аллен сознался в серии совершённых им убийств. Всё это были нераскрытые дела по всей территории Соединённых Штатов. Он во всех деталях пересказал Томми, где и как совершил эти преступления, - все подробности, над раскрытием которых долго и безуспешно билась полиция.

* * *

В офисе ФБР, в отделе поведенческого анализа все тоже смотрели прямой эфир. Их бывший коллега казался настолько другим, будто в него вселился дьявол. Кто-то тихо выругался.

В больнице в Мэриленде Фу Цзыюй лежал на кровати с ноутбуком в руках и смотрел трансляцию. Глаза у него покраснели, но выражение лица было непреклонное. Рядом стоял Ань Янь, неподвижный, как изваяние.

Было ещё много других экранов - на них с гневом и недоверием смотрели семьи жертв Цветочного Каннибала и родственники погибших из тех нераскрытых дел.

И в это же самое время к зданию отеля «Мариотт» стекались толпы репортёров, путь которым внизу преграждала охрана отеля и сотрудники полиции. И тем не менее вспышки сверкали безостановочно - объективы были направлены к окнам люкса на самом верху, где всё ещё проживал Бо Цзиньянь.

В окне появился высокий силуэт. Несколько мгновений он, похоже, смотрел вниз, изучая собравшуюся толпу, а потом задёрнул шторы, скрываясь от посторонних взглядов.

* * *

Когда видеозапись подошла к концу, Цзянь Яо всё так же сидела на прежнем месте, но теперь её бил озноб, а в душе царило страшное смятение.

Судя по всему, эта реакция пришлась по душе Се Ханю. Он взял палочки и с видимым удовольствием принялся за еду.

- Удивилась? - спросил он. - Я тебя не упрекаю. Хоть ты и девушка Саймона, но ведь даже сам Саймон не знал о существовании Аллена. Тебе-то откуда было знать?

Цзянь Яо сделала вздох, шевельнула губами - но так ничего и не произнесла.

Се Хань посмотрел на неё и внезапно улыбнулся. Он подхватил палочками ломтик мяса и положил в её тарелку:

- На самом деле тут всё довольно очевидно. Думаю, Саймон никогда не рассказывал тебе, как умерла его мать? Его собственный отец убил её в их загородном доме, залил тело цементом и замуровал в стене. Один только Аллен помнит об этом, Саймон всё забыл. Они - один человек, но при этом личности и воспоминания у них разные.

А ещё, думаю, Саймон не рассказывал тебе, как Томми держал его в плену. Даже с разумом Саймона такие воспоминания невыносимы. А он… Он не настолько сильный, каким ты привыкла его считать. Потому, чтобы вынести это всё, он и расщепился на две субличности. Дай подумать… Что ещё? Он ведь частенько не может заснуть, всё ходит взад-вперёд, да?

Цзянь Яо в растерянности уставилась на него, а он продолжил:

- Так вот это и есть Аллен. Вот в такие моменты он и берёт верх. Прячется, чтобы Саймон его не заметил.

Сердце девушки сжималось всё больнее, а голова, затравленная препаратами, уже раскалывалась. В глазах у неё потемнело, и она сжала пальцами виски, но это не мешало ей видеть Се Ханя. А тот, глядя на застывшее изображение на экране, с восторгом прошептал:

- Привет, Аллен. Наконец-то ты вернулся, мой самый замечательный друг.

╭┈─────── ೄྀ࿐ ˊˎ-

╰┈➤ ❝ [ Перевод на русский: Логово Злого Волка (с китайского) https://vk.com/lonelywolf_fansub] ❞