Бесчисленные фонарики, заполнившие небо, казались Млечным Путем, спустившимся на землю.

Белый Бессмертный Ли Чхоль Ун тихо сидел у подножия своей горы, созерцая этот пейзаж. Он затянулся трубкой и выпустил дым в сторону небес. Плотное облако быстро рассеялось, не оставив и следа. Прямо как жизнь человека. Ночное небо, обычно столь далекое, сегодня казалось близким. Глядя на фонарики, уходящие в высь, он словно видел самого себя в юности — того, кто отчаянно тянулся к небесам.

Он прожил жизнь в постоянном восхождении, веря, что однажды достигнет цели. Был ли тот юноша, мечтавший постичь законы небес, пробудиться к истинам мира и достичь просветления, лишь тенью? Дебаты со старым другом, покойным императором, о воле Небесного Владыки теперь стали лишь пыльными воспоминаниями.

— Конечно, это естественно, что мы не можем постичь волю небес…

Глубокие морщины пролегли у уголков его рта. Отсюда он видел дворец Чхондо и Зал Небесного Дракона — святилище в самом сердце внутреннего дворца, где энергия инь была наиболее сильна.

— Люди — жалкие существа, которые не могут постичь волю даже другого человека.

Внезапно… позади Бессмертного появились демонические духи. Их тела извивались, издавая жуткие звуки. Их были не десятки — сотни.

— Я тоже не свободен от законов этих жалких созданий, — пробормотал он, поднимаясь на ноги.

Фейерверки в честь фестиваля расцвечивали небо. И под этим светом Белый Бессмертный, стоя перед сотнями демонов, привычным жестом выбил пепел из трубки, убрав руки за спину.

Вжих! Бум! Бах!

Шумный Фестиваль Небесного Дракона близился к завершению. На главной сцене Ха Ган Сок и Белая Принцесса Ха Воль торжественно выпустили небесные фонарики. Вслед за ними тысячи горожан на Террасе Истинного Прозрения отпустили свои огни в небо.

Бум! Бах!

Красные огни на фоне черного бархата ночи и взрывы салютов создавали величественную картину. Проходя мимо террасы в сторону главного дворца, я мельком взглянул на небо. Слышал, Небесная Дева А Хён так и не смогла подняться на сцену. Даже личный визит императора не придал ей сил. Клан Инбон справился с организацией, так что поводов для беспокойства не было, но состояние А Хён явно хуже, чем я думал.

Я помнил, что Небесная Дева упоминалась в «Истории любви Небесного Дракона», но до того момента, как я перестал читать, она не играла ключевой роли. Было предчувствие, что она совершит нечто выдающееся, но что именно — я не знал. До того как Соль Ран заняла её место, именно А Хён служила воле Дракона.

Слухи о том, что энергия Небесного Дракона ослабла, стали секретом полишинеля. Появление демонов даже в столице говорило о том, что что-то идет не так. Но… пока не начнется основной сюжет, ничего глобального случиться не должно. В каноне А Хён была жива и здорова на момент начала истории. А значит, можно не волноваться. Сейчас лучше просто насладиться эхом уходящего праздника.

Вжих! Бах!

Глядя на фейерверки, я вспоминал пережитое. После всех невзгод мысли неизбежно возвращались к семье. Ран-нуним тоже сейчас непросто…

В этот самый день Соль Ран, отправившись по делам в столицу, встретила Ан Чхона, представившегося Белым Даосом. Тот практиковал магию в горах, но стал беглецом, коснувшись секретов ордена убийц «Черная Луна». Она спрятала тяжело раненого Ан Чхона, обманула преследователей и вылечила его. Так начались отношения с человеком, который станет её величайшим союзником. Пока дворец стоял на ушах из-за пожара, Соль Ран переживала своё захватывающее приключение.

Похоже, у меня есть сестра, чья жизнь полна опасностей… Впрочем, не мне рассуждать о чужих бедах.

«В конце концов, я так и не воспользовался Тяжелым Мечом из Холодного Железа…»

Вспоминаю, как перед фестивалем Белый Бессмертный велел мне держать его при себе «на всякий случай». Я тогда занервничал, ожидая катастрофы, но ничего не произошло. Даже если энергия Дракона ослабла, демоны вряд ли прорвутся сквозь гору Белого Бессмертного прямо в центр дворца. Но это странно. Старик часто болтает ерунду, но когда он говорит серьезно — на то всегда есть причина. Вряд ли всё разрешилось так просто.

Я вернулся в главный дворец, но не смог встретиться с императором. Сказали, он зашел в Зал Небесного Дракона, и там что-то случилось.

На следующее утро.

Я был выжат как лимон после вчерашнего. Выйдя на веранду Дворца Белого Бессмертия, я застал Ван Хана, который разлил по всему полу кучу выпивки. Сонная Ён Ри смотрела на это с жалостью.

— Эй! Брат Ван Хан притащил всё это со вчерашнего праздника! Посмотри… «Пэкхёнджу» из риса провинции Одонг, фруктовое «Гамро» и даже «Чхонджу», настоянное на лунном свете!

— Х-хан, откуда это всё?..

— У твоего брата пошла масть, карманы полны!

— …Опять в игорный дом ходил?

Ван Хан, который обычно просаживал там всё до нитки, сегодня сиял. Ён Ри, умывшись, подошла к нему с недовольным видом:

— Если не будешь откладывать выигрыш, снова будешь голодать!

— Не бойся! Перевод выигрыша в «жидкий товар» — это инвестиция. Если оставлю деньги, всё равно спущу их в следующий раз!

Ён Ри вздохнула, но затем удовлетворенно улыбнулась:

— В любом случае! Вчера в Красном Дворце я видела Белую Принцессу. План «Охота на Белого Тигра» удался! Я вижу это по её лицу. Она так пеклась о тебе, Тхэ Пхён, глаз не сводила! Её пылающие щеки — лучшее доказательство!

— П-правда?..

— Да! Доверься своей нуне! Я долго думала об этом перед сном. Состояние Белой Принцессы было ненормальным. Не знаю, насколько глубоки её чувства, но она точно не причинит тебе вреда! Интуиция женщины никогда не подводит! — добавила она с сияющей улыбкой. — Теперь можешь не бояться, что она тебя убьет… по крайней мере, пока!

— Неужели…!

— Да! Ты молодец! Ты правда справился, Тхэ Пхён!

— Да, ты, паршивец! Наверное, до смерти был напуган! Всё кончено! Больше никакой казни от рук Белой Принцессы! — Ван Хан обнял меня за плечи, едва не пустившись в пляс.

— Да! Мы сделали это!

— Когда мы беремся за дело, нам всё нипочем! Черт возьми!

— Да… я понял… Ван Хан! Ён Ри! Спасибо вам… я выжил в этом кошмаре…!

Мы обнялись со слезами на глазах под ясным голубым небом. Я пережил опасную ночь фестиваля и спас свою жизнь! Мы кричали «ура» и разливали поздравительное вино.

— …Да, Тхэ Пхён…! Теперь… если мы сможем прорваться через ситуации с Лазурной, Алой и Черной принцессами… мы точно спасем твою жизнь! — патетично добавил Ван Хан.

Атмосфера мгновенно похолодела, словно нас окатили ледяной водой.

— ……

— ……

— ……

В спешке, пытаясь пережить один кризис, мы совсем забыли о том, что будет дальше. А ведь ничего не изменилось. Нет, стало только хуже.

— Вообще-то… есть один гениальный ход, который решит все проблемы.

После обеда мы снова собрались на веранде. Ён Ри сильна в интуиции, но стратегом у нас был Ван Хан. Именно он собрал нас, заявляя, что придумал «чудодейственное средство».

— Это настолько чистый и верный метод, что все твои заботы исчезнут в один миг.

— Ч-что?! Такой метод был?! Почему ты молчал, Хан?! — воскликнула Ён Ри.

Ван Хан серьезно склонил голову. Его голос стал мрачным.

— Тхэ Пхён… Но эффективная тактика всегда требует жертв. Это решит проблему с чувствами принцесс, из-за которых ты на грани смерти, но… ты потеряешь слишком много…

— О чем ты, Хан?! Жизнь Тхэ Пхёна на волоске, что может быть важнее?!

— Да, Ван Хан… Просто скажи… В чем план и что я потеряю?

Ван Хан вздохнул и серьезно прошептал, что надеется, нам никогда не придется к этому прибегать. Он прочистил горло. В этой напряженной тишине блестящий стратег выдал свой идеальный ход:

— Скорее всего, в следующем месяце будет еще одно чаепитие. На этот раз ты используешь предлог проверки талисманов и пойдешь туда, где соберутся все принцессы…

— …Пойду на чаепитие…? И…?

— …И… просто наложи в штаны прямо там.(П.П:АХХАВХААХХАХАХАХ)

— ……

— ……

Тишина. Долгая, бесконечная тишина.

— То, что ты потеряешь… это твоё достоинство как человека, Тхэ Пхён…

В конце концов, суть была в том, чтобы вызвать у принцесс абсолютное отвращение. Совершать преступление нельзя — казнят. Как сказала Ён Ри, если фальшивить — они раскусят. Но такой позорный акт разрушит любой их интерес.

— Это… Хан… это слишком… Тхэ Пхён тоже человек!!!

— ……

— У него есть сердце! А сердца… они ломаются легче, чем ты думаешь! Ты же знаешь, как больно, когда оно разбито!

— Но его жизнь… на кону его жизнь!!!

— Уф… — я застонал от боли, сжимая кулаки.

Даже ради выживания… это было… чересчур. Ён Ри схватила меня за плечо:

— Тхэ Пхён… в словах Хана есть доля правды, но… это… это будет наш самый-самый последний довод. Доверься своей нуне. На следующей встрече мы что-нибудь придумаем… что-то действительно серьезное…

Пока мы погружались в пучину отчаяния…

Скрип

Послышался звук открывающихся ворот. Это был Белый Бессмертный. Услышав его шаркающие шаги, мы тут же вскочили. Служение ему было приоритетом. Мы быстро привели себя в порядок и бросились встречать его.

— Старейшина вчера не возвращался? Наверное, только пришел.

— Он вечно бродит где попало. Я еще даже постель не расстелила.

— Я приберу вино и подготовлю отчеты. Тхэ Пхён, иди поприветствуй его.

В работе мы были едины. Мы вышли к воротам, ожидая увидеть старика, ворчащего своим хитрым голосом и жующего соломинку. Наверняка он провел ночь, любуясь салютами у подножия горы.

— ……

Однако Белый Бессмертный Ли Чхоль Ун, вошедший во дворец, был залит кровью. Его вид был куда более ужасным, чем когда-либо. Мы содрогнулись.

— Чего уставились?

— Старейшина…

— Я голоден. Принесите еды.

Сказав это, он, прихрамывая, направился во внутренние покои. Казалось, он всю ночь где-то сражался.

— Старейшина! — мое лицо окаменело. Он не собирался ничего объяснять, но я не мог это игнорировать. — Что произошло прошлым вечером?..

— Тхэ Пхён.

Он прервал меня.

— Как поем и вымоюсь — зайди ко мне.

Тому, кто сказал это с таким видом, я не мог возразить. Он явно готовился к чему-то грядущему.