В этот раз, направляясь в Зал Небесного Дракона, я не стал сообщать Соль Ран. Она бы ни за что не поверила, что человек, с которым она постоянно виделась и переговаривалась во Дворце Белого Бессмертного, на самом деле — Небесная Дева, которая якобы никогда не покидает своих покоев. Впрочем, я мог встретить сестру и в самом Зале, но решил, что лучше сначала прояснить ситуацию самому.

— Зачем воин Дворца Белого Бессмертного пожаловал сюда?

— …Её Высочество велела мне показать вам это.

Когда я предъявил Ли Рён, старшей горничной Зала Небесного Дракона, жетон Небесного Дракона, её лицо мгновенно застыло. Она на миг погрузилась в раздумья… а затем отослала всех служанок и придворных дам прочь. Когда мы остались одни у главного входа, она кивнула и жестом велела следовать за ней. Похоже, она была в курсе дела.

— Её Высочество сейчас отдыхает в павильоне Небесного Нефрита, что позади Зала.

— Мне не нужно проходить обряд очищения?

— В этом нет необходимости.

В прошлый раз я потратил несколько часов на формальности, чтобы просто увидеть её тень, но теперь процедура была заметно упрощена. Пока мы шли через задний двор, я не выдержал и спросил:

— …Как состояние Её Высочества?..

— Раз уж вы всё знаете, буду откровенна.

Старшая горничная Ли Рён была той, перед кем склоняли головы даже хозяйки Четырех Дворцов. Она обладала высшей властью среди прислуги. Раньше я бы и слова не посмел ей сказать так уверенно, но после жетона её отношение в корне изменилось.

— Начнем с того, что Её Высочество редко оставалась внутри Зала Небесного Дракона.

Официально считалось, что она прикована к постели болезнью, но это было лишь прикрытием для её уединения. За исключением важнейших ритуалов, А Хён проводила почти всё время во Дворце Белого Бессмертного.

— В таком случае…

— Будет лучше, если вы услышите подробности от самой Её Высочества.

Пройдя через сад, я увидел вдали павильон Небесного Нефрита, стоящий у небольшого водопада. Знакомая фигура тиха сидела за столом под навесом, слушая шум воды и потягивая чай. Обычно её волосы были аккуратно собраны, но сейчас они рассыпались по плечам. На ней было роскошное придворное платье: от верхней накидки с вышивкой дракона до шелковой юбки — всё дышало величием. Напротив неё стоял чайный прибор и богато украшенное кресло. Очевидно, приготовленное для меня.

— ……

Я подошел и сел… чувствуя, как по спине катится холодный пот. Именно так — оказавшись в патовой ситуации, люди начинают потеть. Живя во Дворце Белого Бессмертного, я вел себя бесстыдно перед Ён Ри. И только сейчас я осознал, что вел себя так перед самой Небесной Девой. Лишь столкнувшись лицом к лицу со своим постыдным прошлым, человек начинает по-настоящему рефлексировать.

Воин Соль Тхэ Пхён. Какой же… позор…

— Ох, Тхэ Пхён-а.

Это был совсем не тот голос, что я слышал за ширмой. Тогда она казалась изможденной, хрупкой, как одинокий нарцисс… сейчас же это был тот самый знакомый тон Ён Ри, к которому я привык. Её естественный голос, без притворства. Трудно было поверить, что умирающая девушка за бумажной дверью и девчонка, прожившая рядом со мной несколько лет — одно лицо. И только теперь я уловил то странное сходство, которое всегда лежало на поверхности.

— Я уж думала, у меня шея вытянется, пока я тебя жду.

Я же просто не знал, как реагировать.

Шу-у-у—

Шум водопада заполнял пространство. Потягивая невероятно дорогой чай, Небесная Дева А Хён наконец открылась мне, говоря с явным удовольствием:

— Ха-ха. Моя шутка в прошлый раз была чересчур, верно? Я чуть не прыснула со смеху, видя, как ты разволновался.

— ……

— Но пойми меня правильно~. Я не хотела раскрываться раньше времени. Нужно было пресечь любые подозрения на корню. Ты ведь правда ничего не подозревал, Тхэ Пхён-а?

Не показываться за ширмой, говорить нарочито слабым голосом, дрожать, подавляя смех, и проверять мою реакцию, расспрашивая о принцессах.

— Я хотела, чтобы ты сосредоточился на похоронах Старейшины. Вот и всё.

— ……

— Я знала, как ты дорожил им. Раскрытие личности старшей горничной, которая всегда была рядом… это лишь сбило бы тебя с толку, когда тебе нужно было достойно попрощаться с Белым Бессмертным.

Так вот почему она не отдавала жетон до завершения обрядов. Я заставил себя не отводить взгляд от чашки и лихорадочно соображал, что сказать. Дева лукаво улыбнулась, подперев подбородок рукой. Действительно, А Хён никогда не была той слабой затворницей, о которой судачили во дворце. Похоже, об этом знала только её доверенная горничная. Если бы не исключительный случай, она бы и в Зал не зашла, а даже если бы зашла — простая ученица вроде Соль Ран её бы не увидела. Я легко мог представить, в каком шоке будет сестра, узнав правду.

— …Старейшина знал об этом?

— Кажется, он догадывался. С того момента, как он впустил меня во дворец, он наверняка почувствовал энергию Небесного Дракона в моем теле. Его способность видеть людей насквозь… его было не обмануть.

Даже если он не был уверен до конца, подозрения были сильны. И всё же перед кончиной он заставил меня собрать жетоны и прийти к Небесной Деве. Это наверняка было…

— Это было его посланием, — ответила А Хён раньше, чем я успел спросить.

Я до сих пор помнил её лицо в тот день. Увидев все четыре жетона вместе, А Хён долго молчала за ширмой. Это было доказательством того, что её многолетние труды не прошли даром. Это было утешение от уходящего Старейшины: «Всё хорошо. Твои усилия были не напрасны». Даже если он покинет этот мир, рядом с ней останутся те, кто поддержит её.

Так вот оно что. В тот день, когда я вернулся от Девы во Дворец Белого Бессмертного… Старейшина выглядел таким облегченным не потому, что узнал о её здоровье. А потому, что я, Соль Тхэ Пхён, смог собрать жетоны всех дворцов. Потому что я дошел до конца, подтвердил этот факт и вернулся… Именно поэтому он ушел с миром в душе. Когда я осознал это… в горле странно запершило.

— Тхэ Пхён, ты ведь тоже должен был это знать.

Теперь я понимал, почему Небесная Дева, видевшая смерть Старейшины уже много раз в прошлых циклах, плакала несколько дней напролет.

— Этот старик… никогда не поступает как ожидаешь…

Сказав это, А Хён улыбнулась. Но легкую грусть в уголках её губ не могла скрыть даже привычная живость.

— …Значит, он намеренно подстраивал ситуации каждый раз, когда дело касалось принцесс?

— Ой, Тхэ Пхён-а, слышать твою официальную речь так непривычно. Я сама поражена, как не рассмеялась в прошлый раз.

— ………

Она с улыбкой поставила чашку и продолжила тем самым тоном Ён Ри:

— А что? Тхэ Пхён-а, ты рожден мужчиной, так что должен хотя бы раз в жизни мечтать о наслаждениях! Ты сам всегда говорил об этом с такой уверенностью! Мужество! Дух настоящего мужчины!

— ………

— Конечно, раз целями были принцессы, твоя жизнь не раз висела на волоске… но ведь я здесь.

А Хён весело рассмеялась, но в её словах проскользнула серьезность.

— Не волнуйся. Я примерно знаю, что произойдет в будущем.

— Раз вы так говорите, мне становится спокойнее…

— …Однако, это первый раз, когда ты покорил всех хозяек четырех дворцов и добрался до Зала Небесного Дракона…… так что есть некоторая неопределенность…

— Если вы будете говорить такие пугающие вещи… я…

Несмотря на разговор, неловкость никуда не делась. Как бы богато она ни была одета и украшена, передо мной всё еще была та самая старшая горничная, с которой мы вместе охраняли дворец. Заметив моё выражение лица, А Хён ехидно прищурилась.

— Что, Тхэ Пхён, не хочешь больше звать меня Ён-нуним~?

— ……

— Ну же, скажи: Ён-нуним~.

— …Ваше Высочество, мне это дается с трудом.

— ……

Вот, значит, как… А Хён цокнула языком, а затем снова залилась смехом.

— Аха-ха, ну и как оно было? В роли горничной я была не так уж плоха, верно? Я была уверена в своем рукоделии, но как бы я ни старалась, моя готовка так и не стала лучше.

— ……

— В любом случае, со смертью Белого Бессмертного многое изменилось. Я подготовила почти всё, что можно, до появления Чумного Духа. Моё пребывание во Дворце Белого Бессмертного тоже имело смысл.

Я не мог не спросить:

— О каких приготовлениях идет речь?

— О чем же еще? Кадры. Старый евнух Чу Ён Сок сказал, что едет выращивать чай, но на самом деле он будет моими глазами вне дворца. Писарь Ван Хан войдет в главный дворец и станет влиятельным чиновником. Эти двое помогут позже избавиться от тех, кто слишком заигрался в политику. Особенно нам нужно убрать эту ядовитую змею, стратега Хва Ана.

У Небесной Девы был четкий план.

— А ты, Тхэ Пхён — самый острый меч, который я смогла найти.

— ……

— Это очевидно. Ты скоро покинешь Дворец Белого Бессмертного, и вице-генерал вместе с другими командирами будут пускать слюни, желая забрать тебя. Но прости, я тебя никому не отдам.

— …А?

— Я планирую вынести на совет повестку о создании организации под названием «Внутренние Мечи». Скажу, что в последнее время горничные гарема ведут себя неподобающе, а внутренний дворец нестабилен, поэтому нам нужен кто-то, кто будет за этим присматривать.

Она хитро улыбнулась, от чего мне стало не по себе.

— Пятый ранг для командира этой организации будет в самый раз. Если кто-то под защитой Небесной Девы не сможет получить хотя бы такую должность — это будет позором для меня. Неплохо, правда, Тхэ Пхён-а?

— …Пятый ранг?

— Учитывая твои заслуги, с рекомендацией проблем не будет. Вопрос только в возрасте. Как только станешь совершеннолетним, будь готов вступить в должность.

— О чем вы вообще говорите… Ваше Высочество…

Похоже, А Хён уже всё просчитала. Моё продвижение по службе было необходимо, чтобы предотвратить катастрофу. Тихая жизнь, работа «поменьше» и заработок «побольше» — она велела мне забыть об этой мечте.

— Тебе выделят несколько горничных… и я приставлю к тебе двух-трех офицеров. Ну, если добьешься успехов, ранг поднимем… В любом случае, как командир Внутренних Мечей, ты будешь иметь свободный доступ во внутренний дворец. Также у тебя будет жетон Небесного Дракона, так что сможешь навещать меня в любое время, хотя визиты должны быть тайными.

Сказав это, А Хён — а точнее, Ён Ри — показала мне большой палец с самой яркой улыбкой на свете.

— Поздравляю с повышением, Тхэ Пхён-а.

— ………

Она знала меня слишком хорошо. Она прямо говорила: даже не думай сбежать на спокойную должность.

— Значит, ваше здоровье и правда в порядке?

Голова шла кругом от её рассказов. Однако среди всего этого я чувствовал странный диссонанс. Она бесконечно говорила о жизни горничной, о Старейшине, о моем будущем… Но при этом тонко избегала темы, которая интересовала меня больше всего. Да, слухи о её болезни были ложью. Но энергия Небесного Дракона действительно слабела. То, что Старейшина каждую ночь отгонял демонов на горе, было правдой.

— А-а, Тхэ Пхён всё такой же проницательный. — А Хён улыбнулась. Она взмахнула рукавом и гордо выпрямилась, точь-в-точь как энергичная Ён Ри. Она подошла к краю павильона и устремила взор на сад. Её уверенная походка, знакомая мне по коридорам дворца, наложилась на этот величественный образ, но взгляд стал серьезнее.

— Ты наверняка и сам чувствуешь: я больше не могу использовать энергию Дракона. Видя, как демоны начали кишеть у столицы… мне придется сосредоточиться на восстановлении. По крайней мере, пока Соль Ран не пробудится как следующая Дева.

— ……

— Тхэ Пхён-а.

Голос А Хён стал глубже.

— Когда Чумной Дух спустился на землю и город окрасился кровью… знаешь, что ты сказал мне? Несмотря на то, что я видела много смертей за эти долгие годы… я ни разу не забыла те слова.

— Что же я… сказал?

— А как ты думаешь?

Она мягко закрыла глаза. Словно перенеслась в прошлое. Интересно, что сказал ей «другой» я? Какой разговор произошел между нами? Когда мир рушился, а А Хён отправлялась в путь, чтобы повернуть время вспять… Какие слова я произнес на прощание?

Опустив голову, я заговорил тихо, почти шепотом.

— Выживи.

Сколько бы раз время ни поворачивалось вспять, сколько бы раз ни перерождалась моя душа… В конце концов, то единственное убеждение, выжженное в её основе, оставалось неизменным.

— Выживи, несмотря ни на что.

Был ли это правильный ответ? А Хён не стала отвечать словами. Но по её лицу я всё понял. Услышать эти слова снова спустя столько лет было для неё истинной радостью. Она улыбнулась — нежно и с легкой ноткой ностальгии.

И на этом воин Соль Тхэ Пхён, которому этим летом исполнилось шестнадцать лет, покинул Дворец Белого Бессмертного.