Лихан в замешательстве посмотрел на Гайнандо.

— Что-то не так?

— А… нет. Ты ведь не злишься, что я слишком много перекусывал?

— Нет.

Лихан вздохнул и подошёл к окну.

Затем он крикнул:

— Это профессор!

— Видишь! Я же говорил, что профессор! — барахтаясь, кричал профессор Вердус, уткнувшись лицом в землю.

Рыцари под командованием Арлонга растерянно спросили:

— Но, молодой господин, почему профессор пробирается тайно?

«Мне это тоже интересно».

Лихан подумал так, но сдержался и ответил дипломатично:

— Должно быть, произошло какое-то недоразумение.

— Какое ещё недоразумение может?..

Лихан сделал вид, что не расслышал вопрос рыцаря, и проигнорировал его. Затем он спросил слугу:

— Он так поступил, потому что вы сказали, что меня нет?

Учитывая характер профессора Вердуса, это было вполне возможно. Разве он не из тех, кто, даже услышав, что Лихана нет в поместье, всё равно прорвётся внутрь и будет ждать?

Однако ответ слуги оказался неожиданным.

— А, нет. Он просто прокрался, даже не спросив, и был пойман.

— …

На мгновение Лихан задумался, не сдать ли профессора Вердуса страже города Гранден.

***

Профессор Вердус, отряхнувшись от земли и усевшись, грыз древесную кору и спросил:

— Ну что, готов создавать артефакты?

Несмотря на то, что рыцари поместья поймали его и уткнули лицом в землю, профессора Вердуса это нисколько не волновало.

Его заботило лишь создание артефактов.

Лихан прикинулся дурачком.

— Создание артефактов? Не знаю, о чём вы говорите.

— А? Разве мы не договорились делать это вместе?

— У меня плохая память…

Будь на его месте Директор-Череп , он бы схватил его за воротник с криком «что за чушь ты несёшь», но профессор Вердус в этом отношении был наивен.

— А. Правда? В прошлый раз ты говорил, что хочешь поучаствовать в создании артефактов. Ты был невероятно увлечён этой идеей. Хорошо, что теперь мы можем этим заняться.

— …

Лихан потерял дар речи от того, как нагло профессор Вердус солгал сразу после того, как он сказал о своей плохой памяти.

Что это за человек…

«Ах».

Лихан наконец вспомнил о Шлеме Мудрости.

Если подумать, лучшего специалиста по артефактам, чем профессор Вердус, было не найти.

— Профессор, взгляните, пожалуйста, на этот артефакт.

— Что это?

Профессор Вердус, взяв Шлем Мудрости, осмотрел его и тут же ответил:

— Мерзкий артефакт. Он проклят.

— Как и ожидалось. А есть ли способ снять проклятие?

— Похоже, это будет сложно.

Существовало два типа проклятий на артефактах.

Первый — когда на обычный артефакт накладывали злое проклятие. В этом случае, если снять само проклятие, артефактом можно было пользоваться.

Второй — артефакт, изначально созданный со злой структурой. В этом случае снятие проклятия было бессмысленно. В тот же миг исчезла бы и сила артефакта.

Шлем Мудрости был типичным примером второго типа.

— Ух, обычно у артефактов есть ограничения, чтобы они не вредили своим владельцам, но у этого их нет. Если ему что-то понадобится, он без колебаний подвергнет своего хозяина опасности.

— Понятно. Я думал, вдруг вы, профессор, знаете какой-нибудь способ. — без особой надежды пробормотал Лихан.

Тут профессор Вердус внезапно рассердился и закричал:

— Я не говорил, что способа нет!

— Но… почему вы злитесь?

— Просто подожди и увидишь!

Профессор Вердус отложил кору, которую грыз, и принялся сверлить шлем взглядом.

Лихан был слегка ошарашен такой неожиданной реакцией. Гайнандо прошептал сбоку:

— А профессор не слишком ли легко поддаётся на провокации?

— Хм.

Если уж Гайнандо такое говорит, значит, он определённо слишком легко поддаётся на провокации.

Но Лихан оставил профессора Вердуса в покое.

«Может, он переделает его во что-нибудь полезное?»

Если бы это случилось, Лихан подумывал продать его под названием вроде «Шедевр величайшего мастера артефактов Эйнрогарда, Биббла Вердуса».

— Способ есть.

— Какой?

— Убрать его функцию намеренно отбирать и сообщать информацию.

— ?

Лихан не понял, о чём говорит профессор Вердус.

— Но ведь способность подвергать владельца опасности останется, не так ли?

— Этого ты можешь избегать и сам.

— …

Что бы ни говорил Шлем Мудрости, пока он ничего не скрывает, слушатель может принимать взвешенные решения.

Таков был довод профессора Вердуса.

«Это… это правда?»

Лихан чувствовал, что в рассуждениях профессора Вердуса есть логика, но почему-то не хотел этого признавать.

Однако было и правдой, что изменить шлем лучше, чем не менять вовсе.

— Хм. Тогда давайте его изменим. Что мне нужно для этого сделать?

— Наложить несколько заклинаний, чтобы его отключить, и поменять внутренние чары. Если я начну сейчас, то закончу к восходу солнца.

— Чем я могу помочь?

— Ты? Тебе тут нечем помочь, — честно ответил профессор Вердус.

Это были заклинания, которые Лихан еще не мог использовать, и возможности применить его огромный запас маны тоже не было.

— Понятно. Тогда я пойду спать.

— Да. Иди спи.

Профессор Вердус махнул рукой, забыв о своей первоначальной цели. Лихан вежливо поклонился и покинул приемную.

— Мне пора спать. Всем спокойной ночи.

— Э-э… так можно?

— Можно, можно.

Слуга был в замешательстве, но Лихан попрощался с друзьями и ушел спать в свою комнату.

Слуга остался один, растерянно глядя на профессора Вердуса, который держал шлем в приемной.

«И так действительно можно?..»

«И так действительно можно?!»

***

Утро.

Профессор Вердус стукнул по Шлему Мудрости и спросил:

— Эй. Назови свою цель.

«Моя цель — приумножать мудрость внутри меня, даже если для этого придется уничтожить своего хозяина…»

— Идеально.

Это было поистине поразительное достижение. Исправить характеристики артефакта с собственным разумом всего за одну ночь. Это была великолепная работа, за которую не осмелились бы взяться даже искусные мастера артефактов.

Несмотря на такое удивительное свершение, профессор Вердус не выказал никаких особых эмоций. Он зевнул и спросил:

— Где Варданаз? Мне нужно сделать артефакт.

— Эм… Господин Варданаз ушел с друзьями тридцать минут назад. Он сказал, что вы, похоже, были очень сосредоточены, поэтому он не стал вас беспокоить.

— …

Профессор Вердус нахмурился. Он не был уверен почему, но у него возникло странное чувство, будто его одурачили.

***

— Ты действительно уверен, что так можно?

— Я просто случайно вышел пораньше.

Так ответил Лихан. Если ему когда-нибудь придется насильно работать с профессором Вердусом, то лучше оттянуть этот момент как можно дальше. По крайней мере, до тех пор можно будет прикрываться этим оправданием, верно?

Рэтфорд с тревогой оглянулся назад. Похоже, его беспокоила реакция профессора Вердуса.

— Давайте сегодня останемся у Гайнандо.

— Правда?! — глаза Гайнандо загорелись.

В прошлый раз нагрянули другие члены императорской семьи, с которыми он даже не был близок, и все испортили, но сейчас все было иначе. Он мог пригласить друзей и как следует провести время.

Гайнандо пошевелил пальцами и коснулся колоды карт в кармане. Подобно тому, как Лихан, лучший студент их курса, мог с закрытыми глазами пересказать содержание магических книг, Гайнандо мог так же легко перечислить список веселых занятий.

Карточные игры магов, поло, петанк, азартные игры, Магическая Диаграмма Вознесения…

«В шахматы играть не стоит, Лихан слишком силен».

— Рэтфорд. Ты ведь их принес?

— Да.

— Йонер. Ты говорила, у тебя тоже есть?

— Я всегда ношу их с собой.

— !!

Гайнандо еще больше воодушевился от разговора друзей. Его друзья определенно принесли с собой карты магов.

— Вы их принесли?!

— Конечно. Нам же нужно будет чем-то заняться у тебя дома, — ответил Лихан, доставая из сумки книгу.

Это была «Об основах магии темной стихии и ее применении».

— …

Лицо Гайнандо исказилось от печали и недоумения.

— Что-то не так?

— Э-э… ничего…

— Ты ведь тоже принес книги, Гайнандо? Давай вместе изучать темную магию.

— Я тоже планирую сегодня заняться учебой, которую откладывала.

— Как здорово вот так учиться вместе.

Глядя, как Лихан, Рэтфорд и Йонер тепло болтают и смеются, Гайнандо плакал в душе.

«Жизнь — это не только магия!..»

***

«Теперь я понимаю, почему темная стихия считается сложной».

Лихан, снявший отдельную комнату, закрыл глаза и сосредоточился на темной стихии. Основы стихийной магии заключались в том, чтобы почувствовать стихию и четко ее материализовать.

В этом плане темная стихия не была такой уж сложной. На самом деле, для других магов это тоже было непросто, но у Лихана в голове были особые образы, отличавшиеся от представлений других магов. Как эти образы помогли ему при освоении стихии молнии, так же они помогли и с темной стихией.

Проблема начиналась дальше.

«Она похожа на стихию огня».

Стихия воды редко вредила своему хозяину, даже если контроль был утерян, а стихия молнии исчезала, не успев разрастись, но с темной стихией все было иначе. Если потерять над ней контроль, она навредит хозяину и при этом никуда не исчезнет.

Такие стихии, как и стихия огня, если допустить ошибку…

Вшууух

Отдельная комната, залитая светом из окна, внезапно погрузилась во тьму.

Это была не естественная, а искусственная тьма, созданная магией. Внутри неё извивалась негативная энергия и откуда-то веяло леденящим холодом.

Лихан бросил заранее подготовленный лист.

Жизненная сила листа тут же иссякла, и он мгновенно превратился в сухой.

Это была отличительная черта стихии тьмы — истощение жизненной силы.

«…Если не быть осторожным, можно и свалиться».

Для тёмных магов, имеющих дело со стихией тьмы, несчастные случаи, когда они истощают собственную жизненную силу и падают без чувств, — обычное дело. Именно за этим нужно следить в первую очередь и с особой тщательностью.

Конечно, сила стихии тьмы, которую изучают вначале, чрезвычайно слаба. Проведя в такой тьме несколько часов, даже не запыхаешься. Поэтому для начала нужно укрепить мощь стихии тьмы…

«?»

Лихан посмотрел на лист, который только что увял от соприкосновения со стихией тьмы.

Затем он взглянул на раздел об усилении стихии тьмы.

«Эту часть можно пропустить».

…Итак, если мощь стихии тьмы достаточно возросла, значит, заложен фундамент для настоящей стихийной магии. Ключевой момент в управлении магией тьмы заключается в том, что маг должен уметь контролировать её свойство истощать жизненную силу. Если он не способен на это, то будет размахивать мечом, которым может порезать и себя…

«Вот бы он всегда так подробно объяснял».

Читая излишне дотошную книгу, Лихан снова призвал стихию тьмы.

Короче говоря, маг, управляющий стихией тьмы, не должен испытывать никакого воздействия, даже если опустит руку в эту стихию.

«В конечном счёте, мне нужно самому научиться контролировать её свойства…»

Сила магии растёт пропорционально мане.

А вместе с ней растёт и сложность контроля.

Для Лихана, который до сих пор не мог полностью совладать со стихией огня и носил различные артефакты для её контроля, стихия тьмы представляла ещё большую трудность.

Но он не мог просто избавиться от имеющейся у него маны…

«Пока я не научусь её контролировать, придётся, как и со стихией огня, управляться с ней порциями размером с уголёк? Но в отличие от огня, для стихии тьмы в этом не будет никакого смысла».

— Лихан! Лихан!

Гайнандо постучал в дверь комнаты. Лихан закрыл книгу и ответил.

— Сколько часов ты уже занимаешься?

— …Сейчас не это главное! Появилась отличная подработка! Говорят, с ней справятся только тёмные маги!

«…И что в этом хорошего?»

Лихан тут же заподозрил неладное.