“Монстры рождаются из людского чрева.”

— Савара Кадзуми, Мыс на севере

__________

(1)

Образец был назван "Кор Уада 17-С-В". 

В Центральном экологическом научно-исследовательском институте имени Язуно исследования этого био-образца проводились по трем основным направлениям: Каковы его характеристики? Как можно увеличь количество образцов? Что это вообще за существо?

В общем, они почти ничего не знали о нём.

Даже его происхождение было сомнительным. Доктор Нагасуэ, который принес образец в лабораторию три года назад, пропал в следующем году, никому не сообщив о своем местонахождении. В довершение ко всему, его клеточная структура не походила ни на один из известных человеку многоклеточных организмов.

Один из исследователей назвал его похожим на "выставочный образец куриной вырезки". Его коллеги язвительно хихикали в знак согласия. Действительно, внешне он ничем не отличался от куска куриной вырезки, который можно найти в отделе замороженных продуктов в супермаркете. Хотя оба они напоминали еду, один был сделан из пластиковой смолы и силикона, а другой — из чего-то совершенно чужеродного.

Тем не менее были определенные странности, которые они заметили.

Все клетки, входящие в состав образца, были тотипотентными, что означает, что они способны дифференцироваться* во все другие типы клеток. При введении в рану другого организма он превращался в копию клетки организма и помогал процессу деления клеток. Впоследствии он становился частью своего хозяина (и на первый взгляд казалось, что рана прекрасно зажила).

Одна из целей современной медицины — воспроизведение тотипотентных клеток. Было бы достижением века, если бы удалось воспроизвести такую функцию в других клетках благодаря исследованию этого особого образца. Однако в современном мире шумиха, вызванная любым открытием, может оказаться обоюдоострым мечом. Поэтому, хотя на это исследование и возлагались большие надежды, его также проводили в тайне.

До сих пор им не удалось найти способ культивировать образец в исходном виде. Поэтому они действовали осторожно, отрезая от него крошечные кусочки время от времени.

Тут была лабораторная крыса.

Её желудок был вскрыт и совмещен с фрагментом "Кор Уада". "Кор Уада" мутировал у них на глазах, дифференцируясь в абдоминальные* клетки млекопитающих Rodentia Myomorpha* вызывая активное деление. В течение 52 минут рана полностью закрылась, не оставив шрама.

После этого было замечено отклонение от нормы — поведение крысы начало меняться.

Скорость, с которой она выполняла определенные действия в камере оперантного обусловливания*, явно возросла. Кроме того, у нее даже развилась определенная степень предвидения на основе прошлых моделей поведения. В классическом эксперименте с лабиринтом крыса продемонстрировала скорость обучения значительно выше средней. Она не только не проявила агрессии, обычно наблюдаемой в подобных экспериментах, но и начала вести себя более осторожно.

Недальновидные сотрудники пришли к выводу: лечение повысило интеллект крысы. Это была фантастическая новость: "Кор Уада" не только восстановил поврежденный орган, но и активировал(?) нейроны(?) в мозге(?). Какое чудесное открытие! Это, несомненно, выведет человечество на новый уровень! 

Более благоразумные сотрудники радовались, но сдержано. Клетки неизвестного происхождения вызвали изменения с помощью какого-то неизвестного механизма. Какова бы ни была причина, мы, несомненно, сможем получить больше информации, продолжая изучение. Мы должны быть благодарны уже за это. 

Тем не менее небольшая часть оставшихся мрачно усмехнулась. Им было хорошо известно, что в природе существует множество паразитических организмов, способных вызывать изменения умственных способностей своих хозяев. Если бы "Кор Уада" был одним из них, потребовались бы астрономические усилия, чтобы преодолеть колоссальный барьер для превращения его использования в практическую медицинскую процедуру.

Наконец, несколько человек ничего не сказали. Они отвели взгляд от крысы, которая уставилась на людей своими непостижимыми глазами, и спросили с оттенком страха в голосе:

Неужели мы все еще можем называть это существо крысой?

(2)

Стены и потолки безупречно белые.

Пол блестящего винно красного цвета.

Запах антисептика и освежителя витал в воздухе, слегка щипля стенки гортани.

Я не хочу здесь надолго задерживаться…

Таковы были честные мысли Эмы Содзи по поводу Центрального института экологических исследований имени Язуно.

Он понимал, что в исследовательском центре, занимающемся биологическими науками, стерильность является первостепенной задачей. Однако отбеленные и нетронутые стены, которые, несомненно, были делом рук человека, оттиравшего каждый уголок с помощью кучи дезинфицирующих средств, выглядели так скорее для галочки, чем для какой-либо практической цели. Так ли это было на самом деле? Какая-то самовлюбленная шишка, держащая в руках ключ к фондам института, в один прекрасный день пришла и решила, что так и должно быть? Он знал, что был необъективен, но это звучало довольно правдоподобно.

Пока подобные мысли появлялись и исчезали в его голове, он старался, чтобы это не отражалось на его лице. Он и так не отличался выразительностью, поэтому, как обычно, держал эти праздные мысли за неподвижной маской.

— Просьба, с которой я хочу обратиться к вам, проста.

Когда дело доходило до сокрытия своих эмоций, клиент, с которым он столкнулся, был не так уж плох собой. Приветливая улыбка на его лице великолепно скрывала его истинные мысли. Не то чтобы это что-то значило. 

— В настоящее время наша лаборатория проводит инновационные исследования, которые, несомненно, произведут революцию на рынке. Как только мы переведем его в практическую плоскость, оно может стать единственной движущей силой роста нашей компании. К сожалению, одна из фракций в наших рядах не очень хорошо относиться к перспективе, что мы займем подобное положение, если добьемся успеха конечно…

Содзи не обращал на него внимания, он уже понял общую картину.

Если коротко, противоборствующие силы внутри компании пытались им помешать, поэтому они хотели, чтобы он укрепил безопасность этого исследовательского института. Для этой цели они пригласили его, якобы эксперта в данной области (по чьей-то рекомендации).

— Таким образом, я хочу попросить вас воспрепятствовать партнерству между фракцией исполнительного директора и Epizon Universal Inc.

— Хм? – оказалось, мужчина только что сказал нечто совершенно неожиданное. — Позвольте мне повторить еще раз.

— Будьте так любезны.

— Вы ведь знаете, что я специализируюсь на безопасности, верно?

— Да, конечно.

— Итак, причина, по которой меня вызвали сюда — обсудить усиление безопасности этого здания.

— Ну, да. Это верно.

— Тогда почему вы упомянули слово "препятствовать"?

— Видите ли, если сотрудничество пройдет без проблем, власть и влияние, которые приобретет исполнительный директор Сонеда, позволят ему открыто препятствовать нашим усилиям. Я не прошу вас расторгнуть партнерство, но если бы вы могли отложить его еще примерно на два месяца, у нас бы появилось гораздо больше возможностей.

— Какое отношение это имеет к безопасности?

— Разве вы не знаете? Нападение — лучшая защита. Это пословица, которая передается с незапамятных времен и применяется повсеместно. – Приветливая улыбка не сходила с лица мужчины, пока он давал абсурдный ответ.

Всё же, Содзи не мог понять логику этого человека. Чем укреплять оборону, лучше ослабить врага. Действительно, здравый аргумент. Он как один из тех знаменитых генералов прошлого, которые постоянно произносят жаргонные пословицы вроде "тактики голодания" или "стратегии отчуждения" и тому подобное.

Тем не менее Эма Содзи был обычным гражданином современной Японии, а главное, обладал здравым смыслом. Он не собирался жить в мире военной истории.

Опустив голову, он прямо сказал.

— Со всем уважением, я отказываюсь.

— А?! – мужчина все еще улыбался, но его глаза расширились от удивления. 

Он хорошо умеет контролировать свои эмоции, подумал Содзи. 

— Могу я узнать, почему?

— Я не знаю, чего вы ожидали, услышав имя "Эма Содзи", но саботаж не входит в круг моих обязанностей. Я пришел сюда, рассчитывая поработать над вашей инфраструктурой безопасности, но вы предлагаете мне поиграть в ниндзя. Подобный запрос я выполнить не в состоянии.

— … Что?

— Если вы нуждаетесь в таких услугах, есть другие, более квалифицированные специалисты. Если хотите, я поговорю с посредником, который организует для вас более подходящего кандидата. – Пока он говорил, Содзи встал с ужасно мягкого дивана, на котором сидел.

— Но…

— Я готов подыграть гипотетическому врагу, но считайте, что меня нет, если у вас в планах вести настоящую войну. Можете быть спокойны, все, что я услышал сегодня, предназначено только для моих ушей.

Не дожидаясь ответа, он вышел из приемной.

Корпоративный шпион.

Это не профессия, а скорее группа людей, которые занимаются определенной деятельностью. В основном, они проводят тайные операции, целью которых является либо нанесение ущерба противоборствующей организации, либо получение выгоды для той, на которую они работают.

Их методы разнообразны и многогранны. Один может проникнуть в конкурирующую компанию и слить ее служебную или оперативную информацию, а также посеять раздор среди ее сотрудников. Другие могут проникнуть в компанию физически, чтобы украсть интеллектуальную собственность и саботировать ее деятельность. Распространенность Интернета также делает возможными кражи и вандализм с помощью хакерских атак и других подобных средств. Как у компаний и предприятий есть различные способы законной борьбы за бизнес, так и у тех, кто работает в преступном мире, есть способы заниматься своим ремеслом скрытно.

В такой стране, как Япония, с долгой историей внутренних раздоров, можно считать, что крысиные бега укоренились в культуре. В условиях затяжного экономического спада, когда все корпорации несут убытки, потребность в корпоративных шпионах только возрастает.

Шпионить. Обманывать. Красть. Уничтожать. Нет ничего, на что бы эти люди не пошли ради средств к существованию.

В любом случае…

Покинув приемную, он осматривался по пути к входу.

Этому зданию очень не хватает безопасности... Да, в этом нет никаких сомнений. При беглом взгляде на расположение камер наблюдения и передвижение сотрудников он заметил множество недостатков.

Ставни над главным входом были надежно защищены на случай чрезвычайной ситуации, но все это было напрасно, учитывая разбитое стеклянное окно в нескольких метрах сбоку. Одна из камер, предположительно, была направлена туда по этой причине, но даже нетренированному глазу было очевидно, что это всего лишь муляж. Более того, единственной формой распознавания сотрудника была идентификационная карта. Не было ни сканирования отпечатков пальцев, ни проверки голоса, отсутствовало даже сканирование радужной оболочки глаза. Другими словами, чтобы выдать себя за сотрудника, достаточно было подделать его карточку и наложить на нее свое лицо.

Япония — страна закона и порядка, а значит, шансы на то, что ограбление произойдет в лоб, близки к нулю. Вероятно, они не ошиблись, исключив возможность перестрелки. Однако все остальное было честной игрой. Будь то Японии или в любая другая страна, пока есть что красть, кражи со взломом и воровство все равно будут в почете — особенно в местах, где хранятся секреты.

Кроме того, его внимание привлек еще один вопрос.

... Нет. Что бы здесь ни случилось, меня это не касается. – Подумал Содзи, продолжая идти.

— Это вы, мистер Эма?

Из ниоткуда незнакомый голос окликнул его, и он остановился.

— А? – он обернулся.

В нескольких шагах, на него смотрела молодая девушка. Он быстро оценил её.

На вид ей около двадцати лет, возможно, даже восемнадцать или девятнадцать. На ее блузке не было карточки с удостоверением личности.

Его первое впечатление — она не особо привлекательна.

Однако эта простота была искусственной. Макияж, наряд и очки приуменьшали ее внешность. Уже одним этим фактом она очень напоминала корпоративную шпионку. Хотя в данном случае это, вероятно, не так.

Осанка у нее хорошая, но неустойчивость туловища и смещение центра тяжести говорит о недостатке физических упражнений. Он предположил, что ее образ жизни состоит из длительного сидения на неудобном офисном стуле.

Теперь, когда я закончил анализировать ее, пора двигаться дальше.

— Эмм…

Тот факт, что его позвали по имени, означал, что она знает о нём. Однако ее лицо не вызвало в памяти Эма Содзи никакого отклика. При ближайшем рассмотрении оказалось, что под напускной простотой ее лица скрываются красивые черты.

Но даже так, память не отзывалась на ее имя.

— Это вы, мистер Эма. Вы выглядите точно так же, я сразу понял, что это вы.

'Мистер Эма'. Это слишком. Да и почему она обращается именно так?

Девушка выглядела счастливой и скромно улыбалась. 

— Давно не виделись. Вы меня помните? - спросила она с озорством.

— Эм…

— Возможно, вы не помните? - Уголки ее губ изогнулись в коварной улыбке.

Увидев это выражение, он вспомнил прошлое. Это было давно, задолго до того, как человек, известный как Эма Содзи, стал вести тот образ жизни, который он ведет сейчас.

В то время ему было всего двадцать, он был обычным студентом университета и самым заурядным человеком, не имеющим никаких связей с преступным миром. Он брал множество подработок и вел напряженную жизнь, постоянно куда-то спеша. Среди студентов, которых он обучал в качестве частного репетитора, та, что была самой блестящей и способной в обучении, особенно ухмылялась, когда дразнила кого-то старше себя.

Этот фрагмент памяти был слабым отголоском той жизни, которую Содзи вел в прошлом.

— ... Ты Сакими?

— Да! - Она радостно кивнула.

— Я тебя почти не узнал. То есть, как я мог? Сколько лет прошло?

— Целых шесть лет. А мне сразу понято. Всё же, ах, это мистер Эма.

— Ну... я имею в виду, на то время я уже был взрослым мужчиной. 

Он на мгновение замешкался. Неужели она действительно видела его и думала, что он выглядит так же и тогда? Сейчас, шесть лет спустя? 

— А ты тогда была только в средней школе.

Конечно, как ты можешь выглядеть так же, хотел возразить он. В его воспоминаниях она маленький нахальный ребенок. Теперь, шесть лет спустя, она стала выше ростом, руки и ноги стали длиннее, не говоря уже об изменениях в ее фигуре.

— Конечно, ты уже совсем большая. И выросла очень красивой.

— Это похоже на то, что сказал бы дядя племяннице, с которой давно не виделся.

— В общем так оно и есть, я чувствую себя как дядя, который давно не видел свою племянницу. - Они естественно обменялись легкомысленной болтовней.

— Но это так скучно. Ох, но я почувствовала себя счастливой, когда вы сказали, что я стала красивой. 

— Можешь повторить, на этот раз выглядя более застенчиво? Пожалуйста, красавица?

— Я не буду этого делать.

— Жмотка!

Содзи вспомнил, как они общались шесть лет назад, и подражал этому…

‘Ты убийца!’

— ?! - На секунду голос из прошлого, назвавший его так, прозвучал в глубине сознания, и он рефлекторно поморщился…

— ... Что случилось, мистер Эма?

— О, ничего страшного. - Он покачал головой. — Ты... не знаешь обо мне?

— А? - Она выглядела озадаченной. — Конечно, я знаю. Поэтому я и обратилась к вам, не так ли? Мистер Эма, верно? Только не говорите мне, что вы теперь просто двойник или что-то в этом роде.

— Я не это имею в виду. - Он сделал глубокий вдох и подождал, пока его прерывистое дыхание прейдёт в норму.

— Извините, что спросила что-то странное. Забудьте, что я сказала.

— Хорошо... Если настаиваешь. - Ее лицо подсказало ему, что она не была уверена. Нельзя её обвинять.

— Кхем.

Неподалеку послышался преувеличенный кашель. Когда они повернулись посмотреть, то увидели охранника средних лет, который уставился на них глазами, кричащими: "Прекратите флиртовать друг с другом посреди дороги!".

Образовалась группа зрителей, пока они болтали на площадке перед входом.

— Похоже, что мы не можем стоять здесь вот так и говорить. Может, нам стоит выйти? - Он несколько жестко подтолкнул ее.

— Д-Да, звучит неплохо. - Сакими выглядела немного смущенной, когда начинала идти. — О, точно. Может, вы здесь работаете, мистер Эма?

Он на секунду растерялся, а потом вдруг понял, что она говорит о Центральном институте экологических исследований имени Язуно.

— Нет, я не отсюда. Я просто встречался кое с кем, чтобы обсудить некоторые вопросы безопасности. А ты?

— Мой отец работает здесь. Я пришла, чтобы доставить то, что он оставил дома. По его словам, какую-то флешку с важными данными.

— О-о, Правда? - Ты разыгрываешь меня? В такое-то время?

Неужели для него в порядке вещей выносить что-то подобное из здания?

Он еще раз вспомнил о проблемах безопасности, с которыми сталкивается институт. Если они находятся в центре внутреннего конфликта, разве они не должны хотя бы принять элементарные меры предосторожности, чтобы не стать лёгкой мишенью для врага?

Возможно, его беспокойство показалось на лице, когда она последовала за ним.

— Я полагаю, это действительно рискованно с его стороны, вы не находите? - Она посмотрела на него несколько неловко.

— Да, можно сказать и так. В любом случае с такими вещами нужно быть осторожным, тем более мы живем в такую опасную эпоху. Акционеры наверняка поднимут шум, если узнают об этом. Не говоря уже о том, что здесь проводятся первоклассные исследования, не так ли?

Осмотрев окрестности, он добавил: — Это делает еще более вероятным, существование людей нацелившихся на это место.

— Наверное, вы правы.

Выйдя за автоматическую дверь, Содзи обернулся, чтобы бросить последний взгляд.

Три камеры наблюдения охватывали вход.

Однако двое из них были не очень хороши, с большим количеством слепых зон. Таким образом, существовало примерно семь путей, по которым можно было пройти внутрь, не попав на запись.

И это только то, что он мог заметить при беглом осмотре. Тот, кто собирает хоть немного информации заранее, несомненно, более осведомлен.

Они уже здесь…

Он заметил их на выходе — людей, которые пробирались сюда по маршрутам, которые он только что проследил собственными глазами.

По выражению их глаз, по тому, как они держали центр тяжести, когда стояли, и как они перемещали вес своего тела, он мог сказать, что это были профи.

Шпионы. Диверсанты. Это, пожалуй, их характеризует. Кроме того, в отличие от таких любителей, как он, эти парни были настоящими профессионалами. Они зарабатывали на жизнь подобной работой.

… Довольно логично. Учитывая, насколько хилая здесь защита, неудивительно, что такие грубияны, как они, вваливаются сюда, как будто они здесь хозяева.

Нападение — лучшая защита. Это были слова человека, сказанные ранее, но, похоже, его опередили.

В любом случае это не то, во что я должен совать свой нос, полагаю…

Этот исследовательский институт вскоре поплатится за свою прежнюю халатность. Но этот вопрос должен решаться внутри компании, а постороннему человеку, как он, не пристало давать комментарии.

Эма Содзи жил по правилу: "Я буду помогать только тем, кто обращается за помощью по собственной инициативе, и только в том случае, если они заплатят соответствующую цену". Это была его самая важная директива. Это то, что он установил для себя, чтобы сохранить свою жизнь, пока ходил по краю. Это не то, что ему стоило нарушить из-за сиюминутного всплеска эмоций.

Так что, я должен убраться отсюда, - сказал себе Содзи.

__________

__________

Солнце уже давно село, и начался сильный дождь.

Капли били по его зонту, как пули, пока они пробирались по ночным улицам. Из-за ливня уличные фонари едва освещали путь.

Из-за непрекращающегося шума им приходилось говорить довольно громко, чтобы слышать друг друга. Поскольку они находились в деловом районе, они не решались слишком сильно повышать голос, хотя в этот час здесь довольно пустынно. Поэтому они были немногословны.

Даже сейчас молодая женщина, идущая рядом с ним, Санакура Сакими, казалось, была в хорошем расположении духа.

— Разве ты не говорила, что хочешь пойти в юридическую школу? Что-то насчет того, чтобы получить лицензию адвоката и стать независимой. Как у тебя дела?

— Это? Ахаха, скажем так, мечты, которые бывают в молодости, эфемерны как дым. Но не волнуйся, я уже повзрослела, и сейчас на пути к своей следующей мечте.

— Понятно. Рад за тебя.

Между ними была пропасть в шесть лет. Хотя в прошлом они были знакомы, но не были настолько близки, чтобы поддерживать контакт. Тем не менее Сакими непринужденно болтала с ним, как будто они были друзьями. Он не помнил, ее такой общительной раньше.

Содзи не был настолько наивным, и самодовольным, чтобы вообразить, что он ей нравится, или что она несомненно рада воссоединению со своим любимым наставником после стольких лет.

— Я до сих пор помню все, чему вы меня научили. Например, об игуанах.

— Ха, о чем это ты? Разве я когда-нибудь говорил о таком?

— Да! Вы сказали, что они вкусные, если консервированные в соевом соусе.

— Ты определенно все перепутала.

— Ах да, как поживает твоя милая подружка?

— А... Кажется, я никогда не поднимал эту тему, не так ли?

Пока они шли и разговаривали об обыденных вещах, как в прошлом, выражение лица Сакими иногда затуманивалось, как будто она сравнивала тот период прошлого с чем-то другим.

Она чем-то недовольна в своей нынешней жизни? - заинтересовался Соджи.

Это похоже на то, как люди с возрастом все чаще вспоминают былое. Чем больше они не удовлетворены настоящим, тем привлекательнее кажется прошлое. И если у них есть возможность пережить старые дни — встречая кого-то из прошлого и догоняя их, — они будут счастливы.

Наверное, поэтому ее настроение лучше, чем обычно. Несмотря на то, что это было грубо, он не мог не думать так.

Улица расходилась на два пути. Правая сторона вела к торговому району, а дальше вниз - к станции Фукамичи. Деловой район продолжался слева и вел к жилому району.

— Не возражаешь, если мы обменяемся номерами?

Содзи на секунду замер. Это то, что он должен был предвидеть, но не предвидел. Я должен отвергнуть ее, сказал он себе. Он понимал, что ничего хорошего не выйдет, если эта девушка, которая ничего о нём знает, сблизится с его нынешним "я".

И все же в конце концов он согласился.

— Конечно, почему бы и нет.

— Ничего, если в следующий раз я приду к тебе за личным советом?

— Ну… - Он колебался недолго. — Хорошо. Хотя сначала я должен предупредить тебя, не могу гарантировать, что помогу.

— Нет необходимости в гарантиях. В конце концов, я просто оправдываю свои ожидания.

— Ты ужасно избалована, не так ли?

Как мужчина, он должен был радоваться близости с молодой девушкой. Он должен надеяться и придумывать, как стать еще ближе к ней. 

Но я явно не чувствую подобного.

С другой стороны, если он действительно беспокоится о ней, ему следует порвать с ней все связи.

Сейчас все иначе, чем шесть лет назад. 

Возможно, ему стоит предупредить ее, чтобы она не сближалась с нынешним Содзи. 

Но мне не хочется этого делать.

В конце концов, он не смог выбрать ни одного из "должен был".

Я действительно бесхребетный.

— Я скоро позвоню! - С этими словами Сакими направилась в сторону станции.

В одиночестве стук дождя звучал еще оглушительнее. Его мир, окрашенный в серые тона, стал еще темнее.

— … Как я могу быть таким придурком? - произнес он вслух, усмехаясь про себя.

Неудовлетворенность настоящим и постоянное вспоминание прошлого. Да, это про меня. Было здорово болтать с девушкой, с которой он был в хороших отношениях шесть лет назад, как будто всего этого времени и не прошло.

Укрывшись под карнизом соседнего здания и достав свой телефон. Он открыл список контактов, еще раз убедившись, что имя Сакими было добавлено в начало списка, набрал контакт "Болтун".

После гудков вызов пошел.

— Эй, Эма! Мой мальчик! Где ты находишься в это время? - По какой-то причине легкомысленный голос на другом конце линии говорил быстро.

— Я нахожусь всего в нескольких улицах от исследовательского института. Извините, но я отказал им, так как условия отличались от тех, что я ожидал.

— О, я уже слышал об этом. Нет, это моя вина, что я не уточнил условия. Я исправлю это в следующий раз, хорошо?

— Конечно. - Однако ему хотелось сказать 'Я не буду ждать улучшений'.

Но голос из телефона был на шаг быстрее его: 

— Более того…

— … Уходи оттуда немедленно. Этот исследовательский институт скоро подвергнется нападению.

— О. - Наверное, те парни, которых я видел, ха. — Все в порядке, я не подхожу к зданию. С тех пор как я видел тех ребят и все такое.

— Я не это имел в виду. Поторопись и спрячься. Гото и его парни уже в пути.

В эту долю секунды шум дождя словно растворился в воздухе. По позвоночнику пробежал холодок, будто его облили ведром ледяной воды.

Он идет?

Этот парень?

Прямо сейчас?

Туда?

— … Какое знакомое имя.

Задержав дыхание, чтобы предотвратить приступ паники, через некоторое время он выдавил из себя искаженный стон.

Как правило, корпоративные шпионы ведут себя незаметно. Такие вещи, как кража пароля или тайное проникновение в папку с секретными документами, не требуют громких фанфар, как перестрелки или бои на мечах. Яркие действия привлекают ненужное внимание, которое потенциально может разрушить усилия хорошо выполненной работы. Поэтому они по умолчанию ведут себя скромно.

Но всегда и во всем есть исключения. Гото был одним из них, подрядчик, пользующийся дурной славой в торговле.

В то же время его имя было незабываемым для человека, известного как Эма Содзи.

— Он собирается уничтожить институт?

— Скорее да, чем нет. Ты же не хочешь попасть под раздачу?

Мне бы этого не хотелось, подумал он. А поскольку имя Гото всплыло на поверхность, не было преувеличением или шуткой сказать, что его жизнь может оборваться, если он сунет свой нос в это дело.

— Ну, конечно…

Только ответив, он поднял голову.

И засомневался в своих глазах.

Вдали, за пеленой дождя, он увидел человеческий силуэт, пробежавший мимо перекрестка улиц, на котором он только что был. У неё не было зонтика, и её волосы развевались за ней, когда она беззаботно мчалась под дождем.

Он не мог четко разглядеть очертания. Во-первых, все произошло в мгновение ока. Да и это не имеет значения. Я уже догадался, кто это.

Санакура Сакими.

Девушка, с которой он расстался несколько минут назад.

Почему она повернула обратно, да еще в такой спешке?

Причина могла быть только одна: Она заметила беспорядки вокруг рабочего места своего отца. Поэтому она и побежала обратно, надеясь, что сможет как-то помочь... И все это без малейшего представления о том, что ее там ждет.

Место, где проводятся первоклассные исследования, обязательно станет объектом внимания других организаций. Тот, кто предупредил ее, был не кто иной, как сам Содзи.

— Алло? Эма? Ты здесь?

— Прости.

— А? В чем дело, что-то случилось?

— Я тебе перезвоню.

— Эй, подожди. Алло…

Он прервал звонок и сунул телефон в задний карман.

— Я же не желал смерти! - Отбросив зонтик, он кинулся под проливной дождь.

__________

__________

Для вас старался: Бяо.

Сноска:

Дифференцирование клеток — процесс реализации генетически обусловленной программы формирования специализированного фенотипа клеток, отражающего их способность к тем или иным профильным функциям. Дифференцировка меняет функцию клетки, её размер, форму и метаболическую активность.

Абдоминальные клетки — в биологии можно определить как клетки, расположенные в брюшной полости или связанные с её структурами и функциями.

Rodentia Myomorpha — Отряд Грызуны (Rodentia): Ифраотряд Мышеобразные (Myomorpha)

Оперантное обусловливание — это процесс, посредством которого характеристики реакции детерминируются последствиями этой реакции. Далее, Скиннер различал (1) реакции, которые вызываются определенными стимулами (отдергивание руки от горячего предмета) - в этом случае связь стимула и реакции безусловна; и (2) реакции, которые непосредственно не связаны со стимулом. Последние реакции продуцируются самим организмом и называются оперантами. Скиннер считал, что сами по себе стимулы не принуждают индивида реагировать на них. Осуществление оперантного поведения заложено в биологической природе организма.