“Если хочешь видеть сны, ты должен закрыть глаза и отгородиться от реальности.

Если хочешь встретиться с реальностью, ты должен запереть свои мечты в самых потаённых уголках сердца.

Следовательно,

Если хочешь поймать свою мечту,

Иди навстречу реальности, которая хоть отдалённо похожа на твои сны,

И неустанно тянись к ней”.

— Роа Марсо, Грёзы белой луны

* * *

(1)

В детстве Содзи часто мечтал стать супергероем.

Он жаждал стать одним из тех самоотверженных храбрецов, что встают на пути у пришельцев или чудовищ из бездны — угроз, против которых у обычных людей не было ни единого шанса.

Восхищаться подобными героями и стремиться быть на них похожими — вполне обычное дело для детей, и со временем, взрослея, большинство из этого вырастает. И хотя Содзи сам был таким ребёнком, упрямства ему было не занимать. Он так и не отказался от своей мечты, ни пока переходил из младшей школы в старшую, ни даже когда поступил в тот же университет, что и его брат.

Разумеется, достигнув возраста, когда их можно назвать взрослыми, люди познают истины этого мира. Например, то, что человек не способен летать по воздуху без посторонней помощи или крушить бетон голыми руками, не говоря уже о том, чтобы силой мысли создавать пламя и выпускать его из ладоней. И сражаться тоже не с кем, ведь никаких «пришельцев» или «чудовищ из бездны» попросту не существует.

И пусть он это понимал, детская мечта словно огонь тлела в сердце юноши. Исправлять несправедливость мира и протягивать руку помощи слабым — его юное «я» всё ещё не могло до конца расстаться с этими банальными идеалами.

— Когда ты уже повзрослеешь? Сущий ребёнок.

Сказал его брат с таким видом, будто услышал нечто невообразимое.

Что он тогда ответил брату? Он не мог вспомнить.

— По крайней мере, он не свернул на кривую дорожку. И на том спасибо.

Сказал отец, от души рассмеявшись.

Что он тогда ответил отцу? Он не мог вспомнить.

— Я только надеюсь, что ты не будешь ввязываться в драки. Уж я-то знаю, что мужчины в нашей семье сложением для этого не вышли.

Сказала мать с обеспокоенным видом.

Что он тогда ответил матери? Он не мог вспомнить.

— Мне действительно нравится в тебе эта черта, но, честно говоря, я не уверена, что смогу полностью поддержать тебя в этом.

Сказала его девушка со смешанными чувствами на лице.

Что он тогда ответил ей? Он не мог вспомнить.

— Если ты так этим горишь, почему бы не пойти работать в полицию?

— Да не, такие вещи приносят удовольствие, только когда занимаешься ими как хобби, разве нет?

— Ну, кто я такой, чтобы судить, что тебе можно, а что нельзя? В любом случае, просто постарайся не обжечься, окей?

Говорили его друзья, каждый по-своему выражая беспокойство.

Что он тогда им ответил? Он не мог вспомнить.

* * *

Общеизвестно, что, проснувшись от кошмара, человек тяжело ловит ртом воздух.

— Угх…

Издав сдавленный стон, Содзи медленно открыл глаза и увидел прямо перед собой женское лицо.

Чёрные глаза с оттенком синевы и светло-каштановые волосы, поблескивающие в лучах солнца.

«Кто это?» — пронеслось у него в голове.

После кошмара голова была как в тумане, и он не мог ясно соображать. Ему потребовалось какое-то время, чтобы осознать происходящее.

Между ними было от силы сантиметров пятьдесят, плюс-минус. Не настолько близко, чтобы чувствовать дыхание друг друга, но и не настолько далеко, чтобы не расслышать шёпот.

— ……

Даже окончательно проснувшись, он всё ещё не знал, как реагировать, и они пробыли в таком положении несколько секунд.

— Доброе утро, — тихо поздоровалась она.

А?! Он был сильно удивлён тем, что Элджернон действительно поздоровалась с ним по собственной инициативе.

— Доброе… утро, — ошеломлённо и неуверенно ответил он. — И что именно ты делаешь?

— Я смотрела, на тебя.

— Сомневаюсь, что это особо увлекательное занятие.

— Это не так.

«Хе-хе», — тихонько хмыкнула она, поднимаясь.

На ней уже не было той пижамы, в которой она была прошлой ночью. Судя по всему, она переоделась в повседневную одежду, которую он раньше не видел.

— Ты рановато проснулась.

— Это тело, чувствует голод. — Она приложила руку к животу. — Я хотела бы приготовить еду, это нормально?

— Хм? …Чего?

Поскольку он уснул сидя на диване, многие части его тела затекли и ныли. Сделав пару лёгких потягушек, он с сомнением ответил:

— Ты? Будешь готовить? Это хоть будет съедобно?

— Я хотела бы попробовать, — кивнула Элджернон. — Я узнала, как это делается, из воспоминаний САКИМИ. Что-то простое, не составит проблем…

На этом её слова внезапно оборвались, и лишь после паузы она добавила: 

— …наверное.

Содзи почесал затылок. — Валяй, — подбодрил он.

— Хорошо, — она снова кивнула, и на её лице читалась легкая решимость.

Честно говоря, получившаяся трапеза оказалась поистине незамысловатой.

Слегка недожаренный белый хлеб, салат из порванной руками капусты и немного подгоревшая глазунья.

— Ты стала говорить куда более свободно.

— Это, и впрямь так. — Рука, державшая кусочек капусты, замерла, и Элджернон кивнула. — Пока спала, я, вспомнила, кучу воспоминаний, САКИМИ.

Её использование слова «вспомнила» его слегка покоробило.

Для самой Элджернон, вероятно, не было лучшего способа это описать. Однако, учитывая, что изначально эти воспоминания ей не принадлежали, возможно, это было не совсем уместно.

— Я немного, облегчила, твою ношу, СОДЗИ?

— А?

— Как думаешь, я справлюсь? С повседневной, жизнью.

«...А, так вот она о чём».

Она имела в виду то, что он сам сказал ей вчера. О том, что она должна делать всё то, что было частью рутины Сакими, в пределах этого здания.

— А, ты об этом. — Почувствовав отчего-то укол совести, он произнес: — Этот завтрак вполне съедобен. Хоть у него и нет какого-то особо хорошего или плохого вкуса.

— Могу ли я, радоваться, этому?

— Я бы сказал, что это комплимент.

— Понятно...

Ха-а, её лицо стало серьезным, и она произнесла: — Я, не добавила приправ.

— Похоже на то. — Он слегка кивнул, пережевывая яичницу. «Чистые, ничем не приправленные белок и желток, ни единой крупинки соли». — Да, в общем-то, неважно. Даже без приправ её питательная ценность не меняется, и желудок она тоже наполняет.

— Нет, но тогда... в этом нет, ничего человеческого.

— Возможно, — равнодушно отозвался он, особо не задумываясь. — Но даже так, я не думаю, что это имеет значение.

— Но...

Всё ещё выглядя так, словно этот ответ её не удовлетворил, Элджернон какое-то время сидела молча, не притрагиваясь к еде. Судя по всему, она, вероятно, снова копалась в воспоминаниях Сакими.

Наконец приняв решение, она встала со стула, подошла к холодильнику и что-то оттуда достала. Затем она вернулась на место и выдавила приличную порцию кетчупа на свою глазунью.

Кофе после завтрака сварил Содзи.

Заявив, что именно так его пила бы Сакими, Элджернон щедро насыпала сахара в свою кружку.

— ...Всё хотел спросить, — заговорил Содзи, наливая молоко в свою чашку. — Почему ты так ко мне привязалась?

— ...? — Она одарила его вопросительным взглядом.

— Вчера было так же. Ты подчиняешься любым указаниям, кто бы их ни давал, но при этом пошла за мной, хотя тебе никто этого не велел. Там были и старуха, и Котаро, но ты предпочла мне их, так ведь?

— ...Да.

— Почему? — снова спросил он.

— Потому что ты, обязательно мне поможешь, — ответила она без секундного промедления.

— Я? Когда это?

— В самую первую ночь. Ты так сказал, СОДЗИ. — Она произнесла эти слова с теплотой, прижав руки к груди, словно держала там нечто очень ценное.

«Я?» Он совершенно этого не помнил.

— Ты сказал: «Не волнуйся, я тебе обязательно помогу».

Он тут же вспомнил, что произошло тогда. Ведь это было всего лишь позапрошлой ночью.

— Пожалуйста...

— По... моги...

Искаженное от боли лицо Сакими, когда она умоляла его.

Не раздумывая, он сжал её руку, чтобы успокоить.

— Да, само собой.

— Не волнуйся, я тебе обязательно помогу.

«Вот оно что. Она имеет в виду именно это. Неужели она слышала его, потому что уже тогда находилась в сознании внутри Сакими?»

— Я говорил это Сакими, а не тебе.

— Вот, как?

Он кивнул, подтверждая.

— Не пойми меня неправильно. Элджернон, ты — не Сакими. Вы две совершенно разные личности.

— ...Понятно. Ты прав. — Её губы изогнулись в подобии горькой улыбки, и она опустила голову. — Тогда, СОДЗИ. Если я скажу, «помоги мне»... ты бы, помог?

— Само собой разумеется. — Он залпом допил остатки кофе. — Это тело очень ценно. В конце концов, это тело Сакими.

«Ах, чёрт», — мысленно выругался он.

Он осознал, что ляпнул то, чего не следовало. Прозвучало так, будто для него важна лишь Сакими, а на Элджернон ему глубоко наплевать. Иными словами, он практически прямым текстом заявил, что она — всего лишь помеха на пути к возвращению прежней Сакими.

— Понятно...

«Она снова выуживает очередное воспоминание, или же просто задумалась?» 

Через несколько секунд Элджернон подняла лицо, кивая так, словно на нее снизошло озарение. — Ага... ты прав. Всё нормально. Так, и должно быть.

«Она на удивление покорна», — подумал он.

Это просто потому, что она не понимает, о чем я говорю? Или, возможно... Она всё прекрасно понимает и просто принимает это как данность?

...Чёрт бы всё это побрал!

Он мысленно проклял небеса.

Остальные называли её хорошей девочкой, которая слушается указаний. И почему бы им этого не делать? Этот ребёнок выполнял их слова от и до. Даже нечеловеческое существо могло показаться человеком, если бы идеально имитировало человеческие эмоции.

«Так почему же? Почему только я один не могу воспринимать её так?» 

Элджернон взяла орешек из вазочки с закусками и зажала его между пальцами.

Она поднесла его ко рту и начала жевать.

Её действия были настолько пугающе похожи на человеческие и в то же время настолько совершенно чуждыми, что было трудно определить её к одному из двух. Почувствовав легкое отвращение, Содзи отвел взгляд.

* * *

(2)

— Что ж, я даже не знаю, что и думать по этому поводу, — пожилая врачиха скрестила руки на груди, нахмурив брови.

Как обычно, в хирургической клинике Кадосаки почти не было пациентов. И как человек с особой просьбой, он не мог этому не порадоваться.

Его позвали в кабинет главврача, а не в смотровую или зал ожидания. Он было хотел спросить, зачем такой маленькой районной клинике понадобилось такое роскошное помещение. Но с другой стороны, когда имеешь дело с клиентурой из криминального мира, вероятно, необходимо иметь комнату, куда почти никто не заходит и откуда не выходит. В подтверждение этой гипотезы в комнате была толстая дверь и не было окон... скорее всего, она была звукоизолированна, чтобы предотвратить подслушивание.

— Извините за вчерашнее и сегодняшнее, доктор, — Содзи склонил голову в знак извинения.

— Ничего страшного, я не в обиде. Строго говоря, это даже можно назвать случаем внезапного изменения состояния пациента. Такие вещи невозможно предугадать, так что мне остаётся только разбираться с этим как врачу. И всё же... — Она потерла висок обратной стороной ручки, читая медицинскую карту, которую держала в руке.

— Этот ребёнок и впрямь сильно изменился всего за один день, не так ли? Вчера она была тише воды, ниже травы, а сегодня уже может нормально отвечать на мои вопросы.

— По её словам, это, видимо, потому, что она научилась этому, читая воспоминания Сакими.

— Да, я слышала. Она сказала мне то же самое, ни больше ни меньше, — она устремила взгляд вверх. — Благодаря этому сама консультация не заняла много времени.

— Есть какая-то проблема?

— Я бы не назвала это проблемой... В общем, просто взгляни сам.

Он взял планшет, который она ему протянула.

На 11-дюймовом дисплее отображался рентгеновский снимок, сделанный примерно десять минут назад. На первый взгляд он ничем не отличался от того, что он видел вчера. Однако при более внимательном рассмотрении были заметны явные изменения по сравнению с тем, что было раньше.

— Тень стала меньше?

— Похоже на то. Сколько из отчета об исследованиях ты прочитал?

От неожиданного вопроса его щёки рефлекторно напряглись.

— Я изо всех сил старался его понять.

— Ценю твою честность. В таком случае, что тебе известно о второй половине эксперимента на крысе?

— Я даже не знаю, в какой части отчёта об этом говорится, — он понурил плечи.

— Хм-м, — фыркнула доктор. — Я бегло просмотрела отчет, который ты мне передал. Похоже, на это ушло около двухсот сорока четырех часов после операции по пересадке.

— На что?

— На полное восстановление. Всего десять дней и четыре часа. Именно столько времени потребовалось организму крысы на то, чтобы исторгнуть инородный материал.

Глаза Содзи округлились от удивления.

— Оно действительно обладает невероятной цитологией, будучи способным идеально имитировать клетки тела носителя. Однако, когда дело доходит до контроля над телом, похоже, что инициатива всё ещё остается за хозяином. У них здесь даже выдвинута гипотеза. После многократных циклов регенерации и обновления собственные клетки организма в конечном итоге вытесняют клетки-имитаторы, по крайней мере, так они предположили.

— Разве такое возможно...

— Ещё как, это уже задокументировано. К тому же то же самое происходит прямо сейчас внутри нашей барышни, пока мы тут разговариваем. — Доктор забрала планшет, и её палец мелькнул по экрану, показывая ему другое изображение.

— Вытесненные клетки-имитаторы попадают в кровоток, после чего в конечном итоге выводятся из организма.

На картинке была изображена белая лабораторная крыса, рядом с которой лежала красная желеобразная субстанция размером с горошину.

— Судя по наблюдениям, этот «Кор Уада», похоже, не способен к делению клеток во время имитации другой клетки. Конечный результат — это то, что ты только что видел. — Между прочим, после выздоровления интеллект крысы вернулся к своему первоначальному значению, — добавила она как бы невзначай.

— Ха-ха-ха... — мышцы его щёк напряглись и растянули губы в улыбке.

— В случае с крысой на это ушло десять дней, но мы не знаем, сколько времени это займёт в случае с человеком. Если опираться только на скорость метаболизма, то счет пойдет на месяцы.

— Время не имеет значения.

Именно так. Неважно, сколько времени это займёт, пока есть такая возможность.

Всё это время он блуждал в потёмках, пытаясь найти способ вернуть Сакими в нормальное состояние. Но теперь у него появился луч надежды, и будущее внезапно показалось более светлым.

— И наоборот, процесс может занять куда меньше времени, если он зависит от какого-то совершенно иного фактора. В любом случае, просто будь морально готов ко всему, что может произойти.

— Ага, — кивнул он.

— Ты рассказал Элджернон? Говорить ей или нет — решать тебе.

— Нет, по понятным причинам. Но можете на меня положиться. — Он несколько раз благодарно кивнул. — Огромное вам спасибо, доктор!

— Ещё слишком рано меня благодарить.

— Я всё равно хочу сказать спасибо, хотя бы за то, что вы уже сделали. — Он низко поклонился.

Старая врачиха лишь отвернулась, выглядя почему-то слегка недовольной.

* * *

— Кетчуп, значит? Я смотрю, ты весьма смелая.

— Это странно?

— Да нет, дело не в этом. У людей самые разные вкусы и предпочтения, и это лишь подчеркивает их индивидуальность. Есть те, кто не признает ничего, кроме майонеза, в то время как другие проповедуют религию соевого соуса. Моя бабуля принадлежит к фракции перца, папа — к фракции мисо, а мы с мамой — из фракции пондзу. У меня даже есть подруга, которая жить не может без взбитых сливок, представляешь?

— Взбитых сливок.

— Можно добавить их после жарки, а можно приправить яйца еще до готовки. Конечно, есть и те, кого вполне устраивает еда вообще без приправ. Как по мне, всё сгодится, если это никому не мешает!

— Всё... сгодится...

— Так тебе нравится кетчуп?

— Я не знаю. Я знала, этот вкус, но, сегодня утром, я попробовала его впервые.

— Было вкусно?

— Этого, я точно, не знаю.

— В таком случае, почему бы просто не взять и не попробовать всё подряд? Вкусы — это такая штука, о которой не узнаешь наверняка, пока не попробуешь сам. И когда после множества проб и ошибок ты находишь то, что тебе по-настоящему нравится, это просто непередаваемое чувство, уж поверь! Словно твои горизонты только что расширились или вроде того!

— ...Горизонты. Это как-то, связано, с тем, чтобы быть человеком?

— Наверное, думаю. Ха-ха-ха, может, из моих уст это звучит не слишком убедительно.

— Благодарю. Это было, весьма познавательно.

— Да пустяки... А, господин Эма. — Именно в этот момент Ио, ученица средней школы в форме медсестры, подняла голову и посмотрела в его сторону. — Вы закончили разговор с бабулей?

— Да. — Стоя в углу смотровой, Содзи кивнул.

— Звучит так, будто у вас тут была довольно бурная дискуссия. О чём болтали?

— Эм. — Ио скосила взгляд на Элджернон. — Да так, обычные девичьи разговоры. От вас, мужчин, это секрет.

Но Элджернон, вторая участница разговора, казалась удивлённой:

— Вот, как?

— Именно так! — Ио решительно кивнула. — Поэтому ты не должна ему ничего рассказывать, ладушки? Секреты — это то, что придаёт леди загадочности.

— Понятно.

Энтузиазм Ио, казалось, совершенно сбил Элджернон с толку, заставив её заметно растеряться, но, судя по всему, ей это даже в какой-то мере нравилось.

— ...Ты уверена, что не забиваешь ей голову всякой ерундой?

— Вовсе нет! Я просто учила её тому, что должна и не должна делать настоящая леди, — надула губки она.

Она вела себя так, будто просто болтала с одной из своих подруг. Фразы вроде «Ты хоть понимаешь, что разговариваешь с неопознанным организмом?» или «Тебе не стоит так с ней сближаться» всплыли в его сознании, но он проглотил их прежде, чем они успели сорваться с губ.

Вместо этого он произнес:

— Пошли, Котаро ждёт.

Услышав это, Элджернон медленно поднялась.

* * *