— Итак, начнём репетицию.

Вернувшись из школы, мы с Саякой переоделись из формы, собрались в гостиной и сели друг напротив друга за стол.

— Но мы мало что можем. У нас тут всего одна служанка.

— Хочешь сказать, меня не хватит? Не волнуйся, я и одна справлюсь с семьёй Марицуджи.

— Это не «справиться», а «принять гостей». Но есть ещё и вопрос формальностей… с одной горничной и без дворецкого трудно соблюсти приличия.

— У семьи Киёмия есть дворецкий?

— Да.

Нет, я понимаю, что это анахронизм, даже для моей семьи.

Но он у нас есть, так что ничего не поделаешь. На самом деле, такой огромный особняк, как главная резиденция Киёмия, невозможно содержать без управляющего.

Дворецкий в главной резиденции очень компетентен, и если бы он когда-нибудь сказал, что увольняется, отец бы в ногах у него валялся, умоляя остаться.

— Большинство учеников Сошукана, наверное, из семей со слугами, но вряд ли у кого-то есть и дворецкий, и старшая горничная, и несколько лакеев с горничными, и даже охрана с садовником, как у Киёмия.

— Ты мне хвастаешься?

— Н-нет, дело не в этом. Я просто подумал, что семья Марицуджи может ожидать в старой резиденции Киёмия такого же приёма, как в главной. Но с нашим количеством слуг это невозможно.

— Хм-м… Я не намерена увеличивать штат слуг.

— А разве это ты решаешь?

К слову, отец доверил управление старой резиденцией мне.

— Потому что, если мы наймём ещё горничных, может появиться какая-нибудь стерва, которая захочет оказывать тебе подозрительные «услуги».

— «Стерва»?!

— Чтобы сделать из тебя приличного хозяина, я не позволю тебе погрязнуть в вине и женщинах.

— Я не пью, а насчёт женщин… я-я в порядке.

— Верно, мы живём под одной крышей, а ты ко мне в комнату по ночам ещё даже не пробирался.

— «Ещё»?! Будто это решённый вопрос!

— Ой, прости. Ты ведь заходил ко мне в комнату ночью. Пару раз.

— Алло, школьный совет? Это Рейзен, учительница японского. Первогодка, Киёми…

— Стойте! Рейзен-сэнсэй, кому вы звоните?!

Я потянулся… оказалось, Рейзен-сэнсэй сидит рядом со мной, – и быстро сбросил вызов на её телефоне.

Пронесло… Я-то думал, Саяка избежала угрозы отчисления, но будет не до смеха, если теперь проблемы будут у меня.

Стоило сказать раньше, но Рейзен-сэнсэй сегодня освободилась пораньше, и Саяка попросила её приехать. Нам нужны люди для репетиции приёма гостей.

— Киёмия… и когда ты начал пробираться к Сае по ночам? Я знала, что нельзя вас двоих одних оставлять!

— Маки тоже здесь живёт. Хотя она такая вольная, что мы её почти не видим…

— Согано же на твоей стороне? Она, скорее, поможет тебе пробраться к Сае.

— Н-нет, Маки просто хочет повеселиться…

— Сын семьи Киёмия пробирается ночью к своей горничной. Для этой информаторши Согано куда интереснее допустить это и получить сенсацию, чем остановить!

— Если так посмотреть… но я не пробираюсь к ней в комнату!

Я заходил к Саяке, только когда она просила донести её на руках, как принцессу, или за бинтом. Я не настолько бестактный, чтобы ходить в комнату девушки без причины.

— Верно. Мияби-сан, Кейджи-кун на удивление джентльмен.

— А по-моему, просто тряпка. Эй, Киёмия. Не подкатить к такой милой и грудастой, как Сая… ты что, её прелести не видишь?!

— Вы предлагаете мне на неё наброситься, сэнсэй?!

Она же учительница, и несёт такое.

— Хмф, как опекун Саи, я обязана следить за её жизнью. Я должна быть уверена, что Киёмия не заставляет свою горничную оказывать всякие пошлые услуги.

— Об этом можете не волноваться. Что важнее… помогите нам с репетицией.

— Репетиция… Я всё ещё не до конца понимаю ситуацию.

— Тогда я сейчас всё объясню.

Саяка, как и положено отличнице, чётко и по делу всё изложила.

Это показывает, что она не просто хорошо учится, но и в целом умна… Это гены её родной матери, Вакуры Хоноки? Её мать тоже была отличницей, раз уж получила стипендию в Сошукане.

— Хм-м… значит, поступило предложение о браке от семьи Марицуджи тебе, Киёмия-кун? Прости за прямоту, но это немного странно. Тебе стоит быть осторожнее.

— …Я тоже так подумал.

Я уж было растерялся, но это сказала Рейзен-сэнсэй.

Этот человек в школе и за её пределами говорит совершенно по-разному.

В школе она добрая, мягкая и заботливая, за что её и прозвали «Мамой».

Вне школы, вернее, в своей истинной сущности, она сухая, говорит в мужской манере, строга со всеми, кроме Саяки, и вообще невыносимая взрослая, которая особенно на меня взъелась.

— Однако до меня доходили слухи, что Марицуджи Анри-сан получала множество предложений о браке и всем отказала.

— А, вот как? Нет, это логично. Марицуджи Анри – единственная дочь в главной ветви семьи Марицуджи.

— Наверняка есть много семей, готовых отдать своего старшего сына на усыновление в семью Марицуджи.

— Старшего сына…

Большинство знатных семей ценят прямую линию наследования и ставят во главу угла старшинство, так что почти всегда всё наследует старший сын.

В последнее время даже в знатных семьях детей рождается всё меньше, и, похоже, у многих всего один ребёнок… В нашей семье так же, но случай Киёмия – особенный, потому что глава семьи официально не женат.

— Уверен, у неё были хорошие предложения, но неужели она и вправду захотела выдать дочь за Киёмию Кейджи-куна, всем отказав? Что такого в этом сопляке?

— Пожалуйста, не меняйте личность посреди разговора.

Это сбивает с толку.

— По крайней мере, самой Марицуджи Анри-сан ты нравишься, Кейджи-кун.

— Сая, личные чувства дочери мало что значат в браке по расчёту. И это семья Марицуджи, понимаешь?

— …

Пожалуй, это повод для беспокойства.

Сколько бы мы ни ломали головы, мы можем лишь строить догадки.

— Что ж, пригласить семью Марицуджи в гости, чтобы прощупать почву, – неплохая мысль. Вернее, разве у семьи Киёмия есть другие варианты? Мне сыграть роль гостя, пришедшего в дом Киёмия?

С этими словами Рейзен-сэнсэй поднялась.

— Что до моей одежды – этот сойдёт. Всё-таки костюм.

Рейзен-сэнсэй всё ещё была в своём школьном костюме. Я, в свою очередь, тоже был в костюме, а Саяка – в форме горничной…

— А? Только сейчас заметил, Саяка.

— Что-то не так, Кейджи-кун? – отозвалась Саяка, тоже поднимаясь.

Я был так занят мыслями о репетиции приёма, что толком на Саяку и не смотрел.

— У тебя юбка длиннее, да?

— Это для приёма гостей.

Да, юбка её формы, обычно бывшая выше колен, теперь доходила до щиколоток.

— Обычно я ношу юбку покороче в качестве услуги для тебя, Кейджи-кун. А в последнее время я ещё и стараюсь выбирать милое бельё.

— Эй, Киёмия! Как насчёт того, чтобы я тебя отчислила, да так, что тебя ни в одну другую школу не примут!

— Страшно! У семьи Рейзен и правда столько власти?!

А как же история про приходящий в упадок знатный род?!

— Рейзен-сэнсэй, я ей ничего не приказывал! Я не виноват!

— Если я добьюсь отчисления отпрыска Киёмия, мне это даром не пройдёт, но ради Саи я готова пойти на это и утянуть тебя за собой.

— Вы слишком уж носитесь с Саякой!

Саяка сама выбирает, что ей носить. Мне нет дела до длины её юбки… ну, было бы ложью сказать, что совсем нет.

— Хватит дурачиться. Давайте начнём репетицию.

— Да, мне надоело возиться с Киёмией, давайте уже начнём.

— А вы разве не должны учиться этикету?

Я как бы хозяин этого особняка.

— Ну и? Конкретно, мне играть роль матери Марицуджи Анри?

— Да, пожалуйста, Мияби-сан.

— Роль этой жуткой сестрицы… Я не в восторге, – недовольно пробормотала Рейзен-сэнсэй и вышла из гостиной.

Похоже, она собирается начать со сцены визита в особняк.

— Рейзен-сэнсэй, похоже, знала Рину-сан… они что, были довольно близки?

— Не знаю, но семья Рейзен сейчас, без сомнения, близка к простолюдинам. Мияби-сан, похоже, немного вращалась в высшем свете вместо своих родителей. Её родители, кажется, и вправду не хотят иметь ничего общего с аристократией и были против её работы в Сошукане.

— …Понятно.

Так вот почему Рейзен-сэнсэй время от времени приезжает в старую резиденцию Киёмия? Словно хочет хоть ненадолго сбежать от семьи.

— Ой, мне нужно пойти встретить сэнсэя… то есть семью Марицуджи. Ты готова, Саяка?

— Я готова, хозяин.

— …Ну, думаю, перед семьёй Марицуджи это сойдёт.

Разрешаю обращаться ко мне «хозяин».

Я должен показать семье Марицуджи, что я, как сын главы Киёмия, пользуюсь уважением у своей прислуги.

Это совсем не в моём стиле, но ничего не поделаешь.

Я прошёл в холл и решительно распахнул входную дверь…

— Благодарю за сегодняшнее приглашение.

— А? Кто это?

— А ты кого ждал?! Другую женщину?!

— Н-нет, Рейзен-сэнсэй…

Рейзен-сэнсэй распустила пучок, который обычно носит на макушке, и её длинные чёрные волосы рассыпались по плечам.

Более того, от неё исходила какая-то странная аура леди, не похожая на её школьный образ «Мамы».

— Вы какая-то… как леди.

— Я и есть леди, – смерила меня взглядом Рейзен-сэнсэй.

Ага, вот она – её истинная натура. Изображать леди – это, похоже, совсем не её…

— Добро пожаловать, Марицуджи-сама. Мы вас ждали.

Похоже, репетиция началась. Саяка играла роль «горничной, встречающей семью Марицуджи», будто нашей пикировки с Рейзен-сэнсэй и не было.

Наша горничная – просто мастерица… Я, которого вроде как воспитывали «молодым господином», кажется, волнуюсь больше всех.