— Гха!..

Эхом раздался тяжёлый глухой удар, и мужчина, отлетев, ударился спиной о шкафчик и рухнул.

— О-ой...

— Вроде спортсмен, а такой хилый?

Баскетбольная раздевалка оказалась больше, чем я предполагал. Конечно, там были шкафчики, и места хватало, чтобы переодеться и отдохнуть дюжине игроков.

На полу этого просторного помещения лежали четверо парней. Все они лишь болезненно стонали, не проявляя желания подняться.

— С тобой всё в порядке, Фуджикава? Если в раздевалке произойдёт беда, у баскетбольной команды могут возникнуть проблемы.

— К-Киёмия...

В этой комнате, кроме меня, стоял только Фуджикава. Он смотрел на меня, сцепив зубы. Парень схватился за живот, его лицо исказилось от боли.

Я ударил его всего один раз кулаком в солнечное сплетение и один раз коленом в бок.

— Все эти парни из баскетбольного клуба? Хотели напасть впятером, а по итогу что? Так ты не получишь место в основном составе баскетбольной команды.

После уроков я, разумеется, не сбежал и не спрятался, а явился по вызову Фуджикавы. Меня ждали пятеро парней, включая его самого. Вероятно, они собирались немного помять неприметного подонка Киёмию Кейджи, но...

— К-Киёмия... почему ты такой...

— Знаешь, даже если ты каждый день играешь в баскетбол, в волейболе ты всё равно любитель, верно? Ты даже слабую волейбольную команду не сможешь обыграть, так ведь? С дракой то же самое. Просто двигать телом на занятиях в клубе каждый день не сделает тебя сильным в кулачном бою.

— Т-ты что, тренировался драться?

— Да.

Ответил я, вытирая пальцем губу, которую ранее задел чужой кулак.

К сожалению, я изгой семьи Киёмия. А у изгоя свой образ жизни.

— Это секрет, Фуджикава. Я говорю это только тебе.

— Ха?

— Я уверен в большинстве вещей. Учёба, спорт, даже работа по дому. Ну, у меня нет привычки хвастаться, так что даже отец не знает. Разумеется, я тренировал и боевые навыки.

— З-зачем?

— Просто готовился к подобным ситуациям. Я всегда отделывался улыбкой и терпел, даже когда случались неприятности, но я попал бы в беду, если бы меня убил какой-нибудь идиот, не знающий меры и уверенный, что его родители скроют любое совершённое им преступление. Я тренировался на всякий случай. Хотя не хотел влезать в драку, как какой-нибудь старый хулиган.

Драться – не в смысле изящных боевых искусств, а по-настоящему – я научился у бывшего воздушно-десантного рейнджера из Сухопутных сил самообороны Японии*, который отвечает за охрану главной резиденции Киёмия.

Четверо, лежащих на полу, получили по одному удару в голову, челюсть, живот и спину, так что на первый взгляд травмы будут едва заметны. Часто говорят, что нужно бить в корпус, а не в лицо, но можно свалить человека, не оставив следа, и не только ударом в живот. То, чему я научился у старого охранника, была техника «усмирения» врага без всяких правил.

— Фуджикава, я покончил с услужливостью.

— Что...

— Но я и не хочу драться с такими парнями, как ты. Даже если я выиграю драку, этим не похвастаешься перед людьми.

Я схватил Фуджикаву за воротник. Не для того, чтобы угрожать, а просто чтобы поддержать его, когда он чуть не упал.

— Эй, у меня есть просьба, Фуджикава-кун.

— П-просьба?

— Отныне не лезь ко мне и к Саяке. Если твоя шайка этого не будет делать, то и остальные последуют примеру. Как, например, Ивакура. Ах, да. Сделай это под предлогом того, что издеваться над вечно улыбающимся мной – скучно. И, кстати, не связывайся с Маки тоже. Она ведь тоже мой друг.

— Т-ты просто эгоист...

— Марицуджи... Фуджикава не настолько глуп, чтобы связываться с семьёй Марицуджи. С ней всё будет в порядке.

— ...

Фуджикава посмотрел на меня, как на нечто странное. Понятное дело, игрушка, которая должна пищать от любого тыка, внезапно оскалила клыки.

Поймёт ли он теперь? Фуджикава не глуп, но он гордый. Вернётся ли он, не раскаявшись, с удвоенным или утроенным количеством людей?

— А, ха...

— Что такое? Фуджикава, ты чего смеёшься?

— Аха-ха-ха-ха, вот это да, Киёмия!

Фуджикава, которого я всё ещё держал за воротник, продолжал громко смеяться.

— Киёмия, ты наконец-то собираешься взяться за дело?!

— А?

— Ты прав! Твое лыбящееся лицо – скука смертная! Сколько бы я тебя ни провоцировал, ты никогда не давал сдачи, это было невыносимо скучно!

Фуджикава перестал громко смеяться и радостно улыбнулся. Это было жутковато.

— Нет, давно пора! Но я верил, что ты тот, кто сможет сделать это, если постарается! Серьёзно, ты столько времени притворялся тупицей, я уж начал волноваться, не собираешься ли ты косить под подонка до самого выпуска!

— Ч-что ты несёшь? Ты в порядке, Фуджикава?

— Верно, семья Фуджикава – второсортная по сравнению с семьёй Киёмия. Даже если тебя не признают Киёмия и ты сын какой-то неизвестной женщины, ты всё равно выше меня по классу!

— Вот оно что?

— Поэтому и интересно. Тот факт, что ты просто улыбался и терпел, сколько бы я тебя ни провоцировал, означал, что ты ненормальный. Я! Я был единственным, кто знал, что на самом деле ты потрясающий, Киёмия!

— ...

Быть похваленным таким крикливым парнем совсем не радует.

— Победить такого Киёмию и совершить «убийство гиганта» – вот что наполнит мою школьную жизнь! Ну же, ударь меня! Ударь меня кулаком, сбей с ног и объяви войну группе Фуджикавы!

Чёрт, он полнейший псих. Это должно быть неожиданным развитием событий и для Фуджикавы с друзьями... но и для меня это тоже неожиданно.

— Ты слишком жуткий, Фуджикава.

Пока что у меня скопилось девять лет подавленного разочарования только к этому парню. Наверное, можно ударить его один раз в лицо, не думая о последствиях.

* * *

*прим. переводчика: В оригинале: «JGSDF» (Japan Ground Self-Defense Force) – Сухопутные силы самообороны Японии)