— Эй, подойди-ка сюда, Киёмия.

— ...

Был обеденный перерыв. Я только закончил есть и достал телефон, как кто-то окликнул меня.

Это был парень из моего класса по имени Ивакура Томокадзу – высокий, заметный тип с вызывающе выкрашенными в коричневый волосами.

Он в футбольной команде со средней школы и, похоже, многообещающий новичок и в старшей школе.

— Как уныло... далеко до приглашения от Марицуджи.

Пробормотав это, я сунул телефон в карман и вышел с Ивакурой из класса.

Мы немного прошлись, покинули здание школы и оказались в заднем дворе.

Там стояли печь для сжигания мусора и свалка, которыми пользовались давным-давно.

— Сейчас весь мусор вывозит подрядчик. Сложно поверить, что раньше в школах сжигали отходы.

— Я бы и тебя, мусор, сжёг бы, Киёмия.

— Вызывать за здание школы – так старомодно. Прямо как в манге про старых хулиганов. Ха-ха, – рассмеялся я. Но Ивакуре было не смешно.

Этот парень тоже меня ненавидит, вернее, он из тех, кто смотрит на меня свысока.

Для высшего общества характерно равнодушие к простолюдинам, но болезненная чувствительность к иерархии внутри своего круга.

Кто-то с таким неблагородным происхождением, как у меня, незаконнорождённый, – им, видимо, как заноза в глазу.

Даже сейчас знатные семьи поддерживают свою кровь, заключая браки среди себе подобных.

Я слышал, что в прошлом некоторые знатные семьи Европы не допускали чужой крови и практиковали близкородственные браки, например, между кузенами или дядей и племянницей.

Конечно, в наше время нет семей, заходящих так далеко, но одержимость социальным статусом партнёра всё ещё жива.

Поскольку они группа с сильными связями в очень узком, особом обществе, их отторжение чужаков тоже интенсивно.

— Эй, Киёмия. Чему ты ухмыляешься?

— А, прости. Ты хотел поговорить о чём-то серьёзном?

— Не слишком ли ты зазнался в последнее время?

— ...

Ивакура просто ненавидит меня, но я знаю, кто за ним стоит.

Ивакура – подчинённый Фуджикавы Котаро.

Фуджикава в баскетбольной команде, а Ивакура – в футбольной, так что они в разных клубах и обычно не тусуются вместе, но общеизвестно, что семья Ивакуры – ветвь рода Фуджикава, и между ними до сих пор отношения господина и слуги.

— В последнее время ты подружился с Хиёсакой, и ходят слухи, что ты куда-то ходил наедине с Марицуджи-сан, а?

— Ты много обо мне знаешь.

Неужели информационный брокер распространяет слухи обо мне?

— Серьёзно, не зазнавайся, Киёмия. Может, проучить тебя?

Только Ивакура выдал реплику в духе бандита, как сзади подошли несколько человек.

Я оглянулся и увидел пятерых знакомых ребят.

Все они были членами футбольной команды, приятелями Ивакуры и тоже подчинёнными Фуджикавы.

С такой компанией им ничего не стоило бы прижать меня и избить, не оставив заметных следов.

Ивакура подошёл ближе и схватил меня за воротник рубашки.

— Чёрт, какая морока. Из-за того, что такой отброс, как ты, зазнался, мне приходится тратить обеденный перерыв на тебя...

— Ух ты, вот это сенсация.

Щёлк, щёлк, щёлк – раздался звук затвора камеры телефона.

— Ч-что за?!

Ивакура обернулся.

Из-за печки выглядывала девушка, направляя на нас телефон.

А точнее – Согано Маки.

— Даже в престижной академии Сошукан есть травля! Засвидетельствована сцена дедовщины! Такое по-любому станет вирусным!

— Эй, Согано! Не издевайся надо мной, стерва!

— Я всегда издеваюсь. Ты же знаешь, Ивакура?

— Тц!..

Маки даже не дрогнула, когда Ивакура бросил на неё злобный взгляд.

У этой девушки стальные нервы.

— Согано! Удали эти фото!

— Ладно, ладно, сделаю вид, что ничего не было.

Маки показала Ивакуре экран телефона и удалила несколько фотографий в приложении.

Ивакура не дурак, так что, похоже, – сделка состоялась быстро.

— Чёрт возьми, вот же морока!

Ивакура и его прихвостни поспешно ретировались со двора.

— Маки, ты слишком часто появляешься.

— Разве не стоит сначала сказать кое-что ещё?

— Ты спасла меня, Маки. Но тоже рисковала. Не будь такой безрассудной.

— О, как мило с твоей стороны. Но я в порядке. Уж бегать умею. В крайнем случае, я бы бросила тебя и сбежала.

— Так даже лучше.

Даже если она сообразительна, Маки всё же девушка, и я не хочу втягивать её в неприятности.

— Я тот, кто может выйти сухим из воды. Они удовлетворились бы парой ударов.

— Хм, а я вот думаю...

— О чём?

— Кого я спасла – тебя, Кейджи, или этих ребят Ивакуры.

— Очевидно же, что меня.

Если бы всё продолжилось, я бы, наверное, получил пару ударов в живот от Ивакуры.

— Ну, если отброс общества Кейджи флиртует с красивой и умной Хиёсака-сан, конечно, на него будут коситься. Благодаря твоему происхождению твой школьный рейтинг едва дотягивает до B-ранга, тогда как Хиёсаки-сан – SS.

— Капец у неё высокий ранг…

— Кстати, Марицуджи-сан – тоже SS. Но её оценки где-то в топ-30. Спортом она, кажется, тоже не блещет. В её случае высокий рейтинг – заслуга происхождения.

— А...

В случае Марицуджи, кроме происхождения и внешности, её показатели не топовые.

— Марицуджи-сан, по слухам, стремится стать «хорошей женой и мудрой матерью», что редкость в наши дни.

Это я слышал от неё самой ранее.

— Раз она не собирается работать, то учится и занимается спортом средне. Ну, как жить – личное дело каждого. Я бы и сама не прочь жить, не работая.

— В твоём случае ты просто хочешь быть NEET*, Маки.

Я не знаю, достаточно ли у семьи Согано денег, чтобы прожить всю жизнь, не работая.

— Ладно, хватит обо мне. Твои последние действия, Кейджи, становятся слишком заметными. Мне-то по боку, но сам знаешь, таким, как Ивакура ...

— ...

Я никому не мешаю, поэтому делаю, что хочу.

Да и это «высшее общество» в академии такое душнилово.

— Ты всегда отмахивался, ухмыляясь, что бы тебе ни говорили, но теперь делаешь заметные вещи с Хиёсакой-сан и Марицуджи-сан. Лучше бы флиртовал со мной.

— Я никогда с тобой не флиртовал… стоп, так люди думают?

— Я не помню, чтобы флиртовала с кем-то, кроме тебя, Кейджи.

— Ты что, придумываешь воспоминания?

Маки только дразнила меня, я никогда не воспринимал её как девушку.

— Ну а вообще, ты права. Придётся снова залечь на дно

Как раз в этот момент прозвучал звонок школьного объявления.

— Первый год, класс B, Хиёсака Саяка-сан. Первый год, класс B, Хиёсака Саяка-сан. Пожалуйста, пройдите в кабинет профориентации.

— А? Саяка?

— Вызвали Хиёсаку-сан. Первокурсницу в кабинет профориентации?

Я невольно растерянно посмотрел на Маки.

Уже сам факт вызова по имени – нехороший знак, а тут ещё кабинет профориентации.

— Н-не может быть...

Неужели узнали, что Саяка работает горничной у меня дома?

Нет, я официально ещё не нанял её, так что это просто совместное проживание с одноклассницей… стоп, это же ещё хуже!

Если бы она работала на меня, то я как-нибудь смог оправдаться.

Хотя если бы узнали, что мы живём вместе, разве стали бы вызывать в кабинет профориентации?

— Кейджи, у тебя есть идеи, что это может быть?

— Н-нет, никаких.

Даже осознавая, как подозрительно это звучит, я покачал головой.

Может, это что-то вроде предложения Саяке, первой в классе, подать заявку в топовый университет.

Всё, нет смысла строить догадки. По одному объявлению ничего не ясно.

— Хм... Кейджи, я ненадолго отлучусь.

— Ты же пойдёшь копать информацию, да?!

— Мои источники – не только ученики, знаешь ли.

У неё и с преподами связи есть? Неужели шантажирует их ради сведений? Но если это вопрос, связанный с карьерой, лучше получить информацию от школы...

— Маки, если что-то узнаешь, дай мне знать. Я готов на сделку.

— Ты готов без колебаний купить секрет одноклассницы за деньги, Кейджи. Ты ещё больший отброс, чем кажешься.

— ...Разве не все хотят знать чужие секреты?

Особенно секреты такой заметной красавицы, как Хиёсака Саяка, было бы странно не интересоваться.

Конечно, в моём случае это потому, что я не могу просто игнорировать секреты девушки, с которой живу.

Теперь мне уже не до Ивакуры или Фуджикавы…

* * *

*прим. переводчика: NEET – люди, в основном молодёжь, которые предпочитают подолгу нигде не работать и не учиться.