Если Бог и создал мир, то уж наверняка сделать его для нас понятным не было его главной заботой.

— Альберт Эйнштейн

———

2025 год. Лаборатория Гаджетов Будущего.

Хотя это уже не та же комната, что была раньше.

Она находилась на одном из этажей нового здания, ставшего их штаб-квартирой, в превратившейся в выжженную пустошь после начала Третьей Мировой войны части Токио.

Это место больше напоминало мастерскую, чем лабораторию, но здесь, без сомнения, собрались лучшие умы мира. Чтобы создать машину времени и найти путь к Вратам Штейна.

И в центре этого помещения...

Развевая белым халатом и позируя, словно актёр на сцене, говорил «он»:

— Твоей нынешней точки мы достигли лишь потому, что желали спасти Курису. Подготовительный этап моего плана завершён. Дальше всё зависит от тебя. Объясняю суть финальной миссии Операции Скульд.

— ?..

— Хм?

Фэйрис и Рука снимали его на видео... Наблюдая за этим, «Курису», она же Хияджо Махо, обратилась к Дару. «Курису» — псевдоним, что Махо сейчас использует.

С 2011 года прошло же четырнадцать лет, но она всё ещё осталась, по выражению Дару, «легальной лоли». Так что тем более сейчас, в военное время и без поддельного удостоверения личности, если бы она вышла на улицу после пяти вечера, её бы задержала полиция.

Однако её когда-то растрёпанные и запущенные волосы теперь были аккуратно подстрижены до плеч, и в очках без оправы она, к удивлению, превратилась в очень стильную девушку — до есть женщину.

— С ним всё в порядке?..

— Угу. Наверное.

— Понятно. Ну, не то чтобы я была против... Но разве Окабэ-сан из 2010 года, который будет это вместе со всеми смотреть, не смутится?

— Всё нормально. В 2010 он был ещё круче.

— А, вот как... — на самом деле Махо выглядела слегка грустной.

Нет, не только Махо.

И участвовавший в этом разговоре Дару, и снимавшие Фэйрис с Рукой, когда думали о том, что будет дальше, ощущали глубокую пустоту.

— Обмани «себя». Обмани «мир». Таков путь достижения Врат Штейна. Желаю удачи, безумный учёный. Эль Псай Конгру, — и на этом видео заканчивалось.

— Готово, ня~

— Отлично. Осталось отправить это в прошлое. Рукако, не перепутай адресата и время!

— Д-да! Это — на телефон Кёмы-сана. А видео от Хашиды-сана — для Сузухи-сан, да?

— ОК. Пожалуйста, позаботься об этом.

Закончив съёмку, развевая белым халатом, Ринтаро подошёл к Дару и остальным.

— Теперь путь к Вратам Штейна проложен. Нынешний я сделал всё, что мог. Дальше всё зависит от меня из 2010 года.

— Хм, угу.

— Что с вами? Мрачновато выглядите.

— Просто... всё равно тревожно.

— Из-за чего?

— Из-за... пилотируемого испытания прототипа машины времени...

Махо взглянула на стоявшую позади машину с номером FG-C193.

Она была почти такой же, как модель C204, появившаяся в Акихабаре в 2010, но и Дару, и Махо считали, что функционально в ней ещё много недоработок и она не вышла за рамки прототипа.

Но Ринтаро усмехнулся:

— Всё в порядке. Я доверяю своим верным правым рукам. Успех гарантирован.

— Но всё же... — Дару всё не мог развеять мрачные мысли.

Ринтаро изложил им гипотезу, что всё это время вынашивал:

— Я умру в 2025 году. На этой мировой линии это предопределено. Когда-то Сузуха говорила об этом, да? И сейчас как раз тот самый год.

— Д-да...

— Поэтому я всё это время был убеждён, что умру в этом году. Но! — он слегка преувеличенно взметнул подол халата и приложил руку к груди. — Я понял, что это не обязательно означает неминуемую смерть. Я подумал, что мой уход с этой мировой линии в 2025 году можно истолковать как нечто равнозначное смерти.

— ?.. Что ты хочешь сказать, ня?

— Другими словами, то, что я «покину этот мир» в 2025 году, не обязательно означает, что я умру... Это может означать, что я сяду на первую машину времени и благополучно отправлюсь в другое время.

— Это... слишком позитивно...

— Но имеет право на существование, так ведь?

— Ну... нельзя сказать, что такой возможности совсем уж нет... — Махо кивнула.

И в то же время с грустью про себя подумала:

«Но для нас это одно и то же... То, что ты не сможешь существовать здесь после 2025 года... означает, что ты никогда не вернёшься обратно...»

Возможно, Ринтаро тоже это понимал, хоть и не говорил. Он смотрел на лица своих товарищей, одно за другим, словно врезая их в свою память.

Дару, Фэйрис, Рука, Махо. А позади них — Каэдэ. Также там были спасённые Махо Фубуки и Моэка. А рядом с ними, готовая тихо его проводить, стояла настоящая Хашида Юки.

Наконец, его взгляд упал на ребёнка, которого та держала за руку. Ребёнка, чьи глаза на контрасте с родительскими казались строгими. По словам Дару, она немного опережала в развитии свой реальный возраст, но на самом деле была очень ласковой.

Ринтаро широко ей улыбнулся, но та, смутившись, быстро спряталась за мать.

— Ладно, я пошёл! — сказал Ринтаро, ободряя не только себя, но и всех остальных, и забрался в кабину машины времени FG-C193.

Когда он стал включать главные переключатели на консоли, всю машину окутал гул. В сравнении с C204 шум и вибрация были значительно сильнее.

— Эй, Дару? Та штука будет работать как надо? Это ключ ко всей операции.

— А... Трейсер чёрных дыр? Угу, думаю, да.

Специальное устройство, установленное только на модели C193.

Оно способно отслеживать пространственно-временные искажения, созданные чёрной дырой, в определённых координатах — а именно на крыше здания, что когда-то называлось Радио Кайкан — на семьдесят миллионов лет в прошлое и будущее. Это, можно сказать, радар, отслеживающий след машины времени.

Это устройство для преследования другой машины времени было спроектировано специально для этой миссии.

Разумеется, у него лишь одна цель.

— Я же обещал. Что обязательно вернусь за сбежавшей заложницей.

— И Сузухой...

— Конечно.

— Думаю, батарея C204 Сузухи села и они не могут совершить нормальный пространственно-временной переход. Так что передай им это.

На C193, на которой отправлялся Ринтаро, была запасная батарея. Это первое пилотируемое отправление машины времени в то же время было и самой важной миссией — доставить её к C204.

И более того... Если машина времени Сузухи окажется сломана, на борт этой войдут, чтобы отправиться в настоящее, только Сузуха и Маюри. Таков был запасной план Ринтаро.

Конечно, он никому об этом не говорил, и никто не пытался это обсуждать... но, наверное, Дару, Махо и остальные уже всё поняли.

— Доверься мне. Если задача меня из 2010 года — достичь Врат Штейна, то задача нынешнего меня — вернуть нерадивую заложницу, что укатила в путешествие и не возвращается.

— Угу, — Ринтаро и Дару непроизвольно пожали друг другу руки.

Подталкиваемая Фэйрис, Махо, слегка смущаясь, тоже пожала руку Ринтаро.

— Спасибо за всё, Окабэ-сан. И ещё... перед отправкой можно один вопрос?

— Хм? Какой?

— Ну... Если ты достигнешь Врат Штейна, ты ведь обязательно встретишься с Курису, так ведь? Тогда... где-то там буду и я... Так что... хоть словом...

— Ха-ха. Говори это мне из 2010, а не мне нынешнему.

— А? Ах, да. Точно...

— Ага. Ну что ж, пора отправляться. Отойдите подальше, это опасно.

— Ах, погоди... Ещё кое-что!

— Хм? Что ещё?

— А, ну...

— ?..

— Я... это самое... могу... называть тебя... Окарин-сан?

— И всё? Могла и раньше спросить, — затем, убедившись, что из-за шума её настоящего имени не будет слышно, он добавил: — Тогда бы и я называл тебя Махо-чан или Махо-нян.

— Недопустимо! Я решительно против, Окарин-сан!

— Ш-шучу я! Не надо так...

— Но... — выражение лица собиравшейся пристально взглянуть на него Махо исказилось. Как она не старалась их сдержать, слёзы стали капать, не прекращаясь.

То же самое было и с Дару, и со всеми остальными. Из многих глаз по щекам текли капли.

— П-погодите! Пожалуйста, подождите! — и в помещение вбежал самый новый член лаборатории.

Её прекрасные, доходившие до пояса, в этот раз настоящие чёрные волосы с рыжеватым отблеском развевались.

— А я-то думал, куда ты пропала? Где ты была?

— Ха-ха-ха... П-простите. Я ходила за этим.

— Хм?

— Возьмите с собой... Это талисман, — она протянула Ринтаро довольно потрёпанный зелёный брелок Упу.

— Ты уверена? Это же твоя драгоценность, нет?

— Да. Именно поэтому обязательно верните его. Вместе с мамой.

— Понял... Хорошо, я обязательно его верну. Обязательно, — Ринтаро крепко прицепил брелок к панели в кабине и крепко пожал ей руку.

Затем, словно стыдясь того, что из его собственных глаз тоже непроизвольно покатилось что-то тёплое, он нарочно громко крикнул:

— Ладно! Всем отойти! Начинаем операцию. Название... Операция Альтаир! — с этими словами он с силой нажал на переключатель.

Толстый люк машины медленно закрылся. И когда по помещению раздался резкий звук герметизации, настал момент вечного разделения между Ринтаро и остальными.

Последним, что увидели Дару и Махо, стал он, надевающий дыхательную маску и смахивающий слезу...

Но в этом не было и тени безысходности — скорее это было исполненный силы облик самого Хооина Кёмы, пылающего своей миссией и одержимостью.

— У него получится... правда?

— Всё будет в порядке... Кёма обязательно это сделает, ня.

— Ага. Ведь это наш Окарин.

Машина с закрытым люком стала окутываться радужным туманом.

В то же время рёв двигателя стал оглушительным, и никто в помещении уже не слышал голосов друг друга.

— Окарин!

— Окарин-сан!

Среди этого гула все, разными словами, но одновременно, крикнули:

— Определена твоя смерть, или ещё что — плевать! Всё равно возвращайся!

— Кёма-а-а! Без Кёмы всё пропало!

— Мы будем ждать! И я тоже буду ждать! Обязательно возвращайся!

Пока Дару, Фэйрис, Махо и другие срывали голоса, машина стала терять форму и колебаться, как вдруг, вспыхнув ослепительной вспышкой, исчезла, совершив прыжок из 2025 года в какую-то иную эпоху.

Как и было обещано в тот давний день. Вслед за двумя Орихимэ.

(Конец)