«Миледи, они здесь… принц здесь».

Плечи Эви сразу же напряглись, когда она услышала дрожащий голос своей горничной. Холодный пот выступил у нее на спине, когда она бросила нервный взгляд на свою мать, которая только что приехала, чтобы навестить ее.

«Мама, я...»

Эви неоснознанно схватила мать за платье. Она ничего не могла с этим поделать. Эвелин думала, что достаточно подготовилась за последние несколько дней, но, похоже, страх и неуверенность все еще угрожали разрушить ее решимость теперь, когда этот момент настал.

«Тише, дорогая», - сказала ее мать, ободряюще обнимая дочь, но беспокойство в бегающих глазах выдало ее.

«Не волнуйся, ты сможешь это сделать, моя дорогая», - прошептала она, нежно поглаживая спину Эви.

«Не забывай причину, по которой ты должна это сделать, Эви...»

Мать поцеловала ее в макушку, и хотя она не выглядела исупганной, Эви чувствовала тревогу и беспокойство внутри своей матери.

Эви глубоко вздохнула.

«Да, мама», - ответила она, натянуто улыбнувшись матери.

«Я смогу это сделать».

«Хорошая девочка...»

Руки матери снова обхватили ее в последнем объятии, и через секунду мать кивнула своей горничной.

«Сейчас я пойду встречать гостей, а ты пока готовься», - сказала она Эви и, одарив дочь последней ободряющей улыбкой, мать Эви наконец вышла из комнаты.

Эви закрыла глаза, и ее горничная тут же засуетилась около нее. Она изо всех сил старалась успокоить свое бешено колотящееся сердце, мысленно разговаривая сама с собой и убеждая себя, что все будет хорошо, что все будет просто прекрасно. Она была так сосредоточена на том, чтобы укрепить свою решимость, что немного вздрогнула, когда горничная наконец заговорила.

«Вы выглядите сногсшибательно, миледи».

Глаза Эви метнулись к зеркалу, и она изучила свое отражение. Ее волосы были так красиво уложены; лицо накрашено ровно настолько, чтобы косметика смогла подчеркнуть ее естественные, невинные, девичьи черты.

Эви спокойно посмотрела сама себе в глазза. Наконец-то он настал, день ее свадьбы. Когда она была чуть младше, она часто фантазировала об этом дне, мечтая о том, как волшебно и чудесно было бы выйти замуж за мужчину своей мечты. Она видела себя, улыбающуюся от счастья, волнения и восторга, что шла по проходу к жениху своей мечты.

Но ни одной из ее фантазий не суждено было сбыться. Вместо волнения и восторга ее сердце наполнилось страхом и беспокойством. Что ж, никто не мог винить ее, потому что, как и большинство дам высшего эшелона власти, Эви не могла выбрать, за кого выйти замуж. Она ошибочно, глупо думала, что она в безопасности от всего этого, потому что она не была принцессой. Однако она была дочерью самого могущественного дворянского рода во всей Империи. В конце концов, она не смогла избежать этой участи. На самом деле, она не могла поверить, что ей действительно было хуже, чем кому-либо еще, кого она знала, возможно, даже больше, чем принцессам любой существующей Империи. По крайней мере, эти принцессы были выданы замуж за императоров и высокопоставленных военных генералов из соседних человеческих империй.

Да, она тоже собиралась выйти замуж за принца, но… в отличие от тех принцесс, ее будущий муж не был человеком… он был вампиром. И вампиры были их врагами, смертельными противниками человечества.

«Время пришло, миледи».

Голос служанки чуть не заставил ее снова подскочить со своего места. Она испустила еще один долгий и глубокий вздох - (благородные дамы, подобные ей, не выражали своего недовольства вслух) - прежде чем она встала с высоко поднятой головой и направилась к двери.

Дверь у входа была открыта для нее, и она грациозно перешагнула за порог, прежде чем спокойно пройти по коридору. Она не могла сосчитать, сколько раз глубоко вздыхала, когда шла к дверям, которые с каждым ее шагом выглядели все более устрашающими. Сделав последний шаг, она наконец остановилась прямо перед большими двойными дверями, ведущими в свадебный зал.

Будь сильной, Эви. Ради твоей семьи и всей империи, - шептала она себе снова и снова. Она расправила плечи и снова посмотрела вверх, ожидая, когда откроются двери. Луна и звезды ярко светили на нее сверху вниз.

В ее мечтах день ее свадьбы всегда проходил в погожий солнечный день, когда она была бы окружена падающими лепестками, танцующими на ветру. Кто бы мог подумать, что она собирается выйти замуж посреди ночи и за само порождение тьмы?

Небо было ясным, спокойным и мирным. Звезды нежно мерцали ей, но даже спокойствие неба не могло ослабить смятение, которое клокотало внутри нее. Ее пульс участился, и все, что она могла делать, это делать глубокие вдохи, снова и снова. Ее руки дрожали, и ей потребовались все силы, чтобы снова успокоить их.

Затем было объявлено о ее присутствии, и, наконец, процессия началась.

Зал, в который она вошла, кричал о роскоши и был настоящим праздником для глаз, но вопреки всему прекрасному великолепию, наполнявшему комнату, атмосфера, как и ожидалось, была напряженной и тяжелой. Вампиры и люди крайне редко сталкивались нос к носу. Конечно, бывали случаи, когда две расы находились под одной крышей, но на этот раз разница заключалась в том, что они не собирались убивать друг друга. Из-за этой свадьбы вампиры и люди договорились о прекращении огня, первом в истории.

Когда она подошла ближе к алтарю, ее длинные костлявые пальцы крепко вцепились в платье, - (это было действие, которое осталось незамеченным гостями, потому что ее руки были поглощены объемными складками платья) - однако глаза Эви оставались прикованными к полу. Ее лицо все еще было обращено вперед, но ее глаза были устремлены в одну точку, всегда на расстоянии 5 футов перед ней на полу. Она не могла расслабиться. Ей казалось, что она идет по небольшому, тонкому участку дороги между армиями вампиров и людей на поле боя прямо перед тем, как они бы столкнулись и убили друг друга. Прежде всего, она чувствовала себя маленькой, невинной овечкой, добровольно идущей в дом мясника, чтобы быть принесенной в жертву, несмотря на обещание, что ее будущий муж и вампиры никогда не причинят ей вреда.

Напряжение было настолько сильным в воздухе, что все, что она хотела сделать, это развернуться и убежать, но она этого не сделала. Она не могла.

Эви не слышала ничего, кроме громкого биения собственного сердца. Она даже не могла поднять глаза, чтобы взглянуть на своего будущего мужа, потому что была в ужасе! Все ее встречи с вампирами пугали ее до глубины души. Конечно, она видела не так уж много из них, но пять лет назад она наткнулась на пойманного вампира. Вампир оскалил острые клыки, рыча от отвращения и ярости на своих похитителей, а его глаза светились кроваво-красным, что резко контрастировало с его чрезмерно бледной кожей. Появление этого вампира привело Эви в ужас. То же самое можно было сказать и о вампирах, которые напали на ее экипаж год назад.

Она боялась всех вампиров. Все люди боялись вампиров. Вампиры были злодейскими монстрами, которыми матери всегда пугали своих детей. И все же она была здесь, собираясь выйти замуж за одного из них.

Погруженная в собственные страхи, Эви не поняла, что дошла до алтаря, и ее мгновенно вернуло в настоящее, когда в поле ее зрения появилась рука. Она чуть не споткнулась от шока. Уставившись на руку, Эви сглотнула. Она просто знала, что это была рука принца вампиров, за которого она собиралась выйти замуж.

Она медленно подняла глаза, ее взгляд переместился с его руки на локоть, затем на живот, прежде чем остановиться на груди. Она тихо вдохнула перед тем, как продолжить движение вверх, наконец остановившись на его лице.

И в тот момент, когда их глаза встретились… Сердце Эви на мгновение остановилось.