Чон У выглядел растерянно. Я начал задавать ему вопросы.

— Это… — сказала Ын Бин, которая тихо слушала наш разговор. — Я пойду схожу в туалет.

— Хорошо.

— И еще.

Девушка подошла близко ко мне и прошептала:

— Вы слишком резки с ним, поэтому у вас и не получается нормально построить диалог. Вы старше брата на пять лет, потому не будьте слишком грубы в ответах и разговаривайте с ним спокойнее.

После этого Ын Бин ушла в туалет.

— ...

Какое-то время я молча смотрел на Чон У.

— Могу я задать вопрос? — мягче спросил я, прислушавшись к совету девушки.

Молодой человек сперва выдержал паузу, а затем сказал: «…Да». Вскоре после этого он расслабился и сосредоточился на нашем разговоре.

— Я слышал, что в последнее время ты интересуешься криминальными документальными фильмами и расследованиями. Так ведь?

— Да.

— Слышал, что ты улыбался, так как тебе понравились некоторые сцены. Это правда?

— Да.

— Ты правда… улыбался?

Нормальному человеку мой вопрос показался бы странным. Однако для Чон У этот вопрос не был странным.

— Да, я улыбался, — ответил он.

Это было связано с тем, что парень знал, почему я задал этот вопрос. Такие люди, как мы, не умеют улыбаться.

— Что ты чувствовал, когда улыбался?

— Это было хорошее чувство, но я не знаю точно, что это было.

— Оно отличается от возбуждения или удовольствия?

— Да, это что-то другое.

— Можешь объяснить?

— Не уверен, что смогу точно описать словами. Кроме того, даже если я объясню, вы не поймёте.

— ...

Мы говорим сейчас на тему, которую никто из нас не мог объяснить или понять должным образом.

— Кстати, — снова перешел к вопросам молодой человек. — Почему вас это интересует?

— ...

Я промолчал.

Почему меня это интересует? Я тоже не мог это объяснить. Когда я впервые услышал от Ын Бин, что Чон У улыбается, я, сам того не осознавая, испытал некое чувство зависти.

— Вы, кажется, что-то не правильно поняли, верно? — продолжил парень. — Я улыбался, не потому, что меня заинтересовали документальные фильмы о преступлениях.

— ...?

— Я улыбался, потому что моя сестра была рада видеть, что я заинтересовался таким жанром фильмов.

— ...!

Я пришел в недоумение, поскольку странные высказывания на этом не закончились.

— До сих пор моя семья изо всех сил пытается найти то, что мне может понравиться. Благодаря этому я научился плавать и играть на скрипке, а также освоил каллиграфией. Я даже бросил школу два года назад и уехал учиться в Японию.

— ...

— Но меня ничего особо не интересовало. Видя скудные результаты, семья постепенно начала теряла надежду. Однако несмотря на это, семья все равно продолжала искать решение. Я видел, как им было тяжело из-за меня. Я даже думал, что я для них обуза. Но, как вы знаете, я не могу притворяться, что мне что-то интересно или доставляет удовольствие. Ведь мы не такие, как все.

Да, мы не такие.

— Но когда сестра несколько недель назад показала мне криминальный документальный фильм, я полностью погрузился в него, хотя не особо этого хотел. Но чем больше я смотрел, тем больше меня засасывало. Мое сердце билось словно сумасшедшее, дышать становилось трудно. Я никогда себя так не чувствовал.

Я точно знал, что за чувство испытывал этот парнишка.

— И когда я, наконец, пришел в себя, то понял, что нахожусь в возбужденном состоянии. Я сразу же рассказал сестре, что мне было весело и что я, наконец, нашел что-то интересное. После этого она широко улыбнулась. Сестра, что всегда расстраивалась из-за меня, наконец- то улыбнулась.

— ...

— В тот день сестра спросила: «Чон У, ты тоже улыбаешься?». В тоже мгновение я повернул голову и посмотрел на себя в зеркало. В самом деле... я улыбался. Не знаю, но чувство, которое я испытал в то время, было...

Наблюдая за Чон У во время беседы, я начал сомневаться в том, что видел. Парень улыбался и говорил. Эта улыбка не была вызвана дофамином. Возможно, эта улыбка…

— Думаю, это было счастье.

В тот момент, когда я услышал эти слова, по ступням пробрала легкая дрожь. Счастье. Это чувство, которое даже обычные люди не всегда испытывают. Чувство, к которому, все стремятся и которого все жаждут. Почему мое тело так отреагировало на это слово?

— Я хочу, чтобы вы тоже испытали это чувство. Я испытываю его, когда вижу, как радуется кто-то, кто заботится обо мне.

Когда дрожь добралась до макушки, у меня закружилась голова.

— Вообще-то, я слышала о вас от сестры. Она сказала, что у вас нет ни родителей, ни братьев, ни сестер. Вы даже не знаете их в лицо.

— ...

— Но теперь, когда вы стали полицейским, то сможете найти их? Почему бы вам не попробовать?

Я не мог объяснить то, что со мной происходило в этот момент. Дрожь охватила всё тело и я не мог заставить его функционировать рационально. Я сделал глубокий вдох и выдох

— Может быть, если вы найдете свою семью и останетесь с ними, то сможете испытать это чувство.

Наконец-то, придя в привычное состояние, я сосредоточился на том, что сказал Чон У.

После этого я вспомнил дни, в которые я проводил с кем-то время.

— Чон У, я думаю, ты тоже что-то не понимаешь, — произнес я, через некоторое время.

— …?

Полностью придя в себя, я держал в груди это неизвестное мне теплое чувство.

— Даже если у меня нет семьи, — сказал я, взглянув на парня. — Я могу испытать. Это чувство.

#

Несколько дней спустя, после ночной смены.

— Эй, наконец-то настал этот день, — произнес командир Док Гю, мягко улыбнувшись и положив руку мне на плечо. — Как же время летит быстро, не так ли?

Сегодня был мой последний день ротации в местной полиции. После этого моя работа в полицейском участке Мачхон будет окончена.

— Эй, мне еще далеко до пенсии, поэтому, Чжон Тхэ, было бы здорово поработать с тобой еще немного. Ах, как же грустно.

У всех членов команды, включая Док Гю, было унылое выражение лица.

— В нашей организации сотрудники часто меняют отделы в течение нескольких месяцев или максимум в течение двух - трех лет, поэтому нам нужно привыкнуть к тому, что кто-то уходит. Это жизнь, мы встречаемся и расстаемся. Даже у Чжон Тхэ от этого сердце дрогнет, — добавил командир, словно прочитав мои мысли.

— ...

— …Ну, глядя на его лицо, кажется, что это не так. Тем не менее, — сказал Док Гю, протянув мне руку. — Ты славно потрудился

— Да, вы тоже хорошо потрудились.

После этого ко мне подошел Кён Су.

— А, кстати, Чжон Тхэ, когда ты уйдешь, я снова буду самым младшим, верно? — спросил он.

— Ну, да. Но это ведь не от возраста зависит. У тебя также низкий ранг среди других членов команды.

— Расставание — это не конец. Верно? Кто мы для тебя? — спросил Кён Су, улыбнувшись.

— Часть жизни.

Слова сами вырвались сразу.

— Да. Как я и сказал вчера, даже после ухода, в праздники и другие памятные числа, мы всегда встречаемся друг с другом. Понял?

— Да.

Вчера, после рабочей недели, у нас был последний званый ужин. Несмотря на то, что в настоящее время Кён Су делает вид, что все в порядке, на самом деле вчера он…

«Мы с Чжон Тхэ были очень близки друг с другом... И он спас мне жизнь...»

Коллега напился, схватил меня за руку и заплакал.

— Ха, почему вчера только ко мне шел весь дым от свиной грудинки? Эх, мне не повезло. Из-за этого дыма у меня глаза слезились, — сказал Кён Су, после чего присел на стул и протянул мне руку. — Спасибо тебе за все.

— И тебе спасибо.

— Лейтенант Тхак, ты хорошо потрудился. Я буду скучать по тебе, — добавил напарник.

Затем Чон Мин, Кук Джин, Чхоль Су и Сухо по очереди тоже сказали пару слов на прощание. Затем я сделал шаг назад.

— Мне было весело работать в полицейском участке Мачхон. Поэтому… — сказал, поклонившись. — Всем до свидания.

#

На следующий день. Я сидел в автобусе и просматривал сообщения, которые получил вчера. [Мы приняли меры, чтобы вы могли перейти в нужный отдел сразу после ротации в местной полиции. Я отправил документы Хван Гё Чхолю, поэтому, пожалуйста, примите решение по выбору отдела, на собеседовании с генералом. Что бы лейтенант Тхак ни захотел, вы можете поработать в инспекции главного офиса. Пожалуйста, выбирайте с умом. — Суперинтендант Чхоль Сон.]

Это было первое сообщение. Каким-то образом вышестоящее должностное лицо, казалось, решило нарушить правила внутреннего распорядка, согласно которым сотрудникам нужно отработать в местной полиции в течении двух лет и шести месяцев, прежде чем перевестись в главный офис.

После этого я ознакомился со следующим сообщением.[Я только что собрал всех начальников отделов полицейского офиса Чанджин и провел совещание. Поскольку главный офис отменил правило двухлетней службы, каждый начальник сделает все возможное, чтобы удержать вас в Чанджине. Возможно, они позовут вас к себе в отдел. Но это всего лишь мнение, поэтому не ищите больше никаких отделов и идите в следственный отдел. — Детектив Чхве Ан Дык]

Начальники отделов проводили совещание? Однако никто из них не связывался со мной. Это всего лишь прикрытие. [Здравствуйте, лейтенант Тхак, я начальник транспортного отдела службы безопасности. Последний инцидент с наездом на пешехода и вождением в нетрезвом виде был решен благодаря вам. Если бы не лейтенант Тхак, то это могло ничем хорошим не закончится. Кажется, у вас врожденная способность расследовать такие случаи… — Ю Кан Мин]

[ Здравствуйте. Я начальник исследовательского отдела по делам молодежи. До меня дошли слухи о лейтенанте Тхаке. Если вы заинтересованы в расследовании, почему бы вам не присоединиться к нашему отделу? Наш отдел является самым популярным отделом среди следователей, а также ежегодно имеет высокий уровень конкуренции. В качестве дополнительного бонуса у нас много молодых полицейских, так что лейтенант Тхак будет большим подспорьем в будущем... — Пак Хэ Ми]

[Это глава отдела расследований. Конечно, в рамках внутреннего распорядка я думал, что лейтенант Тхак на протяжении двух лет будет работать в нашем отделе... В любом случае, если вы придете к нам, вы получите отличный опыт. Наш отдел является ближайшим к прокуратуре отделом в полицейской организации, и он занимается... — Ким Ён Су]

Сообщениям от руководителей отделов не было конца и края. Однако я продолжил их просматривать.

Выйдя из автобуса, я направился во внутрь здания. После чего сразу же поднялся на второй этаж.

— Здравствуйте! Я — лейтенант Тхак Чжон Тхэ.

Я вошел в кабинет генерала. В комнате с Гё Чхолем сидел мужчина в звании суперинтенданта.

— …

Стоит отметить, что Гё Чхоль был не в приподнятом настроении.

— Вы знаете, что Ли Чхоль Сон сказал мне? — спросил генерал, странно взглянув на меня. — Чон Тхэ придет в главный офис, так что не говорите ничего странного ему, пусть он сам все решит.

— ...

— Кажется, этот ублюдок не знает с кем разговаривает! — выкрикнул он, а затем успокоился.

— ... Хм.

— Что ж, с некоторой стороны он прав, мои слова, могут в какой-то степени повлиять на ваш выбор, так что я хочу от вас услышать, куда вы хотите пойти работать дальше.

— ...

— Ну? Вы хотите пойти в другой отдел, или остаться в Чанджине?

На самом деле, я давно сделал свой выбор.

— Я останусь в Чанджине.

— Правда!?

Услышав мой ответ, Гё Чхоль вскочил со своего места и хлопнул в ладоши с полицейским, который сидел рядом с ним. Со стороны генерал выглядел как ребенок.

Я взглянул на табличку с именем того полицейского. Его звали Пак Сан Джун. Я слышал, что раньше он был начальником отдела полиции.

— Спасибо. Самый важный выбор сделан! Давай, Чжон Тхэ, в каком отделе ты хочешь работать? Просто скажи мне.

— В прошлый раз руководитель сказал, что если я останусь в Чанджине, он исполнит все, что я захочу, верно?

— Да! Я от своих слов не отказываюсь! Даже если вы не хотите быть членом команды, а хотите быть ее лидером, я сделаю это для вас. Так что, в какой отдел хотите пойти?

— Я говорю не про отделы.

— М?

— Может быть… — сказал я после короткой паузы. — Вы позволите мне работать с сотрудником, с которым я хочу?