Эстель и Джошуа шли по через подземный полумрак.

Дорога была хорошей, но ужасно длинной. Иногда встречались орбальные лампы, проливавшие свет на бугристые каменные стены.

Впрочем, об идеальном порядке речи не шло. В туннеле то и дело попадались участки с кромешной темнотой, в которой приходилось ходить с опаской из-за многочисленных кочек.

— А, ой!

Эстель споткнулась и едва не упала, но Джошуа успел подхватить её за плечо.

— Всё хорошо, Эстель? Понимаю, дорога непривычная. Может, вести тебя за руку?

— Что?!

У Эстель чуть сердце из груди не выпрыгнуло.

“Держаться за руки… с Джошуа?!”

— Согласна?

— Н-не надо, обойдусь!

Девушка невольно засмущалась и опустила голову. Джошуа заглянул её в лицо, тяжело вздохнул и поднял голову.

— Эх… Ты опять думаешь не о том?

— Не о том — это о чём?

— Например о том, что ты заставила Клоэ поступить против её желания. Давай внесём ясность, Эстель. Неужели ты не увидела, как всё случилось на самом деле?

— А?.. Что именно случилось?

— Очевидно, я про финал спектакля. Про сцену со мной и Клоэ.

“Финал?.. В-в смысле их поцелуй?..”

Эстель порадовалась, что они в темноте, потому что ощутила, как её лицо вспыхнуло от жара.

— Эх, ты… там были только реплики и актёрская игра. Я только делал вид, что поцеловал её, а сам немного отвернул лицо. Между прочим, в сценарии даже была приписка, что нужно сделать именно так.

— Д-да ладно?!

— Так и знал, что ты не захотела брать меня за руку, потому что вспомнила тот момент.

— Н-нет-нет! Я это, ну… не хотела попасть впросак! Вдруг выскочит монстр, мы ведь на него вовремя не отреагируем!

— Тоже верно.

Джошуа с лёгкостью согласился с доводом, убрал руку с плеча девушки и отступил на шаг. Эстель выдохнула с облегчением, хотя и сама не понимала, с какой стати.

“Вот да, почему его слова так меня успокоили?”

В груди тлел огонёк лёгкого раздражения. Эстель встряхнула головой, осмотрелась и увидела кое-что странное.

— Ой? По-моему, с той лампой что-то не так.

Один из светильников на каменной стене самопроизвольно гас и загорался снова.

Девушка подошла поближе и изучила его взглядом. Будучи дилетантом, она не заметила никаких повреждений, но…

— Гмм, кажется, этой лампе нехорошо. Может, у неё горючее закончилось? Это не страшно?

— Орбменты работают на орбальной энергии, которая накапливается сама, так что на этот счёт можно не волноваться. Тем более, что…

— Если мы полезем в него и случайно сломаем, будет ещё хуже, да? Наверное, лучше просто сообщить о нём в Цайссе, когда дойдём туда?

Джошуа молча кивнул, и брейсеры продолжили путь.

Вскоре навстречу им раздался звук чьих-то лёгких, быстрых шагов. Впереди, со стороны Цайсса, вдруг показался ребёнок. Когда маленькая фигурка пробегала возле фонарей, искусственный свет выхватывал из темноты детали её внешности. В первую очередь в глаза бросались золотистые волосы и свисающие ниже подбородка завязки шапки, прыгающие на каждом шаге. Увидев длину волос, Эстель предположила, что это скорее всего девочка, но в остальном ничто во внешности не указывало на пол. Ребёнок носил обувь и рукавицы на вырост, мешковатая одежда держалась на теле благодаря многочисленным ремням. Эстель с трудом различала цвета в полумраке, но вроде бы девочка носила, как и полагается, розовое. Однако это был цвет не платья, а спецодежды словно с завода.

Ребёнок приближался, и видимых деталей становилось всё больше. Сверху на круглой шапке восседала пара защитных очков, стекла которых блестели в свете орбальных ламп. Девочке оставалось до брейсеров всего несколько шагов, но она до сих пор не заметила, что находится в туннеле не одна.

“Если оне не затормозит, то… о нет, кочка!”

Увидев, что девочка потеряла равновесие, Эстель кинулась вперёд. Увы, поймать руками не успела.

— Ай!

Ребёнок врезался в грудь Эстель. Девушка-брейсер оступилась, но устояла, а вот девочка отлетела назад и приземлилась на пятую точку.

— У-у?

— Ой-ёй-ёй. Прости, пожалуйста. С тобой всё хорошо?

— Да уж, Эстель, осторожнее надо быть, — Джошуа перевёл взгляд на упавшую девочку. — Не поранилась?

— Н-нет-нет! — Девочка вскочила на ноги и быстро закивала. — П-простите, я очень спешила и…

— Ничего, не бери в голову, — заверила ребёнка Эстель. — Главное, что ты не пострадала! Запомни, что в темноте нельзя бежать сломя голову.

— Понимаете, я… Ах да! Вы ведь пришли с той стороны?

— Да, а что?

— Это самое, вам по пути не попадались потухшие лампы?

— Сразу после второй реки. Она сама включалась и тухла, словно скоро совсем выйдет из строя, — рассказал Джошуа.

Лицо девочки засияла.

— Я так и знала, я так и думала! Простите, мне надо бежать!

Ребёнок прошмыгнул между брейсеров и без остановки умчался дальше в туннель.

— Видимо, из Цайсса. Странно они там одеваются.

— Она так спешила… Слушай, Джошуа. Давай догоним её?

Эстель была настолько уверена, что девочка вновь споткнётся, что никак не могла успокоиться.

— Так и знал, что ты это предложишь, — Джошуа пожал плечами.

* * *

— О нет, вас уже налетело так много!

На обратном пути Эстель вдруг услышала крики той самой девочки.

“Тут уже совсем темно.”

Мигающая лампа полностью отключилась, и тьма вокруг неё стала почти непроглядной, однако Эстель поняла, что в ней копошится целая стая монстров. Точнее, гигантских гусениц с гигантскими, округлыми, постоянно двигающимися ртами. “Влажные ползуны”[1].

Каждый из них был больше визжащей девочки. Их тела омерзительно сокращались и растягивались, постепенно сжимая кольцо.

Но тут девочка достала из своего рюкзака какую-то трубу.

— Джошуа, это же…

— Орбальная пушка? Не очень кстати.

С трудом верилось, что маленькая девочка держала в руках пусть и компактную, но всё-таки пушку. Впрочем, вряд ли она обычный ребёнок, раз залезла в такие глубины туннеля.

— Вертикальный угол двадцать градусов… — бормотала девочка, — орбальный заряд тридцать процентов… ого-о-онь!

Пушка дала залп, и её хозяйка вновь упала на пятую точку, не выдержав отдачи.

Раздался грохот, снаряд упал прямо в толпу Влажных ползунов и залил всю округу слепящей вспышкой. Световая граната! Тьма на мгновение отступила, и гусеницы открылись взгляду во всех подробностях.

Залитые светом монстры тревожно бросились в рассыпную. Затем остановились и дружно повернули головы к обидчице.

Девочка вздрогнула.

— А… Если с-снова подойдёте, в следующий раз выстрелю боевым! Я н-не шучу!

Однако Влажные ползуны вновь устремились к ней, пропустив предупреждение мимо ушей.

— По-моему, она в опасности.

— Пошли!

Стая Влажных ползунов настигла цель. Две гусеницы напрыгнули на девочку.

— А-а!

Но в последний миг между монстрами и их жертвой возникла Эстель.

— Н-на-а-а! — прокричала она на выдохе, отправляя тварей обратно размашистым пинком.

Одновременно с этим Джошуа вонзил свои кинжалы в ещё одного ползуна.

Эстель сняла со спины двуручный посох и угрожающе уставилась на врагов.

— Ой… кто вы?.. Ах да, я же вас только что видела!

— Все разговоры потом! Пока что отойди! — скомандовал Джошуа.

— Не волнуйся, мы сами их прогоним!

Брейсеры стояли напротив стаи монстров, закрывая собой девочку.

Влажные ползуны без конца открывали и закрывали рты. Слышалось, как щёлкают зубы, которыми эти монстры прорывали новые проходы в крепких каменных стенах. Разумеется, они могли с лёгкостью откусить человеку руку или ногу. Недооценивать их Эстель не могла, да и не собиралась.

Один из врагов напрыгнул на неё.

Девушка закрутила перед собой посохом, словно лопастями мельницы. Раздался глухой звук удара, и ползун беспомощно улетел во тьму.

Джошуа тем временем противостоял сразу двум монстрам, пользуясь кинжалами в обеих руках. Он практически танцевальными движениями избегал смертоносных челюстей и ловко полосовал врагов.

— В-вот это да!..

* * *

— Ой… спасибо вам огромное! Вы так меня выручили! — девочка вовсю кланялась брейсерам.

Эстель пришла к выводу, что незнакомка на два-три года младше неё, поэтому её можно с чистой совестью называть ребёнком.

— Ха-ха, главное, что всё обошлось. Но я вообще-то тобой недовольна. Понятно, что ты с оружием, но дразнить вот так монстров всё равно нельзя.

— У-у… Прости. Но я подумала, что если не вмешаться, то они сломают лампу…

— Я понимаю, но всему есть предел. Если бы не мы, ты бы сильно пострадала.

— У-у…

— Ну всё, хватит её мучить. И вообще, забавно слышать, когда ты рассуждаешь о рассудительности и осторожности.

— Не порть воспитательный момент, Джошуа! Так вот, гхм! — Эстель вновь повернулась к девочке. Несмотря ни на что она радовалась, что всё обошлось. — Меня зовут Эстель.

— Я Джошуа. Мы младшие брейсеры.

— А-а, так вот почему вы такие сильные! А я Тита, помогаю в Центральной фабрике Цайсса.

— Ого, работаешь на фабрике?

Стало быть, спецовка на ней самая настоящая. Эстель порадовалась тому, что интуиция не подвела: девочка с самого начала казалась ей похожей на маленького рабочего.

— Так вот, Тита. Если ты сейчас обратно в Цайсс, то давай мы тебя проводим?

— Хорошая мысль, — подхватил Джошуа. — Вдруг опять выскочат монстры.

— В-вы правда меня проводите? Большое спасибо!

Лицо Титы тут же засияло. Видимо, она всё-таки волновалась о том, как попадёт домой.

— А, только подождите. Я сначала починю эту лампу.

Девочка сняла с пояса простой орбальный фонарик и осмотрела сломавшееся оборудование. Затем она залезла в тот же рюкзак, где держала пушку, и принялась доставать инструменты. Брейсерам пришлось терпеливо ждать, пока Тита починит устройство. Ребёнок с удивительным проворством заменял какие-то детали.

— Вот так и… да, сойдёт. Спасибо за ожидание, — Тита развернулась к Эстель. За её спиной ярко горела лампа.

— Здорово! Ну ты и мастерица!

— Недаром Центральная фабрика настолько знаменитая, раз там даже помощницы такое умеют.

— Хе-хе, это всё пустяки. Я всего лишь наладила контакты у кварца и поправила орбальное напряжение.

В дело пошли сложные технические термины.

— Э-э, чего? Мне, наоборот, теперь кажется, что ты сделала настоящее чудо…

— Ну нет же! Давай попробую объяснить простыми словами… — речь Титы резко ускорилась: — Внутрь орбментов вставляются кварцы — это такие кристаллы с проводящими цепями. Но если их плохо закрепить внутри прибора, то создаваемая ими орбальная энергия не может попасть в нужное место, а само устройство перестаёт работать как положено. Поскольку орбальная лампа использует кварц для освещения и отпугивания монстров, то…

— Сто-оп! — торопливо воскликнула Эстель.

Мозг отказывался воспринимать эту тарабарщину.

— Д-давай ты всё объяснишь в другой раз, а то не хочется стоять на месте. Да и в город уже тянет.

— А, да, я понимаю. Жалко, конечно…

На лице Титы и правда появился оттенок разочарования. Скорее всего, если бы девочку не остановили, та бы прямо в туннеле прочитала целую лекцию по принципам работы орбментов. Эстель вздохнула с облегчением. Он заумных объяснений у неё почти закружилась голова.

— Ха-ха. Ну что же, выдвигаемся к Цайссу? — спросил Джошуа, и с его подачи они вновь пошли по туннелю.

Спустя примерно час впереди показался выход.

— Вот и пещере конец… Эта пещера — и есть вход в Цайсс?

— Да, именно. Правда, если точнее, это вход в подвал Центральной фабрики.

— Фабрика… это ведь то место, где ты работаешь?

— Насколько я слышал, Центральная фабрика — настоящая гордость Цайсса, огромный институт орбментов. Причём само здание размерами под стать важности, — заявил Джошуа после вопроса Эстель.

— Мне даже неловко. Но да, оно большущее. Во-от настолько, — Тита развела руки в стороны, пытаясь объять необъятное своим детским телом.

“Какая она всё-таки милашка! — невольно подумала Эстель. — Как у неё блестели глаза, когда она рассказывала об орбментах!”

— Те, кто впервые посещают нашу фабрику, зачастую попросту теряются.

— Ой не надо, этого ещё не хватало… Я теперь волнуюсь, дойдём ли мы до гильдии.

— Если найдёте первый этаж, то дальше проще. Там огромные парадные двери прямо в город.

— Хм, ладно. А, только поясни: я правильно понимаю, что этот туннель ведёт в подвал фабрики?

— Верно. А что такого?

У Эстель в голове не укладывалось, что такой подземный туннель может вести прямиком в подвал городского здания, однако Тита задала свой вопрос настолько прямо и искренне, что девушке-брейсеру почудилось, будто это не Цайсс странный, а её собственные представления о мире устарели. От растерянности она невольно уставилась на Джошуа.

— Она всю жизнь с этим живёт. Разумеется, ей кажется, что так и надо.

— Человек привыкает даже к такому?

— Ещё как привыкает, — Джошуа спародировал тон Эстель.

— Вы прямо с полуслова понимаете друг друга, — высказалась Тита, услышав, как брейсеры общаются между собой.

— А? — Эстель от неожиданности вздрогнула.

— Ну, мы всё-таки знакомы с самого детства. Кстати, я тут подумал: этот туннель ведь раньше был шахтой? Наверное, выход со стороны Цайсса появился когда фабрика ещё только появилась… это уже потом она стала гигантским зданием в центре города.

— Да, понятно… — Эстель невольно ощущала, как в её груди колотится сердце, но упрямо смотрела вперёд. — Другими словами, это не туннель проложили к зданию, а здание появилось над туннелем.

— Ты всё правильно поняла, — Джошуа кивнул.

Тем временем отряд уже дошёл до конца бывшей шахты. Туннель сменился коридором, ведущим в подвал фабрики.

— Ого! А тут что?..

Они шли по отполированному каменному полу, на стенах не виднелось ни царапинки. Вскоре дорога привела их к Т-образной развилке, и Тита показала налево.

— Чтобы попасть на первый этаж, нужно подняться на лифте. Это вон туда.

Девочка привела брейсеров в комнату, где легко разместилось бы десять человек. Пройдя через двери, Эстель заозиралась по сторонам.

— Гм? Я знаю, что такое лифт — это такие подъёмники, которые используются в шахтах. Но что-то я его нигде не вижу.

— Да нет же, Эстель. Я так понимаю, вся эта комната умеет подниматься и опускаться.

— Вся комната?.. Что-о?!

Поначалу помещение показалось Эстель крошечным, но если оно и есть лифт, то это уже совсем другое дело. Неужели такая солидная комната и правда умеет двигаться?

— Хе-хе, это наша новейшая модель. Грузоподъёмность 50 торимов! Легко перевозит даже тяжёлое оборудование!

— Н-не совсем понимаю, что это значит, но, наверное, это очень классно. Как его включить?

— Вот на этой панели нажать на нужный этаж.

Тита уверенно надавила на кнопку, и вся комната содрогнулась.

У Эстель появилось странное ощущение, что её вдавливают в пол. Ногам стало ужасно непривычно.

— Ух…

— Всё хорошо?

— Ага.

Когда дверь открылась, Эстель увидела совсем другую картину, нежели раньше.

— Ого, тут прямо простор.

Выйдя из лифта, они оказались в огромном зале. Слева была стойка информации, за которой дежурила девушка. Справа возвышались большие двери, в которых виднелось голубое небо. Люди, ходившие по залу, в основном носили либо спецовки, либо белые халаты.

— Это первый этаж Центральной фабрики. Здесь помимо стойки информации есть окно, где принимаются заказы на ремонт орбментов от обычных людей.

— А, Тита! — воскликнула женщина за стойкой, увидев появившуюся девочку.

— Да, это я. Что-то случилось, Хейзел?

— Ты как раз вовремя! Тебя искал инспектор Тревис. Просил, чтобы ты зашла в вычислительный зал.

— А… Хорошо, я поняла.

Тита развернулась к брейсерам, и её брови виновато опустились. Кажется, до этой самой секунды она надеялась лично показать им город.

Эстель успокаивающе улыбнулась. Она, в свою очередь, не собиралась чересчур утруждать ребёнка.

— Появилось срочное дело, да?

— Спасибо, что проводила нас сюда, — Джошуа тоже улыбнулся.

— Н-ну что вы, не благодарите. Это я у вас в долгу за вашу помощь…

— Мы, если что, задержимся в Цайссе на какое-то время. Можем увидеться снова, если ты не против, — предложила Эстель, и Тита сразу же просияла.

— Да, с радостью!

После прощаний Тита вернулась в лифт. Очевидно, “вычислительный зал” находился на каком-то другом этаже. Девочка махала рукой, пока двери перед ней не закрылись.

— Ха-ха, мало того, что милашка, так ещё и ко всему относится всерьёз.

— Да-да, полностью согласна! — подхватила Эстель. — Всегда хотелось такую же ответственную и миленькую сестрёнку! А вместо этого получила братика, в котором ни капли милоты…

— Устал уже повторять, но именно я вытаскиваю тебя из передряг, в которые ты попадаешь. Если уж считаешь меня “братиком”, то начинай себя вести как ответственная старшая сестра.

— Пф-ф, я твоего совета не спрашивала. Ну так что… пойдём смотреть город?

— Да, нам ещё надо отметиться в местном отделении гильдии… и спросить у них об отце.

— Угу… Ладно! — Эстель попыталась взять себя в руки.

Возможно, за прошедшее время появилась новая информации об исчезнувшем Кассии.

“С ним всё хорошо. С папой не могло ничего случиться.”

Она отчаянно пыталась поверить в эти слова, но чем больше углублялась в раздумья, тем глубже в ней пускало корни волнение, перерастающее в страх. Зловещее предчувствие пыталось сковать девушку по рукам и ногам.

Но тут по спине похлопали, и на душе полегчало. Разумеется, это сделал Джошуа.

— Давай, пошли.

— Ага!

“Всё в порядке! Я по-прежнему полна сил!”

Взяв карту на стойке информации, брейсеры вышли в город через парадные ворота.

* * *

Эстель недоумевала, ведь через двери проглядывало лишь небесная синева. Казалось бы, в глаза должны бросаться улицы и крыши домов, но вместо этого изнутри здания виднелась только площадь, по которой гуляли люди. Но когда озадаченная Эстель узнала причину этой странности…

— Это ж надо!

Раскинувшийся перед глазами пейзаж мигом заворожил девушку.

Перед главным входом и правда раскинулась площадь. На ней стояли ларьки с цветами и сладостями, прогуливалось множество людей.

Однако за границей площади по-прежнему виднелось только небо. Лишь подойдя к краю и посмотрев вниз, брейсеры увидели сам город.

— Мы, оказывается, на вершине!

Центральную фабрики построили на холме, а город расположился у подножья, поэтому с площади открылась полноценная панорама.

— Вот ты какая, промышленная столица Цайсс. Да, большой город…

Поверх склона построили огромную лестницу. Но что ещё интереснее, её ступени двигались сами, а человек мог просто стоять на месте. Лестница делилась на два соседних пролёта, один из которых возил людей вверх, а второй вниз.

— Мне кажется, или эта лестница двигается?

— Да… Какие-то самоходные ступени, — даже Джошуа не мог скрыть потрясения.

— Нет, я понимаю, что спускаться и подниматься по такому длинному склону очень трудно… но придумать для этого целую машину?! Мне кажется, я в этом городе только и делаю, что без конца удивляюсь.

То здание, в которое нужно входить через подземную шахту, то лифт на десять человек, то лестница, которая сама возит людей по склону. Все эти чудеса Эстель видела впервые в жизни.

— Согласен. А теперь посмотри туда.

По наводке Джошуа Эстель обернулась и вновь потеряла дар речи.

— А-а!..

Она увидела Центральную фабрику во всей своей красе. До чего же огромная! Раз, два… целых четыре этажа, если не больше! Рынок в Босе, ранее поразивший Эстель своими размерами, теперь казался крошечным на фоне этой громадины.

— Ничего себе…

— Ага. Но охать и ахать весь день — это не дело, так что пошли уже в отделение.

Они воспользовались самодвижущейся лестницей, сверились с картой и пошли на юг по главной улице.

— Гляди, Эстель.

Джошуа указал на тонкие столбы, расставленные вдоль дороги. К ним наверху крепились многоугольники, похожие на фонари.

— Орбальное освещение.

— О-о!

Их количество не поддавалось счёту. Эстель покрутила головой и убедилась, что столбы стоят везде, причем на небольшом расстоянии друг от друга. Наверное, если их все включить, то на улице даже ночью будет совсем не темно. Безусловно, орбальные лампы встречались и на трассах между городами, но далеко не так часто. И всё это тоже работает благодаря орбальной энергии…

Стало уже очевидно, что орбменты в Цайссе настолько распространены, чтобы никто даже не усомнился в том, что находится в промышленной столице королевства.

Пройдя ещё немного, Эстель увидела по левую руку привычную эмблему в виде щита и рукавицы. Так обозначались отделения гильдии брейсеров.

Позвенев дверным колокольчиком, брейсеры вошли внутрь. За стойкой их ожидала женщина в кимоно.

— Здравствуйте, мы…

— Наконец-то вы прибыли, Эстель и Джошуа. Добро пожаловать в Цайсс.

Эстель вздрогнула и потеряла дар речи, неожиданно услышав своё имя.

— Вы нас знаете?.. — поинтересовался Джошуа.

— Со мной связывался Жан из отделения в Руане. Сказал ожидать девушку с двумя хвостами каштановых волос и молодого брюнета с янтарными глазами… — женщина по очереди оценила внешность юных брейсеров взглядом раскосых глаз. — Должно быть, он имел в виду вас.

— Понятно…

— Меня зовут Килика, я руковожу этим отделением.

От имени женщины тоже веяло чем-то восточным. Должно быть, она и правда родилась в какой-то далёкой стране.

— Будем знакомы. А теперь, если не возражаете, я перерегистрирую вас в этом отделении.

Женщина говорила быстро и по делу. Очевидно, она обладала строгим характером и никогда не падала духом.

Эстель и Джошуа встали перед стойкой и заполнили заявления. На самом деле спешить им было некуда — в Цайссе царили мир и порядок, срочная помощь брейсеров нигде не требовалась.

— Кстати, Килика, мы хотели поинтересоваться насчёт...

— Кассия? Сожалею, но в нашем регионе его нет. По крайней мере, он уже много месяцев не посещал это отделение.

— Эх-х, ясно...

Эстель не могла скрыть своего разочарования. Впрочем, она осознавала, что найти новые зацепки будет нелегко.

— Получается, что он сейчас находится либо в столице, либо… — задумался было Джошуа, но тут Килика вновь заговорила:

— Однако я полагаю, что могу помочь вам с другим расследованием. Возьмите, — она протянула запечатанный конверт. — Это письмо рекомендует вас к встрече с директором Мёрдоком, руководителем Центральной фабрики. Этот человек управляет всем регионом подобно мэрам в других частях королевства.

— Он нам поможет… с чёрным орбментом? — уточнил Джошуа.

— Да. Судя по тому, что я знаю о происшествии в особняке мэра, это весьма загадочная вещь. В первую очередь её стоит обсудить именно с Мёрдоком.

— Ты прямо ко всему подготовилась!

Килика предвосхитила все без исключения вопросы, которые брейсеры только собирались задать. Она заранее сообщила им всё, что они хотели знать, и Эстель оставалось только дивиться тому, как быстро работает ум этой женщины.

— Ты, часом, не телепат, Килика?

— Помогать брейсерам — моя работа. Я ознакомилась с поступившей информацией и подготовила то, что могло вам понадобиться, — невозмутимо парировала Килика. — Не чувствуйте себя в долгу. Взамен я буду ожидать от вас соответствующей отдачи в случае крупного происшествия.

— А-ха-ха… Да, мы тебя не подведём! — Эстель горделиво вскинула голову.

Она верила, что на неё всегда можно положиться. В конце концов, ради этого она и стала брейсером.

* * *

Когда они показали конверт девушке на стойке информации, та проводила их к кабинету директора на втором этаже Центральной фабрики. Внутри их ждал немолодой коренастый мужчина в белом халате.

Эстель сразу поняла, что это и есть Мёрдок. Мужчина оторвал взгляд от заваленного бумагами стола и посмотрел на гостей ласковыми карими глазами.

— Я вас уже давно жду, Эстель и Джошуа.

— А, очень приятно, господин директор.

— Простите, что отвлекаем от работы.

— Ничего-ничего, не берите в голову. Гильдия брейсеров часто меня выручала… в особенности Кассий.

— Что?! Вы знаете моего отца?!

— Ха-ха, не просто знаю, а практически боготворю, — Мёрдок слегка прищурился. — Не будет преувеличением сказать, что Центральная фабрика — самый передовой институт орбальных технологий на всём континенте. Но с этими технологиями вечно какие-то неполадки. Когда они ставят нас в полный тупик, приходится звонить в отделение в Роленте и вызывать сюда Кассия.

— Так вот почему он так часто ездил в командировки.

— Теперь всё понятно… — в смешанных чувствах пробормотала Эстель следом за Джошуа.

Отец ничего не рассказывал о своей работе. Для дочери он оставался Кассием Брайтом, совершенно заурядным человеком. Поэтому когда другие люди начинали воспевать его как героя, девушка испытывала не столько гордость, сколько смятение. Впрочем…

“Мой отец был настоящим брейсером.”

В груди всё равно разлилось приятное чувство.

— И вот у меня в гостях дети друга фабрики. Конечно же, я с радостью помогу вам чем смогу.

— Хи-хи… Спасибо, господин директор.

— Боюсь, рассказ выйдет достаточно длинным, но… — Джошуа рассказал обо всех событиях, связанных с чёрным орбментов.

Постепенно взгляд директора становился всё суровее и суровее. Когда брейсер договорил, Мёрдок глубоко вздохнул.

— Вы не против, если я взгляну на этот орбмент?

— Конечно, нет.

Эстель достала загадочное устройство, похожее на чёрную полусферу. Его поверхность покрывало множество ложбинок, которые будто бы складывались в осмысленные узоры. Мёрдок принялся вертеть орбмент в руках и осматривать со всех сторон. Из его взгляда совсем пропала ласковость, уступив место неумолимости исследователя.

— Гмм… Вот уж и правда, непонятная штуковина… Вроде бы очевидно, что сделана недавно, но на ней нигде нет номера.

— Какого номера? — озадачилась Эстель.

— Вы имеете в виду серийный номер, который штампуется на корпусе? — Джошуа же задал более осмысленный вопрос.

— Именно его. На каждом орбменте за крайне редкими исключениями указывается номер, по которому можно понять место и время производства. Это касается не только Либерла, так принято по всему континенту. Этой традиции уже лет пятьдесят, её чтят с тех самых пор, когда орбменты только-только появились.

— О-о, надо же.

Мёрдок кивнул и продолжил:

— Для нас, инженеров по орбментам, проставлять номера на изделиях — это давно уже привычка. Мы так делаем даже с прототипами… Поэтому вполне возможно, что здесь его нет в коварных целях.

— Это каких?..

— Чтобы скрыть технологию и место производства, — ответил Джошуа, и Мёрдок вновь кивнул.

— Впрочем, однозначно можно будет сказать только изучив его изнутри, так что… Гмм?

— Что случилось?

— Вот незадача… У этого орбмента нет крышки, которую обычно устанавливают для наладки и ремонта. Более того, я вообще не вижу ни одного шва… Как его вообще собрали? Гм, раз так, то заглянуть внутрь этого орбмента будет нелегко.

— Ну вот…

Эстель не хотелось думать, что они уйдут отсюда ни с чем. Но тут её осенило:

— А, тогда почему бы просто не разрезать его?!

— Конечно, это было бы быстрее и проще всего, но… мне не очень хочется портить предмет, который был выслан на имя Кассия.

— Ах да…

В кабинете повисла тишина. В конечном счёте её нарушил Джошуа:

— Я бы, конечно, с удовольствием отдал его тому профессору…

— А… тому, что из записки? Да, лучше всего было бы донести орбмент до него, — Эстель вытащила пресловутый клочок бумаги и показала Мёрдоку. — Понимаете, в посылке было ещё и вот это…

— “Попроси профессора Р. изучить его”... Ага, понятно.

— Вы, случайно, не знаете, кто такой этот профессор Р.?

— Тут и гадать нечего… Профессор на букву “Р”, знакомый с Кассием? Очевидно, это Рассел.

— Так я и думал…

— Профессор Рассел… Джошуа, ты его знаешь?

Эстель слегка обиделась — оказывается, её напарник уже понял, кто им нужен, но хранил всё в тайне.

— Нет, лично не знаком, но он известен на всё королевство тем, что принёс в страну орбальные технологии.

— О, а ты образованный малый. Открытие орбментов — это, конечно, заслуга профессора Эпштейна… но профессор Рассел был его первым учеником. Сорок лет назад он вернулся в Либерл, и благодаря его познаниям наша страна стала такой передовой. Его можно называть отцом орбальной революции в Либерле.

— Ух-х, какие тут живут удивительные люди! — искренне восхитилась Эстель. — И у отца, конечно, столько необычных знакомых!

Кажется, после своего исчезновения Кассий стал для дочери ещё более удивительным человеком, чем раньше. Ведь дома девушка считала его ленивым и бестолковым.

— Но меня слегка беспокоит мысль о том, что этот орбмент достанется Расселу. Сложно сказать, чем это кончится…

— А?

— Не знаю, как это лучше сказать, но… он гений как в хорошем, так и в плохом смысле. Когда в нём загорается жажда знаний, он начинает творить самые невообразимые вещи. Как сейчас помню, когда мы разрабатывали первый воздушный корабль, он… — Мёрдок перешёл за бормотание и уставился куда-то в пустоту.

— Столько боли во взгляде…

— Видимо, там и правда много всего случилось, — поддакнул Джошуа.

— Кхм, простите, отвлёкся. Нет, я не спорю, профессор безусловно разберётся, что это за чёрный орбмент. Я вам помогу с ним встретиться, а дальше вы сами поговорите. Кстати, я как раз знаю, кто может вас проводить и познакомить.

— И кто же?

— Минуту. На нашей фабрике работает его внучка.

Директор вызвал в кабинет человека, и когда тот появился, Эстель не смогла сдержать изумления:

— Тита!

— Ой, Эстель и Джошуа?

Да, в кабинет вошла Тита — девочка, с которой брейсеры познакомились в Калдийском туннеле.

— О? Так вы уже знакомы?

— Как раз недавно познакомились.

— Она нас провела через Калдийский туннель, — добавил Джошуа.

— А-а, — директор кивнул и повернулся к Тите, явно что-то вспомнив. — Кстати, я слышал, ты спустилась в туннель в одиночку, чтобы заменить орбальную лампу?

— А…

— Я ведь уже говорил, что это опасно. Когда такое происходит, проси взрослых о помощи.

— Л-ладно, — Тита опустила плечи.

— Ну что вы, всё ведь обошлось, не сердитесь, — вступилась за девочку Эстель. — Кстати, я никак не ожидала её здесь встретить. И к тому же узнать, что она внучка знаменитого профессора.

— Зато теперь понятно, почему она так ловко обращается с орбментами.

От комплимента Джошуа Тита робко подняла голову и смущённо улыбнулась.

— Хи-хи… Это пустяки, правда. В отличие от моего дедушки я пока только учусь. А вот он да, невероятный человек! — В голосе Тита слышались восхищение и почтение в адрес именитого родственника. — Вы хотите с ним о чём-то посоветоваться? Это связано с вашей брейсерской работой?

— Гм… Отчасти да. Там такая запутанная история!

— Давай мы её расскажем уже твоему дедушке.

— А, да, конечно. Э-э, наш дом находится в юго-западной части города. Нужно спуститься по эскалатору, пройти прямо на юг и в конце повернуть на запад.

— Отлично, веди нас.

— Хорошо!

Брейсеры попрощались с директором и вышли из кабинета.

“Уж теперь-то мы точно разберёмся, что это за странный орбмент!”

* * *

Снаружи дом именитого профессора выглядел совершенно заурядным.

Подобные двухэтажные здания встречались повсеместно. Конкретно это выделялось разве что похожей на лабораторию пристройкой с круглой крышей, да вставками из свежих, ярких кирпичей, словно кто-то несколько раз заделывал бреши в стене.

Троица вошла внутрь и незамедлительно направилась в лабораторию. Там спиной к ним вовсю работал пожилой мужчина в коричневом халате. У него была лысая макушка, которую окружала “корона” из топорщащихся белых волос.

— Дедушка, я дома! — подала голос Тита, делая пару шагов вперёд. — Дедушка, послушай! Со мной тут два человека, которые хотят с тобой поговорить!

— Хм?.. — что-то бормотавший себе под нос профессор обернулся. — О, Тита! Ты как раз вовремя! У меня всё готово для очередного опыта, помоги с записью показаний!

— Э-э, но…

— Я доделываю свой орбмент, который нейтрализует детекторы живых существ. Он создаёт особенное орбальное поле, позволяющее обмануть сканеры.

— О, правда? — голос Титы тут же стал звонче.

“Гм. Мне кажется, или разговор быстро ушёл не в ту степь?”

— Ещё как правда. Этому устройству цены не будет! Так что иди скорее сюда и помоги с экспериментальным включением!

— Ага!

Тита рысью выскочила из комнаты и вернулась уже переодетая в рабочую одежду.

“Секунду! А как же познакомить нас с профессором?”

Рассел и Тита склонились над квадратным устройством, восседающим на дальнем столе, и принялись копаться в сложных механизмах.

Они будто забыли о существовании брейсеров. Казалось даже, что профессор их даже не заметил. Новое изобретение полностью завладело вниманием Рассела и его внучки.

— Как-то это совсем плохо.

— Да уж, они там явно надолго, — прошептал Джошуа в ответ, пока они стояли истуканами возле дверей. И тут…

— Эй, чернявый! — Рассел резко обернулся и посмотрел на парня.

— Кто, я?

— А кто ж ещё? Сбегай на второй этаж, принеси мне тетрадь, которая подписана “Значения отталкивающих сил орбальных полей”! И поживее!

— Х-хорошо.

Что-то в голосе профессора уничтожало всякое желание с ним спорить. Коротко ответив, Джошуа убежал вверх по лестнице.

— Джошуа, погоди, ты…

— Эй ты, с щупальцами на башке!

На сей раз старик явно обращался к Эстель.

— Щупальцами?! К-к-как ты смеешь?!

Никто в мире ещё не называл хвосты её волос щупальцами.

— Чего стоишь неприкаянная? Хоть бы кофе сделала!

— Почему я должна делать кофе?!

— Я, кстати, люблю чёрный. Чтоб плотный как грязь, усекла?

— Я ведь не спрашивала, какой делать… — Эстель обречённо выдохнула. — Эх, ладно, поняла. Сделаю тебе такой плотный, что закачаешься.

Размяв плечи, девушка вышла из лаборатории в поисках места для приготовления пищи.

Кухня нашлась быстро, но поставила Эстель в ступор — она не понимала, где набирать воду и как включать печку. Эта кухня вообще отличалась от нормальной. Вместо тарелок и чашек здесь стояли лабораторные склянки. Мысль о том, что профессор пьёт прямо из них, бросала в дрожь.

Кое-как вскипятив воду, Эстель залезла в шкаф, где нашлись молотые зёрна, сито и даже четыре чашки. Девушка разлила в них кофе, причём в одну — особенно крепкий и горький.

Однако стоило отнести чашки в лабораторию, как профессор потребовал сладостей. Затем приказал собрать разбросанные бумаги и запчасти…

К тому времени, как брейсеров перестали гонять в хвост и в гриву, как каких-то разнорабочих, за окном уже зажглись первые звёзды.

— Ха-ха, простите-извините. Я почему-то решил, что вы новые сотрудники Центральной фабрики. Привык уже их нагружать такой работой, — заявил профессор Рассел, удобно располагаясь на диване. — Но кофе ты варишь отменный! По крайней мере в этом толк от тебя есть!

— Ох, богиня… “хоть в этом”, ага! Я тут кучу всего сделала, а не только кофе!

— Ну ладно тебе, Эстель, остынь. Можешь считать, что получила бесценный опыт. Когда у тебя ещё будет возможность увидеть экспериментальное включение нового орбмента?

— О-о, слушай-ка, да ты, оказывается, что-то понимаешь! Может, плюнешь на брейсеров и пойдёшь в орбальную науку?

— Дедушка, что ты опять начинаешь! Простите, Эстель и Джошуа. Я тоже немного увлеклась экспериментом…

— А, Тита, тебе-то не за что извиняться. Эх… Я-то думала, что “отец орбальной революции” будет великим человеком… а он всего лишь легкомысленный дед.

— Ха-ха, я так зазнаться могу.

— Это не комплимент!

— Скромность хороша только в меру.

— Почему выслушивать про скромность приходится мне?!

— Эстель… Эстель. Зачем ты ему подыгрываешь? — вмешался Джошуа.

— Гх-х.

— Ха-ха-ха-ха! Нет, но я точно не ожидал у себя в гостях детей Кассия. Так что вы меня тоже неплохо удивили.

— А… Ты и правда знаешь нашего отца, профессор?

— Ага, мы с ним познакомились ещё давно, двадцать с лишним лет назад. Он тогда ещё служил в армии.

— Даже я видела Кассия. Такой величественный и усатый, да? — спросила Тита.

Эстель и Джошуа дружно изумились. Кассий Брайт и правда обладал незаурядным талантом заводить друзей.

— Хотя ладно… Раз так, им точно можно доверить посылку.

— Ты права, можно.

— Ой, вы про что? — недоумевала Тита.

— Вы чего, ко мне с подарком? Ах да, вы же хотели что-то обсудить.

— Да. Тут такое дело… — кратко пересказав суть, Эстель достала чёрный орбмент и положила на стол.

— Хм, любопытно, — Рассел почесал подбородок, глядя на блестящий прибор. — То, что нет серийного номера, это понятно, но швов я тоже не наблюдаю. И вообще, этот корпус…

Профессор вдруг снял с пояса один из своих инструментов и изо всех сил надавил им на чёрный орбмент.

— Гмм! Гх… о-о-о!

— Ч-что ты делаешь?

— Это резак, да? У него клинок из очень твёрдого сплава, — пояснил Джошуа, пока у старика на лбу вспухли жилы от напряжения.

— Ух… Так и знал… Сами посмотрите.

Убрав резак, Рассел показал орбмент брейсерам. В том самом месте, где давил клинок…

— Ой?

— Дедушка, но ведь на нём ни царапины!

Эстель и Тита дружно удивились, а Джошуа нахмурился и промолчал.

— Очевидно, корпус этого орбмента сделан из металла, который крепче любого из известных мне. Разрезать его и докопаться до содержимого будет трудновато.

— Ничего себе, что мы принесли…

Профессор считался самым сведущим в орбментах человеком во всём королевстве. Если даже он не мог опознать сплав, из которого сделан предмет…

— Непонятно, как теперь быть, — пробормотал Джошуа.

— Не, если не торопиться, то рано или поздно я всё равно вскрою его при помощи оборудования моей лаборатории. Только сначала надо подключить измеритель.

— Что подключить?

— Это такой большой прибор, который участвовал в сегодняшнем эксперименте. Он умеет отображать текущие изменения в орбальных волнах.

Должно быть, речь шла об одной из крупных установок в дальней части лаборатории.

— И… что этот измеритель нам даст?

— Короче говоря, поможет разобраться, как этот орбмент вообще работает. Конечно, опираясь на данные о волнах, можно лишь строить гипотезы, но…

— Мы в любом случае наверняка узнаем нечто новое и важное об орбменте, да? — закончил Джошуа.

— Ага. Поэтому не будем терять время.

У профессора загорелись глаза. Его лицо стало таким же, как перед сегодняшним экспериментом.

— Но дедушка! Уже пора ужинать. Вся работа только после еды! — заявила Тита.

— Ну-у! — жалобно простонал Рассел, глядя на внучку глазами ребёнка, у которого только что отобрали любимую игрушку.

* * *

Наступила ночь.

За окном совсем стемнело, в окнах домов с другой стороны улицы зажёгся свет.

Промышленная столица в очередной раз оправдала свою славу — почти в каждом окне горели на свечи и масляные фонари, а орбменты. Вместо дрожащего пламени они излучали мощный и ровный свет. Традиционные источники света вообще были в Цайссе редкостью, и это стало для Эстель ещё одним поводом для удивления. Она не сомневалась, что многочисленные фонари, которые они видели по пути от фабрики до дома профессора, тоже уже горят ослепительным светом.

После ужина хозяева и гости вновь собрались в лаборатории — точнее, в зале экспериментов, который занимал её первый этаж.

Чёрный орбмент уже водрузили на измеритель. Можно было приступать.

— Что же, начинаем эксперимент по изучению орбальных волн чёрного орбмента.

Первым на слова профессора отреагировал Джошуа:

— Кстати, мы так и будем его называть чёрным орбментом?

— Нам всем не хватает фантазии, — проворчала Эстель.

— Как говорится, лучше — проще. И в конце концов, нужно же ему какое-то название? Ну всё, начинаем. Тита, включай установку.

— Ага!

Терпеливо ожидавшая своего часа Тита тут же схватилась за рычаги управления.

Раздался гул, на пульте замигали кнопки. Экран для наблюдений за результатами стал из чёрного зелёным. Затем на нём появилась разметка в виде решётки и волнистые цветные линии.

— Держи выходную мощность на 45%... Все датчики в режим готовности.

— Сейчас… — отозвалась Тита.

Постепенно оживали и другие приборы в лаборатории. Теперь уже не только экран, но и всё помещение наполнилось светом красных, зелёных и голубых ламп. Их отблески плясали на лицах профессора и Титы.

— Готово. Все приборы подготовлены.

— Ну что-о, теперь самое интересное. Я не вижу на орбменте входных и выходных разъёмов, поэтому придётся повлиять орбальными волнами прямо на внутренний кристалл и посмотреть, как он отреагирует, — профессор для важности вдохнул и выдохнул, после чего ухмыльнулся. — Именно в такие минуты измеритель по-настоящему проявляет себя!

— Он увлёкся не на шутку…

— Ну что, жму!

Профессор надавил на кнопку измерителя.

По комнате прокатился глухой гул. После небольшой паузы подставка под чёрным орбментом засветилась.

— А, смотреть больно!..

— Понятно, вот как они влияют напрямую на кристалл.

В отличие от Эстель, Джошуа будто бы отчасти понимал, что именно происходит. Девушке оставалось лишь вновь поразиться сообразительности младшего брата.

— Замечательно. Тита, что говорит измеритель?

— Мм… Что-то странное…

— Что именно?

— Стрелка тахометра всё дрожит и дрожит… — растерянно заявила Тита, не отрывая глаз от приборов. — А! Теперь быстро вертится!

— Что?!

Хотя Эстель не понимала, что происходит, ей стало ясно, что творится нечто аномальное. Руки невольно напряглись. Голова наполнилась готовностью отреагировать на что угодно.

В следующий миг окутанный ослепительным светом орбмент тоже вспыхнул… но чёрным.

“А, как тогда!”

Чёрный свет поглотил белый. Вокруг чёрного орбмента образовалось пространство кромешной темноты.

То же самое произошло и в Руане.

— А-а?!

— Что за чертовщина?!

Визг Титы и изумлённый возглас Рассела раздались одновременно.

— Джошуа, это же…

— Да, тот чёрный свет!

Кнопки на приборах гасли одна за другой, когда на них наползала расходящаяся волна темноты. Погасли развешанные по стенам орбальные лампы.

Лаборатория погрузилась во тьму.

* * *

Если бы в тот момент над Цайссом пролетал воздушный корабль, с него бы открылась следующая картина.

Всё началось на юго-западе города, в лаборатории профессора Рассела.

Весь свет в здании погас, словно кто-то задул его как свечу. Если бы кто-то и подумал на сбой орбментов, то вскоре осознал бы свою неправоту.

Свет погас и в соседнем доме. Затем в следующем. Здания погружались в темноту одно за другим. Широкая улица, залитая ослепительным светом фонарей, чернела с юга на север.

Тьма накрывала город так же быстро, как вода поднимается по бумаге. А когда границы чёрного кольца приблизились к Центральной фабрике, стало ясно, что оно влияет не только на освещение.

Как только загадочная сила достигла эскалатора, работавшие даже в ночи ступени резко остановились. Умолк еле слышный гул механизмов.

Многочисленные орбменты города притихли, словно затаив дыхание. На смену привычному шуму пришли гул и ропот людей. Горожане высыпали из домов на улицы и увидели, что странное явление затронуло из всех событий.

Город понемногу погружался в хаос.

* * *

— О нет! — крикнула Эстель, увидев, что свет погас во всём городе.

Услышав снаружи голоса людей, брейсеры выбежали на улицу, чтобы узнать, в чём дело. Там их встретили погасшие фонари. Происходило нечто непредвиденное, и брейсерский опыт уже подсказывал, в чём причина странного происшествия.

То, что случилось в лаборатории, распространилось на весь город.

— Эстель, нужно сказать профессору, чтобы он остановил эксперимент.

— Да, точно! Джошуа, оставайся здесь и следи за ситуацией!

Эстель развернулась и вбежала в лабораторию.

Поскольку внутри дома не горел свет, ей пришлось сильно постараться, чтобы ни обо что не споткнуться.

— Дедушка-а, продолжать нельзя! Мы должны выключить измеритель!

— Эй, даже не думай! Мы на пороге важного открытия!..

Сквозь дверь донесся разговор Титы и профессора. Эстель вбежала в комнату, по-прежнему залитую чёрным светом неизвестного орбмента.

— Хватит! В городе везде погас свет!

— Что?..

— Во всём городе?! Да ладно?! Эх, так и быть! Конец эксперимента!

Рассел потянулся рукой к восседающему посреди тьмы орбменту. Всего одно мгновение, и…

Свет зажёгся. В комнате снова стало ярко.

— А… всё починилось?

Настенные лампы дружно включились, а измеритель перестал гудеть.

— У-уфф… — протянула Тита.

— Что там говорит измеритель… Чёрт, он ничего не записал. Получается, что кроме чёрного орбмента ни один другой не работал. Всё остальное он попросту задушил…

— Вижу, вы остановили эксперимент, да? — спросил Джошуа, входя через распахнутую дверь.

— А, Джошуа! Как дела снаружи?

— Ну… освещение уже вернулось, но народ по-прежнему шумит.

— Понятно… Но всё-таки, что произошло?

Почему во всём городе вдруг погасло освещение? Эстель не могла ответить на этот вопрос и предполагала, что догадки среди них может строить только…

— Да уж… — профессор Рассел положил ладонь на подбородок. — Иначе как феноменом орбального отключения это не назвать.

— Каким-каким феноменом?

“О чём он вообще?”

— Таким, что во всех приборах вдруг пропала орбальная энергия, — ответил Джошуа.

— Вот почему я ничего не понимаю, а ты как эксперт?!

— Эстель. Я всего лишь предполагаю.

— Порой так и хочется выковырять из тебя хотя бы часть мозгов…

— Теперь ты меня пугаешь.

— Но это всё из-за чёрного орбмента, да?

— Ага, наверняка, — вмешался профессор. — Но я не пойму, как он сумел остановить орбменты в таком большом радиусе. Гммммммм… Он превзошёл мои ожидания. Интересный образец, прямо даже увлекательный!

— Мне кажется, сейчас не время так говорить…

Они хоть и ненароком, но поставили на уши весь город. Оставалось лишь надеяться, что никто не пострадал.

— Про! Фес! Сор! — раздался сердитый голос, и в лабораторию ввалился директор фабрики с необычайно красным лицом.

— О, Мёрдок! Это ты очень удачно заглянул.

— Что значит “удачно”?! Опять ты за своё, что ни изобретение, так какая-нибудь авария! Как ты умудрился выключить свет по всему городу?!

Эстель поразилась быстроте Мёрдока. Свет только-только вернулся, а директор уже примчался в полной уверенности, что за происшествием стоит именно Рассел. И кстати, неужели такое и правда происходит с каждым изобретением?

“Получается, для профессора это в порядке вещей?!”

Брейсеры невольно переглянулись.

— Ишь, грубиян, — Рассел посмотрел на ворвавшегося директора в оскорблённых чувствах. — На этот раз вина не моя. Это всё чёрный орбмент, который вон там лежит.

— А, тот самый…

— Ты же сам попросил, чтобы его принесли ко мне.

— Да, я понял. Наверное, ему и правда под силу сотворить такое… — Мёрдок погрузился в раздумья, но вдруг опомнился и снова вспыхнул от гнева. — Только без твоего участия он бы всё равно так не сделал!

— Тьфу, не удалось обмануть.

— Профессор…

— Понял-понял. Если отстанешь, дам тебе парочку моих изобретений.

— Мне нужны не они, а чтобы ты больше так не делал!

— Что поделать, эксперименты бывают неудачными. Я тебе про это каждый раз напоминаю.

— У тебя они постоянно неудачные!

— Нет, всего лишь девять раз из десяти, — невозмутимо парировал профессор.

Лицо директора поменяло оттенок с красного на бордовый, на висках проступили вены. В противовес ему Рассел сохранял полное спокойствие, упрёки отскакивали от него как от стенки. Наоборот, казалось даже, что голос профессора становится даже умиротворённее по мере того, как директор распалялся всё сильнее и сильнее. Этот словесный поединок проходил по всем законам поединка настоящего.

— Чувствуется богатый опыт, — заметил Джошуа, понимающе кивая.

— Они что, каждый раз так?

— У… Стыдно признаваться, но да… — Тита виновато опустила голову.

Директор ещё целый час взывал к совести профессора, но Эстель не заметила, чтобы тот хоть немного раскаялся. Когда Мёрдок выговорился, была уже почти полночь, так что брейсеры напросились заночевать в доме профессора, не захотев искать другой ночлег в столь поздний час. Джошуа занял пустующую комнату, а Тита уступила Эстель половину своей кровати.

Забравшись под одеяло, девушка прокрутила в голове сегодняшние события.

Они прошли через Калдийский туннель и добрались до Цайсса — промышленной столицы и средоточия орбальных технологий. Они поразились масштабам Центральной фабрики, познакомились к на редкость талантливым и эксцентричным профессором Расселом и приблизились к разгадке тайны чёрного орбмента. Как оказалось, эта полусфера способна вызывать то, что профессор назвал феноменом орбального отключения.

“Да уж… Откуда папе присылают такие вещи?”

И кстати, для чего вообще создан этот орбмент?

На место старой загадки пришли две новых. И Эстель подозревала, что им придётся решать их и дальше, если они хотят отыскать отца.

“Да уж, с ним всегда столько хлопот!” — раздумывала она, пока рядом мирно сопела Тита.

Вскоре Эстель тоже начало клонить в сон.

“Папа…” — мысленно позвала она перед тем, как свалиться в бездну сновидений.

* * *

Наступило следующее утро.

После завтрака, который приготовила Тита, брейсеры вновь направились в Центральную фабрику в сопровождении юной помощницы. Рассел сбежал туда ещё раньше, чтобы поработать над чёрным орбментом в фабричной лаборатории.

В поисках профессора троица поднялась на третий этаж.

— Тьфу! И это не помогло! — раздался голос Рассела как раз когда они проходили через дверь.

Профессор кричал и ругался, стоя перед дальним столом.

— Дедушка! Я пришла помочь!

— О-о, Тита! — Рассел вскинул голову в ответ на голос внучки. — А… и вы тоже?

— Нам тоже интересно узнать правду об орбменте. Что ты с ним делаешь?

— Как видишь, пытаюсь вскрыть корпус при помощи промышленного оборудования… но получается так себе.

— “Так себе” — это как?

— Да что вам рассказывать, лучше покажу. Ну-ка…

Профессор нажал на кнопку стоящей на столе установки. Быстро завертелся стальной диск.

— Ого… Что это?

— Промышленная циркулярная пила, — вставила Тита. — Сделана из особого сплава, который способен прорубить почти любой материал, но…

Тонкий диск стремительно вращался. По краю он был усеян множеством лезвий, которые наверняка и служили для резки. Пила вращалась так быстро, что Эстель не сомневалась, что ей не составит никакого труда отрубить всунутый по неосторожности палец. Охотно верилось, что этому диску нипочём даже сталь.

— Надо же. Да, он наверняка справится…

Тем временем профессор взялся за чёрный орбмент и начал пододвигать к циркулярной пиле.

Загадочное устройство коснулось вращающегося диска. Посыпались искры… и в следующую секунду орбмент отреагировал. Во все стороны выстрелил чёрный свет, пусть и не так бурно, как накануне. Пила затормозила с резким шипением.

— Ой, диск остановился…

— Опять вчерашний феномен? — обратился Джошуа к профессору.

— Да, это феномен орбального отключения. Очевидно, когда кто-то пытается навредить этому кругляшку, он в ответ останавливает все орбменты вокруг себя. А поскольку пила тоже работает на орбальной энергии…

— Но дедушка, почему реакция не такая масштабная, как вчера?

— Да, Тита, ты задаёшь правильный вопрос. Кажется, феномен орбального отключения — это на самом деле цепная реакция, которая распространяется по работающим поблизости приборам.

— Цепная реакция… — задумался Джошуа. — Профессор, вы хотите сказать, что если рядом находятся работающий орбмент, то феномен сначала отключит его, а затем попробует перекинуться на другие орбменты по соседству с первой “жертвой”?

— А ты понятливый малый. Да, именно так, и каждый такой прыжок имеет предел в пять аржей. Иначе говоря, если в этом радиусе нет других работающих орбментов, то феномен дальше не пойдёт. Поэтому я и ставлю опыты здесь, чтобы не мешать другим орбментам.

— Понятно… Значит, феномен тоже подчиняется неким правилам, — Джошуа кивнул.

Оказывается, стол с циркулярной пилой не просто так стоял вдали от стен — профессор сознательно проводил опыты вдали от остального оборудования.

— Да толку от того, что я это выяснил? Если этому подлецу под силу блокировать циркулярную пилу, я не смогу залезть внутрь него… Вот ломаю голову и не понимаю, что делать.

— А мы его точно не можем сломать своими силами? Ну, с криком погромче и замахом пошире?

— Не выйдет, Эстель. Помнишь, профессор не смог его поцарапать даже резаком из особого сплава?

— Ах да… Гмм, а если использовать что-нибудь другое? Например… огонь? Расплавим его в печке.

— Если так сделать, его внутренности тоже пострадают! — взволнованно ответила Тита.

Неужели они и правда не найдут подхода к загадочному орбменту?..

— Использовать что-нибудь другое…

Лицо профессора просияло. Очевидно, его посетила мысль.

— Да, конечно, должно получиться. Все наши беды от того, что мы полагаемся на орбальный двигатель. Раз так, нужно запитать циркулярку от чего-то другого.

— Ты хочешь раскрутить этот диск не орбальной энергией, а чем-то другим?

— Это вообще возможно?

— Есть такая вещь, называется двигатель внутреннего сгорания… он производит энергию от огня, и она не орбальная, — ответил профессор сомневающимся брейсерам. — Это изобретение ещё более древнее, чем орбменты, но в последнее время от него отказались, так как орбальные двигатели более мощные и эффективные. Но всё равно такого двигателя будет достаточно, чтобы включить циркулярную пилу.

— Надо же, на фабрике даже такое есть…

— Ага, где-то на складе. Сейчас принесём, подключим и… Гм, ребята, вы бы могли принести сюда кое-какие вещи? А мы с Титой пока переработаем эту машину, чтобы она работала от двигателя внутреннего сгорания.

— Конечно!

Работа заняла целый день. Брейсеры помогли собрать нужные детали, и к вечеру циркулярная пила уже могла работать от двигателя внутреннего сгорания.

Наконец, долгожданный момент настал.

— Ну, была не была.

Профессор дёрнул за рубильник переработанной установки. В воздух ударил лёгкий запах масла, затем загудела новая силовая часть. Диск вновь раскрутился.

— Ух ты, работает…

— Только намного громче, чем орбальный двигатель.

Двигатель внутреннего сгорания без остановки тарахтел. Помимо этого он постоянно напоминал о своём существовании стойким запахом масла.

— Ага, это один из его минусов. Зато сдаётся мне, теперь можно не бояться силы чёрного орбмента. Приступим к вскрытию!

Эстель затаила дыхание. Возможно, тайна загадочной посылки вот-вот раскроется.

Раскрутив пилу ещё сильнее, профессор опустил её на чёрный орбмент. Раздался оглушительный звук, полетели искры.

— А-а!..

— Отлично, теперь остановим пилу и посмотрим, что стало с корпусом.

Брейсеры пригляделись к орбменту. На его корпусе появилась крошечная ложбинка размером с волос.

— И… это всё?

— Поверить не могу… — пробормотала Тита вслед за Эстель. — И ведь это пила из особого сплава.

— Очевидно, противник у него под стать…

— Но если не сдаваться и продолжать, мы его разрежем, — обнадёжил троицу Рассел. — Правда, понадобится несколько дисков.

— В общем, вопрос лишь в том, хватит ли нам терпения.

Хотя результата пока не было, Эстель порадовалась уже тому, что у них появился проблеск надежды. Они стали на шаг ближе к разгадке.

Вдруг дверь лаборатории открылась, и внутрь вошёл Мёрдок.

— Профессор, мне нужно тебя отвлечь.

— Чего тебе? Опять где-то что-то поломалось?

— Мы получили сообщение на твоё имя из гостевого дома в Элмо. У них вышел из строя орбальный насос, который закачивает воду из горячего источника. Они просят, чтобы ты лично пришёл и починил его, потому что без насоса они не могут работать…

— А-а, разрази меня гром! Тьфу! В такое неудачное время!

— Если тебе неудобно, мы можем послать другого инженера.

— Не… Этому насосу сорок с лишним лет. Молодёжь, которая разбирается только в новинках, с ним не справится. Н-да, вот мороки привалило.

Профессор нахмурился, но Тита вдруг робко предложила:

— Слушай, дедушка… может быть, я схожу починить его?

— Ась?

— Помнишь, я тебе помогала, когда ты ходил чинить его в прошлый раз? Поэтому я уверена, что справлюсь.

— Гмм. Да, тебе можно поручить ремонт… но меня волнует другое.

— Понимаю, — поддакнул Мёрдок. — Дорога до Элмо кишит монстрами…

— Но ведь мы не можем бросить бабушку Мао в беде! — Тита продолжала настаивать на своём.

— Секунду.

Эстель обратилась к озадаченной троице. Как раз для таких случаев и существуют брейсеры.

— Если трудность только в этом, то почему бы вам не положиться на нас? Что скажешь, Джошуа?

— Согласен.

Рассел посмотрел сначала на Эстель, затем на Джошуа. Очевидно, он пытался решить, стоит ли доверять этой парочке. Наконец, он опустил сложенные на груди руки и вновь взглянул на девушку.

— Хмпф. Раз так, то поручаю это вам.

Если на то пошло, то главная задача брейсеров как раз и состоит в том, чтобы поддерживать безопасность на дорогах. Кроме того, срочных заказов по-прежнему не было. Эстель уже поняла, что на вскрытие чёрного орбмента уйдёт ещё уйма времени, и к тому же она не могла бросить милую маленькую знакомую в беде.

— Ой, вы… правда пойдёте со мной?

— Детям скромность не к лицу! — Эстель лучезарно улыбнулась Тите.

* * *

Троица покинула город во второй половине дня. Дорога, начавшаяся у городских ворот, повела их на юг через бескрайнюю Траттскую равнину. Пейзаж разбавляли росшие вокруг рощицы, за любованием которых можно было и не заметить, как дорога плавно заворачивает на восток.

Ближе к вечеру впереди показались ворота небольшой деревни. Она расположилась на фоне высокой горы и дремучего леса, крыши маленьких одноэтажных домов едва поднимались выше забора.

— О-о, это Элмо, да? Какое атмосферное место. Только… чем тут так пахнет?..

Эстель в нос ударил запах, больше всего напоминающий жареные яйца. Не то, чтобы совсем неприятный, но однозначно необычный и неожиданный.

— А, это сера, она содержится в подземной воде, — объяснила Тита.

— Сера…

— Да. Неотъемлемая часть настоящего горячего источника.

— Я слышал, что большинство мест, где есть такая вода, пахнут именно так.

— А-а…

— Только мне кажется, что сейчас запах слабее, чем обычно.

— Ты серьёзно?

Эстель вновь принюхалась, но не могла судить о силе запаха. Но она предположила, что дело в сломанном насосе.

Как тут же пояснила Тита, насос находится в сарае, ключ от которого хранит “бабушка Мао” из гостевого дома “Кленовый лист”.

Пресловутая гостиница оказалась двухэтажным деревянным зданием в дальневосточном стиле.

— Добрый день, бабушка Мао!

Как только они вошли в комнату администратора, Тита подала голос, и сидевшая за дальним столом упитанная пожилая женщина вскинула голову. Её седые волосы были заплетены в пучок на затылке.

— О-о, Тита! — она тут же улыбнулась девочке. — Как я рада, что ты пришла. Нам как раз только что звонил директор. Это правда, что негодяй Рассел перепоручил ремонт тебе, а сам не вылезает из исследований?

— Н-нет, дело не в этом. Дедушка очень хотел прийти, это я заставила его отказаться.

Услышав, как Тита вступается за профессора, Мао тяжело вздохнула.

— Всё-таки ты очень славный и ответственный ребёнок, Тита. Но ты не должна слишком выгораживать дедушку. Он всю жизнь думал только об исследованиях, и если не приводить его в чувство, то он начнёт терять человеческий облик.

— А-ха-ха…

— Но я рада, что он жив и здоров! — Мао похлопала Титу по спине и перевела взгляд на брейсеров. — Гм, а вы кто будете?

— А, бабушка, я их ещё не представила. Это Эстель и Джошуа, они брейсеры из гильдии, проводили меня до деревни.

Эстель и Джошуа дружно и молча поклонились.

— Проводили Титу? Извините, что потревожили вас из-за такой мелочи. Я бабка Мао, хозяйка заведения. Мы с Расселом дружим с самого детства, так что его внучка мне тоже как родная.

— Хи-хи… — Тита засмущалась, услышав слово “внучка”. — А, бабушка, так вот. Нам сказали, у вас сломался насос.

— Да, есть такое. Сорок лет уже машине, скоро пора на покой… вот всё думаю купить новый на замену, но пока нужен срочный ремонт. Осилишь, Тита?

— Конечно, не переживай, — Тита уверенно кивнула и одолжила у Мао ключ от сарая.

Казалось, она готова сорваться с места в любую секунду.

— Мы тоже поможем! — выпалила Эстель.

— А, но…

— Эстель, у каждого человека есть сильные и слабые стороны.

Увидев волнение на лицах Титы и Джошуа, Эстель невольно надулась. Но не успела она возмутиться вслух, как за спиной громко распахнулась дверь.

— Э-эй, бабка! Можно тебя?

— Это ты, Эд? Чего у тебя с лицом, что-то случилось?

Вошедший мужчина доложил хозяйке дома, что приехавшая из столицы гостья куда-то отлучилась и до сих пор не вернулась.

Вспомнив о времени суток, Эстель посмотрела в окно. С востока понемногу наступала темнота. Затем вспомнилась дорога в Элмо. Она, конечно, была освещена далеко не так богато, как улицы Цайсса с их орбальными фонарями каждые десять шагов. А ходить за городом по ночам слишком опасно.

Эстель переглянулась с Джошуа и тут же поняла, что их посетила одна и та же мысль.

— Расскажите, кто именно потерялся. Мы её найдём.

Как и хотел Джошуа, вместо ремонта брейсеры занялись более подходящей работой.

* * *

Когда они отыскали и проводили потерявшуюся гостью, Тита уже починила насос, и в деревне ещё сильнее запахло серой. Солнце уже совсем зашло, и о возвращении в Цайсс не могло быть и речи. Окончательную точку в этом поставила бабушка Мао, которая в качестве благодарности предоставила троице номер на ночь.

Чтобы не терять время, они решили опробовать горячие источники позади гостевого дома прямо перед ужином.

Там стояло отдельное здание с занавесками “М” и “Ж”. Разумеется, Эстель и Тита направились через вторую. После раздевалки они оказались перед огромной дощатой ванной. Её до краёв наполняла вода, без конца вытекающая из круглой трубы.

— Ни-ичего себе, сколько места! И вся эта вода поднимается сюда из-под земли? Прямо поражает воображение.

— Эта вода не застаивается, она постоянно вытекает отсюда наружу.

— Её что, просто сливают?

— Она поступает в ванную на открытом в воздухе, а уже оттуда в реку. Вот почему в открытой ванне температура пониже, зато там можно сидеть и не перегреваться, пока не надоест.

— Понятно.

Раз так, то в случае поломки насоса гостевой дом действительно не мог работать. Вот почему они запросили срочный ремонт.

Деревянной была не только ванна, но и здание, в котором она располагалась. Очевидно, “Кленовый лист” стремился повсеместно соблюдать законы дальневосточной архитектуры. Благодаря этому в воздухе приятно пахло не только паром, но и деревом.

Быстро помывшись и окатившись горячей водой, Эстель и Тита по очереди вошли в ванну. Погрузившись по плечи, девушка медленно расслабилась.

— Ох, я прямо чувствую, как из меня уходит дорожная усталость.

Рядом пробежала рябь — это спустилась Тита.

— Кстати, Эстель, вы ведь везде путешествуете на своих двоих, да? Почему не летаете на кораблях?

— Мм, хороший вопрос. Так сказать, чтобы закалить дух… и во многом из-за слов моего отца.

— Дяди Кассия?..

— Он в своё время взял под крыло нашу знакомую Шеру и сказал ей, что людям всё-таки полезнее путешествовать пешком. Мол, это помогает своими глазами и ногами прочувствовать места, которые нужно защищать.

— Ух ты, как красиво сказано…

— Не знаю, красиво или нет, но эти слова запали мне в душу. Эх, знать бы только, где его самого носит.

Эстель задумчиво уставилась в потолок, частично сокрытый белой дымкой. Она бы соврала, сказав, что не волнуется об отце.

— Эстель…

— Ха-ха, извини. Что-то расчувствовалась. Ну, без конца беспокоиться тоже нельзя, у меня тоже есть дела, и тоже непростые. А что касается отца… то я буду верить в его силы.

— Верить…

— М? Что-то не так?

— Нет-нет, ничего. Ах да! Эстель, я давно хотела тебя спросить…

— Вот как? Ну-ка, ну-ка, о чём спросить?

— Э-э, ну-у… — Тита немного покраснела. — Ты замужем за Джошуа?

— Ч-ч-что?! — от неожиданности Эстель невольно повысила голос. — Почему ты так решила?!

— А? Ой? Ну, у вас ведь одинаковая фамилия, на брата с сестрой вы не похожи, поэтому…

— Не похожи просто потому, что мы друг другу не родные! А фамилия одинаковая из-за того, что Джошуа приёмный сын моего отца!

— А-а, вот оно что… А я-то думала…

— И-и вообще, между мной и Джошуа никогда ничего такого…

“Тьфу ты, ничего такого — это какого?! Не надо было так говорить!”

Эстель резко ушла с головой под воду. Забулькали пузыри, поднимаясь каждый раз, когда девушка-брейсер что-то бормотала.

— Эстель? У тебя лицо совсем красное…

— А-а-а… Нет, ничего, это ничего не значит! — выпалила Эстель, вскакивая на ноги. — Кстати, ты говорила, что есть ещё ванна на открытом воздухе, да? Кажется, я уже перегрелась, поэтому схожу лучше туда!

Девушка надеялась остудить голову, которая сильно разогрелась под водой. Быстро обмотав себя полотенцем, Эстель направилась к дальней двери. Она так торопилась, что не расслышала слов Титы у себя за спиной.

Эстель распахнула дверь во двор с открытой ванной. Её тут же обдало настолько прохладным воздухом, что тело невольно вздрогнуло.

Двор со всех сторон окружал высокий забор, надёжно защищающий от посторонних глаз. Землю же полностью замостили брусчаткой, которая позволяла добраться до воды, не запачкав ног.

Глаз зацепился за крупные камни, разбросанные по всему двору. Видимо, тоже элементы оформления, но при этом они ещё сильнее ограничивали видимость.

Эстель заметила, что рядом с бортиком ванны стоит деревянное ведёрко. Зачерпнув оттуда воды, девушка растёрлась, затем опустил ступни в воду. Но когда она уже решила погрузиться как следует, послышался голос.

— Привет, Эстель. Я тут до тебя уже залез.

Девушка вскинула голову. Дуновение ветра развеяло дымку, и из неё проступило лицо человека. Голого человека. На первый взгляд он казался тощим, но из-под плеч и груди проступали на удивление развитые мышцы.

Джошуа.

Мысли Эстель заволокло белой пеленой.

— Ха-ха… всё-таки немного неловко встречать тебя в таком виде.

Прошло достаточно времени, чтобы девушка осознала происходящее…

— А-А-А-А-А!!!

…и истошно завопила.

* * *

— Ох. Так это ты так ужасно закричала, Эстель?

— У-у… Ну, да…

Эстель не отрывала лица от стола.

— И когда ты так лежишь в этой одежде, у тебя всё видно.

— А?

Девушка резко выпрямилась и запахнула халат спереди.

Выходя из ванны, Эстель накинула на себя традиционную дальневосточную одежду. Она напоминала халат без пуговиц, который держался только на поясе и норовил сползти с плеч, если за ним не следить.

— Да ладно, там смотреть-то нечего.

Эстель окончательно вышла из своих раздумий, затянула потуже пояс и покосилась на человека напротив себя.

Они сидели в комнате отдыха на втором этаже гостевого дома. Помимо Титы здесь остывала Эстель, а также та самая “женщина из столицы”, которую вечером искали брейсеры и которая оказалась их старой знакомой.

Дороти Хайятт, фотограф из столичной газеты Новости Либерла. Она блуждала недалеко от гостиного дома, пока её не разыскали брейсеры, а теперь позволяла себе выпады в сторону Эстель. Дороти как обычно носила очки с круглыми лицами и без конца улыбалась.

— И вообще, если не трудно, давай ты будешь терять одежду в моменты, когда при мне фотоаппарат. А, хотя его здесь бесполезно доставать, он запотеет.

— Ни за что!

Дороти весело засмеялась. В руках она вместо привычной орбальной камеры держала бутылку фруктового молока. Смех фотографа заразил и Титу, которая сидела по соседству с Эстель.

— Н-ну вот! Теперь ещё и Тита надо мной смеётся!

— Это уже точно не моя вина.

— Как раз твоя, Дороти!

— О?

— А, нет, я прошу прощения, что засмеялась. Мне просто вспомнился ваш разговор… и стало так завидно…

— Наш — это мой с Джошуа?

Тита кивнула Эстель.

После того, как Джошуа увидел Эстель голой, между ними завязался небольшой спор. Хотя… правильнее будет сказать, что это она увидела его.

“Я не успела снять полотенце, он не должен был ничего увидеть… Да ведь?”

Вся вина лежала на самой девушке, ведь она не обратила внимания на предупреждающую надпись, однако паника помешала отреагировать разумным образом. Вместо этого Эстель так накинулась на Джошуа, что тот пожал плечами и ушёл. Вспомнив обиду на лице парня, девушка ощутила тоску в груди.

Однако кое-что оставалось непонятным. Эстель понимала, что происшествие вполне могло стать поводом для смеха, но при чём здесь зависть?

— У меня никогда не было братьев, поэтому я не знаю, что это такое — ссориться с ними. Мой дедушка очень ласковый и никогда меня не ругает. А мама с папой редко бывают дома…

Эстель впервые услышала о родителях девочки. Та рассказала, что они тоже орбальные инженеры и большую часть времени проводят за границей. Они внедряют новые технологии в места, где орбменты пока в диковинку, и возвращаются в Цайсс не чаще одного раза в год.

— Так вот, где они у тебя…

— Но я не скучаю, ведь со мной дедушка. И на Центральной фабрике меня никто не обижает. Но всё-таки когда я смотрю на вас, то немного завидую…

— Тита.

— Хе-хе…

— Тогда давай я буду твоей старшей сестрой! А Джошуа — братом.

— Что-о?!

— Я ему потом передам. И учти, что раз мы теперь семья, то передо мной не надо скромничать, заискивать и так далее. И я перед тобой тоже не буду. Договорились, Тита… или Титочка?

— А-а, не надо так.

— Давай уже, не ломайся.

— Х… хорошо, Эстель.

— Не просто Эстель, а сестра Эстель! А Джошуа тебе кто?

— Братик… Джошуа? Правильно?

— Да! Вот и договорились, сестричка.

— Хорошо, сестра!

От непривычного обращения у Эстель защекотало нос. Невольно вспомнилось, что по какой-то причине Джошуа упрямо отказывался называть её сестрой в личном общении. С первого же дня их знакомства он заупрямился и обращался к ней исключительно “Эстель”. А ведь когда отец принёс его домой, он был ничуть не выше девочки. Мог бы быть и поласковее, и вообще вести себя как положено младшему братику.

Но вместо этого Джошуа будто от рождения был взрослым и рассудительным. Чаще именно он присматривал за Эстель, а не наоборот. Прислушиваться к её мнению он тоже никогда не желал.

И всё-таки раньше ей удавалось видеть в нём миленького брата, ведь тогда он ещё не успел настолько возмужать. Откуда у него вообще взялась эта широкая грудь и накачанные руки? Пожалуй, сейчас рядом с ней он казался не столько младшим братом, сколько…

— Эстель? Сестра?

— М? А-а, чего тебе, Тита?

— Ничего, но нас уже несколько раз звали ужинать.

Оказалось, что и Дороти уже давно куда-то исчезла.

“Не-ет! Как я вообще могла о таком думать?!”

Эстель и Тита вернулись в номер и увидела, что туда уже действительно принесли еду. Увидев полный стол угощений, новоиспечённые сестры не сдержали возгласы восхищения.

Здесь была и целиком зажаренная рыба на тарелке, и множество блюд, которые, наоборот, выставляли напоказ свежесть ингредиентов. Повсюду виднелись собранные в лесу и на горе травы, наверняка призванные напомнить посетителям гостевого дома о дальневосточных традициях.

Увидев, что Джошуа уже сидит за столом, Эстель начала волноваться, но молодой брейсер вёл себя так, словно ничего не случилось, так что девушка тоже быстро перешла на обычный тон.

Всё вошло в привычное русло…

Но даже наслаждаясь едой, Эстель несколько раз вспоминала происшествие в ванне, а также разочарованное лицо Джошуа после их спора.

* * *

Рано утром Эстель, Джошуа, Дороти и Тита выдвинулись обратно в Цайсс.

— Э-эх, я полностью зарядилась и взбодрилась! — выпалила Эстель, потягиваясь под голубым небом.

Тело казалось легче, чем обычно. Долгое время они с Джошуа только и делали, что ходили, сражались и ломали головы над загадочными происшествиями, так что в них накопилось немало усталости. Горячие источники деревни Элмо помогли с ней совладать.

— Не зря говорят, что в горячие источники хочется возвращаться снова и снова, — поддакнула Дороти.

Эстель закивала, ведь она именно поэтому сходила окунуться ещё раз перед тем, как покинуть гостевой дом.

— Ты там так долго сидела, я уж подумал, ты и забыла, что нам пора возвращаться.

— Н-ну что ты, Джошуа, не преувеличивай.

— А ты, Ти, наверное сюда постоянно ходишь, да? Завидую тебе.

Дороти уже придумала необычное сокращение для имени девочки. Видимо, не могла обойтись без того, чтобы дать ей кличку.

— Ти?.. Э-это я?

— Мне просто так проще и быстрее, чем называть тебя Титой. Ты не против?

— А. Э-э, нет, хорошо.

Хотя девочка не стала возражать, на её лбу проступили бусины пота.

— Спасибо, Ти.

Дороти довольно улыбнулась, а Эстель в очередной раз убедилась, что эту девушку невозможно выбить из равновесия.

По пути Дороти несколько раз останавливалась, доставала фотоаппарат и принималась снимать пейзажи. Хотя чего ещё ждать от фотографа? Поскольку никто никуда не спешил, компания подстраивалась под скорости Дороти. Эстель хотелось верить, что они дают профессору достаточно времени для завершения его экспериментов. По её прикидкам они должны были дойти до Цайсса вскоре после полудня.

Над головой по-прежнему голубело небо, облака напоминали хлопья ваты. Погода стояла чудесная.

— Кста-ати, — Дороти тоже посмотрела вверх. — На Траттской равнине ведь водятся Жуткие овцы, да?

— Какие овцы?

— Жуткие. Они мало того, что ходят на задних лапах, так ещё и знают боевые искусства, хотя выглядят как обычные овцы. Примерно во-он так.

Дороти ткнула пальцем в небо, где висели “барашки” облаков. Конечно же, настоящих монстров среди них не было.

— Прости. Не понимаю, о чём ты, — ответила Эстель, догадываясь, что натренированный глаз фотографа обнаружил какое-то сходство между ватными облаками и монстрами.

— Да ладно? Ну ты присмотрись! Правда ведь миленькие?

— Эх, Дороти. Тебя же саму чуть монстры не съели. Неужели тебя жизнь ничему не учит?

— Учит, ещё как учит. Я бы даже сказала, что с тех пор, как те собачки меня едва не загрызли, моя жизнь перешла на новую стадию! — Дороти встала в театральную позу. — Я поняла, что должна сама перепробовать всю вкусную еду в мире перед тем, как меня съедят!

— Всё-таки не учит! — невольно выкрикнула Эстель.

Тита захихикала. Облака медленно проплывали по небу, постепенно меняя форму, солнце поднималось всё выше. Дорога плавно завернула на север и привела группу к развилке недалеко от Цайсса.

— О-о, ну хоть кого-то встретил! Ребята!

Вдруг раздался незнакомый голос, но не со стороны Цайсса, а с восточного ответвления дороги, по которому брейсеры ещё не ходили. Повернув голову, Эстель увидела, что к ним направляется мужчина размером с медведя.

Группа остановилась в ожидании огромного незнакомца, который носил одежду дальневосточного мастера боевых искусств. Должно быть, какой-то любитель единоборств. Ростом он был на голову выше Эстель, а в ширину — и вовсе как две девушки. На вид ему было около тридцати, а коричневые волосы и карие глаза лишь усиливали сходство с медведем.

— Приветствую! Можно поинтересоваться, в какую сторону Элмо? — спросил он расслабленным голосом.

— Эта деревня как раз там, откуда мы пришли, — ответила Эстель, показывая назад.

Мужчина тут же вежливо поклонился и собрался было уйти, но вдруг обернулся.

— Слушайте, я правильно понимаю по вашей одежде, что вы… А, хотя ладно. Не принципиально. Простите, что задержал. Ещё увидимся.

Передумав задавать свой вопрос, великан всё-таки ушёл на юг в сторону деревни горячих источников. Очевидно, это был человек, который довольно просто относится к жизни. Однако Эстель успела почувствовать, что он наверняка очень силён.

— Он носит восточную одежду. Может быть, иностранец? — предположил Джошуа, провожая незнакомца взглядом.

— Ага, я в этом уверена, — подхватила Дороти. — Тем более, он пришёл со стороны форта Вольф.

— А что там?

— Ну как… государственная граница. Застава и огромные ворота.

— Граница… а, с республикой Калвард, которая на востоке?

— То есть этот форт почти как врата Хакен.

Эстель открыла мысленную карту, и всё стало понятно. Республика Калвард находилась к востоку от Королевства Либерл. Выходит, форт Вольф разместился как раз на границе между ними.

Цайсс показался на горизонте незадолго до полудня. Других происшествий после встречи с огромным мужчиной не было. Вернее, их не было на дороге, а что касается города…

Эстель ещё по пути к Центральной фабрике поняла, что творится нечто неладное. Об этом красноречиво говорил белый дым из высокого здания, к которому вели ступени эскалатора.

* * *

Брейсеры просочились сквозь гудящую толпу и взлетели по самодвижущейся лестнице. Клубы дыма шли сразу из нескольких мест устремившейся к небу фабрики.

“Что вообще происходит?!”

Заметив у входа знакомого человека, группа сразу побежала к нему.

— Директор Мёрдок!

— О-о, Эстель и Джошуа. И даже Тита. Уже вернулись из Элмо? А вы кто?

Директор фабрики вопросительно уставился на Дороти. Кратко представив ему фотографа, Эстель спросила, что случилось.

По словам Мёрдока, здание наполнилось непонятным газом изнутри. Задымление пошло из подвала и вскоре захватило все пять надземных этажей. Система пожаротушения не сработала, так что ничего вроде не горело, но от этого становилось ещё менее понятно, откуда вообще мог взяться дым.

— Д-директор, где дедушка? — взволнованно спросила Тита.

— Так, рядом с ним был… Эй, Хейзел, ты его отметила?

— Понимаете, я отыскала всех сотрудников, но похоже, что профессор Рассел так и не вышел…

— Что?! Ты хочешь сказать, он внутри?!

— Директор! — не задумываясь выпалила Эстель. — Позвольте нам найти его!

— Мы сходим и узнаем, что происходит внутри, — подхватил Джошуа.

— Ребята, вы… — в глазах директора промелькнуло волнение, но затем он вновь заметил эмблемы брейсеров на груди собеседников и кивнул. — Гм. Если вам не трудно, то буду признателен.

Эстель торопливо развернулась на месте, собираясь кинуться внутрь.

— Я с вами!..

— А?..

Она обернулась к Тите.

— Я знаю почти всё о том, как Центральная фабрика устроена внутри. Могу проводить вас туда, куда нужно, — девочка неотрывно смотрела на Эстель.

Раздумья и колебания продлились всего мгновение. Да, следовало признать, что Эстель и Джошуа ничего не знали об устройстве Центральной фабрики. Им действительно требовался провожатый.

— Тита… Ладно, пошли с нами.

— О-ой, слушайте, а мне нельзя?.. — Дороти робко подняла руку, напоминая о себе.

— Нет.

— Вот так сразу, да?..

Эстель твёрдо отказала Дороти, ведь та явно хотела присоединиться просто ради того, чтобы сделать побольше снимков. Однако внутри их могли поджидать нешуточные опасности. Ладно ещё защищать от них одну лишь Титу, но если рядом будет ещё и Дороти…

— Эх, ну ладно! Вы только берегите себя, ладно?

— Конечно!

Дороти искренне волновалась за брейсеров, поэтому Эстель поспешила успокоить её.

Затем троица вошла в Центральную фабрику. Едва оказавшись внутри, девушка осмотрелась в поисках людей, однако фойе пустовало. Чтобы не дышать дымом, пришлось идти вперёд, нагибаясь к самому полу.

— Если мой дедушка увлекается исследованиями, то не замечает ничего другого…

Тита предположила, что Рассел до сих пор в лаборатории на третьем этаже. Конечно, обычный человек на его месте давно заметил бы переполох, но…

“Зная профессора, я бы не удивилась. Значит, на третий этаж.”

Эстель решила пойти до лабораторию по уже известному пути. Она взяла курс на лифт в левой части дальней стены и вскоре обратила внимание на одну странность.

— Хм? Я что-то даже не задыхаюсь…

— Кажется, это… всего лишь дымовая завеса для диверсий.

— А? Каких ещё диверсий? — попугаем переспросила Эстель.

Ей понадобилась пара секунд, чтобы уложить слова Джошуа в голове. Для создания таких завес используются дымовые шашки, заполненные неким горючим материалом. Значит, всё дело именно из-за них, но кому понадобилось затягивать здание дымом? В любом случае, раз это сделал человек, то они имеют дело не с аварией, а чьим-то сознательным нападением. И возможно, что нападающие до сих пор внутри фабрики.

“Не нравится мне всё это.”

Лифт не работал.

— И как нам быть? Мы не можем подняться наверх!

— Есть ещё лестница. Сюда!

С подачи Титы брейсеры вернулись в фойе и обнаружили аварийную лестницу с другой стороны огромного помещения. Пожалуй, без девочки они бы не догадались заглянуть за эту дверь.

Троица поднялась на третий этаж и увидела, что коридор тоже затянут дымом.

Через дверь лаборатории доносилось тарахтение двигателя внутреннего сгорания. И раз так, профессор мог по-прежнему находиться внутри.

— Дедушка, тревога! — воскликнула Тита, врываясь внутрь.

Эстель и Джошуа вошли следом, но внутри…

— Тут никого нет?

Помещение пустовало. Циркулярная пила продолжала вращаться, но без профессора.

— Нужно остановить оборудование!

Тита выключила двигатель. Как только диск остановился, Джошуа опустил глаза на рабочий стол и нахмурился.

— Ладно бы только профессор… но чёрного орбмента тоже нет. Видимо, это…

— Ты что, уже понял, что случилось?

— Ага…

— Тьфу, и вы здесь!

Не успел Джошуа дать развернутый ответ, как по ту сторону двери раздался голос.

“Это же…”

Узнав его обладателя, Эстель резко развернулась. В лабораторию как раз вошёл рыжеволосый мужчина с огромным мечом за спиной.

— Агат?!

Брейсер Агат по прозвищу “Тяжёлый клинок” обвёл присутствующих взглядом.

— Вот уж не думал, что вы опять меня обгоните. Вам бы научиться трезво оценивать ваши силы и не совать нос во всё подряд.

— Ч-что?! Ты опять меня разозлить пытаешься?!

Пускай Агат и старший брейсер, и знакомый отца, Эстель никогда ещё не встречала человека, который так откровенно грубил бы ей.

— Сестра… это ваш знакомый? — спросила Тита, испуганно спрятавшись за спиной Эстель от угрюмого… впрочем, нет, скорее излишне пронзительного взгляда Агата.

— Эй, вы чего? — тот впервые заметил, что брейсеры в лаборатории не одни. — Вы серьёзно притащили сюда ребёнка?!

— Ай! — Тита вздрогнула и поёжилась, когда Агат повернулся к ней.

— Слушай-ка! Чего ты её пугаешь?! — возмутилась Эстель, не в силах молчать.

Джошуа молча встал между ней и Агатом. Старший брейсер раздражённо сплюнул.

— Я вам скажу на этот счёт пару ласковых, но попозже. Что тут происходит?

Эстель уже успела немного остыть и мысленно согласилась с тем, что сейчас не время спорить. Она ответила Агату, что они пришли сюда в поисках пропавшего профессора.

— Так, где вы ещё не искали?

— Ну… мы пришли сюда по лестнице.

— И я.

— Значит, остаётся лифт. Только он не работает.

— На всякий случай надо проверить. Ведите.

Агат деловито вышел из комнаты, и троица бросилась следом.

По пути к лифту они увидели подозрительно распахнутую дверь.

— Тита, что там?

— Вычислительный зал — комната, где стоит Капел.

— Кто стоит?

— Это самый быстрый компьютер на всём континенте. Его тоже изобрёл дедушка. У него ядро вот такого размера, — Тита свела вместе кулачки, — но чтобы оно заработало, нужна куча орбальной энергии. Центральная фабрика разрослась до таких размеров как раз для того, чтобы подводить достаточно энергии к Капелу.

Если верить словам девочки, то машина, которая поместилась бы на её руках, требовала для работы силовую установку размером с Центральную фабрику.

— Этот компьютер очень важен для разработки новых орбментов и проведения опытов…

— Ш-ш! — Эстель резко приставила ладонь ко рту Титы, которая явно собиралась сказать что-то ещё.

Все брейсеры резко замолчали и посмотрели вдаль по коридору. Они только что услышали чьи-то разговоры, доносившиеся будто бы из лифта.

Через мгновение Тита тоже заметила голоса и вытаращила глаза. Прямо сейчас внутри здания могли находиться только брейсеры… и те, кто стоял за дымовой завесой. Те самые диверсанты.

— Пошли! — скомандовал Агат, устремляясь вперёд.

Эстель и Джошуа выдвинулись следом.

— Вон они!

Белый дым понемногу расступался, и в открывающемся взору коридоре мелькнули мужчины в капюшонах. И не только они.

— Д-дедушка?! И Капел?!

Один из мужчин держал профессора в охапку. Судя по беспомощности Рассела, он находился без сознания. Под мышкой другого незнакомца виднелось небольшое устройство — чёрный орбмент. Наконец, их командир (по крайней мере, именно он выкрикивал приказы) прижимал к себе нечто похожее на яйцо.

“Так вот ты какой, Капел.”

Мужчины в чёрном быстро заметили, что к ним бегут брейсеры. Переглянувшись, они дружно юркнули в лифт.

“Он работает?!”

Двери медленно закрылись. Эстель отчётливо помнила, что в фойе лифт не работал, но…

— С-стоять!

— Не уйдёте, твари!

Эстель и Агат со всех ног рванули к лифту… но не успели. Двери закрылись прямо перед их пальцами.

Они лишь увидели, как неприкрытые капюшонами губы мужчин изогнулись в ухмылках. В голову Эстель ударил жар — её обвели вокруг пальца! Мужчины в чёрном с вопиющей наглостью похитили профессора и драгоценный Капел чуть ли не на глазах брейсеров.

Голова закипала от ярости.

Послышалось гудение — это лифт поехал вниз.

Он быстро достиг первого этажа, где вновь полностью замолчал, больше не реагируя на кнопку.

— Спускаемся по лестнице! — скомандовал Агат, хотя ничего другого всё равно не оставалось.

Отряд развернулся на месте и изо всех сил кинулся к двери на лестницу.

После спуска у врагов было два пути: либо под землю в туннель, через который пришли брейсеры, либо на улицу через парадные двери. Но Эстель не верила, что мужчины в чёрном направятся в подземелье, отрезая себе путь к отступлению.

Значит, они решили уйти через парадный вход!

Дымовая завеса понемногу рассеивалась и уже не могла спрятать незнакомцев с глаз. Если их задержат на входе, брейсеры без труда их поймают.

Но хотя Эстель уповала на лучшее…

— Да, выходили какие-то военные, мы думали, случилось что-то важное. Это были очень вежливые люди в бело-голубой форме… — сказал дожидавшийся у выхода Мёрдок.

— Королевская гвардия, личные войска королевы! Они так классно выглядели, что я не удержалась и сделала снимок. Неужели не они? — Дороти округлила глаза от изумления.

— Джошуа. Сдаётся мне, они…

— Да, они переоделись, пока спускались в лифте. Скорее всего, взяли с собой сменную форму.

Они сменили чёрные костюмы не просто на армейские, а на гвардейские, и вышли из лифта уже в них. Как сказали очевидцы, при них был какой-то габаритный груз — должно быть, они упрятали профессора в мешок.

— Эти подонки всех обманули! — выпалил Агат в ответ на слова директора и закусил губу.

* * *

Разделившись, брейсеры прочесали весь город, но до самого вечера так и не обнаружили следов похитителей профессора.

Солнце зашло, и измождённая Эстель вернулась в отделение гильдии. Там её помимо Джошуа, Агата и Титы дожидалась Килика, которая сразу сообщила, что в город наконец-то прибыли войска из крепости Лейстон на берегу озера.

Кавардак на Центральной фабрике из-за дымовых шашек, похищение самого гениального учёного Королевства и воровство вычислительного ядра Капела, образца передовой технологии Либерла.

Выслушав о проделках мужчин в чёрных костюмах, капитан Канонэ из королевских вооружённых сил назвала их непростительными.

Эстель бы описала происшествие другим словом:

“Обидно!”

Они опять упустили врагов. Но продолжать погоню бессмысленно — на улице уже стемнело, а они до сих пор не нашли ни единой зацепки.

— Тем не менее, вы как раз вовремя, — заявила Килика.

— Эстель и Джошуа? Какая приятная и долгожданная встреча. Надеюсь, с вами всё хорошо?

Лишь сейчас Эстель обратила внимание, что недалеко от стойки притаился молчаливый мужчина, внимательно слушавший весь разговор от начала и до конца. Кажется, до появления брейсеров он разговаривал с Киликой.

“А, кажется… я видела его раньше…”

Прилизанные назад волосы, очки, высокий рост, худоба…

— Профессор Альба, это вы?

Этот археолог встретился им на крыше Эсмеласовой башни. По его словам, он в одиночку вскарабкался на вершину опасных развалин ради исследования древней культуры. Что касается брейсеров, то они проделали тот же путь в качестве телохранителей журналиста Найала и его помощницы Дороти. Эстель помнила, что на крыше Джошуа неожиданно стало плохо.

— Надо же, и вы в Цайссе! А почему в гильдии? Хотите заказать сопровождение?

— Всё намного серьёзнее, — отрезала Килика. — Этот человек видел преступников, и может помочь нам их отыскать.

— Что?!

— Да ладно?! — Агат удивился следом за Эстель.

— Гм. Должно быть, я и правда наткнулся на нечто важное. Эх, а ведь я ещё сомневался, стоит ли приходить из-за такой мелочи. Видите ли, я как раз ходил в башню проводить свои изыскания.

— Какую башню? Опять в тетрациклическую, которая осталась от древней цивилизации?

— Видимо, в Карнелийскую башню на севере Траттской равнины… туда от города идти чуть ли не полдня, — добавил Агат, сузив глаза.

— Да, это был ранний вечер. Я изучал внутренние помещения башни, и тут в неё вошло несколько человек в военной форме. Я спрятался и следил за ними. Поначалу думал, что армия просто проводит какую-то проверку, но потом в их речи пошли подозрительные термины: “похищение”, “пути отхода” и так далее. Меня это встревожило, так что я решил прийти сюда и обо всём рассказать.

— Какую именно форму они носили? — поинтересовался Джошуа.

— Ну. Красивую такую, белую с голубым…

Очевидно, речь шла про одежду королевской гвардии. Агат ударил кулаком по ладони.

— Всё ясно… Срочно бежим в Карнелийскую башню!

— Да!

— Хорошо!

— П-пожалуйста, возьмите меня с собой!.. — робко попросила смиренно молчавшая Тита.

— Тита…

— Но…

Замялась даже Эстель, не говоря уже про Джошуа. С одной стороны, она прекрасно понимала чувства девочки и на её месте повела бы себя точно так же. Однако башня — это совсем не то же, что фабрика.

— Так, коротышка, — Агат заговорил глухим, угрожающим голосом, а увидев его пристальный взгляд, Тита совсем втянула голову в плечи.

— А-а…

— Ты ж понимаешь, что мы не можем тебя взять? Включи уже логику и здравый смысл.

— Н-но!.. Моего дедушку похитили, а я… я…

— У нас нет времени на споры, поэтому скажу прямо: отстань, ты только мешаться будешь.

— А!..

— Ну-ка! Ты не мог выразиться помягче?..

— А ты не вякай. Понимаешь ведь, что я прав? У нас нет времени нянчить дилетанта, тем более ребёнка.

— Но ведь… Джошуа, скажи хоть что-нибудь!

— Эстель… Прости, но я тоже против. Эти люди настолько дотошны, что наверняка предусмотрели, что их могут отследить. Нельзя брать Титу в настолько опасное место.

— Братик Джошуа… — Тита скривилась, готовая заплакать. Её глаза забегали в поисках заступника и остановились на Эстель.

— Эх… Прости, Тита. Кажется, взять тебя с собой не получится…

— Сестра Эстель… — Тита повесила голову. Её ручки сжали подол одежды. Слёзы закапали на пол. — За что… За что-о! — закричала она и выскочила на улицу.

— Тита! — Эстель вскинула руку, но ухватилась лишь на воздух.

Она не знала, какие слова могли бы остановить девочку. Вдруг Джошуа похлопал напарницу по плечу.

— Пока давай просто оставим её в покое. Если быстро спасём профессора, то ей сразу полегчает.

— Да, ты прав… Ну что, в Карнелийскую башню! — решившись, Эстель сжала кулаки.

— Тьфу, столько времени потратили попусту… Килика, сообщишь армии, хорошо?

— Конечно. Желаю вам удачи.

— Видимо, дело и правда серьёзное… Будьте предельно осторожны.

Эстель услышала голос профессора Альбы уже за спиной, потому что их отряд уже направился к выходу из отделения гильдии.

“Потерпи, Тита. Мы обязательно спасём профессора!”

Примечания переводчика:

1. Damp Crawler