Паста подняла лицо. Безнадежное выражение со слезами на глазах. В нем можно было прочитать страх, сожаление и отчаяние.

Наконец она осознала и призналась.

Теперь она знает, кто находится на вершине пирамиды иерархии женщин семьи Холл Макгрюд.

И что эта Париль Холл Макгрюд находится выше Эмеральды, ее бывшей хозяйки.

Интересно, она осознала это инстинктивно или рационально?

— Сначала я хотела просто проломить тебе голову и выбросить тело где-нибудь на обочине, но, к сожалению… ты должна ответить на некоторые мои вопросы.

Лицо Пасты задрожало от моих безжалостных слов.

Я медленно подошел ближе и схватил одежду на ее груди, а затем, с громким треском, разорвал ее.

Они меньше, чем ожидалась, и, судя по ее реакции, к ним еще не прикасался мужчина. Красиво окрашенные соски обнажились вместе с остальными выпуклостями. Я продолжил рвать на ней одежду, издавая резкий звук. Паста забыла о своем чувстве стыда и, теперь, просто дрожала от испуга.

Сквозь рваную одежду горничной, просвечивала чистая белая кожа.

Кожа молодой девушки… неплохо.

Я почувствовал желание и, медленно протянув руку, крепко сжал ее грудь. Хорошая форма, идеально ложиться в ладонь.

Паста сжала плечи, скрючившись.

— Ты считаешь, что живешь в несправедливом обществе? Думаешь, что все люди по своей природе равны?

— Извините… Пожалуйста, простите меня… — извиняется она, проливая слезы.

Паста сильно напугана. Теперь, в ней не осталось и капли гордости и самолюбия.

Ох уж эта людская гордость. Когда она идет вразрез с моими ценностями, то, ломая ее, я испытываю исключительное наслаждение. Неважно, насколько сильный передо мною человек, в том момент, когда я ломаю его волю и убеждения, меня охватывает сильное удовольствие.

Словно окрашиваю их души в свой собственный цвет. Это самое лучшее чувство. В такие моменты понимаешь, почему дьявол одержим людскими сердцами.

— Ты считаешь несправедливым, что мужчины так обращаются с женщинами только потому, что они мужчины, а дворяне приказывают простолюдинам только потому, что они дворяне?

Я стоял перед Пастой и смотрел на нее с презрением. А затем провел ладонью по ее щеке, вытерев слезы кончиками пальцев.

Поднеся руку ко рту, и попробовав их, я почувствовал, как мое лицо исказилось.

— Отвратительно. Слезы грязной маленькой девочки, — произнес я искренне.

Всё ещё крепко держась за грудь, я наклонился и прошептал ей на ухо:

— Запомни. Люди не могут быть равны, особенно мужчины и женщины.

Да, я жесток к женщинам.

Особенно к тем, кто хотел меня убить.

— С этого момента и до самой твоей смерти… мой план относиться к тебе как к способной собаке-слуге отменяется. Ты недостойна быть собакой, ты можешь быть лишь шлюхой.

— Госпожа… Париль…

— Ты собираешься это отрицать? Твоя семья для тебя важнее других семей? Разве может человек, отнимающий жизни других ради собственной безопасности, считаться лучше собаки?

— Мне правда очень жаль… простите меня…

— Собака не говорит на человеческом языке.

Я снова крепко сжал ее маленькую грудь.

И прошептал ей на ухо:

— Шлюхой только пользуются. Отныне я буду обращаться с тобой должным образом… Нет, я буду пользоваться тобой. Однако, если мне что-то не понравится…

Мочка уха Пасты начинает быстро остывать.

Кровь отхлынула от всего ее тела, а лицо побледнело.

Должно быть, она испытывает такой сильный страх, что скоро у нее случится сердечный приступ.

И мне нравится эта реакция… невыносимо.

Одно удовольствие – наблюдать за процессом, когда человеческое существо испытывает страх, испуг и, наконец, уступает мне.

Это сила тех, у кого есть власть.

— …я тут же от тебя избавлюсь, — закончил я и перешел к наказанию.

* * *

На следующее утро я спокойно проснулся после крепкого сна.

Вчера был насыщенный день.

Я смог утолить жажду доминирования и получил полезный инструмент, чтобы загнать Эмеральду в угол.

Однако время еще не пришло.

Чтобы победить Эмеральду, недостаточно показаний одного из слуг. Этот «инструмент» пока останется в тени.

Буду собирать информацию до последней минуты, пока не обложу ее со всех сторон.

Свернувшаяся калачиком и рыдающая Паста, была благодарна мне за неожиданную милость.

Конечно, я сохранил ее жизнь не из жалости.

Избавляться от такого инструмента слишком расточительно.

Нет причин выбрасывать Пасту, которая была сломлена настолько, что даже выпила мою мочу. Она полностью превратилась в мою шлюху, как физически, так и морально.

Пока я крепко держусь за ее слабости, она никогда не предаст меня.

Женщина, от всей души поддавшаяся сильному мужчине, становится очень удобным инструментом.

Однажды утром, взвесив ситуацию, я подумал, не пора ли начать операцию по изгнанию Эмаральды.

— Париль… — Недавно комнату зашла плачущая Селеста. Она упала в мою кровать и, уткнулась лицом в подушку, заплакала.

Что?.. С самого утра…

В последнее время все шло хорошо.

Но эта дура… Неужели она опять что-то натворила?

— Что мне делать… Что делать?..

— В чем дело, Селеста? Надеюсь, ты не вызвала никаких проблем?

Все еще всхлипывая, она помотала головой.

… В этот момент у меня появилось зловещее предчувствие. Предчувствие грядущих неприятностей. Да, количество дел неуклонно растет, но все идет по плану. Что же, черт возьми, случилось? Мой отец повредил бедро во время «массажа»?

— Я… беременна…

— …

… На какое-то время я потерял дар речи.

Беременна?..

Значит, у тебя будет второй ребенок? Хочешь сказать, что я стану старшей сестрой? Это… благословление!?

… Нет, подождите. Если у меня появится младший брат…

Только этого не хватало. Эта женщина доставляет лишь хлопоты.

— Париль, ты… тебя ждет помолвка…

… Я почувствовал внезапный удар. Сердце бешено заколотилось, на спине выступил холодный пот.

Идиотка!.. Ты не могла рассказать это с самого начала?! Не вводи людей в заблуждение!

Теперь понятно, даже такая дура не станет долго плакать от радости.

Нет, о чем я думаю? У меня будет… помолвка?..

Я почувствовал, как мои брови задрожали, а в животе появился холод. Это реакция на стресс.

— Чтобы стереть позор от попытки самоубийства… второй сын барона Булмана, сэр Бороран…

Так вот в чем дело.

Та неприятная заноза, которую я чувствовал, разговаривая со своим отцом, графом Кейном…

Старшая дочь, которая теперь внезапно начала проявлять удивительные способности, по слухам, покончила жизнь самоубийством после поражения в битве за престолонаследие.

Сложно сделать ее преемницей. Более того, у меня нет никакой магической силы.

Конечно, во всем этом была замешана Эмеральда.

Она сильно пострадала от моей недавней контратаки, ее нетерпение дошло до предела.

Раз она не смогла избавится от меня здесь, то решила отправить в другую семью?

… Следует признать это. Эмеральда – хороший политик.

После того, как барон и граф придут к соглашению, его трудно будет отозвать, не теряя репутации. Это не какая-то мелочь.

Став невестой, я никак не смогу получить статус преемника. Все мои планы и усилия пойдут коту под хвост.

Более того, у меня нет такого влияния, чтобы я мог отказаться от брака.

… Это значит…

У меня большие проблемы!