Соа запустила свою руку за отворот пальто, в то время как сотрудник банка внимательно наблюдал за движениями девушки. Из-под грубой поношенной ткани показался маленький мешочек на шнурке, словно пришитый к одежде. Горловина мешочка была туго перетянута, что явно говорило о намерении ни за что не потерять его содержимое. Впрочем, это не вызывало никаких подозрений. Ключ – единственный способ открыть сейф, по правилам выдавался только в одном экземпляре. Поэтому многие даже носили его на шее в виде кулона, не снимая с себя ни днём, ни ночью. Взгляд, прикованный к этому мешочку, скользнул вверх по белым, тонким пальцам и остановился на лице женщины. Собранные на затылке густые каштановые волосы открывали прозрачно-белое лицо. По цвету кожи она скорее напоминала монахиню, которая всю жизнь провела в стенах храма и никогда не видела солнца. Круглый лоб, обрамлённый полосой пушковых волос, прямые выразительные брови. Ясные глаза, с которыми он на мгновение встретился, были определённо светло-карими. Белоснежное лицо, каштановые волосы и светло-карие глаза. Довольно обычное сочетание: бледная кожа была характерна для многих жителей Норфолка, как был распространён и такой цвет волос и глаз. Но почему же она так приковывала к себе взгляд?

В этот момент девушка, наконец развязав шнурок мешочка, вынула ключ и положила его на поднос. Её лицо, склонённое вниз, будто показалось луной, восходящей из водной глади. И только теперь, когда он увидел её в анфас, мужчина смог облечь в слова то странное ощущение, которое испытал: она была чужой и не похожей ни на кого, словно белая лилия, распустившаяся среди красных роз, или прохладный ветерок, иногда примешивающийся к летнему зною… Было очевидно, что она не из Фелпе, и, похоже, даже не с континента Норфолк, несмотря на то, что бегло говорила на национальном языке. В этот момент, девушка, не отрывая взгляда от ключа, немного подвинула поднос в сторону сотрудника. От этого нетерпеливого жеста тот забрал его и, наконец, отвёл взгляд от её лица. Форма ключа нареканий не вызвала.

— Пожалуйста, назовите номер ячейки, которую желаете открыть.

— Номер 5555. – Работник, записывающий цифры в блокнот, моргнул. Он взглянул на них, затем на ключ, после чего в смятении поднял голову.

— 5555? Вы уверены?

— Да. – Соа слегка кивнула. В этот момент подозрения, вызванные внешностью клиентки, отступили на второй план. Номер сейфа словно магическим заклинанием изменил отношение сотрудника. Он несколько раз переспросил, действительно ли это ключ от сейфа № 5555, и Соа каждый раз терпеливо отвечала. – Да, всё так… Да, 5555. Что-то не так? – Только когда девушка, до этого избегавшая зрительного контакта, пристально посмотрела на мужчину, словно спрашивая, в чём дело, он вынужден был поверить, что незнакомка не ошиблась.

— Нет… – Сотрудник осторожно взял бархатный поднос обеими руками и вежливо обратился к Соа. – Я проверю ключ и скоро вернусь. Пожалуйста, подождите немного. Могу я предложить Вам кофе или чай?

— Ах… Нет, спасибо, не нужно. – Работник едва заметно поклонился и исчез за служебной дверью. Он пронёсся по коридору для персонала, словно ветер, и в мгновение ока оказался в помещении для проверки ключей. Не теряя ни секунды, он нырнул в хранилище, едва переступив порог. Чтобы открыть дверь хранилища, потребовалось целых четыре ключа. Некоторое время спустя, мужчина вышел оттуда с одной старой папкой документов и небольшим ларцом в руках. Ловко разложив перед собой ключ, документы и ларец, он достал из ящика толстую лупу. Затем, увеличив с её помощью надпись на ключе, начал сверять информацию с той, что была в документах.

— Открыто 25 апреля 878 года, сокращенная печать[1] тогдашнего президента Матиса фон Витте... Присутствует. – Убедившись в подлинности информации на лицевой стороне, сотрудник принялся за мелкие буквы, выгравированные на боковой стороне. Затем он начал одну за другой сверять уникальные номера, указанные в документах. – AD…5608, …87…BX. – Поразительно, но даже замысловатый уникальный номер полностью совпадал. Он спокойно перепроверил данные, и не обнаружил ни единой ошибки. Удостоверившись в абсолютной подлинности, он отложил документы и взял коробку. Рука, державшая её, чуть заметно дрогнула. На чёрном, как смоль, ларце размером с ладонь, украшенной гравировкой «5555», зияло крохотное отверстие, словно миниатюрная замочная скважина. Этот небольшой ларец был изготовлен специально для проверки ключей; взломы банковских сейфов Фельпе, когда ключи дублировались, были делом редким, но всё же случались. В большинстве своём это обнаруживалось при проверке выгравированной на нём информации, но бывали и исключения, когда ключ проходил то испытание. Однако во всех этих немногочисленных случаях фальшивые ключи всё равно не могли открыть замок, и подделка раскрывала саму себя. Банк Фельпе издавна славился производством надёжных сейфов и по сей день чрезвычайно бережно относится к своим мастерам по изготовлению ключей. Единственное, что мог открыть ключ, существующий в одном-единственном экземпляре – это сейф, установленный в подвале банка, да ларец для проверки. Его открытие означало, что сейф в подвале тоже можно открыть, что, в свою очередь, доказывало подлинность изделия.

Так, сотрудник вставил ключ в скважину, и он с характерным щелчком плавно вошёл в отверстие. Ещё один щелчок, и чувствовалось, как пазы ключа соединились с штифтами внутри замка. Затаив дыхание, как человек, вдевающий нитку в игольное ушко, мужчина уставился на кончик ключа. Наконец, он спокойно повернул его. И… Вдруг раздался ещё один щелчок.

Большинство событий происходят очень неожиданно. Ларец, который не открывался почти четверть века, медленно приоткрылся. Из узкой щели потянулся затхлый запах старого дерева, от которого невольно захотелось чихнуть. В этот момент к нему подошёл начальник отдела проверки.

— Какой номер ключа? – И, не дав тому и раскрыть рта, через плечо сверился с номером, выгравированном на ларце, кивнул и вернулся на своё место. Но, сделав всего несколько шагов, мужчина внезапно обернулся. – Кто его принёс?

— Не могу сказать. Проверка удостоверения личности ещё не проводилась.

— Мужчина?

— Нет, женщина.

— Женщина? Как она выглядела?

— Пальто… – Бездумно закатил глаза сотрудник и что-то пробормотал.

— Пальто?

— Да. Она была одета в пальто. – Сотрудник кивнул.

— Пальто? В это время года?

— Да. – Их взгляды на мгновение встретились. Но тут откуда-то донёсся раскатистый звук, словно приближались грозовые тучи, наполненные дождём, и взгляды обоих, как по команде, разлетелись в стороны, устремившись к окну.

***

Когда работник ушёл и дверь закрылась, Соа осталась совсем одна. Взгляд девушки, до этого напряжённый, наконец смягчился, и напряжение, державшее её плечи и спину слишком прямыми, ненадолго отпустило. Она откинулась на спинку дивана и потёрла лицо, по которому всё время скользил взгляд сотрудника, словно оно от этого зудело.

«— Видели младшую госпожу? Ну и странная же.»

Пускай взгляды были безмолвны, Соа отчётливо слышала эти слова. Здесь было то же самое. Это, в конечном итоге, означало, что для всех она чужая, другая, странная. Лучше бы что-то другое в ней было необычным, а не лицо. Тогда было бы не так неловко. Соа сильно тёрла лицо, пока оно не покраснело, а затем нахмурилась от жара, поднимавшегося из-под воротника.

“Может, снять его хоть на минутку?” – Девушка посмотрела на дверь, за которой скрылся сотрудник. Она, навострив уши, изо всех сил старалась уловить хоть шорох, но, похоже, никто не приближался. Соа расстегнула пуговицы пальто и быстро выскользнула из его тяжёлых рукавов. Но платье внизу оказалось таким же плотным, и жар не спадал, а тело осталось покрыто потом. Впрочем, эта жара была лишь одной из множества проблем, с которыми ей пришлось столкнуться.

— Следовало сперва пойти в гостиницу. – Она собиралась спокойно разобрать вещи, помыться, отдохнуть, а сюда прийти рано утром следующего дня. Однако те, кто внимательно наблюдал за ней ещё в поезде до Фельпе, после выхода из него тоже пошли за ней. Чтобы сбить их со следа, она нырнула в оживлённую толпу, а затем в спешке запрыгнула в ближайшую карету.

«— Куда Вас отвезти?»

В Фельпе, да что там, на всём Норфолкском континенте, было только одно место, которое можно было назвать пунктом назначения. Соа, не раздумывая, назвала единственное известное ей место.

* * *

[1] Это обычно относится к более простой или неофициальной версии официальной печати. Иногда это не сама печать как таковая, а скорее оттиск с инициалами или монограммой.