— Лайт, не делай этого! — отчаянно умоляла Лили, пытаясь вырваться из рук гоблинов.

Сара наблюдала за происходящим и не могла понять: "Разве она не осознает, что у парня, устроившего резню с улыбкой от уха до уха, явно что-то не так с головой?"

— Да что ты вообще знаешь? Тебе не понять, что эти ублюдки делали со мной. Чак, Мейсон и Коди превратили мою жизнь в сущий ад! Они заставляли меня есть собачье дерьмо, постоянно унижали, а ещё избивали до потери сознания, когда у меня не было денег на их прихоти! — наорал Лайт на Лили, сильно разочаровавшись в ней. — Но сейчас, я заставлю огонёк жизни в их глазах погаснуть, и никто мне не помешает!

— Умоляю… кто-нибудь, остановите этого психа! — всхлипнул Чак в страхе за свою жизнь.

— Лайт, стой! Мне правда жаль. Пожалуйста, не трогай Чака. — зарыдала Кейтлин.

Не обращая внимания на её мольбы, Лайт погрузился в размышления. Он повернулся к гоблину и приказал ему развязать руку Чака.

— Я сломаю тебя так же, как ты сломал меня!

Лицо парня породило ужасающий оскал.

— Ч-что ты д-делаешь? Л-лайт, стой!

Взяв руку, Лайт начал переламывать в ней каждую косточку, с устрашающим наслаждением слушая, как Чак кричит в агонии. В это время Мейсон рыдал, понимая, что он будет следующим, а Кейтлин свернулась в калачик, пытаясь отгородиться от ужаснейших звуков, льющихся ей в уши. Ни у кого не хватало смелости остановить его.

— Нет! Кто разрешил тебе отворачиваться? А, шлюха?! — закричал Лайт, увидев, что Кейтлин не смотрит на пытку.

Он приказал гоблинам, держащим девушку, заставить её смотреть на продолжающие истязания Чака. Каждая сломанная кость отзывалась первобытным ужасом в сердцах окружающих, отчего страх витавший в воздухе становился практически осязаемым.

— Интересно…

Лайт усмехнулся. Он наслаждался пыткой.

— Думаешь, что кто-то может быть лучше, чем я? — продолжал он, но уже грозным тоном.

Кейтлин, против воли смотрящая за происходящим безумием, дрожала. Она чувствовала слабость. Парень, которого она знала, как изгоя, на её глазах превращался в монстра.

— Боже… Я, кажется, знаю, что произошло. Честно говоря, я не виню его, — высказалась школьница, спасённая Лайтом.

Слова девушки удивили Сару и Лили:

— Знаешь?

Сначала Лайт показался ей слегка знакомым, но после она вспомнила, что видела сторис в Инстафаме от Чака и его друзей со ссылкой на видео с жестоко избитым Лайтом.(пп..: Инстафам – это то же, что и Instagram)

Никто ничего не делал, чтобы остановить издевательства, когда у них была такая возможность, и теперь они стали свидетелями ужасающих последствий.

— Я не лучше других, ведь даже не содействуя травле, я, как и все остальные ученики, просто стояла в стороне и наблюдала за превращением его школьной жизни в ад, — продолжила она, — я должна была что-то сделать… должна была помочь Лайту.

Лили не знала, что ответить, а Сара задумалась, не был ли тот доведён до предела.

— Посмотри-ка, всё ведь не так плохо? — насмешливо обратился Лайт к Чаку, потерявшему сознание.

Однако у милосердия его тоже есть предел.

— Эй, просыпайся! — воскликнул Лайт и, схватив другую руку Чака, по одному начал ломать пальцы, даже не думая останавливаться.

Лидер гоблинов, Гортхак, находился в недоумении: "Этот человечишка… я выбрал его на роль игрушки, потому что он весь дрожал от страха, а теперь… Притворялся, чтобы я выбрал именно его? … Невозможно… Я жажду мести, но… этот ничтожный… каждый кусочек моего тела кричит об угрозе, исходящей от него…"

Гоблины с трудом сохраняли своё самообладание под натиском ужасающей ауры Лайта. К тому времени, как он заканчивал ломать вторую руку, к Чаку вернулось сознание.

— Это всё Мейсон придумал! Это ОН предложил гнобить и избивать тебя! Он… он даже заставил меня встречаться с Кейтлин… — в отчаянной попытке избежать ещё большей боли, надрывал горло Чак.

Лайт, активировав навык, прислушался к его сердцебиению.

— Пхах! Ты реально вздумал меня обмануть? — вспылил он. – Твои настоящие страдания ещё даже не начались.

Оглядевшись вокруг и заметив рассыпанные по всему полу осколки, оставшиеся от зелья, Лайт спросил Гортхака, не могли бы его слуги собрать их как можно больше и сложить на столе в кафетерии.

Гортхак, жаждущий немедленно увидеть следующее представление, кивнул в качестве разрешения.

— Одолжишь нож? — обратился Лайт к одному из приспешников.

— Эм… ладно? — ошеломленно ответил гоблин №3 и передал оружие.

Взяв нож, Лайт начал срезать кожу со стоп Чака. Весь кафетерий был наполнен ужасающими криками.

— А теперь, дойди до конца того стола.

У Чака не оставалось иного выхода, кроме как подчиниться приказу и начать плестись вдоль поверхности, раньше предназначавшейся для приёма пищи. С каждым шагом, вызывавшим новую волну боли и мучений, всё больше осколков стекла впивалось в его изувеченные стопы.

— Требования достигнуты, — раздался механический голос в сознании Лайта. — Навык «Шквал осколков» разблокирован. Активирование данной способности позволяет пользователю с высокой скоростью метать шквал снарядов из осколков стекла, заряженных магической энергией. Для активации необходимо наличие разбитого стекла.

Лайт задумался: "Хм… А что если его применить против монстров? Если шквал осколков будет достаточно эффективным, то я уложу большую часть находящихся здесь гоблинов… Остаётся только разобраться со способом использования моей магической энергии и тем, как одолеть Гортхака". Прекратив размышления, он продолжил наслаждаться мучениями Чака.

— Прошу… отпусти меня… Я дошёл до конца стола, как ты и велел, — начал умолять Чак, закончив своё мучительное шествие.

— Разве кто-то говорил о твоей свободе? Я ведь просто сказал тебе дойти до конца стола, вот и всё.

Лайт взял немного окровавленного стекла из-под ног Чака.

— А теперь, съешь это, — приказал он, широко улыбаясь.

— Н-но ведь я у-умру…

— Кстати, а помнишь, что ты сказал мне в спортзале? Ах, да… "Не смей умирать, я хочу быть рядом, чтобы это видеть". Так вот, я рядом.

Тёмная сторона Лайта всё больше брала власть над ним.

Окончательно отойдя от шока, Лили повернулась к Саре:

— Мы обязаны что-то сделать! Мы не можем позволить ему стать монстром.

— Что-то сделать?! Что? Мы окружены гоблинами и даже не знаем где выход. Да даже если бы и знали то, что ждёт нас на улице? Я понимаю, почему ты хочешь остановить его, но сейчас мы не можем этого сделать.

— Я… я уже не могу на это смотреть…

Сара вздохнула. Она понимала чувства Лили, но сейчас это ничего не меняло. Лайт всё так же продолжал истязать Чака, доводя его до предела.

Отчаяние, крики, слёзы, хруст стекла – всё это витало в воздухе. Увиденная картина уже никогда не сотрется с их памяти. Она послужит суровым напоминанием о жестокой реальности.

Лайт был настолько поглощен своей местью, что, казалось, не замечал перепуганные лица, смотрящие на него. Страх Лили был оправдан. Тёмная сторона брала контроль над ним, постепенно превращая в монстра.

Когда Чак, бледный и дрожащий, замешкался перед окровавленными осколками, смех Лайта эхом разнёсся по комнате. Этот леденящий душу звук ещё больше подчеркнул ужасающее превращение изгоя в безжалостного садиста.

Гоблины смотрели на всё происходящее со страхом, смешанным с восхищением. Они никак не ожидали, что какой-то человечишка может быть таким. Даже реакция Гортхака — их лидера, молча наблюдавшего всё это время, была бесподобна.

Лили и Саре оставалось только смотреть. Беспомощность и страх, возникшие при виде демона в Лайте, отдавались болью в их сердцах. Они начали осознавать, что заперты в суровой реальности, из которой нет выхода. Место, что было для них таким знакомым и приветливым, сейчас превратилось в нечто жестокое, враждебное и чужое…