Гавриил пристально посмотрел на Лань Цзюэ.

— Зевс, повторю ещё раз: нам нет нужды становиться врагами.

Лань Цзюэ тихо усмехнулся:

— А разве я уже им не стал? У нас обоих нет выбора. Всё, что осталось сказать, можно выразить только силой. Если вы хотите забрать Мику, вам придётся переступить через мой труп.

Михаил спокойно ответил:

— В таком случае разговор окончен. Гавриил, займись остальными. Зевс — мой.

Три архангела озарились столбами света. Белоснежные крылья раскрылись во всю длину — у каждого их было по шесть. Перед ними предстали шестикрылые серафимы.

Стать серафимом значило достичь как минимум девятого ранга седьмого уровня. Михаил, Архангел Войны и предводитель Семерых, был девятого ранга девятого уровня — вершины пути адептов. Гавриил, Вестник Смерти, — девятого ранга восьмого уровня. Рафаил, Архангел Исцеления, — девятого ранга седьмого уровня.

Из спины Михаила вырвались ало-золотые лучи света.

— Великий Зевс… Я ждал этой битвы очень долго.

Лань Цзюэ лениво затянулся сигарой:

— Ты же знаешь, Михаил, я не прощаю оскорблений. Так что будет лучше, если всё решится здесь и сейчас. Если я уйду живым — Церковь Понтифика больше никогда не узнает покоя.

Глаза Михаила опасно блеснули:

— Ты всё ещё угрожаешь?

Лань Цзюэ оставался хладнокровен:

— Я лишь говорю, как будет. Если я погибну — вы всё красиво обставите, чтобы сбить с толку тех, кто придёт разбираться. Но если выберусь отсюда… вы знаете, к чему это приведёт. В противном случае давно пришли бы за мной на проспекте.

Михаил фыркнул:

— С каких это пор Зевс стал решать проблемы разговорами?

Лань Цзюэ усмехнулся — но в его глазах не было и тени веселья:

— Знаешь, я бы с удовольствием потушил сигару об твою надменную рожу. Но это как-то не вяжется с моим благородным образом… хотя было бы приятно.

Он повернулся к своим спутницам:

— Гого, Кэ’эр, защищайте Мику. Эти трое — мои.

С этими словами он сделал шаг вперёд. В этот миг беззаботный Лань Цзюэ исчез.

На его лице появилась золотая маска. Плащ того же цвета расправился за спиной, а волосы удлинились и заблестели, словно расплавленное золото. Он снова стал тем, кто «спас» Чжоу Цяньлинь на вершине горы.

Он был не просто Лань Цзюэ. Он стал Зевсом.

Архангелы тоже не стояли без дела. В мгновение ока развернулась битва.

Ослепительная вспышка золотисто-красного света, подобного восходящему солнцу, расцвела прямо перед лицом Зевса. Взрыв высвободил невообразимую волну жара и света.

Святое пламя отразилось от золотой маски Зевса. Его правая рука взметнулась вперёд — и сокрушительный поток синего света вырвался наружу, устремляясь к противникам. Он мчался, словно копьё, пронзая раскалённую золотую сферу света и огня.

Из точки столкновения вырвались ужасающие волны энергии. Электрический заряд, посланный Зевсом, казалось, пожирал огненную сферу. Воздух всё ещё потрескивал от мощи удара, когда он сделал ещё один шаг вперёд. Его приближение — сквозь пылающие остатки их первого удара — казалось ещё более зловещим.

Вестник Смерти ловко уклонился от удара, легко зависнув в воздухе, будто прогуливаясь по облакам. Вдруг из его тела вспыхнул святой свет — чистый и ослепительный — и устремился к трём женщинам. Из его глубин разнёсся ангельский хор.

Мика не сдвинулась с места. Её алые волосы свободно спадали, обрамляя нежное лицо. С чуть склонённой головой она стояла в полной тишине — словно весь окружающий мир перестал для неё существовать.

Линь Гого вышла вперёд и встала между Микой и Гавриилом. Прижав ладонь ко лбу, она послала вперёд острый всплеск золотого света, вспыхнувший в её глазах. Позади возникла безликая фигура, сотканная из золота, окружённая пламенеющим кольцом. В одно мгновение нимб взорвался сотней сияющих стрел, с яростью устремившихся к атакующему архангелу.

Аура вокруг Гавриила заметно изменилась — между ним и стрелами возник чёрный разлом. Световые стрелы Гого влетали в него и бесследно исчезали.

Не прошло и секунды, как разлом в пространстве вспыхнул, и из глубины вырвалась огромная лазурная рука. Она ударила чуть в сторону, но даже так сумела разорвать сияющий ореол Гавриила.

— Я сказал: эти трое — мои! — голос Зевса прогремел, как раскат грома.

Раздался грохот, сотрясший небеса. Между Зевсом и Архангелом Войны вспыхнули синие молнии, обвитые золотым сиянием, и с яростью рванулись вперёд, взрываясь одна за другой.

Фигура Михаила, пылающая алым светом, пошатнулась.

Зевс сделал ещё шаг. Его рука погрузилась в пустоту, и, когда он вытащил её, в ладони вспыхнуло копьё, пульсирующее золотым светом. Он метнул его в багрового архангела.

Воздух задрожал и разошёлся, словно вода, перед остриём копья. Михаил глухо застонал и, не успев защититься, отступил на несколько шагов.

Зевс не стал терять времени. Он тут же развернул золотое копьё молнии в сторону Гавриила.

И тут с небес низверглись два луча святого света, окружив Михаила и Гавриила. Свет стал для них щитом — актом божественного вмешательства, вызвав прилив их священной силы.

— Да разверзнутся небеса… — голос Зевса пронёсся по округе.

Едва он это выкрикнул, над ними прогремел страшный раскат грома, и небо разорвалось десятками золотых трещин.

Белый щит света перед Гавриилом лопнул, словно мыльный пузырь, не выдержав удара золотого копья. Раскалённый, трескучий разряд устремился прямо в лицо архангела.

Глаза Гавриила распахнулись, лицо смертельно побледнело. Он рефлекторно сомкнул перед собой шесть крыльев, укрывшись благословенным светом.

Пронзительный крик рассёк воздух. Когда ослепительное сияние рассеялось, тело архангела обрушилось на землю. Два из шести крыльев были изуродованы, а изо рта брызнула золотистая кровь.

— Вознесение?.. — Рафаил замер, потрясённый произошедшим.

Зевс медленно повернулся к нему. Поднял правую руку и указал на расколотое небо.

— …И падут ангелы.

Небо вспыхнуло, как в полдень. Из центра, где стоял Зевс, хлынул шквал ослепительных золотых молний, испепеляя всё, чего касался. Даже троим архангелам Церкви Понтифика пришлось вложить все силы, чтобы выстоять под этим ударом.

Небеса действительно разразились. Сквозь голубое небо и белые облака прорвался гигантский столб света.

— Хм! — холодно фыркнул Михаил, Архангел Войны, паря в воздухе на своих шести крыльях.

С каждым взмахом его могучих крыльев по ним прокатывались волны святого света. Постепенно сияние проникло в каждое перо, и вскоре белоснежные крылья засияли золотом.

Когда последнее из них вобрало свет, они расправились — теперь за его спиной билось двенадцать великолепных крыльев.

В тот же миг за Архангелом вспыхнула эфирная фигура с такими же двенадцатью крыльями.

Истинный архангел явил себя. Адвент[1].

[1] — Слово Adventus — не английское, а латинское, в переводе означает «пришествие». Сохранена транслитерация, так как это название боевого режима.