Как Сьюзан ушла, Кэтрин расхохоталась:

— Хорошо прошло, Ким, не так ли? Кажется, ты только что нанесла огромный удар по «Теории больших сисек» мамы. Если и есть что — то близкое и дорогое ее сердцу, так это сосать член брата. Каким — то образом ты попала прямо в точку.

Ким понятия не имела, что такое «Теория больших сисек», но от волнения забыла спросить. Вместо этого она ответила:

— Ну, я абсолютно честна. В этом действительно есть что-то забавное.

— Ты это мне говоришь?! — Кэтрин хихикнула, а затем спросила: -Ты все еще расстроена из-за того, что пришла на вечеринку?

— Ты что, шутишь? Я кайфую от жизни! Твоя мама просто мечта, и все вокруг чудесно! Кажется это будет величайшая ночь в моей жизни. Даже если в конечном итоге я буду только смотреть, что, вероятно, и произойдет, мне понравится. Это лесбийский рай! Теперь, когда я здесь, в твоем доме, не думаю, что ты когда-нибудь избавишься от меня.

Эми и Кэтрин рассмеялись.

Они начали шутить с Ким по поводу ее фетиша на большие сиськи. Кэтрин поддразнила:

— По крайней мере, у тебя с моим братом есть общая черта: ты помешана на сиськах!

Ким пошутила в ответ: — Эй, я не «помешана на сиськах», я бы назвала это «наслаждаюсь сиськами». Это безумие-НЕ любить их!

Кэтрин сказала:

— Услышав это, у него потеплело бы на сердце.

Эми пошутила:

— И вид больших сисек согрел бы его член!

Девушки рассмеялись.

Ким отметила:

— Так или иначе, я подозреваю, что его член уже теплый, благодаря нескольким ртам. Я так завидую вам. Жить прямо в эпицентре сексуального веселья. Держу пари, это никогда не прекратится, не так ли?

Кэтрин дипломатично сказала:

— Что ж, мы действительно хорошо проводим время.- она не хотела, чтобы Ким завидовала.

Эми и Кэтрин также продолжали подбадривать ее и укреплять ее уверенность в себе. Эми постаралась сказать со свойственным ей энтузиазмом: -Помни, хорошие вещи даются нелегко. Если ты действительно чего-то сильно хочешь, ты должна бороться за это всем, что у тебя есть!

Ким, все еще переполненная эмоциями после встречи со Сьюзен во плоти, достала ее фотографию, и передала остальным. Она с тоской посмотрела на неё, рассказывая Эми историю о том, как получила ее от Кэтрин. На снимке Сьюзен сидела на камне возле пляжа в очень откровенном бикини. Фотография была довольно потрепанной и помятой, потому что Ким всегда держала ее в своем бумажнике или сумочке и довольно часто доставала.

Кэтрин пошутила над тем, насколько та износилась:

— Называй меня сумасшедшей, но это не значит, что ты не мог попросить ЕЩЕ одну ее фотографию. Черт возьми, это становится действительно дико, но если ты будешь хорошо ко мне относиться, я могу даже дать две таких!

Ким рассмеялась, но потом сказала:

— Серьезно, это было бы потрясающе. Серьезно.

Вскоре они втроем смогли выбрать для Ким платье. Оно было относительно простым по сравнению другими, но было достаточно мило, чтобы подходить к вечеру. К сожалению, ноги Ким были другого размера, чем у Кэтрин, поэтому она не смогла надеть туфли с каблуками.

Впрочем, это вряд ли имело значение. В целом, Ким была чрезвычайно счастлива. Она вспомнила двух рабочих, которые говорили о семи «горячих малышках». В то время она не верила и была оскорблена тем, что эти слова описывают ее, но теперь она восприняла это как комплимент. Все ее тело наполнилось гордостью.

Тем не менее, она не шутила говоря: «Я не думаю, что теперь ты когда-нибудь избавишься от меня». У нее были сильные чувства к Сьюзен, и теперь, когда они немного сблизились, Ким была просто на седьмом небе от желания.

Когда они выбирали одежду, Ким наконец пришло в голову спросить: — Кстати, что за «Теория больших сисек?»

Эми и Кэтрин переглянулись и рассмеялись.

Затем Кэтрин повернулась к Ким и сказала:

— Тебе лучше не знать.

— Нет, правда, мне интересно, — ответила Ким.

Появилась проблема. Кэтрин знала, что Ким вполне может оскорбится такой теорией, поскольку та предполагала, что в женщинах с большими сиськами есть что-то особенное и даже превосходящее. Поэтому она не хотела ничего объяснять. Она надеялась, что у Эми тоже хватит ума остаться немой.

Пока Кэтрин размышляла, заговорила Эми:

— Это сложно. Поверь мне, на самом деле ты не захочешь возиться с этим. Это даже глупо. Но я могу объяснить короткую версию: большие сиськи-круто!

Ким рассмеялась:

— Ага! Итак, есть теория, которую я могу поддержать! — она потрясла кулаком в воздухе, а затем дала пять Кэтрин и Эми.

Это привело к большему количеству шуток и веселых разговоров о груди. Ким была на седьмом небе от счастья, потому что смогла выразить свою признательность за большую груди Кэтрин и Эми, играя с ними сколько душе угодно.

В какой-то момент, пока Ким была сосредоточена на ласках, Кэтрин бросила на Эми благодарный взгляд. Она была благодарна, что Эми нашла ловкий способ избежать неловкого объяснения.

Но, несмотря на хорошие времена, Ким не хватало уверенности в себе. Позже, когда она пошла в ванную, она поймала себя на мысли:

«Во что я ввязываюсь? Неужели я буду постоянно выпрашивать приглашения в этот дом, как собака, выпрашивающая кусок мяса? Неужели я даже стану кем-то вроде сталкера Сьюзен? Что, если я действительно по уши влюблюсь в нее? Что тогда?!»