Ким подошла к дому Пламмеров. В восемь вечера было совсем темно, но дворовая дорожка была хорошо освещена.

Подойдя к двери, она увидела двух крепких мужчин, в рабочей одежде, которые что— то несли. Проходя мимо, они вежливо кивнули в ее сторону, и все еще находясь в пределах слышимости Ким, один сказал другому:

— Ты это видел? Пришла еще одна! Что это за место?

Другой ответил:

— И не говори! Это уже шестая, нет, седьмая красотка, которую мы увидели здесь за один вечер? Черт, если мы когда— нибудь получим еще один заказ по этому адресу, я, буду драться, чтобы получить эту работу!

Ким не смогла расслышать дальнейший диалог, мужчины вышли за пределы ее слышимости. Она была озадачена тем, о чем они говорили, хотя ей было одновременно и обидно, и приятно, что ее назвали одной из "красоток".

Она подошла к двери и позвонила.

Эми открыла дверь со счастливой улыбкой.

— Ким! Класс! Так рада, что ты смогла прийти. Заходи! — она быстро втащила ее внутрь и заключила в объятия, прежде чем Ким успела вставить хоть слово.

Когда Ким высвободилась из объятий, у нее появилась возможность получше разглядеть Эми. Она замерла увидев во что она одета.

Эми никогда не была большой любительницей наряжаться, что неудивительно, учитывая, что она не питала особого уважения к одежде. Но сегодня вечером Эми была разодета в пух и прах в изысканно причудливом белом платье в комплекте с длинными белыми перчатками. Она даже нанесла макияж, что было неслыханно, ведь ей нравился естественный вид и она была достаточно красива, чтобы не нуждаться в этом. Она также не носила резинку для волос, что было столь же неслыханно.

Ким спросила:

— Эми, что происходит? Ту собираешься в какое— то особое место?

Эми рассмеялась:

— Ага. Что— то особенное будет тут. Вечеринка «проткни— ее»!

Как раз в этот момент Сьюзен, неторопливо прошла через гостиную в прихожую.

Сердце Ким екнуло, и у нее отвисла челюсть. Она была отчасти шокирована, ведь с ужасом осознала, раз Сьюзен так же нарядна, как и Эми, вечеринка явно будет гораздо серьезнее, чем она предполагала. Другая часть ее шока касалась голубого платья Сьюзен. На первый взгляд оно выглядело очень элегантно, но потом Ким заметила, что ткань была полупрозрачной. Можно было отчетливо разглядеть ее соски, а одного взгляда на промежность хватало, чтобы увидеть густой темный куст. Она не считала это тревожным, просто возбуждающим.

Но больше всего Ким оказалась потрясена просто потому, что смотрела на Сьюзен во плоти. Ким была по уши влюблена в нее, хотя они никогда раньше не встречались так близко. Чувства Ким начались в начале ноября. Кэтрин рассказывала Ким о своих новых сексуальных приключениях со Сьюзен еще в самые первые дни, прежде чем полностью осознала, как опасно говорить об инцесте. Ким оказалась так взволнована этим, что попросила фотографию Сьюзен в бикини. Ей очень понравилась фотография, потому что, по ее мнению, Сьюзен была самой красивой женщиной, которую она когда— либо видела. Ким питала слабость к пышногрудым женщинам, возможно потому, что считала свою грудь маловатой.

Ким разинула рот, потому что в реальной жизни Сьюзен выглядела намного лучше, чем на фотографии. Так же стоит учитывать, что с момента той фотографии, ее грудь увеличилась на 2 размера, и на своих высоких каблуках она казалась неожиданно высокой. Она возвышалась над большинством других женщин.

Ким была так ошеломлена всем, что выпалила:

— Ты богиня! Настоящая живая богиня!

Сьюзен подошла и взяла Ким за руку, чтобы пожать ее. Она улыбнулась комплименту, но в то же время казалась озадаченной

:— Что ж, спасибо. Ты ведь Ким, верно? Ты в команде болельщиц с Эми и Кэтрин?

Ким попыталась прийти в себя, но для нее смотреть на Сьюзен было все равно что смотреть на солнце: она была ослеплена красотой. После очень долгой паузы она сказала:

— Э— э... да.

Ей тут же захотелось хлопнуть себя по лбу за такой безмозглый ответ. Девушка сильно покраснела.

— Я много слышал о тебе. Ты действительно нравишься моим детям. Что ты здесь делаешь?

Сьюзен явно не носила лифчика или трусиков, и очевидно, ее платье ничуть не стесняло огромные сиськи. Они покачивались, даже когда их хозяйка стояла на месте.

Ким вытаращила глаза в благоговейном страхе. Это было лучше всего лесбийского порно, что она смотрела, Сьюзен была достаточно близко, чтобы протянуть руку и прикоснуться. Даже вблизи, ее кожа была безупречной.

Эми видела, что Ким нужна помощь, поэтому сказала со своей обычной веселостью:

— Ким пришла на вечеринку!

Сьюзен критически посмотрела на Ким:

— Я знаю, что ты в курсе многого о нас, если ты понимаешь, о чем я. Я знаю, что ты помогла свести Алана и Кэтрин, и я очень благодарна за это. Но я ничего не слышала о твоем приглашении.

Ким знала, что ей нужно объясниться, иначе у нее будут проблемы, поэтому ей удалось выдавить:

— Э— э, Алан пригласил меня! Сегодня в школе!

Сьюзен с любопытством уставилась прямо на грудь Ким второго размера: — Хм. Интересно.

Она подумала: «Я знаю, что Ким милая и все такое, но Тигренок может выбрать намного лучше нее. Может быть, у нее будет шанс через пару лет, когда она вырастет».

У Сьюзен развился изрядный "снобизма в отношении сисек", особенно с тех пор, как она разработала свою «теорию больших сисек». Однако она изо всех сил старалась скрыть это, потому что не хотела, чтобы Ким расстроилась.