«Итак, давайте послушаем ее"

Композиция, которую сотрудник включил им, называлась «Начинай» (Start), и она была спета Пак Ки Юн и выпущена в 1998 году. Сами исполнитель и название были незнакомы участникам, но, тем не менее, эта песня была на слуху настолько, что любой услышавший припев, восклицал: «О, эта же та песня».

Жун Хук услышал песню после того, как прочитал партитуру. Неплохо для баллады. Аранжировка тоже подходящая. И единственной проблемой было то, что пять участников, каждый с уникальным талантом, пришли сюда вместе, а замыслом песни было то, что ее пел один человек. Это не годилось для пяти исполнителей

«Давайте поделим песню»

За исключением Жун Хука, все четверо, должно быть, думали, что у них отберут возможность блеснуть на сцене, поэтому они спорили и высказывали каждый свое мнение.

«Время, которое выделится каждому участнику, должно быть одинаковым и все должно быть по-честному и... нам нужно выбрать фрагменты, которые мы споем все вместе»

«Я тут пересмотрел последний выпуск… когда кто-то портил песню, неважно, как хорошо они спели, исключали всех»

«Но мы читаем рэп ... Я сойду с ума!»

Кроме Жун Хука, в каждом лице читался страх, напряжение и подавленность. Жун Хук сомневался, что они смогли прослушать песню как следует.

Хотя всем известно, что мягкий женский голос выражает любовь к мужчине, начиная со второй части песни, с интенсивными гитарными аккордами и коротким гитарным соло, было понятно, что это рок-баллада.

Если переделанная песня будет не лучше оригинала, ей предстоит быть жестоко раскритикованной. С плохой аранжировкой, если ее не спасут навыки хорошего исполнения, они испортят песню... Но все волновались лишь только о своей собственной части исполнения, а не о самом выступлении.

Самый старший участник команды Жун Хука, который выглядел на двадцать с небольшим, казалось, хотел взять группу под свое руководство, и заговорил.

«Тихо. Давайте для начала запомним слова для каждого из наших фрагментов. Не хотелось бы выйти на сцену и растеряться потому что мы забыли слова»

Пока все надевали наушники, Жун Хук тихонько отошёл. Он сел в углу аудитории и осмотрелся. Здесь было более ста человек, которые пытались запомнить свои произведения.

Жун Хук взял гитару и начал перебирать струны. Он не пытался сыграть под аккорд или подобрать тональность. Он производил звуки наугад, как ребенок, который взял гитару первый раз в руки

Виджей, ходивший по пятам за Жун Хуком, заговорил, держа камеру в руках:

«Что делаете?»

«О, эта суматоха меня забавляет. Я думаю, как это выразить в музыке»

«Вы так и будете тратить ваше время на это? Вы не собираетесь упражняться над вашей главной песней? Вы же до этого сказали, что будете играть аккомпанемент...»

«Все нормально. Я запомнил песню»

«Как? Уже?! Вы знали эту песню?»

«Нет, мы просмотрели партитуры»

«И вы запомнили всё с одного раза?»

«Да»

Виджей опустил камеру и выключил её.

«Серьёзно?»

«Да. 3 минуты и 24 секунды. Короткая песня»

Песня была выпущена в том году, когда родился Жун Хук. Непохоже, чтобы он лгал, что не знал песни. Ей столько же лет, сколько и ему.

«А как насчет аранжированной части? Вы ее тоже запомнили?»

«Да. Это было еще проще»

«Вам не понравилась аранжировка?»

«Нет, это был худший выбор, который испортил оригинал»

Как он мог так говорить? Музыкальный директор и аранжировщики были ветеранами с десятилетним опытом в этой сфере. Профессионалы, как они, не играли чепуху.

«Почему?»

«Музыка должна быть аранжирована в унисон с инструментом... нет, в согласии с тембром певца. Они создали песню до того, как узнали, кто будет ее петь. Нынешняя аранжировка должна быть хотя бы переделана»

Виджей думал, что слова Жун Хука имелт смысл.

«А есть какие-нибудь другие мысли на этот счет?»

«Нет. Я же не знаю участников. Я их даже не слышал. Мне нужно знать их тембр и сильные стороны, чтобы аранжировать ее»

«Тогда почему бы вам не сказать участникам, что вы собираетесь переделать песню?»

«Ну-у, даже не знаю. Это же так хлопотно. А почему вы меня преследуете?»

Он перестал наигрывать песню из-за виджея. Чувство неудобства переросло в раздражение, и он вернулся обратно к своей команде.

Должно быть, у них не получилось запомнить слова, потому что они все еще слушали песню. Рэпер, разыскавший Жун Хука, подошел к нему и сказал:

«Есть какие-нибудь идеи?»

«Нет»

«Эй, почему ты так себя ведешь? В прошлый раз ты сочинил прекрасную песню, просто послушав, как мы читали рэп»

«Это все потому, что я слышал вас. Мне удалось это сделать, потому что я знал ваши голоса. Но сейчас я их не знаю»

«Тогда возможно ли, что ты сможешь сочинить песню, как только услышишь, как мы поем?»

«Вполне»

«Жди»

Двое рэпера подошли к остальным трем участникам, которые учили текст песни.

«Давайте попросим того человека стать гидом в нашей песне»

«Это он играл на гитаре на нашем отборочном туре?»

Девушка двадцати лет, которая подняла руку вместе с Жун Хуком, чтобы показать, что она может читать ноты, загорелась надеждой.

«Да, его способности - это не шутка. Даже на отборочном туре он нас всего лишь раз послушал и сразу же переделал всю песню. Нам удалось пройти этот тур только благодаря ему»

«Почему мы пытаемся переделать песню, когда аранжировка уже есть?»

Самый старший в их команде, который назвал себя лидером, наморщил лоб. Он знал, что его позиция в качестве лидера будет под угрозой, если этот молодой парень будет вести аранжировку.

«Так вы утверждаете, что этот мальчишка сможет распределить фрагменты и переделать песню?»

«Да. Давайте сначала выслушаем его»

Когда все решили попробовать руководство Жун Хука, мужчине было нечего сказать.

«Извините, Жун Хук. Мы споем главную песню, вы попробуете сделать ее аранжировку?»

«Конечно. Наверное, нам следует сначала послушать, как поет каждый человек. Выходите и начинайте петь с того момента, который я вам скажу»

Жун Хук хотел, чтобы они спели кульминационный момент песни.

«Ах, да, двум рэперам не нужно петь. Если вы внимательно прослушаете песню, то поймете, что гитарное соло идет после трех фраз, а это 12 секунд. Вы двое тогда читайте рэп. Три фразы. Содержание на ваше усмотрение. Так как песня о безответной любви женщины к мужчине, я думаю, это могли бы быть слова размышления этого мужчины по этой тем»

Жун Хук прослушал оставшихся троих людей: высокомерный мужчина, которому было почти под тридцать, молодая девушка, которая умела читать партитуры, и парень, который недавно достиг совершеннолетия, но который сидел здесь так тихо, словно его и не было вовсе.

Жун Хук молчал, размышляя, перед тем, как заговорить:

«Я сыграю инструментальную часть согласно нотам. Вам не нужно петь. Кроме этого мистера»

«Тем мистером» был парень, которому на вид было уже далеко за 20.

«Что?»

«Слушай, ты просто все испортишь, если и дальше будешь рисоваться, показывая, как много ты умеешь»

«Что?»

«Я говорю, что мы здесь всего лишь в роли инструментов. Разве инструменты кичатся тем, как далеко они могут зайти? Мы просто пять инструментов, которые исполняют вместе одну песню. И что действительно имеет значение, так это внутренняя гармония»

«Ты пытаешься учить меня?»

Его лицо уже было пунцовым. Как мог какой-то ребенок критиковать его?

«Твой тон отстой. Независимо от того, насколько высоко ты пытаешься петь, с таким плохим голосом, это просто какой-то шум»

«Мудак!»

Когда перед залившимся краской лицом был занесен кулак, два рэпера не растерялись и быстро остановили драку:

«Прекратите! Что вы творите? Камеры все снимают»

Виджей смеялся, и видно было, что его это забавляет. Разлад между участниками был представлением для зрителей. Камера засняла кулак, который летел в мужчину, содрогающегося от гнева.

«Этому придурку следует заткнуть рот кляпом. Он катит бочку на меня, когда даже не знает меня!»

Тот, кто занес кулак над лицом другого, был не кто иной, как Жун Хук.

Не только члены команды, но и те, кто находился поблизости, удерживали Жун Хука, когда он повалил наземь того парня.

И только у виджея был счастливый вид, как будто ему вручили приз за то, что он держит камеру. Съемка не подходила для вещания по ТВ, но работа виджея как раз и заключалась в том, чтобы запечатлеть такой драматичный момент.