(Предыдущие глава в моём переводе вы можете найти в моём комментарии под страницей тайтла)

Вторая история - Аудиокассета (1)

Субботняя ночь.

Заброшенное здание под синим лунным светом.

Это похожее на монстра сооружение, притаившееся на дне ночи, источало зловещую ауру.

Прошла неделя с той таинственной встречи любителей страшных историй.

И вот я снова стою перед этим заброшенным зданием.

Что привело меня сюда?

Мне было интересно, какой будет следующая история.

К тому же, мы договорились с Су Ён встретиться снова.

Но то, что заставило меня прийти… была свеча.

Мужчина, рассказавший первую историю. Как только его свеча погасла, он обнаружил под ней красную записку.

Прочитав её, он, словно одержимый, вышел из подвала и исчез.

«…»

Я увидел машину, припаркованную рядом со зданием.

На стеклах налипла пыль и мёртвые мошки.

На колесах, должно быть, была кровь кошки, но проверять мне не хотелось.

Что станет со мной, если погаснет моя свеча?

Эта жуткая мысль мучила меня всю последнюю неделю.

Как опухоль на нёбе, которую постоянно трогаешь языком, свеча в моей памяти мерцала и царапала нервы.

Я совершенно не мог ни на чём сосредоточиться. Это была одержимость.

Войдя в здание, я увидел тёмную комнату.

Мебель, накрытая полиэтиленом. Сколько бы я ни смотрел, к этому, кажется, невозможно привыкнуть.

Сделав глубокий вдох, я ступил на лестницу, ведущую в подвал.

* * *

«О, Хаджин-оппа!»

Су Ён с улыбкой помахала мне рукой. Я тоже неловко помахал в ответ.

Люди сидели кругом. На этот раз не за партами.

На полу лежало 10 подушек для сидения. А перед ними стояли свечи.

Люди, сидящие на подушках в подвале. Неяркое пламя свечей заменяло освещение.

Это было причудливое зрелище. Это тоже часть постановки?

Я поклонился присутствующим. В этот раз я тоже опоздал.

«Простите, я снова последний».

«Ничего. Один человек ещё не пришёл».

И правда, сидело всего восемь человек.

«А…»

«Тот учитель, что рассказал нам на прошлой неделе историю про записку, он ещё не пришёл».

Пустая подушка. Свеча перед ней была погашена.

У меня было предчувствие, что хозяин этой свечи уже никогда не вернётся.

Я сел рядом с Су Ён. Люди сидели в том же порядке, что и на прошлой неделе.

Девять свечей. Девять человек.

«Говорят, у кошек девять жизней», — внезапно сказала Су Ён.

Я тоже где-то слышал об этом.

Согласно кивая на слова Су Ён, я не сводил глаз со свечей.

Я боялся, что они погаснут.

- Кап…

Мой взгляд медленно скользнул вниз по потёку воска.

И. Я понял, что под свечой что-то есть.

«А?»

«Что такое?»

«Это…»

Я протянул руку и дотронулся. Пальцы ощутили шероховатую текстуру.

Это был песок и мелкие камни.

В темноте было плохо видно, но теперь я разглядел, что перед всеми девятью свечами был рассыпан песок.

Похоже на песок для посыпки обледенелых дорог. Зачем его здесь рассыпали?

Да ещё и не снаружи, а внутри подвала.

Это было зловеще.

Присмотревшись, я заметил, что в песке был и пепел.

«Это земля?»

«Здесь и пепел есть».

Кажется, даже пахло гарью.

Я стряхнул песок с пальцев. Раздался неприятный шуршащий звук.

«Кхм-кхм».

Одна из женщин кашлянула. Та самая, что на прошлой неделе сказала: «У меня есть история, которую я очень хочу вам рассказать».

Чёрные роговые очки и аккуратный пробор. Взгляд у неё был немного острым, но она, несомненно, была красива.

«Один человек ещё не пришёл, но… времени мало, так что давайте потихоньку начнём».

Место справа от неё было пустым.

На прошлой неделе там сидел учитель и рассказывал первую историю.

Когда его свеча погасла, он исчез, словно испарился.

Женщина достала что-то из сумочки. Это был чёрный диктофон размером с ладонь.

Зачем она его достала? Мы, не понимая, что происходит, были сбиты с толку.

«Я работаю редактором в одном журнале», — начала женщина.

«Журнал не очень известный. Хотя некоторые из вас, возможно, о нём знают».

Пламя свечей колышется.

«Июньский номер, который мы тогда готовили к выпуску, был запланирован как „летний спецвыпуск ужасов“, чтобы встретить лето».

Уголки губ женщины дрожат.

«Конечно, ужасы — не наша основная специализация. Поэтому мы решили собрать страшные истории и фотографии от наших читателей».

Словно от беспокойства.

«Откликнулось более тысячи читателей. Жуткие случаи из жизни, короткие рассказы, страшные иллюстрации и так далее. Собралось множество разных работ».

Женщина перевела взгляд на диктофон. Она смотрела на него, как на уродливого зверя.

Словно на что-то решившись, она сжала губы и подняла диктофон.

«…И среди этих работ. Был и этот диктофон».

Так началась её история.

* * *

«Не уходишь?»

«А. Ещё не закончила проверку».

«Я понимаю, что ты занята, но не засиживайся допоздна. Береги себя».

«Да…»

«Тогда я пошёл».

«Да, начальник. Спасибо за работу. Добирайтесь осторожно».

Когда начальник ушёл, я осталась в редакции одна.

В тёмном офисе ярко освещён был только мой стол. Я оставила включённой только лампу над своим местом.

Стол был завален присланными рукописями.

Белые стопки, беспорядочно наваленные друг на друга, были кладбищем бумаги.

Сев за стол, я невольно вздохнула. Работа, к которой я поначалу отнеслась с энтузиазмом, начала мне надоедать.

Когда я узнала, что темой следующего номера будет «летний спецвыпуск ужасов», я очень обрадовалась.

Я любила романы ужасов. Я не могла понять других редакторов, которые отнеслись к этому без энтузиазма.

Когда я вызвалась заняться отбором работ, мои коллеги вздохнули с облегчением.

«Ха-а…»

Однако просматривать каждую работу оказалось непростым делом.

К тому же, их количество превзошло все мои ожидания.

Я и представить не могла, что так много людей любят страшные истории.

«Так, посмотрим».

Я взяла со стола один из листов рукописи.

Уровень работ был разным. От историй, написанных, казалось, ребёнком, до довольно качественных рассказов.

Среди них были и такие, от которых по спине пробегал холодок.

Это, конечно, очень субъективное мнение, но мне кажется, что «страшность» текста и его «литературное качество» — это совершенно разные вещи.

Иногда от истории, написанной ребёнком, пробирал озноб, а качественный рассказ казался скучным.

Просматривая работы, я поняла. В страшных историях важны не писательское мастерство или композиция.

В жуткие истории было вплетено «нечто». «Нечто», что невозможно объяснить логически.

- Щёлк.

Пока я читала рукопись, ручка, лежавшая на столе, упала на пол.

Я наклонилась под стол, чтобы поднять её, и…

«…А?»

На полу лежала какая-то коробка.

«Что это?»

Я подумала, что это посылка, но на ней не было ни адреса, ни отправителя.

Судя по размеру и весу, это вряд ли была рукопись.

Вскрыв коробку канцелярским ножом, я обнаружила внутри диктофон.

Старомодный кассетный диктофон.

Это тоже присланная работа?

Если её не отправили по почте, значит, доставили лично в офис.

Кстати, я припомнила, как один из коллег что-то положил на мой стол.

Так это была эта коробка.

Такую маленькую коробку я, конечно, могла не заметить среди стопок рукописей.

Наверное, я так увлеклась работой, что даже не заметила, как она, вытесненная бумагами, упала на пол.

«Хм-м».

В пустой коробке без надписей лежал только диктофон.

Никаких объяснений. Это сухое и безликое ощущение показалось мне немного зловещим.

«Ну-ка, послушаем».

К тому же, от целого дня чтения страшных историй у меня разболелась голова.

Интересно, что на этой кассете?

Я нажала на кнопку воспроизведения.

И тут же, сквозь треск помех, раздался голос молодого мужчины.

* * *

(Воспроизведение)

«Здравствуйте, это О-пиди из подкаста „Хоррор-пия“!

Я сейчас нахожусь в Камчхоне, провинция Канвондо. Я приехал сюда, чтобы провести запланированное исследование заброшенного дома.

Обычно я бы вёл прямой эфир, но сегодня, к сожалению, пришлось сделать запись заранее.

Есть один журнал, который я с удовольствием читаю… и там, оказывается, принимают страшные истории.

Формат свободный, так что я решил отправить эту запись.

Конечно, монтаж обязателен, верно?»

- Бам!

«А. Звук закрывающейся двери надо будет вырезать. Вырезать, вырезать, вырезать.

…Вот я и на месте! Очень скромная деревушка.

Воздух чистый, небо ясное. Словно кадр из фильма! Идеальный пейзаж».

- Шаг, шаг…

«Сейчас я иду в сторону горы.

Этот заброшенный дом не очень известное место. Даже любители оккультизма, наверное, о нём не знают.

На самом деле, его и заброшенным домом назвать сложно. Это скорее „дом-призрак“».

- Шаг, шаг, шаг…

«Говорят, 20 лет назад этот дом сгорел дотла в результате поджога.

Остался только фундамент, всё остальное сгорело. Естественно, сейчас от него и следа не осталось.

Но… некоторые люди говорят, что видели этот дом.

Они утверждают, что видели дом, который исчез 20 лет назад.

Странно, правда? Увидеть дом, который сгорел дотла.

Поэтому его и называют домом-призраком. Сам дом — это и есть призрак».

- Стоп.

«Хм-м. Должно быть, где-то здесь.

Сейчас я вижу только деревья и камни. Деревня далеко позади.

Трудно представить, что в таком месте может быть дом…»

- Шорох.

«Ай! Чёрт! Напугала!»

- Шмыг.

«Тц. Этот крик надо будет вырезать. Вырезать, вырезать, вырезать.

…А здесь есть милая ящерица~! Чувствую себя в объятиях природы.

Куда ни посмотри, везде только зелень. Дома не видно… а?

…

«А. Хм. Странно. Здесь… действительно стоит дом.

Двухэтажный частный дом. Забора или ворот не видно.

На выцветших белых стенах вьётся плющ.

Похоже, дом довольно старый».

- Шаг-шаг…

«Припаркованных машин нет. Мелькают окна, но все они разбиты.

Вблизи атмосфера просто невероятная. Напоминает „Падение дома Ашеров“ Эдгара Аллана По.

Но не похоже, что он горел. Кроме мрачной атмосферы, он выглядит вполне целым.

Наверное, люди, видевшие этот дом, ошибочно принимали его за тот самый сгоревший 20 лет назад дом-призрак».

- Шорох.

«А. Только сейчас заметил, входная дверь приоткрыта.

Похоже, здесь никто не живёт».

- Скри-и-ип…

«Ох… только что дверь открылась.

Вышла девочка. Может, это жительница?

Она идёт ко мне».

<…Кто вы?>

«А, здравствуйте! Я О-пиди, ведущий подкаста „Хоррор-пия“!

Скажите, ученица, ваши родители дома?»

<Какая я вам ученица. Я мать.>

«А… а! Вот как! Вы так молодо выглядите, я и не подумал. Ха-ха…»

<Что вам нужно?>

«Дело в том, что я ищу заброшенный дом, который называют „домом-призраком“».

<Это наш дом.>

«…Что?»

<Люди так называют наш дом. „Дом-призрак“.>