Далия Гиллеспи внимательно наблюдала за происходящим, положив руку на плечо дочери, прикованной к инвалидному креслу. Смотря на Сайлент Хилл, она черпала силу из ужасающего существа, ожидавшего своего рождения внутри ее дочери. Ясновидческие способности Далии были ограничены. Она могла постичь лишь малую часть истинной силы, поэтому управлять всем происходящим в городе было ей не под силу, так что Далия сосредоточилась лишь на двух личностях — Алессе и Гарри.

Алесса была у озера и что-то замышляла. Далия хотела направить к ней Гарри. Хотя бы в этот раз у него все должно получиться. Он был бесполезным дураком, но очень удобным дураком.

— Какой никчемный человек, — пробормотала Далия, цокая языком от разочарования, увидев, как Гарри беспомощно стоит с поднятыми руками, когда Кауфманн навел на него пистолет.

Она не слышала их разговора. Ее способности не позволяли подслушивать, но это и не нужно было. Далия надеялась, что Гарри застрелит надоедливого Кауфмана и заставит его замолчать навсегда, однако и тут он потерпел неудачу.

— Не стоило ждать от такого неудачника хоть какой-то пользы, — рассмеялась Далия, жалостливо насмехаясь над ним.

Несмотря на свою никчемность, Гарри справился хотя бы с одной поставленной перед ним задачей. Он привел в город Шерил. За это Далия немного похвалила его. Ее магия подтолкнула Шерил приехать в Сайлент Хилл, но именно Гарри привез девочку в город. Благодаря ему она, наконец, сделала первый шаг, чтобы в конце концов исполнить свою мечту. Рассвет нового мира был уже близок.

Сердце забилось от волнения. Все перенесенные ею страдания наконец-то будут вознаграждены. Ее тело дрожало от предвкушения.

Далия выросла в страшной нищете. Ее семья ежедневно боролось за свое существование, а еды едва хватало на жизнь. Мама умерла молодой от изнеможения, вызванного тяжелой жизнью. После ее смерти отец ушел в запой. Далия не могла регулярно посещать школу, перебиваясь случайными заработками, чтобы заработать хоть какие-то деньги. Уже во взрослой жизни отсутствие образования не давало ей нормально жить. Из-за этого Далия устроилась барменшей, пока отец пропивал ее зарплату.

Застряв в городе, она не знала, как ей жить дальше. В отчаянии Далия связалась с одним из завсегдатаев бара и в итоге родила ребенка. Ее жизнь стала еще тяжелее, и она стала объектом презрения и предубеждения со стороны горожан. Никто не помогал ей. Чтобы укрыться от жестокого мира, Далия вступила в секту, в которой верили в древнюю веру, передаваемую из поколения в поколение.

— Боже, приди в этот мир и очисти его от глупцов, — горячо молилась Далия, сосредоточив свое внимание на Гарри.

Кауфманн больше не интересовал ее. Он был бесполезной пешкой. Рано или поздно его поглотит кошмар Алессы. Либо его сожрут чудовища, либо сам город. Кауфманн лишь придорожный камень на ее пути.

Тем временем Гарри бежал по курорту на берегу озера, отчаянно отбиваясь от преследующих монстров. Он направлялся к пристани, рядом с которой стоял маяк.

— Похоже, мне пора, — сказала себе Далия, собираясь уходить.

Она заметила женщину, гребущую на лодке к Гарри, но не придала ее появлению особого значения. Женщина была незначительной фигурой, затерянной в городском хаосе. Она никак не сможет повлиять на происходящее.

***

Направляясь к озеру, Гарри почувствовал будто пространство вокруг него дрожало. Он споткнулся, наблюдая, как улица под его ногами начала меняться. Асфальт начал превращаться в металлическую решетку, словно его что-то разъедало.

— Только не опять... — пробормотал Гарри.

Уже несколько раз с ним это происходило, но в этот раз все было иначе. Вместо того чтобы перенестись из реального мира в кошмар, теперь он словно сам стал частью кошмара. Ситуация становилась все хуже и хуже. Все инстинкты кричали ему, чтобы Гарри убирался из города как можно быстрее, но он не мог бросить Шерил один на один с ужасами этого города. У пристани, где швартовались прогулочные катера и рыболовные суда, Гарри заметил ярко освещенную лодку, в которой кто-то был.

— Сибил! Как ты сюда попала? — крикнул он, узнав офицера в лодке.

Она вздрогнула и повернулась к нему.

— Я переплыла через реку на лодке. Я увидела огни на корабле и подумала, что это ты, — ответила она.

— Лодка? Почему я сам не догадался ею воспользоваться?

Гарри посмеялся при воспоминаниях о всех трудностях, которые ему пришлось преодолеть, чтобы добраться туда.

— Я рад тебя видеть. Я волновался за тебя, — добавил он.

— Это я должна была сказать! Куда ты пропал? Как ты выбрался из той дыры в магазине?

Гарри почесал голову, хотя выражение его лица оставалось серьезным.

— Это будет тяжело объяснить... Тебе все это может показаться каким-то бредом, но прошу, выслушай меня.

— Хорошо, — сказала Сибил.

— Я уже упоминал, что этот город поделен на реальный и потусторонний мир. Потусторонний мир — это как другое измерение. Потусторонний мир медленно надвигается на город и скоро поглотит весь Сайлент Хилл. Пока что это отдельные очаги тьмы, возникающие то тут, то там, и должно быть, я попал в один из них.

— Гарри, подожди, я кое-что не понимаю. Что это за тьма и почему из-за нее город такой?

«Тьма... Скорее, чей-то кошмарный бред».

На мгновение Гарри подумал, что это его собственный кошмар, который приснился, пока лежит в коме в больнице, но у него не хватало духу произнести это вслух. К тому же, если бы он сказал что-то подобное, то выглядел бы как настоящий безумец.

— Послушай, я и сам, честно говоря, недопонимаю происходящее. Это всего лишь моя теория, — сказал Гарри, покачав головой.

— Тьма — это вотчина демона. Все это дело рук демона. Демона, замаскированного под девушку, — внезапно раздался голос, напугав Гарри и Сибил.

Двигаясь, словно тень в тумане, Далия Гиллеспи бесшумно вошла в каюту корабля.

— Я следила за ним. Демон дремал, пожирая людей и ожидая этого дня. Осталось еще две печати, чтобы завершить Метку Самюэля, которая соединит этот город с бездной, где обитает демон. Когда это произойдет, наступит конец света. Солнце сменит тьма, и землю заполонят мертвецы. Все будет поглощено адским пламенем, и все умрут! — провозгласила Далия с жуткой уверенностью.

Сибил от испуга направила пистолет на Далию. Гарри вытянул руку и опустил ствол пистолета.

— Далия, вы сказали мне, что мою дочь собираются принести в жертву. Это как-то связано с тьмой, царящей в городе? Она жертва для какого-то ритуала по вызову демона? И связано ли это как-то с наркоторговлей?

Далия кивнула.

— Останови девчонку, которая управляет монстрами, пока твою дочь не принесли в жертву. Останови демона, замаскированного под девчонку, пока не стало слишком поздно.

— Где этот демон? — спросил Гарри.

— Ей осталось начертить два Знака Самаэля. Один на маяке, а другой в парке развлечений. Я не знаю, куда она пойдет в первую очередь.

— Значит, нам нужно перехватить ее в одном из двух мест?

Гарри развернул голову и обратился к Сибил:

— Ты мне поможешь?

— Гарри, ты правда поверил ей? — слегка раздраженно спросила Сибил.

— У меня нет иного выбора, кроме как поверить ей. Пока что все ее слова были правдивыми, — ответил Гарри.

— Ладно. Если есть шанс спасти твою дочь, я согласна. Я пойду в парк развлечений, — пожала плечами Сибил.

— Тогда я пошел к маяку. Встретимся здесь позже, хорошо? — предложил Гарри.

— Поторопитесь, оба, — сказала Далия со зловещей улыбкой на лице, когда Гарри и Сибил вышли из лодки.

***

В спокойный солнечный день этот маяк был бы идеальной смотровой площадкой, откуда открывается панорамный вид на озеро с кучей рыбацких лодочек с парусниками и виндсерферами. Но теперь некогда обширное озеро, которое можно было принять за спокойное море, было окутано туманом и тьмой. Некогда живописное место превратилось в мрачный на вид пустоту. Гарри вошел в маяк, возвышавшийся на краю пристани, хотя большая часть его величия была поглощена тьмой.

Внутри винтовая лестница будто вела к границе земной атмосферы. Пока Гарри добрался до вершины, его ноги и мышцы начали болеть от усталости. Наконец он добрался до смотровой площадки с панорамными окнами, открывающей обзор на 360 градусов. Повсюду были разбросаны телескопы с монетоприемниками, но Гарри не желал осматривать достопримечательности. Поднявшись, он тут же замер. Пол помещения украшал огромный магический круг. Это была Знак Самаэля. В центре Знака стояла девушка. Ее нежное юное лицо казалось знакомым. Похоже, она тот самый демон, о котором говорила Далия.

«Останови ее!» — безумный голос Далии эхом отозвался в голове Гарри.

Но он медлил. Рукии Гарри дрожали, когда поднял ружье, и не мог заставить себя нажать на курок.

Девушка посмотрела на него своими ясными невинно-голубыми глазами. В них не было ни намека на злобу. Лишь глубокая печаль отразилась в сердце Гарри. Почему-то ее лицо поразительно напоминал лицо Шерил. Осознание этого затуманило разум. Через несколько лет Шерил могла стать такой же, как она.

— Ты... Ты демон? — слова застряли в его горле, когда опускал ружье.

Прежде чем Гарри успел еще что-либо сказать, тело девушки начало растворяться в окружающей темноте.

— Стой! — крикнул Гарри, протянув руку вперед, но поймал лишь воздух.

***

Сибил бродила по парку развлечений. Проходя под огромным колесом обозрения, она внезапно почувствовала острую боль в спине, будто ее укусила горная гадюка. На мгновение Сибил вспомнила документальный фильм, который когда-то видела по телевизору. Она никогда не сталкивалась с укусами змей. К тому же на севере США, вдали от джунглей Южной Америки, гадюк отродясь не было.

Что-то непонятное бежало по спине. Сибил обеими руками попыталась поймать, но так и не смогла. Странное ощущение переросло в сильный зуд, а затем в жгучую боль. Вскоре ее тело онемело, словно в тело ввели анестетик.

Вскоре сознание начало погружаться во тьму.

***

Прошло несколько минут, а Далия и Сибил так и не вернулись в лодку, где должны были встретиться. С каждой секундой тревога Гарри начала нарастать все сильнее, поэтому он решил сходить к парку развлечений. Ему казалось, будто его тело стало очень легким. Наверное, это связано с тем, что Гарри расстрелял почти все патроны. Как бы ни хотелось как можно быстрее добраться до парка развлечений, ему приходилось осторожно двигаться, чтобы избежать лишних встреч с монстрами.

Скоро в тумане постепенно проступили неясные очертания колеса обозрения. Гарри наконец-то добрался до парка развлечений. Он прошел мимо обезлюдевшей билетной кассы. Как только Гарри вошел на территорию парка, на его плечи навалилась тяжелая, гнетущая тьма. Некогда веселый пейзаж парка развлечений превратился в ржавую проволочную ограду.

«Конец близиться, как и сказала Далия».

Парк, всегда полный посетителей, стал совершенно безлюдным. Несмотря на зловещую тишину, Гарри показалось, что слышит слабый смех. Скорее всего, ему показалось.

Вжух

Просвистел ветер от американских горок. В этот раз Гарри уже более отчетливо услышал тихий, пронзительный смех, который с каждой секундой становился все яснее. Его глаза начали всматриваться в темноту, где начали материализоваться тени и неясные силуэты.

Это были маленькие детские фигуры, которые были настолько прозрачные, что Гарри мог видеть сквозь них. Смех становился все громче и веселее. Тени бегали, прыгали и игрались как дети. Гарри не мог избавиться от мысли, что это потерянные детские души, поглощенные тьмой Сайлент Хилла, не осознающие, что больше не принадлежат миру живых. Однако он не мог позволить себя зацикливаться на меланхоличных тревожных мыслях.

Не было понятно, враги ему эти тени или нет. Если они враждебны, тогда Гарри с ними не справиться, так как их слишком много. Неохотно он остановился у входа и стал наблюдать за ними. Одна из теней подошла к нему. Прежде чем Гарри успел отойти в сторону, она прошла сквозь него. Перед ним был самый настоящий призрак, и, похоже, они не представляли никакой опасности или, по крайне мере, пока что. Гарри продолжал идти вперед, осторожно проходя между играющими тенями.

— Сибил, — тихо позвал Гарри, не желая привлекать к себе внимание теней.

К этому времени она должна была добраться до парка, но парк был очень большим.

«Где она? Неужели она нашла демона?»

Гарри был точно уверен, что Сибил не застрелит девочку, едва увидев ее. Сибил с самого начала с подозрением относилась к словам Далии и не приняла ее слова за чистую монету. Гарри гораздо сильнее беспокоило, удалось ли Сибил поймать девочку. Ему казалось, что эта девочка сможет привести его к Шерил. С этой надеждой его решимость оставалась непоколебимой.

Впереди показалась карусель. Ее некогда веселые деревянные лошадки замерли и погрузились во тьму. Когда луч фонарика Гарри скользнул по карусели, он увидел фигуру, сидящую боком на одной из лошадок, прижавшись к шесту.

Это была Сибил. Ее глаза были широко раскрыты и пустым взглядом смотрели в затуманенную даль.

— Сибил?! — Гарри, забеспокоившись, поспешил к ней.

Луч фонарика освещал ее бледное, как у мертвеца, лицо. Когда она прищурилась от света и повернулась к Гарри, ее холодный и бесчувственный взгляд словно был направлен на незнакомца или, что еще хуже, на врага. Сибил слезла с лошади. Ее движения были пугающе медленные. Рука Сибил потянулась к талии, доставая пистолет из кобуры. Она вытащила пистолет и направила его прямо на Гарри.

— Почему, Сибил... — слова Гарри прервал оглушительный звук выстрела.

Он замер, а тело окаменело от шока, когда пуля из пистолета просвистела мимо, едва попав в цель. Гарри избежал ранения лишь потому, что Сибил толком не прицеливалась.

Враждебность в ее глазах казалось пустой. Ее медленные движения создавали впечатление, будто ею кто-то управляет, и кукловод еще не до конца привык к телу девушки. С помощью ружья можно было бы легко убить ее, но Гарри не мог заставить себя выстрелить в Сибил.

Пока он бежал, пуля отрикошетила от земли у его ног. Гарри побежал в другую сторону и остановился, оценивая ситуацию. Он не мог убить Сибил, но и оставить в таком состоянии тоже не мог. Ее поведение напоминало медсестер и врачей из больницы Алхемилла.

«Может ею тоже управляет паразит?»

Вот только на спине Сибил не было верблюжьего горба. Что еще важнее, рядом с ней не исходил белый шум из радио. Похоже, паразит еще не полностью захватил ее тело, а значит, она все еще человек. Понимание этого лишь усложняло ситуацию. Нужно было что-то делать, но что именно?

Гарри крепко сжал винтовку ладонями, влажными от пота. Капли пота стекали по лбу. После нескольких секунд раздумий Гарри сделал свой выбор. Он осторожно прислонил ружье к одной из ближайших деревянных лошадей. Фонарик, приклеенный к стволу, слабо светил туда, откуда пришел. Гарри спрятался за одной из лошадей. Размеренные, лишенные живости шаги Сибил эхом разносились по полу. Она шагнула под луч света, подняв пистолет. Выстрел разрезал воздух, но не достиг цели.

За ним последовал еще несколько выстрелов.

Щелк

«Значит у нее закончились патроны в пистолете».

Щелк

Что бы ни контролировало Сибил, оно продолжало бездумно нажимать на курок, не понимая, что патронник пуст. В этот момент Гарри резко выскочил из своего укрытия.

— Прости, Сибил, — сказал он, ударив ее в солнечное сплетение.

Сибил издала короткий стон и рухнула на пол, не в силах пошевелиться. К ее шее присосалось какая-то пиявка, напоминающая гротескную версию раздувшегося клеща. Пиявка была гораздо меньше, чем были у медсестер и врачей, с которыми сталкивался Гарри. Похоже, он был в стадии личинки.

«Флаурос это сила, что сокрушает стены сумерек и преграждает путь обидам», — слова Далии, всплыли в голове Гарри.

Он засунул руку в карман куртки и вытащил предмет в форме пирамиды и бутылочку с красной жидкостью. Пирамидку ему дала Далия, но Гарри понятия не имел, зачем она ему нужна. Он посмотрел на другой предмет, который так бережно хранил Кауфманн.

«А вдруг поможет против паразита? Что же делать?»

Иного выбора не было. Быть или не быть. Гарри открыл бутылку и осторожно вылил красную жидкость на шею Сибил. Если это не сработает, ему придется...

— Ай!

Лицо Сибил исказилось, а брови нахмурилось. Она согнулась от боли, но это не ее собственная боль, а ощущение, переданное паразитом. Тело маленького существа билось в конвульсиях и пульсировало, яростно дрожа. Крик вырвался из уст Сибил.

Монстр, который так крепко вцепился в нее, отцепился от ее шеи, извиваясь. Как скользкий моллюск, он пополз по полу и скрылся за пределами карусели. Гарри решил не добивать умирающего монстра, поскольку сама мысль об этом у него вызывала отвращение. Вместо этого он обратил внимание на Сибил.

— Эй, Сибил, возьми себя в руки!

Сибил едва приоткрыла глаза. Ее лицо было ошеломленным.

— Гарри, что только что произошло?

— Ничего особенного. Теперь все в порядке.

— Я гуляла по парку развлечений и вдруг...

— Ты пока не разговаривай. Сядь, отдохни.

Посадив Сибил, Гарри встал и посмотрел на карусель. Он почувствовал, что кто-то появился. В окружении темноты стояла девушка. Хоть Гарри и не светил на нее фонариком, но видел ее словно днем.

«Все таки она не человек. Но правда ли она демон, о котором говорила Далия?»

 Гарри взял в руки ружье и заговорил с ней:

— Я так и знал, что ты появишься.

Он сошел с карусели и медленно подошел к девушке.

— Мне плевать, что ты собираешься делать. У меня только один вопрос. Где моя дочь? Ты знаешь, где Шерил?

Девушка молчала и смотрела прямо на него. Ее взгляд говорил о тех вещах, которые Гарри не мог понять. Теперь она стояла прямо перед ним. Он не отпустит ее, не получив ответа. В ответ девушка подняла руку и пальцем указала на него.

«Что?»

Сила, вырвавшаяся из пальца девушки, отбросила Гарри назад. Он упал на землю, ударившись о металлическую сетку, покрывавшую землю. Ощущение было такое, будто ударил сильный ветер. Но Гарри не сдавался. Ему нужно было как можно быстрее найти свою дочь. Он поднялся на ноги и снова побежал к ней, но его снова отбросило назад. Ощущение было такое, словно барьер, защищающий девушку, отталкивал любого, кто пытался подойти.

— Черт! — пробормотал Гарри, прикусив губу.

Его глаза смотрели на девушку со смесью гнева и отчаяния. Растущая ненависть к ней была отражением его любви к своей дочери. Казалось, будто тьма пробивалась в его сердце. В ответ на его эмоции что-то начало светиться.

Из кармана его курки начал исходить таинственный свет. Гарри вытащил из кармана пирамидку. Она выскользнула из рук и поднялась в воздух. Пирамида начала вращаться, и из каждой ее грани вырывались лучи света, пронзив девушку. С криком она рухнула на землю. Со стороны раздался громкий торжествующий смех.

— Сила магического Флауроса разрушила барьер!

Из ниоткуда пришла Далия Гиллеспи с победоносной улыбкой на лице.

— Наконец-то мы встретились, Алесса.

— Алесса?

Далия обратилась к ней с такой фамильярностью, словно обращалась к собственному ребенку. На одну секунду она посмотрела с легкой нежностью, а затем с переполненной злобой. Далия грубо схватила Алессу за шиворот и подняла ее.

— Поигралась и хватит. Пора идти домой.

— Мама, отпусти! Уйди от меня! Нет! Нет!

Алесса всем своим телом сопротивлялась.

«Мама?» — Гарри был в замешательстве.

— Что происходит? Она твоя дочь? Разве это не демон, который похитил Шерил?

Далия проигнорировала его вопрос, даже не взглянув на него. Она подняла руку, указывая на него пальцем. Сила, исходящая из пальца, заставила Гарри замолчать.

— Мама не знала, что ты настолько выросла. Ты пыталась спастись от проклятия, создав Печати Метатрона по всему городу. Из-за силы барьера, защищающего твою душу, я не смогла бы поймать тебя в одиночку. Другая часть тебя обратилась за помощью к этому мужчине, и так у меня появилась возможность. Чтобы ты ни делала, ты все еще маленькая девочка. А теперь пойдем. Тебе предстоит стать Святой Матерью, — сказала Далия, зловеще улыбнувшись Алессе.

Далия скрылась во тьме, таща за собой дочь.

— Стой!

Освободившись от невидимых пут, Гарри попытался пойти за ними, но его внезапно охватило головокружение, а зрение исказилось.

— Гарри? — донесся откуда-то издалека голос Сибил.

Кажется, она оправилась от паразита. Собрав все свои силы, Гарри произнес в ответ:

— Сибил, госпиталь Алхемилла...

***

Гарри так и знал, что очнется в больничной палате. Каким-то неописуемым образом в одно мгновение он оказался здесь. Лиза, как обычно, была рядом с ним, но сейчас стала еще бледнее, чем прежде. Она обратилась к нему тихим, печальным голосом:

— Гарри... С нашего последнего разговора одна твоя фраза не давала мне покоя... У меня такое чувство, будто она застряла где-то в глубине моего сознания, и я никак не могу избавиться от нее. Хоть я и была очень напугана, но все равно спустилась в подвал. Там я почувствовала себя странно... У меня было ощущение, будто здесь когда-то была и в то же время нет. Гарри, помоги мне. Мне так страшно. Я не вынесу этого.

Лиза прижалась к Гарри, дрожа от страха. Слезы текли по ее щекам. Гарри нежно обнял ее.

— Что случилось, Лиза?

— Кажется, я понимаю, почему погиб весь персонал больницы, а еще жива...

Ее слезы начали приобретать цвет крови.

— На самом деле я не жива. Я такая же мертвая, как они, просто я этого не заметила.

Из трещины на лбу хлынула кровь. Несколько струек алой крови покрыли лицо Лизы.

— Лиза! — Гарри ахнул.

Прекрасные голубые глаза Лизы почернели, словно сгнили. Ее некогда полные щеки впали, как у старухи, превратив ее лицо в скелет. В панике Гарри оттолкнул от себя Лизу.

— Останься со мной, Гарри... Пожалуйста... Мне так страшно... Помоги мне... Спаси меня...

Она снова попыталась прижаться к нему, но Гарри тут же выбежал из смотровой и закрыл за собой дверь. Он застыл, прижавшись спиной к двери.

— Пожалуйста... Гарри...

По ту сторону двери Гарри слышал горестные рыдания Лизы, полные глубокой боли. Она навсегда ушла. Ее мертвый дух остался запертым здесь, не имя возможности покинуть больницу.

Гарри вспомнил веселую улыбку Лизы, когда они впервые встретились. Тогда она казалась прекрасной девушкой. Но Гарри не был священником и не мог спасти ее душу. Даже пуля не смогла бы спасти Лизу. Бессилие Гарри обратилось к Далии Гиллеспи. Он не мог устоять перед соблазном обрушить на нее свой гнев, так как она обманула его.

«Так Алесса на самом деле не демон. Настоящим демоном была Далия. Значит, мною манипулировали, чтобы помочь ей поймать сбежавшую дочь. Тогда, возможно, Шерил пленница Далии. Ее и Алессу собираются принести в жертву как часть темного ритуала».

У Гарри мелькнуло неприятное подозрение.

«А, может, Далия причина всех странных событий в Сайлент Хилле и из-за нее Лиза стала такой?»

Впервые в жизни Гарри захотел какого-то убить. Темная жгучая ненависть закипела в нем. Он хотел воздать Далии за все ее зверства и жестокость. Гарри тонул в тяжелой, удушающей ярости. Однако воспоминания о покойной жене вытащили его из этой тягучей тьмы. Ее нежной улыбка, когда она перед смертью лежала на больничной койке, всплыла перед его глазами.

— Забудь о ней, — прошептала она.

Позже Гарри понял, что это была ее просьба позабыть о личной мести, которая поглощала его. Это осознание позволило ему направить свой гнев во благо. Нужно написать книгу, в которой он разоблачит все произошедшее в городе. Ободряющая улыбка Джоди успокаивала его, прося сосредоточиться на спасении Шерил.

Когда сердце Гарри успокоилось, рыдания в смотровой тоже стали тише.

«Разве мертвые могут устать до изнеможения?»

Он надеялся на то, что Лиза обретет хоть немного покоя. Гарри молча помолился за ее душу и пошел дальше.

Коридор на первом этаже был почти разрушен. Сетчатые панели обрушились, открыв зияющую пропасть. Из смотровой комнаты оставался только один путь. Двери лифта были широко распахнуты, словно маня его своей потаенной злобой. Даже если это ловушка, Гарри был готов шагнуть в нее. Он был убежден, что ответ на все его вопросы и ключ к спасению Шерил находится где-то в госпитале Алхемилла. С этой мыслью Гарри сделал глубокий вдох и вошел в лифт.

Тьма, о которой говорила Далия, начала еще сильнее поглощать город. Больница теперь выглядела совсем не так, как в прошлый раз. Когда лифт открылся, перед Гарри предстал коридор с кучей серых дверей. Стены и сетчатый пол оказались опалены огнем и обратились в пепел. Разложение становилось все сильнее, убивая этот мир.

Более того, сама структура больницы изменилась. У Гарри сложилось впечатление, что это место на самом деле искаженная версией реальности. Вся больница оказалась переполнена извилистыми коридорами. Неожиданно для себя, спустившись в подвал, Гарри внезапно оказался в классе начальной школы Мидвича и был крайне удивлен. В комнате стоял всего один стол, весь исписанный злобными надписями на подобии «Умри» и «Ведьма».

На полу лежали старые пожелтевшие газетные вырезки. Однако один заголовок привлек внимание Гарри.

Сгорело шесть домов. Было обнаружено обгоревшее тело семилетней Алессы Гиллеспи.

«Алесса умерла в семь лет?» — в замешательстве был Гарри.

Девушку, которую он видел, была подростком, а не семилетним ребенком. Гарри чувствовал, будто попал в совершенно иной мир. Голова начала кружиться. Вся больница пребывала в полном хаосе. Вокруг него происходили вещи, которые чисто физически не могли случиться, но чье-то воображение вполне могло такое создать.

«Может все это плод чьих-то мыслей? Может, вся эта тьма лишь чей-то кошмар?»

Мысль, которая так тревожила Гарри, снова всплыла в голове.

«Неужели все это всего лишь кошмар, который увидел после автокатастрофы? Нет. Я просто пытаюсь найти хоть какое-то оправдание тому, что происходит перед мной. Это моя слабость, вызванная нежеланием смотреть правде в глаза».

Ругая себя, Гарри продолжал идти, блуждая по лабиринту больницы и осматривая каждую палату. Одна палата особенно выделялась. Это было тесное помещение без окон, с единственным столом в углу. С потолка свисала лампочка. Посветив фонариком, Гарри почувствовал, как по спине пробежал холодок.

Все это казалось каким-то безумием. Стены и пол были покрыты символами и ругательными словами, похожие на те, что были нацарапанными на парте в классе. В замкнутом пространстве царила гнетущая атмосфера, которая еще сильнее давила благодаря грубыми словами на стене. Ощущение, будто здесь надолго заперли психически неуравновешенного пациента. Но правда ли это настоящая палата?

И тут Гарри осенило.

«Что если эта больница чье-то творение? Может, это сплав реальности и сна, наложенных друг на друга. Эта комната будто отражает чье-то душевное состояние».

Вздрогнув, Гарри направил фонарик в угол комнаты. И тут его уши услышали рыдания. В комнате, которая казалось абсолютно пустой, стояла девочка, съежившись под столом.

 — Алесса? — позвал Гарри ее.

«Нет, эта девочка младше ее. А может это...»

— Шерил?!

Девочка исчезла. Она не ответила, не обернулась и просто исчезла. Гарри моргнул.

«Показалось?»

Гарри выглянул в коридор, но ее там не было.

«Надо поискать в других комнатах».

Сухой металлический звук эхом разнесся по коридору, затянутому сеткой. Гарри явно был не один.

«Может это медсестра или врач?»

Потрескивание стало громче. Гарри в панике стал быстро пробовать открывать двери в коридоре одну за другой, пока одна из них не открылась.

В палате был телевизор. Хотя телевизор это обычное дело в больничной палате, но найти его, подключенный к видеомагнитофону, было не так уж и просто. Вероятно, это была VIP-палата. Телевизор и видеомагнитофон были включены, а видеокассеты была вставлена. Создавалось впечатление, будто хозяин этого кошмара хочет ему что-то показать. Не раздумывая, Гарри нажал на кнопку воспроизведения.

Похоже, это был личный видеодневник. Знакомый голос принадлежал женщине, которая сидела в кресле, склонив голову. На экране была Лиза.

— Почему? У нее необычайно высокая температура. Она не просыпается и дышит благодаря капельнице.

...

— Большая часть ее кожи полностью обгорела! Сколько бы я ни меняла повязки, кровь и гной почти сразу начинают сочиться! Почему она не умирает?

«Сгорела?»

Гарри вспомнил, как Лиза упомянула, что Далия потеряла ребенка в пожаре.

«Заголовок в газете... Статья о смерти Алессы... Может ли быть так, что якобы мертвая Алесса тайно проходила лечение в больнице? Зачем?»

— Я больше не могу. Я умоляла отстранить меня от ее лечения. Все это так странно. Она еще жива, но ее раны не заживают.

...

— Я сказала врачу, что увольняюсь. Я больше не могу работать в этой больнице.

Гарри тут же вспомнил о докторе Кауфманне. Будучи директором больницы, он мог тайно кого-нибудь лечить.

— Из крана в ванной течет кровь и гной. Я не знаю, как это остановить.

...

— Меня тошнит. Меня так сильно вырвало, что ничего не осталось. Даже желчь вся вышла.

...

— Я больше так не могу. Я никому не расскажу. Я обещаю, так что, прошу...

...

— Мне нужны наркотики.

...

— Кто-нибудь... Пожалуйста...

...

— Помогите мне...

Ее последние слова были едва слышны, а голос стал хриплым и слабым. Видео создавало впечатление, что Лиза пристрастилась к каким-то наркотикам. На экране ее бледное изможденное лицо исказилось от боли, прежде чем она потеряла сознание и исчезла из кадра. После этого камера продолжала снимать стену комнаты, пока запись не закончилась кучей помех.

«Эта запись того, как умерла Лиза? Но зачем мне это показали? Что пытался этим сказать хозяин кошмара?» — Гарри охватило тяжелое, гнетущее чувство.

Нет, тут дело не в самой Лизе. Хозяин хочет, чтобы он узнал о ребенке, о котором говорила Лиза.

Ребенке, тело которого было сожжено.

Ребенке, которого пытались спасти в больнице.

Ребенке, который явился ему в облике молодой девушки.

Ребенке, который назвал Далию мамой.

«Так это Алесса, хозяйка этого кошмара?»

Пройдя через лабиринт из лестниц, Гарри, наконец, оказался на первом этаже. Комната в дальнем конце коридора отличалась от странного склада, который он видел раньше. Это пространство было совершенно иным, непохожим на больницу. Перед ним предстала детская спальня.

Войдя, Гарри почувствовал что-то похоже на дежавю, но не было им. Он был совершенно ошеломлен, будто вернулся из кошмара домой. Комната была точной копией спальни Шерил. Кровать, письменный стол, книжная полка, коллекция бабочек на стене. Даже одежда в шкафу была такой же. На полу валялись страницы из альбома Шерил.

Слезы навернулись на глазах Гарри. Знакомые запахи в комнате вызвали шквал эмоций, вызванных воспоминаниями о дочери, смешавших горе с тоской. Он упал на пол, безудержно рыдая. Некоторое время Гарри лежал, а плечи дрожали от горя. Сквозь затуманенное слезами зрение он заметил синее платье, висевшее на стене. Оно было точно такое же, как у Алессы, но несколько меньше. Платье идеально подошло бы семилетней Шерил, но Гарри не помнил, чтобы когда-либо покупал его.

Немного успокоившись, Гарри заметил и другое несоответствия. Он встал и решил перепроверить. Там, где было окно, выходящее на задний двор, была ржавая стальная дверь. Казалось, будто оно скрывает какую-то темную тайну. Гарри со скрипом открыл дверь.

За дверью подул порыв ветра. Гарри почувствовал его давление, но волосы, куртка и брюки не шевелились. Это был ненастоящий ветер, а тот, что проносился сквозь его разум. Ветер вызвал поток мыслей. Хаотичный вихрь эмоций, захлестнувший все его чувства.

— Все идет по плану. Он спрятан в ее утробе.

В голове Гарри пронеслись странные образы. В них он увидел Далию Гиллеспию, разговаривающую с тремя мужчинами в больничной палате, в которой лежала фотография Алессы в рамке. Алесса лежала в постели, окруженная мужчинами. Одним из них был доктор Кауфманн.

— Но это еще не все. Половина души потеряна. Без нее семя будет лежать в бездействии. То, что осталось от души, спряталось глубоко в сознании и цепляется за семя.

— Девчонка правда решила помешать рождению бога?

— Должно быть, она освободила половину своей души, чтобы спастись от неминуемой гибели. Если та, кому суждено стать святой матерью, умрет, тогда бог не родиться. Но она заперта в теле, в котором невозможно умереть.

— Значит, она нам больше не нужна?

— Нет, нет. Она лишь пытается тянуть время. С нашей помощью мы сможем высвободить ее силу. Поверьте мне, я не нарушу обещание.

— Будем надеяться. Что насчет PTV?

— Все уже сделано.

— Не предай нас.

— В этом состоянии мы едва сможем извлечь ее силу. Она будет почти нулевой. Нам нужно найти недостающую часть души. Мы воспользуемся одним заклинанием, и улетевшая душа вернется.

— Но это займет некоторое время.

— Создания рая дело не быстрое.

Разговор ясно показал, что Далия и Кауфманн были тесно завязаны в наркоторговле. Гнев Гарри по отношению к Кауфманну вспыхнул с новой силой, но больше всего его переполняло отвращение к Далии. Ее улыбка была настолько холодной, что Гарри стало не по себе. В глазах Далии была ни толика заботы, ни любви к своей дочери. У нее был взгляд как безумного ученого, изучающего подопытного.

«Неужели она добровольно подвергает своего ребенка воздействию черной магии?»

От этой ужасающей мысли по спине Гарри пробежали мурашки. Внезапно его охватила острая боль и показалось новое видение.

— Мама! Здесь очень жарко, мама! Мама, пожалуйста, помоги мне!

Пламя охватило весь дом. Крики Алессы эхом раздавались в его сознании. Ее кожа покрылась волдырями и горела. Гарри так остро ощущал ее страдания, будто они были его собственными. Обжигающие прикосновения прижало его к земле, заставляя корчиться в муках. Воспоминания заполонили разум Гарри, грозя свести с ума.

— Мне нужно выбраться отсюда!

Отчаянно пытаясь избежать мучений, Гарри попытался уйти, но его дезориентированный разум не мог отличить переднюю часть от задней и не мог найти дверь, в которую вошел.

— Папочка! Папа, сюда! — окликнул его голос.

Это был голос Шерил. Прохладный успокаивающий ветерок развеял хаос и боль, бушевавшие в голове Гарри. Он вспомнил свою первую встречу с Шерил, когда та была невинным улыбающимся младенцем.

— Бедняжка... Кто тебя бросил здесь?

— Какая теперь разница. Но, глядя на такого прекрасного ребенка, у них наверняка были на то свои причины.

— Однако оставить ее вот так, на улице... Хорошо, что мы ее нашли.

— Мне кажется, это не случайность, а судьба.

— А?

— Бог ниспослал нам ее.

— Из твоих уст это звучит неожиданно.

— Может, вместе вырастим ее?

— Конечно. Я хочу вечно держать ее и никогда не отпускать.

Голоса принадлежали Гарри и его покойной жене Джоди. Из-за болезни Джоди не могла родить ребенка, поэтому по выходным они гуляли и путешествовали. Семь лет назад они вместе нашли Шерил, брошенную возле кладбища.

«Почему воспоминания Алессы перемешались с воспоминаниями Шерил?»

Пошатываясь, Гарри решил облокотиться о стену. Его спасла дочь, которую он собирался сам спасти.

«Спасибо», — прошептал Гарри Шерил в своем сердце.

— Ты спасла меня, а теперь моя очередь. Папа скоро придет за тобой. Подожди меня.

Гарри продолжал идти по коридору, который вновь был покрыт обычными досками, а не сеткой. Тьма рассеялась, и он оказался в самом обычном здании. Впереди, на лестничной площадке он увидел спорящих мать и дочь.

— Нет! Я не буду!

—Делай, как тебе говорят! Я хочу, чтобы ты одолжила мне немного своей силы. Одолжи ее своей мамочке. Это все, о чем я прошу.

— Я не буду!

— Это ради твоего же блага. Ты будешь счастлива. Разве ты не хочешь показать всем остальным, что они ошибались?

Это была Далия и юная Алесса. Гарри понял, что это всего лишь иллюзия. Он наблюдал, как школьники издевались над Алессой. Они называли ее ведьмой, вырезали оскорбления парте, плевали в еду, тыкали в нее карандашами и обливали грязной водой.

— Если ты станешь Святой Матерью, невестой Божьей, никто не будет над тобой издеваться. Они перестанут относиться к нам как к изгоям.

— Мне хорошо просто жить с тобой, мама. Мне больше ничего не нужно. Прошу, пойми меня...

Далия вздохнула, раздраженно глядя на Алессу.

— Ладно... Я ошибалась.

— Ты меня поняла?

— Да, я поняла. Почему я раньше не заметила этого раньше? Тот, у кого достаточно силы для воскрешения, прямо здесь! Я должна сделать все сама!

— Мама?!

Алесса посмотрела на Далию в полном замешательстве, но улыбка Далии светилась фанатичным рвением. Иллюзия исчезла. Тьма вернулась, и Гарри обнаружил, что спускается будто по бесконечной лестнице. Вскоре перед ним появилась зловещая дверь.

Наконец Гарри добрался до сердца кошмара и всей окружающей тьмы, которая поглотила город.

***

За дверью мерцали свечи на канделябрах. Несколько свечей окружали магический круг и девушку в центре него. Перед Гарри предстала знакомая сцена из школьной котельной. Девушка была пристегнута к инвалидному креслу с кляпом во рту и в смирительной рубашке. Рядом с ней...

Зловонный смрад зла заполонил комнату, обжигая горло и ноздри Гарри. Было ощущение, будто легкие вот-вот сгниют. Клаустрофобия усилилась, и его охватило желание бежать. Но все же что-то тянуло его к центру комнаты, словно затягивало в бездну.

— Ого! Подумать только, ты правда смог добраться! — Далия Гиллеспи, стоявшая в круге свечей, поприветствовала его лукавой кривоватой улыбкой.

Хоть она и удивилась появлению Гарри, но в ее голосе не было ни капли потрясения. Ей было весело. Гарри навел на Далию ружье.

— Где Шерил? Что ты с ней сделала?

— Ты так ничего и не понял, даже после стольких встреч с ней?

— О чем ты?

— Разве ты не видишь? Она прямо перед тобой.

Далия кивнула в сторону центра круга. Там были две девочки. Одна была пристегнута к инвалидной коляски, а другая стояла рядом, и ее выражение лица было лишено всякой жизненной силы. Гарри не совсем мог осознать происходящее. Обе девочки были явно старше Шерил. Та, что сидела в инвалидном кресле, выглядела изможденной, а ее лицо было до страшного бледным. Она не была похожа на его дочь. А рядом с ней явно была Алесса.

— Мне уже не до шуток!

— Разве я, слуга Божья, когда-нибудь шутила?

— Ты опять врешь!

— Я никогда не лгала. Я просто не все тебе рассказывала. Ты просто поспешил с выводами.

— Ты настоящий демон!

— Те, кто отрицают нашего Бога, самые настоящие демоны. Алесса пыталась убежать, отвергая свою судьбу.

— Что ты с ней сделала? Она же твой родной ребенок!

— Она была рождена, чтобы стать Святой Матерью. В ней течет моя кровь. С рождения у нее была необычайная сила, гораздо более могущественная, чем моя. Именно поэтому она была избрана, чтобы родить Бога и создать новый мир.

Далия погрузилась в самодовольный экстаз и будто обращалась к невидимой аудитории. Будучи окруженным тьмой, Гарри показалось, что слышит гул бесчисленных голосов и грохот аплодисментов. Слыша это, по его спине пробежали мурашки.

«Бог, о котором она говорит, наверняка на самом деле злобное божество. Неужели Далия готова принести ему в жертву собственную дочь? Похоже, она вместе с Кауфманном хотят использовать Алессу в каком-то безумном ритуале, связанном с черной магией».

Гарри стало не по себе. Из всех знакомых преступлений это было самое страшное.

«Это какое-то безумие!»

— Но Алесса все же сбежала. По собственной глупости она отвергла ощутить радость рождения Бога и использовала свою божественную силу, чтобы забросить свою душу куда подальше, спрятав ее в другом теле и взяв себе другое имя. Прошло семь лет. Но наш культ был терпеливым, накладывая на нее свои чары и ожидая ее возвращения. И вот, наконец, настал этот день. Бог скоро родиться.

— Постой! Спрятав в другом теле? Взяв другое имя? Ты хочешь сказать, что Шерил... — голос Гарри был переполнен гневом.

— Ты такой тугодум! Ты только сейчас понял? — насмешливой рассмеялась Далия.

— Вот ты тварь!

«Душа Алессы отделилась от тела и стала Шерил? Бред какой-то!» — не мог поверить Гарри.

Когда ярость начала сотрясать его тело, он начал кое-что понимать. Шерил, которую он любил и воспитал, была замешана во всем этом заговоре с самого начала.

— Душа вернулась в Алессу. Она скоро родит Бога и станет Святой Матерью, спасительницей этого мира! Мир переродиться, и все освободятся от своих страданий! Все грехи будут смыты и наступит Рай Божий!

Пока Далия скандировала мерзким резким голосом, произошло нечто невероятное. Двух девушек окутал странный свет, и они начали сливаться. Фигура Алессы мерцала, словно мираж, сливаясь с телом девушки в инвалидной коляске и растворяясь в ней. Злоба Гарри рассеялась. Его намерение убить Далию исчезло, так как был сбит с толку происходящим. Он опустил винтовку. Гарри в оцепенении и изумлении наблюдал за происходящим перед ним. Он даже не заметил, как к ним подошел еще один человек.

— Рай божий? Неужели этот мертвый город для тебя рай? Что за идиотская шутка?! Ты меня использовала! — закричал Кауфманн.

— Ты...

Гарри навел винтовку на Кауфманна. Хоть он и в сговоре с Далией, но, похоже, сейчас они не в ладах. Гарри понимал, что лучше не терять бдительность. Кауфманн злобно посмотрел на Гарри.

— Ты собираешься ее защищать? Эта полоумная семь лет издевалась над собственной дочерью, чтобы воплотить свой безумный план. Благодаря ей Алесса застряла в собственном кошмаре, и Сайлент Хилл превратился в ад на земле.

— Но ты же все равно помогал мне! — усмехнулась Далия, — Когда культ предложил тебе контролировать наркоторговлю, ты с радостью согласился, виляя хвостом. Ты зашел так далеко, что стал подделать свидетельства о смерти и готовить тела. Ты подсадил медсестру на ПТВ, сохранив свои руки чистыми.

— Заткнись!

Кауфманн нажал на курок пистолета. На мгновение комната озарилась призрачным синим цветом, а затем на груди Далии расцвело красное пятно. Она рухнула на пол, но рана была не смертельной.

— Какой же ты дурак. Убив меня, ты уже ничего не изменишь. Слишком поздно, — усмехнулась она, ощущая неприятную боль.

В ответ Кауфманн ухмыльнулся.

— Да ладно? Думаешь, у тебя все под контролем? Тогда давай проверим!

Он вытащил тот самый маленький красный пузырек, который был спрятан в мотоцикле. Глаза Далии расширились.

— Аглофотис?! Я думала, что избавилась от него!

— Похоже, ты не меньшая дура. Думаешь, я пришел бы к тебе без запасного плана? Все закончиться прямо здесь и сейчас!

Кауфманн откупорил флакон и вылил красную жидкость на девочку в инвалидной коляске.

— Нет! Не делай этого! — закричала Далия, и ее лицо исказилось от злобы.

— Получай! С демоном внутри нее покончено. Твоя мечта не исполниться! — усмехнулся Кауфманн.

Но тут же его торжественная улыбка быстро померкла, а свет вокруг девушки становился все ярче и ярче. Из этого сияния что-то выползало.

— Она же должна была изгнать демона, верно? — спросил Гарри, все еще глядя на девушку.

Ошеломленный Кауфманн слегка кивнул в ответ.

— Да, так должно было произойти, но что-то пошло не так...

Аглофотис, способный убить демона, должен был быть козырем в рукаве Кауфманна. Гарри сам видел эффект от него, когда использовал ее на Сибил.

«Почему он сейчас не подействовал? Может быть, демон в теле девушки настолько силен, что его недостаточно?»

Гарри начал искать свой флакон с красной жидкостью.

«Если вылить еще немного, может получиться спасти Алессу, как и Сибил?»

Но было слишком поздно. Прежде чем Гарри успел что-либо предпринять, свет вокруг девушки взорвался, словно сверхновая, задув все свечи в комнате. Гарри и Кауфманн прикрыли свои глаза от ослепляющего света, чувствуя, как странная сила пронзает их тела, когда взрывная волна прошла мимо. Свет померк, и над ними возникло нечто странное. Клубящаяся масса черных густых как смола, облаков сгустились под потолком. Они сверкала молниями, тускло освещая комнату.

В центре магического круга стояла устрашающая фигура. У него было человекоподобное тело, но с гротескным лицом и рогами, торчащими изо лба, а также с копытами вместо ног. Из спины торчали крылья. Переплетение кожи, перьев и перепонок были как у насекомых. Все это не поддавалось никакой логике.

«Демон...»

— Это Бог, о котором говорила Далия? — пробормотал Гарри.

— Нет. Это всего лишь низший демон... Мой Бог гораздо величественнее... — с горечью ответила Далия.

— Низший демон? — ошеломленно произнес Гарри.

План Далии явно провалился, но существо перед ним все еще оставалось ужасающей тварью. Аглофотис прервал ритуал, но не был достаточно силен, поэтому они остались один на один с чудовищным монстром.

Кауфманн в ужасе начал медленно отступать, прежде чем развернулся и убежал прочь. Однако демон был против этого. Молния пронзился воздух и угодила прямо перед Кауфманном, преграждая ему путь. Следующая молния угодила в Далию. Женщина, призвавшая демона, была сожжена заживо молниями. Творения пожрало творца.

Гарри понимал, что иного выхода нет. Он крепко сжал ружье. Гарри был готов убить демона, чтобы спасти Шерил, даже если ему это будет стоить жизни.

— Шерил и Алесса стали единым целым... — слова Далии эхом раздались в голове.

Дочь, которую он любил, использовали в каком-то темном ритуале, и ее судьба как-то переплеталась с судьбой Алессы. Гарри не мог с этим смириться и решил помешать этому.

— Я верну ее, чего бы это ни стоило! — прорычал Гарри и выстрелил из ружья. Пуля вонзилась в плоть демона.

Существо едва вздрогнуло, сверля выстрелившего злобным взглядом. Перезарядив ружье как можно быстрее, Гарри едва увернулся от молнии. Но по какой-то причине демон не сдвинулся с места.

«Он не может покинуть круг...» — понял Гарри.

Он считал, что неудачный призыв приковал демона к магическому кругу. Это был шанс, и ему нужно было, чтобы кто-нибудь помог.

— Кауфманн! Вставай! Вместе мы справимся с этой тварью! — крикнул Гарри.

Но, увы, Кауфманн рухнул, потеряв сознание от удара молнии. Он был без сознания, оставив Гарри одного сражаться. Ругаясь себе под нос, Гарри продолжал стрелять, уклоняясь от беспощадных атак демона. Боеприпасы были на исходе. Когда уже казалось, что всякая надежда уже потеряна, послышался знакомый голос.

— Извини за ожидание!

Раздалось несколько выстрелов. Сибил Беннет прибыла, стреляя из пистолета. Демон отшатнулся назад, когда пули врезались в его плоть. Гарри невольно удивился ее решимостью и быстро перезарядил ружье.

— Ты задержалась! — крикнул он.

— Я сгоняла за патронами, — холодно ответила Сибил.

— Демон стреляет молниями! Аккуратней!

— Уже видела.

Пули вонзались в тело демона, и черная кровь брызнула из ран. Куски плоти падали на пол, испаряясь на лету. Когда казалось, что вот-вот они убьют демона, у них закончились боеприпасы. Демон, который все еще стоял на ногах, начал набирать силы. Молнии начали сверкать все сильнее и сильнее. Воздух наполнился запахом озона, когда существо собралось выпустить всю свою мощь.

Гарри сжал кулаки, готовясь умереть. Как только демон был готов нанести удар, его очертания начали медленно исчезать. Тело демона замерцало, став прозрачным, а затем полностью исчезло во тьме. Гарри и Сибил обменялись растерянными взглядами. И тут же в их головах раздался голос девушки:

— Демон не может надолго остаться в этом мире. Вот почему моя мама хотела, чтобы я его родила.

Гарри обернулся и увидел Алессу, больше не прикованную к инвалидному креслу. От нее уже не исходил неестественный свет. Она стояла перед ними, окутанная чистым безмятежным сиянием.

— Этот мир из моих кошмаров скоро рухнет.

Гарри шагнул вперед, увидев что-то знакомое в ее грустной улыбке.

— Шерил?

Девушка протянула ему младенца. Невинный младенец улыбался точно также, как Шерил, когда Гарри в первый раз увидел ее.

— Папочка...

Ее голос был мягким, словно просила его позаботиться о том, кто для нее был важнее. Глаза Гарри наполнились слезами, когда взял ребенка на руки. У него было ощущение, будто держит в руках сердце Шерил. Он крепко обнял ее. Помещение сильно содрогнулось, когда здание начало рушиться. Огонь от молнии начал распространяться по всей комнате. Похоже, кошмар приближался к концу.

— Гарри, нам пора!

Сибил схватила Гарри за руку и потянула его вперед.

— Нам нужно выбраться отсюда! Сейчас же!

— Но ведь Шерил и Алесса... — пробормотал Гарри.

Девушка мягко покачала головой, понимая ситуацию. Гарри замер и молча посмотрел ей в глаза. Девушка ответила ему взглядом лишенного эмоцией, но в глубине души Гарри почувствовал знакомое тепло, тронувшее его сердце.

— Я люблю тебя, папочка, — голос Шерил эхом отозвался в его голове.

Гарри кивнул, и на его глазах навернулись слезы. Девушка указала ему и Сибил путь к выходу, ведя их в новую жизнь. Из рушащегося потолка посыпались искры, и куски решетчатого пола начали падать в темную бездну. У них не было иного выбора, кроме как уйти. Сдерживая непрекращающуюся печаль, Гарри повернулся к выходу. Девушка смотрела, как они исчезают в свете за пределами тьмы.

— Подожди!

Кауфманн пришел в сознание. Он осторожно обходил дыры в полу, вопя от раскаленных углей, падающих вокруг него. В отчаянии он бросился за Гарри и Сибил, пытаясь не отставать.

— Не оставляй меня! — раздался в ухе тихий шепот.

Кто-то вцепился в него сзади, удерживая его.

— Ты...

Кауфманн повернул голову, и кровь застыла в его жилах. Позади него была медсестра Лиза Гарланд, которую он посадил на наркотики и тайно ухаживала за Алессой. В конце концов, она умерла от перенесенных мучений.

— Ты останешься со мной... — прошептал тихий навязчивый голос Лизы. Ее гнилое дыхание вызывало страшное отвращение.

— Нет! Отпусти меня!

Мужчина тщетно боролся, но это было бесполезно против мстительного духа. Лиза потащила за собой человека, испортившего ее жизнь. Она утащила его в бездну, и крики Кауфманна эхом разносились по земле, пока он падал.

Гарри продолжал бежать, прижимая к себе ребенка. Сибил была рядом с ним. Город Сайлент Хилл был окутан туманом, но тьма, захватившая город, пропала. Живой ребенок на его руках был новой надеждой на светлое будущее.

«Я воспитаю этого ребенка. Я дам ей жизнь, которую она заслуживает», — молча поклялся Гарри.

С этим обещанием он побежал по центральной улице навстречу новому будущему.

Может быть, когда-нибудь ты это прочитаешь, но до этих пор я пока буду все записывать сюда.