Кажется, монстры исчезли из торгового центра. Звуки, исходящие от монстров, прекратились вместе с признаками их присутствия. Когда Хизер направилась к главному входу, ее остановил мужской голос:

— Хизер!

На скамейки в прихожей сидел мужчина средних лет, существование которого для нее было незначительным.

— Что только что произошло?

Дуглас Картленд встал со скамейки и подошел к ней. Его небритое лицо было удивлено странным состоянием торгового центра, но Хизер сомневалась в его искренности.

— Разве это не ваших рук дело?! Вы в этом замешаны, не так ли?!

Хизер бросила на него сердитый взгляд, отчего Дуглас начал выглядеть еще более сбитым с толку. Если он, конечно, не притворялся.

— Что я сделал? В чем замешан?

— Вы ведь заодно с Клаудией?!

Хизер думала, что он вместе с Клаудией сговорились, чтобы заманить ее ловушку. К тому же тот факт, что в торговом центре кроме Хизер выжили лишь Дуглас и Клаудия, было явным доказательством.

— Клаудия?! Она была внутри?! Черт! Но почему?! — Дуглас в удивлении повысил голос.

— Значит, вы с ней?

— Она лишь моя клиентка. Клаудия наняла меня, чтобы я нашел тебя и привел к ней. А что случилось?

— Почему бы вам самому не разобраться? Если вы, конечно, настоящий детектив.

— Но... — Дуглас колебался. Он не хотел делать этого.

— Эти монстры... Они ужасны... Неужели открываются врата в ад?

Бледное лицо мужчины выглядело по-настоящему испуганным.

— Может быть, это потому, что вы нашли меня... — пробормотала Хизер.

— О чем ты? — озадаченно спросил Дуглас.

Хизер пожала плечами.

— Не знаю... Мне просто кажется, что все эти странные вещи связаны со мной. Вам не следовало меня искать.

Хизер приложила руку ко лбу. Снова заболела голова, но не так сильно, как раньше.

— Связано? Но как?

— Я не знаю. Вы же вроде бы говорили, что что-то знаете о моем рождении.

— Клиентка сказала мне, что тебя удочерили...

Хизер рассмеялась.

— Я давно знаю, что мой папа не является моим биологическим родителем. Ну так кто мои настоящие родители? Какой-нибудь арабский нефтяной магнат?

— Она сама хочет тебе об этом рассказать.

— Смешно.

Хизер отвернулась и пошла. Входная дверь легко открылась без демонстрации навыков взлома. Похоже, это было еще одно странное изменение в торговом центре.

— Куда ты идешь? — крикнул Дуглас вслед.

— Разве это не очевидно?

Не оглядываясь, Хизер помахала рукой и ответила:

— Я иду домой к папе, которого люблю больше всех на свете, даже если мы не прямые родственники.

«Все что только что произошло, связано со мной, но я не понимаю, как именно... Нет, я знаю, но не хочу вспоминать. Я просто убегаю от правды...».

Хизер размышляла, спускаясь по лестнице на станцию метро Хейзел-стрит. Стук каблуков эхом разносилось по подземному переходу, заполняя пространство без каких-либо звуков. Она никого не видела ни позади, ни спереди. Вообще никого не было. Кажется, будто все человечество вымерло.

«Это еще не конец. Все только началось».

Хизер вытащила пистолет, который был за поясом, готовясь выстрелить в любой момент. Пройдя через турникет, она погружалась все дальше вглубь станции-призрака, где не было даже сотрудников станции. Неожиданно послышался звериный рык откуда-то из глубины. Хизер напряглась. Слабый флуоресцентный свет мерцал, отбрасывая тусклый свет на станцию, когда она включила свет, осматривая все вокруг своим пистолетом. Однако Хизер не нашла никаких монстров. Они должны быть где-то дальше, словно демоны из ада, поджидающие ее в глубинах метрополитена.

На полпути к коридору, ведущему к платформе, заполненному граффити и рекламными плакатами, она увидела знакомый круглый символ, который видела в туалете торгового центра, зловеще светясь красным на свету.

***

«Смерть неизбежна для всех равной степени. Когда-нибудь это случиться и со мной».

В последнее время Гарри все чаще осознавал это. У него было состояние, похожее на просветление и смирение, но на самом деле он боялся.

Хотя это скорее было похоже на раздражение.

Все это началось после того, как он узнал об их присутствии. Они не были одеты в подозрительные наряды, не было никаких доказательств, с которыми можно было бы обратиться в суд. С объективной точки зрения не было подтверждения его мыслям, но у Гарри была непоколебимая убежденность. Он на своей коже чувствовал скрытую угрозу. Это была интуиция писателя Гарри Мейсона. Годы побегов, неоднократных переездов только для того, чтобы его местонахождение каждый раз обнаруживалось, что приводило к боям в целях самообороны. Это отточило инстинкты человека, которого вечно преследуют.

А потом в какой-то момент они начали незаметно приглядывать за ним.

Молодые пары, прижимающиеся к траве в парке или сидящие на скамейках, веселые официантки в ресторанах, домохозяйки с детьми, толкающие тележки с продуктами в супермаркете, пары среднего возраста, переехавшие в квартиру наверху. Все они притворяются обычными людьми, но взгляд, с которой человек следит за своей целью, нелегко скрыть. Хорошо обученные профессионалы могли бы с этим справиться, но они были лишь группой любителей. Гарри не упускал их пронзительных, липких, затяжных взглядов или то, как они неестественно отводили глаза.

За последние несколько лет их не было видно. Гарри надеялся, что они убили сами себя во время внутреннего конфликта в Портленде. Но, похоже, с упорством тараканов они вернулись, роясь вокруг своей добычи, подобно мухам.

Их истинной целью был не он.

Гарри стиснул зубы.

Это было очевидно.

Их целью была его любимая дочь...

Хизер.

Он неосознанно впился ногтями в колени, которые крепко сжимал руками, сидя в кресле в гостиной напротив телевизора. Никак не получалось расслабиться. Гарри рассеяно слушал шутки и закадровый смех комедийного шоу. Его беспокоила одна вещь.

«Было ли ошибкой отпускать ее одну в город?».

— Нет, — Гарри покачал головой с болью на лице.

Хизер уже взрослая девушка. Он не мог держать ее вечно взаперти, чтобы защитить. Ей уже пора самой защищать себя. Пускай даже это означало отправить ее в логово волков или в место, где поджидали более ужасные звери. Больше Гарри не мог ничего сделать, чтобы защитить ее...

— Это прогрессирующий рак печени. Извините, но... — небрежно сказал доктор, взглянув в медицинскую карту, словно читая меню.

Гарри не был шокирован. Он просто подумал о своей дочери. Ему было жаль ее, что потеряет своего опекуна в столь юном возрасте. Он отклонил рекомендации врача о госпитализации и тайно продолжил лечиться пока Хизер была на уроках. Вот почему Гарри ей ничего не сказал. Он не хотел вызвать лишнее беспокойство и не хотел огорчить ее.

Он не боялся смерти.

Это были истинные чувства Гарри.

Он слышал, что после смерти душа человека продолжает жить, но даже так Гарри не мог вынести мысли о том, что та же участь постигнет его дочь. Он не хотел, чтобы она снова прошла через это. И все же, эти настойчивые последователи были ужасными тварями. Гарри так беспокоился о своей дочери, что чувствовал себя бессильным и жалким в такой ситуации.

— Возвращайся домой в целости и сохранности, Хизер.

Комики по телевизору громко смеялись.

***

Даже слабые свет флуоресцентных ламп отсутствовало. Нижняя часть лестницы, ведущая к платформе метро, было окутано тьмой. В воздухе витал неприятный запах, похожий на аммиак в негигиеничном общественном туалете. Грязные пятна на полу платформы казались такими темными, что Хизер боялась, что они могут влезть в ее ботинки. Свет фонаря осветил шелушащиеся бетонные стены и рельсы, покрытые красные ржавчиной. Все это напомнило ей о кошмарном запустении, с которым она столкнулась в торговом центре.

— Хватит с меня этих адских руин! — сердито пробормотала Хизер, надеясь, что в этот раз все будет иначе.

Ее молитвы, которые редко возносились даже в церкви, были эгоистичного характера и никогда не исполнялись. Хизер намеревалась выйти на платформу, чтобы на поезде приехать домой, однако знаки на стенах указывали на другой пункт назначения. Нужная ей платформа была на противоположной стороне.

Хизер цокнула языком. За эту плохую привычку ее вечно ругал папа.

— Похоже, поезд приедет не скоро.

Она подумывала перейти по путям на другую сторону. Подниматься обратно по лестницы было бы хлопотно, а с искаженным времени и пространством не было никаких гарантий, что она окажется на нужной платформе. Перейти по путям было бы быстрее. Как только ее ноги ступили на пути, ослепительный свет заполонил туннель, и раздался предупреждающий гудок. Поезд приближался к ней.

— Что за?!

Хизер забралась на платформу как раз вовремя, чтобы ее не раздавил мчащийся поезд. Ее сердце колотилось, а на лбу выступил пот. Все прошло слишком идеально. Казалось, будто сама темнота таила в себе злобные намерения.

Девушка недовольно посмотрела на противоположную платформу. Она вздохнула и направилась к лестнице. Послышалось незнакомое рычание. Враг, которого не видишь, куда больше нервирует, нежели все видимые до этого. Ее сердце дрогнуло, будто события в торговом центре были древней историей.

— Выходи и сражайся! Я тебя убью! — крикнула Хизер, чтобы подкрепить свою храбрость, но ее голос поглотила тьма и она почувствовала себя еще более одинокой.

Лестница привела не на ту платформу. Все было бессмысленно. Там должно быть только две платформы, по одной в каждом направлении. Пространство было искажено. Хизер заметила еще одну лестницу на той же платформе. Она не помнила, чтобы здесь была еще одна лестница, но не было иного выбора, кроме как подняться. Чем ближе девушка приближалась, тем громче становился белый шум из карманного радио. Из тени выскочил монстр, похожий на бешеную собаку. Вертикально разрезанная пасть твари рычала.

— Это ты...

Хизер слегка улыбнулась. Перед ней был знакомый враг. Это было почти как встреча со старым другом в незнакомой стране. Зная, с кем она встретилась, ее страх отступил, как уходящий прилив. Со спокойной точностью девушка прицелилась во врага и убила существо с двух выстрелов.

Перед ней предстала безмолвная тьма без дикого рычания.

Тишина, наполненная только звуком ее шагов, была тревожной. Холодок пробежал по ее позвоночнику, заставив Хизер обернуться. В кольце света, отбрасываемого фонариком, что-то сморщенное и высохшее цеплялась за потолок над рельсами, извиваясь и глядя на нее крошечными блестящими глазами.

Это был знакомый мумифицированный монстр. Тот самый, с которым некогда столкнулась в лифте торгового центра. Тогда сетчатый забор не дал ему напасть. Хизер навела на него пистолет, но по какой-то неизвестной причине ее палец замешкался на спусковом крючке. Мумифицированный монстр оставался неподвижным, не проявляя признаков агрессии. Он просто смотрел на нее своими газами, которые сверкали животным любопытством. Хизер опустила пистолет. Хоть и было трудно поверить в существование безобидных монстров, но ей не хотелось стрелять в того, кто не нападает на нее. Тем не менее она осторожно поднялась по лестнице, не отрывая глаз от мумифицированного монстра.

«Защити меня, папа... Пожалуйста, позволь мне благополучно вернуться домой...».

Хизер родилась в городе и была по натуре жестокой. Она не боялась грубых соседей, но эта ненормальная ситуация была слишком опасной. Девушка сжала кулон, висевший у нее на шее, и представила себе нежную улыбку своего папы. Для нее это было единственное утешение на данный момент. Она одна бродила по лабиринтам метрополитена.

Внезапно раздался предупреждающий гудок. Это случилось, как в тот раз, когда Хизер едва успела заскочить на платформу, едва избежав смерти на путях.

На рельсах была собака, но у нее не было времени разбираться с ней. Хизер решила проигнорировать ее. В тот же миг поезд приехал на станцию, раздавив собакообразное существо. Поезд двигался на высокой скорости, резко затормозив с пронзительным звуком, остановившись далеко за пределами своего назначенного места.

«Наконец-то я могу попаду домой!»

Хизер почувствовала прилив радости.

Большинство дверей поезда были плотно закрыты. Открыта была только дверь в самом конце. Как только Хизер вошла внутрь, дверь захлопнулась с огромной силой, как будто поезд был плотоядным растением, схватившим свою добычу.

«Неважно. Плыви по течению. Делай то, что можешь».

Хизер заставила себя мыслить позитивно и двинулась к головному вагону. Несмотря на то, что она не увидела ни одного пассажира, она верила, что там должен быть водитель. Иначе поезд не сдвинулся бы. Движимой тоской по человеческому контакту она искала хоть кого-нибудь. Хизер считала, что кошмар закончится, когда встретиться с человеком.

Однако в первом вагоне не было кабины машиниста. У поезда были только пассажирские вагоны. Хизер была ошеломлена.