Глава 13 

—«Близнецы, уже поели?»

—« Близнецы… А, мистер Эрмано и мистер Юлиус?

Горничная ответила.

—«Не знаю, потому что за питание хозяев не отвечаю. Я так понимаю, они научился

обеденному этикету у маркиза, так что, может быть, поели вместе с ним ?»

В это время слуга рядом со мной прошептал.

—«Нет, я только что пришел домой и увидел, что свет в кабинете все еще горит».

— «Так они еще учатся? До такой поздней ночи?»

Следующие слова меня ошарашили, и я переспросила.

—«Значит, вы хотите сказать, что не можете быть уверены, правильно ли питаются дети или нет?»

—«Ну, это…»

— «Учителя так стремятся подольше провести уроки, что часто просят отложить еду на попозже».

—«Дети сами это сказали? Захотели поесть позже?»

— «Нет…но»

—«…  Граф Ментес... … это он так сказал».

Ментес. В тот момент, когда я услышала это имя, мои кулаки непроизвольно сжались.

Человек, который говорил такие абсурдные вещи о необходимости брака, был учителем детей.

«Вероятно, что совет поесть позже ради учебы — ложь».

Однако дети довольно часто сбегали с уроков Ментеса.

 Должно быть, его гордость была задета.

— «Кроме того, вы сказали, что было много случаев, когда слуг просили отложить прием пищи на потом.»

Это означало, что подобное происходит не впервые.

Внезапно я почувствовала,как мое сердце начало бешено колотиться.

«Едят дети или нет — не мое дело….Но..»

Когда произошла стычка с пришедшими искать детей служанками, я вспомнила Юлиуса, который назвал меня ведьмой и отошел.

И лицо Эрмано, которое постоянно поглядывало на меня.

 Возникло жуткое ощущение, будто бы одна сторона моей груди похолодела, а затем рухнула вниз.

Я чувствовала, как мои инстинкты кричали мне не оставлять все так как есть .

—«Где находится учебный кабинет?»

 —«Что? Зачем он вам ... … ?»

—«Странно, что я, Перегрин, спрашиваю о местонахождении комнаты в особняке?»

— спросила я несколько приглушенным голосом. Затем слуга поспешно удалился.

—«Ну, кабинет можно найти на первом этаже главного здания, в левом коридоре!»

В спешке я ринулась в особняк,что даже забыла сказать спасибо, что всегда делала.

                                 **********

—«Вы жалкие»

Ментес вздохнул и положил книгу на стол.

—«Я не могу поверить, что дети по фамилии Перегрин не могут решить даже эту простую задачу».

Эрмано прикусил губу из за грубого обвинения.

Все, что он мог сделать, это держать ноющее запястье под столом.

После того, как слуги поймали их, то отвели прямо на полигон для тренировок по фехтованию.

И сегодня они снова были вынуждены повторять бессмысленные позы во имя тренировки.

Они продолжали это до тех пор, пока не закружилась голова,а после, их отправили изучать гуманитарные и академические науки, которые должен знать каждый дворянин.

Сейчас уже была ночь ,но Ментес не позволял им отдохнуть ни на мгновение,даже если время от времени приходили слуги, чтобы предложить закуски или еду.

—«Я слышал, что эти двое не собираются есть, чтобы сохранять концентрацию.»

—«Пожалуйста, подайте ужин позже».

—«Поток мыслей сейчас очень хороший. Я уверен, что вы не собираетесь мешать обучению мистеров, не так ли?»

Если бы они были обычным детьми , то неприменимо расплакались , и перестали слушать любые указания.

Но близнецы этого не делали.

Даже когда их просили выполнять одни и те же бессмысленные позы, они упорствовали и неуклонно усваивали огромный объем знаний, который на них сваливался.

Однако, как бы хорошо они ни держались, у детей не было возможности решить задачи, которые находились на порядок выше уровнях их знаний.

Ментес знал об этом как никто лучше,но он явно щелкнул языком.

—«Мне интересно, насколько вы выросли с тех пор, как начали гордо прогуливать мои занятия… … ».

—«Что это? Я не могу поверить, что вы остались на том же уровне».

Ментес открыто вздохнул.

Когда Эрмано закусил губу еще раз от унижения, его младший брат Юлиус закричал.

—«Изначально проблема была не в этом! Как нам написать план и аргументацию для введения в продвинутую магию?»

—«Это так странно.Маркиз в вашем возрасте добился всего сам.»

—«Почему вы, двое,не можете этого сделать?»

 Когда Ментес сказал это, даже уверенный в себе Юлиус потерял дар речи.Граф хорошо знал , какие слова окажут влияние на детей.

—«Думаю, вы, ребята, похожи на покойную леди Эйлин».

Когда было названо имя Эйлин,на лицах детей появилось отчаяние.

Ментес усмехнулся про себя.

Близнецы были очень похожи на своего отца Лайаса, но иногда, когда они выражали такую печаль , на ум приходило лицо их матери Эйлин.

Эйлин Перегрин.

Она мать Эрмано и Юлиуса и покойная жена Лайаса... … 

Ментес злобно рассмеялся.

Он очень гордился тем, что был дальним родственником семейства Перегрин.

Потому что чувствовал, что тоже сможет стать героем.

Но с какого-то момента эту гордость затмила жадность.

«Я тоже сильный. Я тоже мог бы взять фамилию Перегрин»

«Почему я должен довольствоваться малым?»

Отец Ментеса рано понял желание сына.

—«Я слышал, что герцогу Перегрину нравятся сильные дети. Итак, Ментес, если ты будешь усердно работать, ты сможешь присоединиться к семейству Перегрин.»

Эти слова были надеждой для Ментеса,поэтому он начал усердно учиться.

«И в фехтовании, и в учебе я старался стать человеком, достойным имени Перегрин. но…» .

«Победитель — Лайас Перегрин!»

В возрасте пятнадцати лет, в своем первом бою на мечах, Ментес потерпел поражение из за Лайаса.

«Ни за что!»

Ментес не мог признать своего проигрыша. Но Лайас просто прошли мимо него с ничего не выражающим лицом.

Гордость Ментеса мгновенно рухнула на пол.

«Поэтому я хотел отомстить, и увидеть его страдания»

Но как бы он ни старался, ему не удавалось победить Лайаса.

Когда он точил свой меч для мести, как будто по воле судьбы представилась возможность.

Эйлин Перегрин, жена Лайаса, умерла во время родов.

Но дети остались... …  Они были как две капли воды похожи Лайаса.

В тот момент, когда он встретил близнецов , Ментес почувствовал,как все унижения детства возвратились вновь.

«Мне хотелось, чтобы лицо, растоптавшее мою гордость, окрасилось отчаянием и печалью из-за меня.»

Поэтому Ментес охотно откликнулся на просьбу Флоры стать учителем близнецов.

Это был очень хороший выбор.

«При каждом слове, которое произносил, я мог видеть как искажаются лица так похожие на Лайаса.»

«Но они настолько высокомерны , что стали пропускать мои уроки.Тц.»

«Я думаю, мне нужно как следует исправить эти привычки.»

Он усмехнулся и продолжил.

—«Действительно жаль, хотя Эйлин пожертвовала своей жизнью, чтобы родить двух молодых господинов, она не хотела бы передавать эту слабость».

—«Наверное, она винит себя на небесах. 

Лицо Эрмано побледнело от этих резких слов. Но Ментес не останавливался.

—«Я уверен, что Лайас ненавидит вас двоих. Мало того, что вы родились, убив человека, которого он любил, так еще и выросли такими слабыми».

—«Думаю, именно поэтому он даже смотреть на вас не может.»

—«Ты…..!»

Не в силах больше терпеть, Юлиус вскочил со своего места.

Он чуть было не кинулся к Ментесу, но Эрмано схватил его за руку. 

—«Брат! Почему ты меня держишь!»

—«Но…!"

—«О, твой отец... будет разочарован... …»

Юлиус остановился на этих словах.

Глаза Эрмано наполнились слезами,он плотно закрыл их и заговорил так , как будто его рвало.

—«Я причина, по которой мой отец недоволен  …  не хочу больше этого видеть... … »

Юлиус прикусил губу, почувствовав, как и его глаза наполняются слезами.

В отличие от Эрмано, который любил книги, Юлиус предпочитал меч.

Итак, он взял его вместо своего робкого брата.

И, как его отец, он хотел стать человеком, достойным имени Перегрин.

«Но нет. Я был слишком слаб.»

Поскольку он родился, убив свою мать, он даже не мог постоять за старшего брата.

От этого жестокого факта тело Юлиуса медленно теряло силу.

Под шум дождя, барабанившего за окном, лица детей были окрашены отчаянием.

Затем Ментес удовлетворенно улыбнулся.

«Теперь они больше не будут пропускать занятия».

Закончив обучение, он встал. Затем  достал из кармана сигарету и закурил ее.

—«Тогда сегодняшний урок заканчивается сейчас . Завтра будет еще напряженнее, так что готовьтесь хорошо... … … … … ."

«Вспышка!»

Как только ударила молния.

«Бам!»

Дверь широко распахнулась с резким грохотом.

Головы Эрмано и Юлиуса, упавших на пол от страха , внезапно поднялись.

—«Кто входит без стука во время урока   … !”

«Вспышка!»

Молния ударила снова. Тьма исчезла, и вскоре появилась фигура.

Злоумышленником была никто иная, как Дафна.

Оторванная дверная ручка покатилась. Дверь она открыла ногой, а не рукой.

Ментес изумился, увидев неженственное поведение.

—«Как вы могли так поступить ... … !»

—«Ой, мне очень жаль».

Она похлопала себя по платью голосом, в котором совсем не было сожаления.

Дождевая вода стекала по подолу кроваво красного платья.

—«Когда я слышу чушь, мое тело реагирует раньше разума».

Глаза Дафны, когда она смотрела на Ментеса, холодно заблестели.