Слух об обрушении веревочного моста вскоре распространился среди простых людей, и даже старушка и старый гоцзы цзицзю узнали об этом.

Но так как с их детьми все было в порядке, они не стали обращать на это особого внимания.

Весенние экзамены были в следующем месяце, и, хотя занятия в Императорской академии Гоцзыцзянь еще не начались, Гу Цзяо все еще убеждала мужа заниматься каждый день.

У Сяо Люланя, которого держали в кабинете, ... не было выбора, кроме как страдать молча!

На десятый день первого месяца Гу Цзяо отправилась в поместье маркиза.

Она не стала рассказывать Яо Ши о шокирующих событиях в их семье. Старшая служанка Фан время от времени приходила в переулок Бишуй и кое-что знала, но Гу Цзяо просила ее ничего не говорить об этом Госпоже.

Старшая служанка Фан теперь все больше и больше слушалась Гу Цзяо и действительно не сказала Яо Ши ни слова.

Яо Ши была в хорошем состоянии.

Гу Цзяо подумала, что если она будет продолжать в том же духе, то пройдет не так много времени, и уже совсем скоро можно будет перестать принимать антидепрессанты.

«В сливовом саду распустились цветы. Давай пойдем туда прогуляться», - сказала Яо Ши своей дочери.

Гу Цзяо ответила: «Хорошо».

После небольшой паузы Гу Цзяо неожиданно сказала старшей служанке Фан: «Позови Гу Цзиньюй к нам сюда».

«А?» Старшая служанка Фан была ошеломлена.

Разве Старшая Молодая Госпожа всегда не враждовала со Второй Молодой Госпожой? Почему она вдруг захотела позвать ее?

Яо Ши также удивленно посмотрела на свою дочь, а затем сказала старшей служанке Фан: «Иди».

«Да». Старшая служанка Фан отправилась во двор Гу Цзиньюй.

Когда Гу Цзиньюй услышала, что Яо Ши и Гу Цзяо зовут ее вместе прогуляться по цветущему сливовому саду, то ничего не сказала, переоделась и пошла туда.

После недавнего инцидента с обрушенным мостом, гарем вел себя более сдержанно, чем в предыдущие годы, поэтому императорская наложница Шу, которая всегда вызывала ее во дворец, чтобы сопровождать в это время года, в этот раз не пригласила ее.

Гу Цзиньюй пришла в цветущий сливовый сад.

Когда она увидела Яо Ши и Гу Цзяо, сидящих вместе, ее сердце упало, но она улыбнулась и подошла к ним, поприветствовав: «Мама, сестра!»

Яо Ши посмотрела на ее тонкий плащ и сказала с оттенком недовольства: «Почему ты вышла в такой тонкой одежде? Ты не боишься замерзнуть? Как твои служанки прислуживают тебе?»

Гу Цзиньюй невинно улыбнулась и ответила: «Я так хотела увидеть маму и сестру, была так счастлива, что не обратила внимание на это».

Яо Ши попросила служанку принести меховой плащ, чтобы она могла его надеть.

Гу Цзиньюй посмотрела на Гу Цзяо и спросила нежно и ласково: «Сестре нравится любоваться цветущей сливой?»

«Да», - небрежно ответила Гу Цзяо.

Гу Цзиньюй сказала: «Тогда я соберу несколько веточек, поставлю в вазу и отправлю сестре».

«Не нужно». Не то чтобы они ей действительно сильно нравились.

Через некоторое время Яо Ши устала и уже не могла идти дальше.

Видя, что обе сестры в хорошем настроении, она сказала им: «Я пойду посижу немного в павильоне, а вы наслаждайтесь прогулкой, не беспокойтесь обо мне».

Гу Цзиньюй думала, что Гу Цзяо откажется. Ведь Гу Цзяо никогда не нравилось быть с ней вместе.

Но Гу Цзяо этого не сделала.

Гу Цзяо молча пошла дальше.

Гу Цзиньюй была немного озадачена.

Неужели моя старшая сестра приняла сегодня не то лекарство?

Она с подозрением последовала за ней.

Гу Цзяо прошла дальше и вышла из сливового сада.

«Куда сестра хочет пойти?» - с улыбкой спросила Гу Цзиньюй.

«Куда угодно», - ответила Гу Цзяо.

При упоминании об этом у Гу Цзиньюй, естественно, возникло чувство превосходства, она заговорила: «Поместье маркиза Динъань очень большое, говорят, что раньше оно было поместьем одного Вана, а затем оно было пожаловано дедушке предыдущим императором. Дедушке больше всего нравился пруд с рыбками, не хочет ли сестра пойти и посмотреть?»

«Угу».

Гу Цзяо неожиданно пошла на сотрудничество.

Гу Цзиньюй снова была поражена ее ответом.

Она отвела Гу Цзяо в павильон возле пруда, где круглый год хранился корм для рыб, и где хозяева дома могли покормить маленьких рыбок, когда приходили посмотреть на них. Однако теперь, когда пруд замерз, кормить их было невозможно.

Гу Цзиньюй: «Если сестре нравится поместье маркиза, ты можешь рассмотреть возможность переезда сюда. Я могу позволить сестре ...... взять двор Цинъя Юань ...»

«Что там?» Гу Цзяо внезапно спросила, указывая на заднюю сторону холма.

Слова Гу Цзиньюй были прерваны, и она на мгновение испытала недовольство, но все же терпеливо ответила: «Это задняя сторона холма, куда часто ходят тренироваться три наших старших брата».

Гу Цзяо: «Кто сегодня туда пошел?» На задней стороне холма было заметно движение, только уши Гу Цзиньюй были просто не в состоянии уловить ни звука.

«Кажется, это второй брат». Гу Цзиньюй вспомнила, что когда она только вышла со своего двора, то увидела, как ее второй брат направлялся к задней стороне холма.

«Госпожа зовет тебя», - сказала ей Гу Цзяо.

«А?» Гу Цзиньюй оглянулась: «Почему я ничего не слышала?»

Гу Цзяо сохранила спокойное выражение лица и ответила: «Кажется, я слышала это».

Гу Цзиньюй: «Тогда, сестра хочет вернуться со мной?»

Гу Цзяо: «Совсем нет».

Гу Цзиньюй: «...»

Разговор с таким человеком был невероятно утомителен, даже если собеседник изначально не испытывал к нему неприязни.

Гу Цзиньюй стиснула пальцы и сказала: «В таком случае, сестра может подождать меня здесь. Я скоро вернусь».

После ухода Гу Цзиньюй Гу Цзяо развернулась и направилась на заднюю сторону холма.

Гу Чэнфэн в это время собирал ягоды на задней стороне холме. Гу Чэнлинь понятия не имел, что за ветер вдруг налетел на него, но ему вдруг просто ужасно захотелось поесть диких ягод с задней стороны холма.

Ягоды на задней стороне холма были красного цвета, они были немного меньше по размеру, чем ягоды боярышника, и могли сохраняться даже в снежные дни. На вкус они были не очень хороши, однако Гу Чэнлинь, будучи в душе еще ребенком, любил есть такие странные и экзотические вещи.

В процессе сбора ягод Гу Чэнфэн внезапно почувствовал, как к нему приближается аура убийцы.

Он уклонился от удара молниеносным движением своего тела и быстро развернулся с помощью пальцев ног.

Когда он увидел, что напавшим человеком оказалась Гу Цзяо, его выражение лица мгновенно застыло.

Гу Цзяо подняла руку и сломала сосульку, висевшую на ветке дерева, длиной с ее руку, и, используя ее как лезвие, с силой ударила Гу Чэнфэна.

Гу Чэнфэн, опасаясь, не привела ли она сюда еще кого-нибудь, едва успел увернуться.

Гу Цзяо не проявила никакой пощады в своей атаке.

Так что, если бы он не был достаточно хорош в боевых искусствах, ему бы уже давно проткнули горло этой сосулькой.

«Что ты пытаешься сделать?» - спросил Гу Чэнфэн сквозь стиснутые зубы.

Гу Цзяо взвесила сосульку в руке, а затем с силой метнула ее в сторону противника.

Гу Чэнфэн, наконец, пожертвовал своим скрытым оружием.

Одно скрытое оружие разбило сосульку на осколки, а два других полетели в сторону Гу Цзяо.

Тело последней отклонилось назад по невероятной дуге, так что скрытое оружие пролетело мимо ее плоского живота и с грохотом вонзилось в дерево Утун* позади нее!

И ты смогла уклониться от них?

Гу Чэнфэн сузил глаза: «В тот день … ты тайком сняла мою маску?»

«Ты ошибаешься». Гу Цзяо выпрямилась и посмотрела на него: «Я не делала это тайно, я сделала это честно и открыто».

Гу Чэнфэн: «...»

Вдруг издалека послышались звуки шагов.

Первое, о чем подумал Гу Чэнфэн, было скрытое оружие, воткнутое в дерево, поэтому он поспешно полетел, чтобы вернуть его, но был отброшен Гу Цзяо!

Гу Чэнфэн упал на одно колено и проскользил по снегу назад на десяток шагов, но нисколько не пострадал.

Гу Цзяо была очень довольна и сказала: «Посмотрим, сможешь ли ты выдержать мои удары».

Гу Чэнфэн: «...!»

Звук шагов приближался.

У Гу Чэнфэна не было желания драться, и он попытался уклониться.

Однако Гу Цзяо сделала шаг вперед и повалила его, уже находящегося в воздухе, на землю!

У Гу Чэнфэна было слишком много забот, чтобы бездумно броситься в драку. В итоге Гу Цзяо затащила его в небольшой домик.

Именно в этом домике Яо Ши отравила наложницу Лин.

Пришедшим оказался Гу Чанцин.

Только услышав какую-то суматоху на задней стороне холма, он пришел узнать, что происходит.

Оказалось, что там никого не было.

Однако на снегу остались следы, а также следы борьбы.

Пока что он не обнаружил секретное оружие, воткнутое в дерево Утун.

Гу Чэнфэн нервно наблюдал за ним из домика, и на его лбу выступил холодный пот.

«Я дам тебе шанс». Гу Цзяо скрестила руки и продолжила: «Ответь на мой вопрос. Иначе, раз я смогла спасти тебя, я так же могу и заново похоронить тебя».

Гу Чэнфэн: «Хех, если бы у тебя была такая способность, разве ты бы уже не сделала это?»

Гу Цзяо: «Я осмелюсь сделать это, а ты?»

Гу Чэнфэн поперхнулся.

Он взглянул на Гу Чанцина, который исследовал следы на снегу снаружи, и сказал: «Что ты хочешь знать?»

Гу Цзяо спросила: «В поместье маркиза Сюаньпина есть человек по имени А Хэн, он не слуга, кто он?»

Гу Чэнфэн настороженно посмотрел на нее: «Кто ты вообще такая? Почему ты расспрашиваешь о поместье маркиза Сюаньпина?»

Гу Цзяо равнодушно ответила: «Просто ответь».

Гу Чанцин уже подошел к дереву Утун, и ему достаточно было повернуться, чтобы заметить скрытое оружие, воткнутое в дерево.

Гу Чэнфэн сжал кулаки и холодным голосом сказал: «В поместье маркиза Сюаньпина единственный, у кого в имени есть слово Хэн, - это покойный Молодой Маркиз Чжаоду, его полное имя - Сяо Хэн».

Гу Цзяо: «Какой именно Хэн?»

Гу Чэнфэн: «Хэн как в Мэйюй Хэн**».

«Хм …» Гу Цзяо немного поразмыслила и осталась очень довольна этим значением слова Хэн.

При этом она несколько наклонила свою маленькую головку.

Выглядит довольно мило.

Гу Чэнфэн отвернул лицо, чувствуя, что сошел с ума. Эта маленькая девочка была свирепой, как убийца. Как можно назвать ее милой?

Гу Цзяо протянула к нему руку.

«Что?» - спросил Гу Чэнфэн в замешательстве.

Гу Цзяо перевела взгляд на Гу Чанцина и сказала: «Тысяча таэлей серебра, и я никому не проболтаюсь о тебе».

Глаза Гу Чэнфэна почти вылезли из орбит: «Тысяча таэлей?! Да, это грабеж средь бела дня!»

Гу Цзяо угрожающе сделала движение в сторону двери.

Гу Чэнфэн затаил дыхание и сдавлено пробормотал: «У меня нет с собой столько денег!»

Гу Цзяо: «Тогда пиши расписку».

Гу Чэнфэн: «Здесь нет кисти и бумаги».

Гу Цзяо достала самодельный угольный карандаш и маленький блокнот из кошелька, который сделала для нее старушка. Она пролистала блокнот до чистой страницы и протянула ему: «Вот».

Гу Чэнфэн: «...»

Если бы взгляд мог убивать, Гу Чэнфэн уже сто раз убил бы Гу Цзяо!

Гу Чэнфэн стиснул зубы и написал долговую расписку: «Так подойдет?»

Прочитав долговую расписку и убедившись, что в ней нет никаких подводных камней, Гу Цзяо удовлетворенно хмыкнула и убрала угольный карандаш и маленький блокнот.

Гу Чэнфэн вздохнул с облегчением и продолжил наблюдать за передвижениями старшего брата снаружи.

В следующую секунду Гу Цзяо подняла ногу, поточнее прицелилась к его ягодицам и с силой пнула его!

Я только сказала, что не проболтаюсь о тебе, но я не обещала, что не выгоню тебя, верно?

_________________________________________________

Примечание:

* - дерево Утун – мифическое дерево, на котором живёт феникс;

** - Мэйюй Хэн - прекрасный драгоценный камень; иероглиф хэн (珩) совсем не такой как был в словах хэнсин бaдao и хэн мэй (横), которые называл маленький Цзин Кун, хотя и звучат они одинаково.

Перевод: Флоренс