Том 4. Глава 2: Городской сценарий (№44.5). Часть 1

(0/22)

Юки пришла домой.

(1/22)

Она вернулась из школы.

Её последняя игра, Облачный Пляж, длилась целую неделю. Ради встречи с наставницей Юки пропустила ещё один день, так что в школе появилась впервые за долгое время. Неудивительно, что на уроках она чувствовала себя чрезвычайно потерянной. Юки и так считала, что отстаёт по многим предметам, а теперь стало совсем ясно: придётся выделить на учёбу кучу времени.

К сожалению, одной учёбой проблемы не ограничивались. В последнее время за ней следили. Кто-то из одноклассников явно пытался сунуть нос в её жизнь. Юки изо всех сил старалась вести себя как самая обычная школьница, но если любопытные глаза проследят за ней и за воротами школы — быть беде.

«Похоже, скоро придётся брать всё в свои руки», — подумала она, шагнув в тёмную комнату и дёрнув за шнурок под потолком.

Вспыхнула лампа дневного света, озарив крохотную квартирку-студию.

Внутри царил жуткий бардак. Из-за бесчисленных пятен на стенах и полу жильё казалось совершенно убитым. Мебели было мало — под стать скромным габаритам комнаты. Из вещей у Юки имелись лишь постель, холодильник да маленький письменный стол. Раньше по всему полу валялись мусорные пакеты, но теперь их не стало: Юки наконец-то научилась не пропускать дни вывоза мусора. Впрочем, порядка от этого не прибавилось: на полу валялся спортивный костюм, на столе вперемешку лежали учебники, которые ей было лень убрать, а на расстоянии вытянутой руки от постели дежурили средства от насекомых и дезинфицирующие салфетки. Под столом же громоздились разные ценные вещи — так, чтобы всегда быть под рукой.

Юки уже и не помнила, сколько лет живёт в этой квартире. На скопленные призовые она легко могла бы перебраться в место получше, но уезжать не хотела — прикипела душой к нынешнему дому.

Швырнув портфель на стол, Юки стянула матроску — за год она привыкла к форме, и та её больше не смущала, — и переоделась в валявшийся на полу спортивный костюм. Потом открыла стенной шкаф, чтобы повесить форму.

Шкаф был до отказа забит самой разной одеждой.

Юки хранила коллекцию костюмов, которые ей приходилось носить в играх. Облачный Пляж стал её сорок четвёртой — значит, она сменила уже сорок четыре наряда. Правда, кое-что из раннего она выбросила, так что в шкафу висело не ровно сорок четыре костюма, но всё же больше сорока.

Разумеется, купальник из Облачного Пляжа тоже там висел.

При виде него в памяти всплыла сама игра и то, что случилось после. Воссоединение с наставницей полтора года спустя, а затем, по пути домой, срочный звонок от агента...

— ...Нельзя просто закрыть глаза, — проговорила Юки, вешая форму в шкаф.

Учёбу и разбирательства с таинственным наблюдателем придётся отложить на потом.

(2/22)

Облачный Пляж, затерянный на острове посреди океана, стал для Юки настоящим испытанием. В кульминационный момент она схлестнулась с Эссей — игроком, который был на голову выше её, — и каким-то чудом уцелела. Так Юки записала на свой счёт сорок четвёртую победу. Она подобралась к середине пути, завещанного наставницей: пройти девяносто девять игр.

Однако радость успеха оказалась омрачена. Пока Юки боролась за жизнь в Облачном Пляже, кое-что случилось, но подробности она узнала, лишь когда встретилась с наставницей в магическом баре.

— Ты уверена? — Юки плотнее прижала телефон к уху.

Она говорила со своим агентом. Юки давно оставила женщине свой номер, но та звонила редко. Взяв трубку с огромным любопытством, Юки вдруг почувствовала себя так, словно на неё обрушился гигантский молот.

— Нет, — отозвалась агент. — Я же говорила: ничего ещё не подтверждено. Я услышала новость от другого агента... а тот узнал от третьего. Это просто слухи, фактов пока нет.

— Но, — продолжила она, — если всё действительно закончилось такой катастрофой, дело плохо.

По словам агента, в той злополучной игре участвовало восемьдесят человек. Обычно выживаемость составляла около семидесяти процентов, а значит, уцелеть должны были от пятидесяти до шестидесяти игроков. Но на деле вернулись лишь трое. Списать случившееся на простую случайность было нельзя — результат явно выбивался из нормы.

— Что стряслось? Несчастный случай или... что-то другое?

От волнения Юки задала глупый вопрос.

— Не знаю, — последовал очевидный ответ. — Мне сообщили лишь о том, что произошло... Может, дизайнеры ошиблись с балансом сложности, или игроки оказались на редкость неумелыми. А может...

— ...Среди них был маньяк, как в Лесу Свечей, — закончила за неё Юки.

Эта мысль пугала больше всего. Лес Свечей стал легендой индустрии: там психопатка по имени Киара слетела с катушек и перебила больше трёхсот игроков. И если слухи намекают, что кошмар повторился...

— Я наберу, если узнаю что-то ещё, — бросила агент и отключилась.

Юки отняла телефон от уха и растерянно уставилась на умолкший кусок металла. Мысли вертелись вокруг той катастрофы. Никаких подробностей. Слухи так и остались слухами.

И всё же сердце сжималось от тревоги. Пугала сама возможность подобного. Кто поручится, что беда не придёт снова? То же самое может случиться и в её следующей игре. Для Юки, стремящейся пройти девяносто девять игр — да что там, для любого игрока — ситуация была хуже некуда.

«Нужно что-то делать, — подумала Юки. — Я должна докопаться до сути».

(3/22)

— И всё же...

Юки открыла глаза. Взгляд упёрся в знакомый потолок обшарпанной квартиры.

Хоть её и тянуло действовать, дальше порыва дело не шло. Пока что она просто сидела дома сложа руки. И вовсе не от лени: она понятия не имела, с какой стороны подступиться к расследованию той злополучной игры. Поразмыслив, Юки с удивлением осознала, что знает об индустрии до смешного мало — на ум приходило лишь то, что игры устраивают ради развлечения. Она не знала ни демографии аудитории, ни кто клиенты, ни объёма рынка, ни истории организации, которая всем заправляет. Не ведала даже, сколько игр проводится в год и сколько игроков в них гибнет. К тому же у неё не было никаких способов узнать что-то об играх, в которых она сама не участвовала.

Единственной ниточкой, связывающей её с организаторами, оставалась агент, но та больше на связь не выходила. Этого следовало ожидать: Юки узнала о случившемся только вчера, и вряд ли стоило ждать новостей в ближайшие дни. Хоть агент и работала на организаторов, веса она почти не имела. Скорее всего, она знала об этой игре не больше самой Юки. Не в обиду агенту, но будет чудо, если она перезвонит с новой информацией.

Затем Юки подумала, не воспользоваться ли связями среди игроков. Можно было бы пройтись по списку знакомых имён, поискать выживших в той катастрофе и расспросить их лично. Если теория шести рукопожатий верна, поиски не прошли бы впустую. Идея блестящая, но была одна загвоздка: Юки не знала контактов ни одного игрока. Да, она сделала себе имя как ветеран с сорока с лишним играми за плечами, но за пределами игр ни с кем не водилась. Такова плата за её стиль игры: ни на кого не полагаться. Теоретически она могла бы связаться с Коёми или Хакуси, но делать этого не хотелось: Коёми вроде как ушла на покой, а просить помощи у наставницы Юки не горела желанием.

Куда ни кинь — всюду тупик.

Однако прямо перед полуночью во мраке безнадёги забрезжил луч надежды.

— Точно, я совсем забыла про него, — проговорила Юки, глядя на левую руку.

Средний, безымянный и мизинец были протезами. Ей пришлось обратиться к мастеру-протезисту, чтобы заменить утраченные пальцы, после того как она получила необратимые увечья в Златых купальнях — её тридцатой игре, которая теперь вспоминалась с ностальгией.

Раньше ей это в голову не приходило, но мастер наверняка должен быть в курсе всего, что творится в индустрии. По долгу службы он постоянно общается с множеством игроков. Вполне возможно, ему повстречался кто-то выживший в той бойне.

Действовать нужно незамедлительно. Юки схватила телефон, нашла в истории звонков номер агента... и тут поняла, что на дворе глубокая ночь. Пришлось умерить пыл и отправить сообщение.

«Извини, что так поздно.

Я хочу навестить протезиста. Можешь меня отвезти?»

Ответ пришёл мгновенно. Телефон завибрировал в руке прежде, чем Юки успела бросить его на стол.

«Поняла.

Когда за тобой заехать?»

(4/22)

У каждого игрока был свой персональный агент. Загруженность у всех была разная: кто-то ограничивался сухими рабочими отношениями — пригласить в игру да отвезти на место, а кто-то общался с игроками куда теснее.

Агент Юки относилась ко вторым, но Юки всё равно чувствовала неловкость, командуя ей, словно личным шофёром. Увы, выбора не было: цель лежала в такой лесной глуши, куда не добраться общественным транспортом. Водительских прав у Юки не было, а просить кого-то постороннего отвезти её к мастеру, связанному с подпольным миром, она не могла. Пришлось звонить агенту — других вариантов не оставалось.

Так или иначе, в назначенный день агент привезла Юки к особняку в глубине чащи — обители мастера протезов. Из-за удалённости жилья протезист не запирал вход, так что посетители могли входить свободно. Юки отворила дверь, прошла по коридору и постучала в мастерскую.

Тишина.

— …

Не говоря ни слова, Юки шагнула внутрь.

Комната выглядела точь-в-точь как в прошлый раз. Несмотря на бесчисленное множество вещей, здесь царил идеальный порядок — полная противоположность квартире Юки.

Никого не видно. И всё же Юки была убеждена: мастер где-то здесь. В прошлый визит этот коротышка притворился, что его нет, спрятался в мешке, а потом вдруг как заорал, чтобы напугать её. Наверняка и сейчас задумал нечто подобное.

«Дважды меня не проведёшь», — подумала Юки. Она широко раскрыла глаза, высматривая следы протезиста. Мест, где можно укрыться с его габаритами, хватало с избытком: не только мешок, но и за полкой, внутри станка, под половицами или на потолке.

Но даже если он скрылся с глаз, должны остаться улики: дыхание, шорох одежды, тепло тела или запах. Юки напрягла все чувства, чтобы не упустить малейшую деталь...

...и тут позади что-то звякнуло.

Юки обернулась. В тот самый миг, когда она поняла, что звук издал скатившийся со стола карандаш, её левый локоть во что-то врезался.

Она глянула перед собой: инструмент, висевший на стене, падал — она зацепила его локтем, когда поворачивалась. Остальное посыпалось по принципу домино. Инструменты падали один за другим, пока наконец не обрушилась вся полка. Меньше чем за десять секунд угол комнаты превратился в жуткий бардак.

— ...Ты что творишь?

Голос донёсся от входа в мастерскую.

Это был мастер-протезист. От него валил пар — видно, он только что вылез из ванны.

(5/22)

— Прошу. — Протезист жестом указал Юки на гостевое кресло. Оно было достаточно высоким, чтобы ей было удобно сидеть на нём.

— Спасибо, — Юки опустилась на сиденье.

Она взглянула на сидевшего напротив мастера. Он был всё таким же крошечным и таким же бородатым. Ни волосы, ни борода ещё толком не просохли после мытья.

— Эм-м, простите за... беспорядок, — Юки покосилась на разгромленный угол комнаты.

— Думала, я прячусь, как в прошлый раз?

— Да...

— Тогда не бери в голову. Это я сам виноват, — великодушно ответил он.

— Извините... — повторила Юки.

Ей было неловко. Не оттого, что ошиблась, решив, будто мастер прячется, а из-за того, что задела локтем инструмент. Она не смогла сориентироваться. Пусть это не игровая площадка, но она проявила непростительную небрежность.

— Ладно... Ты на плановое обслуживание? — спросил протезист.

Юки сжала левую руку в кулак на колене.

— Да, но я хотела ещё кое о чём спросить. Мастер, до вас ведь доходят слухи из нашей индустрии?

— Ну, издержки профессии имеются.

Юки обрисовала ситуацию. Рассказала о случившейся катастрофе. О том, что мастер — единственный из её знакомых, кто может хоть что-то знать. И что она надеется услышать от него какие-нибудь подробности.

Реакция протезиста оказалась неожиданной.

— Что, и ты тоже?

Юки широко распахнула глаза.

Мастер погладил мокрую бороду.

— Дело в том, что в последнее время кто ни придёт — все об этом спрашивают. Неудивительно, что вам всем любопытно.

«Ну конечно», — подумала Юки.

Не одна она знала о катастрофе. Другие агенты рассказали своим подопечным, те разнесли слухи дальше, так что новость уже наверняка знали все. И, разумеется, остальным пришла в голову та же мысль, что и Юки. Она догадывалась, что у мастера обширные связи, но не думала, что другие тоже побегут к нему за советом.

— Отвечу тебе то же, что и остальным, — продолжил он. — Я ничего не знаю. Работаю я давно, но, по сути, я обычный старик. О самих играх мне мало что известно. Слышал, в той игре вроде кто-то выжил, но среди моих клиентов их нет.

— Правда?.. — в голосе Юки сквозило уныние.

Она чувствовала себя проигравшей. Мастер был её последней надеждой.

— Вы что, думаете, я знаю всю подноготную нашей индустрии? — хохотнул тот.

— Не знаю, как другие, а мне так и казалось...

— Вряд ли я знаю больше вашего. Я не зритель и на организаторов никогда не работал. Да и игроком не был, я ж мужчина... А что, всё и правда так серьёзно? С той катастрофой?

— Думаю, да. Похоже на Лес Свечей... Может, вы знаете кого-то, кто лучше разбирается в ситуации? Я была бы очень благодарна, если бы вы нас свели...

— Прости, но тут я уж не помощник. Живу ж в такой дыре, новые знакомства тут заводить трудно. У меня только вы, игроки, да...

Мастер вдруг осёкся. Его и без того морщинистое лицо избороздили новые складки.

— Хотя постой, есть тут одна... — продолжил он. — Правда, не уверен, жива ли она ещё...

— Кто?

— Бывший игрок. Теперь работает за кулисами, как и я.

Протезист сделал такой жест, словно царапал что-то у себя на руке.

— Она татуировщица. Может, чем и поможет. Я её редко вижу, только когда на обслуживание приходит, так что не знаю, там ли она ещё живёт... Адрес дать?

Отказываться не было причин. Юки кивнула. 

(6/22)

Получив зацепку, Юки попросила мастера осмотреть её протезы. С прошлого визита прошло немного времени, так что ничего серьёзного не обнаружилось, но...

— О? — удивился протезист посреди проверки. — А что у тебя с глазом?

— А?

Мастер в упор смотрел на правый глаз Юки — тот, что был немного светлее левого.

— А, глаз? — Юки потёрла правое веко. — Это давно уже. Повредила в Лесу Свечей... С тех пор цвет немного потускнел.

В Лесу Свечей, её незабываемой девятой игре, Юки рассекли правый глаз. Она тогда по неосторожности подошла к противнику, которого посчитала мёртвым, и нарвалась на жестокую контратаку. К счастью, зрение она не потеряла, но шрам остался — радужка стала бледнее.

— На зрении рана не сказывается, так что проблем нет, — добавила Юки. — Постойте, вы только сейчас заметили? Столько раз ведь у вас была...

— Да... Похоже на то, — пробормотал мастер, закрывая тему.

Юки запомнилось, каким мрачным стало при этом его лицо.

(7/22)

Задним числом понимаешь: обратный отсчёт уже пошёл. Отсчёт до невосполнимой утраты. Отсчёт времени, отпущенного на прохождение девяноста девяти игр. На самом деле таймер запустился ещё раньше — в Лесу Свечей. Та психопатка уготовила Юки такой же крах, каким завершилась карьера её наставницы.

Впрочем, бессмысленно гадать, как всё могло сложиться. Даже если бы Юки тогда осознала истинное положение дел, её судьба ей уже не принадлежала.

Ей ничего не оставалось, кроме как отправиться к татуировщице, которую посоветовал мастер.

(8/22)

Продолжение следует…

———