Том 3. Глава 0: Один прекрасный день

(0/10)

Юки очнулась в парке аттракционов.

(1/10)

Вокруг неё раскинулись самые разные аттракционы — знакомые всем с детства: колесо обозрения, карусель, картинг, вращающиеся чайные чашки; карусель с самолётиками, название которой Юки не знала; качающаяся лодка, название которой она когда-то помнила, но уже забыла; а ещё детские аттракционы в виде животных, которые включались, если вставить монету в сто йен. Вдалеке виднелся дом с привидениями, а чуть дальше — высокая платформа, по всей видимости, предназначенная для прыжков с тарзанки. Вокруг многочисленных аттракционов вилась дорожка американских горок.

С какой стороны ни посмотреть — место было парком. Ошибиться не смог бы даже трёхлетний ребёнок.

И именно здесь Юки заставили спать.

Опустив взгляд, она заметила, что одета в тёмно-синий пиджак — школьную форму. Хотя Юки и правда сейчас училась в старшей школе, такой формы не было ни в одной из тех, в которых она когда-либо бывала. Этот наряд был ей совершенно незнаком, но причина, по которой его на неё надели, казалась вполне очевидной. Как выяснилось, довольно немалое количество школьников по всему миру с радостью отправлялось в парки развлечений именно в форме, даже если сам парк не имел никакого отношения к учебе.

Почувствовав что-то странное в волосах, Юки в тревоге дотронулась до головы. Там оказался ободок с огромным бантом — таким, какие часто покупают на эмоциях, гуляя по парку. Несмотря на сильнейшее желание тут же его снять, она всё же решила оставить — мало ли, вдруг он станет тузом в будущем.

Юки побрела по территории парка.

Ни один из аттракционов не работал. Сколько бы она ни вглядывалась, колесо обозрения не двигалось, лампочки на карусели не светились, самолётики оставались неподвижны. Никаких детей, бегущих навстречу веселью, тоже не было — более того, весь парк казался совершенно безжизненным. И всё же Юки была абсолютно уверена: она здесь не одна. В таком огромном месте она не могла оказаться в полном одиночестве — хоть и не знала, кто здесь находится: враги или союзники.

Юки проснулась в парке развлечений. Но сон её не был беззаботным.

В детстве она бывала в парках лишь пару раз, и то не для того, чтобы просто повеселиться с друзьями в школьной форме. И уж тем более — не с ободком на голове.

Она не по своей воле оказалась здесь.

Но согласилась она сама.

Согласилась на игру. Смертельную игру.

(2/10)

Её настоящее имя: Юки Соримати.

Игровой псевдоним: Юки.

Она зарабатывала на жизнь участием в смертельных играх. В мире, где она носила имя Юки — написанное иероглифами, означающими «призрак», — не существовало ни этики, ни морали, к которой человечество шло миллионы лет. В одной игре игроков могли распилить пилой или проткнуть торс дрелью, в другой их сбрасывали с высоты в сотни метров, чтобы они разбились о землю. Иногда их тела разрубали на кусочки настолько мелкие, что невозможно было поверить, что перед тобой остатки человека. Порой игроки могли возненавидеть друг друга и сражались насмерть. И всё это происходило на глазах у богатенькой публики с весьма… своеобразными вкусами. Таков был мир, к которому принадлежала Юки — мир игроков в смертельные игры.

В этом мире Юки стремилась пройти девяносто девять игр. Почему она так решила — долгая история, которую здесь пересказывать не станут. Но как бы то ни было, Юки была твёрдо настроена дойти до конца. Совсем недавно она прошла свою тридцатую игру, а значит, уже преодолела тридцать процентов пути. В индустрии смертельных игр тридцатая игра считалась особенной: существовал даже специальный термин — Стена Тридцати. Теперь, когда Юки её преодолела, она официально вошла в число лучших.

Имея за плечами десятки игр, Юки чувствовала себя вполне уверенно. То, что её привезли без сознания на место проведения очередной игры (в этот раз — парк развлечений), абсолютно её не смутило. Как и то, что её нарядили в очередной новый костюм (на этот раз — школьный блейзер). Она даже успела предположить, что вокруг наверняка есть и другие игроки. Игра в парке развлечений вряд ли предназначалась для одного участника — скорее, для десятков.

Эта догадка подтвердилась уже через несколько минут, когда Юки наткнулась на вполне ожидаемую группу.

— Привет, — сказала она, помахав рукой.

Её приветствие было адресовано отряду игроков. Как и Юки, все они были девушками в блейзерах. Только у половины из них на голове красовались ободки.

Хотя со стороны они могли показаться весёлой компанией старшеклассниц, на их лицах не было и тени радости — может быть, потому что они находились в смертельной игре.

— Йо, — отозвалась высокая женщина. — Давненько не виделись.

Хотя сама Юки была довольно высокой, эта игрок — ещё выше. Та как-то рассказывала, что уже в средней школе доросла до 175 сантиметров, а сейчас и вовсе приближается к двум метрам. При этом она вовсе не была худощавой: хотя под пиджаком и было сложно рассмотреть фигуру, телосложение у неё явно было мускулистым — сильное тело, полностью соответствующее росту. Во всём она превосходила обычного человека. Юки невольно отметила, что на фоне остальных игроков она смотрелась как-то… неестественно. Словно она были всего лишь видением.

Её звали Магума. Она была знакома Юки и тоже регулярно участвовала в смертельных играх.

— Рада снова тебя видеть, — ответила Юки. Ей не часто приходилось задирать голову, чтобы разговаривать с собеседником.

— Как жизнь? — спросила Магума низким голосом.

— Неплохо. Эта игра по-своему особенная для меня, уже сороковая.

— Хм… Значит, Стену Тридцати ты прошла.

— А ты как, Магума? До тридцатой добралась?

Когда Юки виделась с ней в прошлый раз, у Магумы было двадцать пройденных игр. С тех пор прошло немало времени, так что было логично предположить, что она уже преодолела тридцатку — если продолжала играть с той же частотой.

Магума ухмыльнулась, а затем она озвучила неожиданное число:

— Сорок побед за спиной. Эта игра — сорок первая.

Юки удивилась тому, что умудрилась отстать, при этом ничего об этом не зная. Ведь эта игра была для неё только сороковой, значит число выигрышей всё ещё оставалось в пределах третьего десятка.

— Но, — добавила Магума, — даже у меня не самый крутой рекорд. С нами тут Эссей. У неё уже сорок пятая.

Она кивнула в сторону худощавой девушки, стоявшей немного поодаль от остальных игроков.

После Магумы та девушка казалась ещё тоньше, чем была на самом деле. Её волосы напоминали сахарную вату, а лицо будто сошло со страниц литературной классики, из-за чего создавалось впечатление того, что она постоянно погружена в сложные и высокие раздумья. 

Девушка внимательно рассматривала в руках предмет — точно такой же нелепый ободок, как и у Юки на голове.

Эссей была постоянной участницей игр, Юки уже дважды с ней пересекалась.

Понаблюдав за ней немного, Юки встретилась с ней взглядом, но они не обменялись ни словом. Эссей молча кивнула — и Юки ответила тем же.

— Получается, трое из нас уже прошли тридцать? — заметила Юки.

— Игроков всё больше и больше, — ответила Магума. — Сейчас такое уже не редкость.

Поскольку одна ошибка означала смерть, игроки, прошедшие более тридцати игр, были редкостью. Встретиться с тремя такими в одной игре — должно было быть событием из ряда вон.

Однако в последнее время Юки всё чаще оказывалась в подобных ситуациях. Как и сказала Магума, число игроков в смертельных играх действительно постоянно росло. Индустрия постепенно оправлялась после «Леса Свечей» — игры, что привела к сильнейшим последствиям. 

— Кстати, какие у нас правила на этот раз? — спросила Юки.

— А, точно… Это игра на выживание...

(3/10)

Магума объяснила Юки правила.

По парку разгуливали «палачи» в костюмах маскотов, вооружённые смертоносным оружием — клинками, огнестрелом и взрывчаткой. Игрокам предстояло устоять от их атак в течение заданного времени.

Это была игра на выживание — цель заключалась в том, чтобы продержаться живым определённый промежуток времени. Однако из-за присутствия трёх опытных игроков, прошедших по тридцать игр, всё пошло совсем по другому сценарию. Игроки не просто бегали и прятались ради выживания — порой они отбирали оружие у палачей и шли в контратаку. Число игроков и палачей постепенно сокращалось, но первыми были истреблены именно палачи. Все угрозы на территории парка были ликвидированы ещё до того, как истекла половина отведённого времени.

В результате игроки без особого труда прошли игру.

(4/10)

В конце смертельной игры игроки, как правило, шли по одному из двух путей. Одни отправлялись в больницу. Хотя организация, стоящая за играми, и не гарантировала выживание участников, в остальных аспектах она предоставляла весьма щедрую поддержку. По завершении игры всех лечили по последнему слову техники.

Так как в этот раз Юки не получила ни малейшего ранения, она, разумеется, выбрала второй путь — неспешную поездку домой в машине, предоставленной её агентом.

— Браво, — послышался голос агента, едва автомобиль тронулся с места. — Я рада за вас так, будто радуюсь за саму себя. От всего сердца поздравляю.

— …Спасибо, — ответила Юки.

Она преодолела сороковую игру, а значит наконец достигла уровня той принцессы, с которой она сражалась какое-то время назад. Пусть это и не шло ни в какое сравнение с преодолением Стены Тридцати, но для Юки это всё равно было значимым рубежом — несомненным достижением, достойным похвалы. 

Однако, несмотря на успех, на лице Юки читалась тревога.

И её причина заключалась в невероятной лёгкости прошедшей игры. На сороковой игре не лежало проклятие, подобное Стене Тридцати, так что отсутствие серьёзных трудностей не было чем-то необычным — и всё же в душе томился осадок.

Правда ли всё может быть настолько простым?..

— Кстати, Юки, — спросила агент, — куда вас отвезти? Домой? Или к нему?

Юки опустила взгляд на левую руку.

Её левая рука, настолько бледная, будто в её венах не было и капли крови, никак не пострадала. Правда, в трёх пальцах — от среднего до мизинца — действительно не было крови. Она потеряла их в своей тридцатой игре, «Златых купальнях», а позже заменила протезами.

— К нему, пожалуйста, — ответила Юки.

(5/10)

О его услугах Юки впервые узнала во время своей двадцатой игры.

В индустрии смертельных игр, по слухам, существовал ремесленник, зарабатывающий на жизнь изготовлением протезов. Хотя большинство травм, полученных в играх, можно было вылечить с помощью медицинской помощи от организаторов, бывали случаи, когда повреждения оказывались необратимыми — например, отгрызенная рука или нога, разлетевшаяся на куски. Чтобы помочь игрокам, которые, несмотря на такие травмы, всё ещё хотели участвовать в играх, мастер создавал протезы. Об этом Юки услышала от другой участницы.

Впервые с результатами его работы Юки столкнулась на двадцать третьей игре.

Та игра проходила при королевском дворе, где игрокам пришлось сражаться друг с другом в ципао*. Именно там Юки встретила участницу с необычно твёрдыми конечностями. Когда она поинтересовалась, в чём дело, то узнала, что руки той девушки были не из плоти и крови. Она двигалась с такой ловкостью, что трудно было поверить: руки и ноги у неё были искусственные. Победить эту участницу Юки стоило немалых усилий.

[п/п: Ципао — традиционное китайское платье. Можете посмотреть в интернете — сразу поймёте, о чём речь]

Впервые его услуги понадобились Юки после тридцатой игры.

Неосторожность стоила ей среднего, безымянного и мизинца на левой руке. Хотя в повседневной жизни отсутствие трёх пальцев не доставляло особых неудобств, то же самое нельзя было сказать о её «работе». На поле боя, где каждое мгновение решает судьбу, лишение трёх пальцев было серьёзным недостатком. Юки не решилась участвовать в тридцать первой игре в таком состоянии — она остро нуждалась в восстановлении руки, пока её навыки не успели притупиться.

Именно поэтому она обратилась к мастеру протезов.

К счастью, он с радостью согласился взяться за дело, и вскоре Юки вновь обрела прежние пальцы. Всё, что говорили о мастерстве этого человека, оказалось правдой: её новые пальцы ничем не уступали родным. Проблем было всего две. Во-первых, Юки приходилось периодически наведываться к нему для техобслуживания.

А во-вторых, жил он глубоко в лесу, вдали от цивилизации.

(6/10)

До смешного глубоко в лесу жил этот мастер.

После нескольких часов в пути, когда асфальтированные дороги остались позади, а Юки казалось, что её зад намертво сросся с сиденьем, она и её агент, наконец, добрались до самых дебрей. Поездка напомнила Юки о том, что Япония по сути своей — страна лесов. На первый взгляд может показаться, что человечество оккупировало каждый клочок земли, но на самом деле люди жили лишь в небольших островках цивилизации, окружённых бескрайними просторами дикой природы. Долгая дорога натолкнула Юки на подобные размышления, хотя они и были слишком возвышенными для неё.

Вскоре показался особняк. Внешний вид его был до того живописным, что казалось, будто он сошел со страниц учебника по истории. Вокруг дома деревья были вырублены, к входу вела мощёная дорожка, но агент всё равно припарковала машину на небольшом отдалении от двери — из необходимости.

— Похоже, мы не единственные гости, — заметила она.

Прямо у входа стояла ещё одна чёрная машина — точно такая же, как та, на которой приехала Юки. Значит, сюда уже приехал другой игрок.

— Судя по времени, может, кто-то из участников вашей же игры? — предположила агент.

— Не уверена… — ответила Юки. — Вроде никто не пострадал.

Судя по её памяти, у остальных игроков в игре в парке развлечений — у Эссей, Магумы и прочих — тела были вполне человеческими, с макушки до пят. Но Юки не могла с полной уверенностью довериться себе: костюмы в игре были не особо открытыми, да и протезы мастера были настолько искусно сделаны, что легко могли остаться незамеченными.

Впрочем, всё прояснится, как только она войдёт в дом, так что Юки прервала цепочку мыслей.

— Скоро вернусь, — сказала она и вышла из машины.

Агент помахала ей в след.

Входная дверь была не заперта — в столь уединённом месте опасаться грабителей было попросту бессмысленно. Поскольку Юки бывала здесь уже не раз, она уверенно вошла в особняк и направилась сквозь его изысканный, старомодный интерьер. Вскоре она дошла до нужной двери и постучала.

Но ответа не последовало.

«Он вышел?» — подумала Юки и приоткрыла дверь.

За ней находилась мастерская.

Свет был выключен, но благодаря воспоминаниям с предыдущих визитов и солнечным лучам, льющимся из окон, Юки без труда прошла вглубь. Помещение больше напоминало склад, чем обычную комнату — повсюду лежали всевозможные предметы.

Однако назвать его неухоженным язык не поворачивался. Скорее наоборот — всё было чётко подчинено порядку. Например, инструменты на верстаке лежали ровно в ряд, полки располагались на равных интервалах, словно их вымеряли линейкой, а все мешки из мешковины на полу склонились точно под одним и тем же углом, будто кто-то просто скопировал их и вставил в сцену. В каждой мелочи ощущалась нарочитость — расположение предметов было не случайным, а продуманным до последней детали.

Юки ощутила пробежавший по спине холодок — будто она вторглась в святое место. Осторожно, стараясь ни к чему не прикасаться, она двинулась дальше.

В конце комнаты была ещё одна дверь — за ней находилась личная комната мастера. Если его не было в мастерской, он должен быть там. Юки приложила ухо к двери, но ничего не услышала. Решив, что он мог заснуть, она нарочно издала звук перед тем как постучать — но всё равно не получила ответа.

«Похоже, его нет», — подумала Юки. И всё же потянулась к ручке.

И вдруг...

— Гра-а-а-а-а-а!!!

…громкий голос, подобно грому, прогремел рядом с ней.

— И-и-ик! — Юки подскочила от испуга.

(7/10)

Юки опустилась на пол, и в тот же миг, как её ноги коснулись пола, включился свет.

— Гва-ха-ха! Попалась, девчонка!

Юки несколько раз моргнула, глядя на нечто перед собой.

Это был мешок.

И весьма крупный — такого размера, в каких хранят кофейные зёрна или используют в качестве боксерской груши. Мешок яростно раскачивался взад и вперёд, а поскольку смех раздался изнутри, кто-то явно сидел в нём.

На стене рядом с мешком был выключатель. Когда Юки поняла, что это был выключатель света, содержимое мешка уже вышло наружу.

Из него выбрался старик, похожий на гнома из фэнтезийной сказки.

Он был довольно низкого роста — не выше метра, и стоя в полный рост, едва доставал Юки до груди. Тем не менее, его мускулистое телосложение говорило о том, что он весит не меньше самой Юки. У него была длинная борода, напоминающая нитку для розыгрышей на ярмарке. А еще мгновение назад в этой комнате раздавался его эксцентричный смех.

— …Здравствуйте, мастер, — поздоровалась Юки.

— О, привет! — радостно отозвался старик.

— Эм… А что вы, собственно, делали в этом мешке?

Юки посмотрела на уже опустевший мешок. Хотя он и был довольно большим, ей казалось, что целый человек поместиться в него не смог бы. Юки удивилась тому, что он туда втиснулся.

— Захотелось тебя напугать, — широко ухмыльнулся старик. — Глаз зацепился за этот мешок, когда ты вошла, и я подумал: «А не устроить ли небольшое представление?» Должен сказать, реакция у тебя была замечательная. 

Юки приложила ладонь к груди — сердце всё ещё учащенно билось. Сколько лет прошло с тех пор, как она в последний раз кричала от испуга? Он и правда её здорово напугал. До его выкрика она никого рядом не чувствовала. За общение с огромным множеством игроков он поднабрался опыта.

Этот человек, поведение и манеры которого идеально соответствовали его внешности, и был тем самым мастером протезов, которого искала Юки.

Его настоящее имя никому не было известно. Он просил звать себя просто дед, но Юки упорно называла его просто мастером. Несмотря на лёгкий, шутливый нрав, он был настоящим мастером и уже долгое время помогал игрокам, потерявшим части тела, возвращаться на поле боя. Поговаривали, что даже та самая психопатка и наставница Юки — Хакуси — тоже пользовались его услугами, хотя представить их в беседе с этим мастером она никак не могла.

— В любом случае… ты ведь пришла на осмотр пальцев?

Слова напомнили Юки, зачем она сюда явилась.

— А, да.

— Ты же вроде недавно была? Уж больно ты старательная. Хотя это похвально.

И правда, в прошлый раз Юки была здесь после предыдущей игры. На сей раз она пришла гораздо раньше положенного срока. Однако причиной была не прилежность, а тревога. Всё шло слишком гладко, и от этого Юки охватило беспокойство — ей хотелось убедиться, что всё в порядке.

— Как дела? — спросил мастер.

— Думаю, неплохо. Я только что прошла свою сороковую игру.

— Вот как? Молодец.

Несмотря на похвалу, тень с лица Юки не исчезла.

В этот момент она вспомнила о второй машине у входа в особняк.

— Я видела ещё одну машину снаружи. Кто-то ещё приехал?

— А? Ах да… Кажется, её звали… — он на секунду задумался и погладил бороду. — Точно, Айри. Вы знакомы?

(8/10)

Юки вошла в личную комнату мастера, как он и велел — подождать внутри. Помещение было обставлено самым необходимым: кровать, стол и стул. Помимо мебели, в комнате находилась девушка, расположившаяся с заметным неудобством на маленьком детском стульчике, подходящем по размеру самому мастеру.

У неё были голубые глаза и мрачное выражение лица. Казалось, что она устала от всего на свете. Волосы теперь были длиннее, лицо стало взрослее — куда более зрелым, чем в последнюю их встречу. Но черты и взгляд остались прежними.

Девушка обернулась, когда Юки вошла. Глаза её расширились от удивления — до такой степени, что Юки даже заметила покраснение по краям.

— Ю-Юки? — спросила она.

— …Привет, — отозвалась та.

Ошибки быть не могло — это была Айри. Как и Юки, она пережила «Лес Свечей».

«Лес Свечей…» То была её девятая игра, ставшая первой настоящей преградой в жизни Юки. Одна из самых многочисленных и самых смертоносных в истории — с рекордно низким числом выживших. Психопатка по имени Киара устроила настоящую мясорубку, вырезав почти всех игроков, в том числе наставницу Юки — Хакуси. Единственными, кто выжил в том кошмаре, были две девушки, стоящие сейчас в этой комнате — Юки и Айри.

С тех пор они не пересекались. Юки была уверена, что Айри ушла из игр, но, похоже, ошибалась.

— Давно не виделись, — сказала Юки.

— Рада тебя видеть.

Юки на секунду задумалась, что бы сказать. Бросив взгляд на изменившуюся прическу Айри, она заметила:

— Отращиваешь волосы, да?

В воспоминаниях Юки у Айри были короткие волосы. Теперь же они были заметно длиннее. Видимо, за полтора года, прошедшие с той игры, Айри отрастила их.

— Тебе идёт, — добавила Юки.

— Спасибо, — ответила Айри.

— Это… на удачу, что ли? Чтобы выжить или вроде того?

— А? Нет, ничего такого… — Айри провела рукой по локонам. — Просто одна игрок сказала, что так больше шанс получить хорошее вознаграждение — зрителям вроде как нравятся длинные волосы…

— …Логично.

Призовые после игр финансировались за счёт аудитории, и чем популярнее был игрок, тем больше он получал. Вкусы зрителей, как и у большинства мужчин, склонялись к длинным волосам.

— Я рада, что у тебя всё в порядке, — сказала Юки, меняя тему.

— Ну… не совсем всё.

Айри опустила взгляд. Её лазурные глаза скользнули к ступням, передний кончик которых был закруглён. Никаких носков или чулок на ней не было. На ногах не было пальцев.

— Я лишилась их в недавней игре, — объяснила Айри. — Мы были в заснеженных горах. Сама игра прошла нормально, но из-за неожиданной метели до нас не смогли добраться…

— …Вот это не повезло.

— С меня хватит. Серьёзно.

Эти слова показались Юки знакомыми. Она будто бы уже слышала нечто подобное — тогда, в «Лесу Свечей», когда они стояли друг перед другом.

— Значит, ты всё-таки продолжаешь играть? — спросила Юки. — Хотя в прошлый раз говорила, что больше не хочешь иметь с играми ничего общего.

— Я и сейчас так думаю. Но… Я ни на что другое не гожусь, так что по неволе продолжаю играть. Упустила момент, чтобы уйти, и вот уже прошла отметку в тридцать игр.

Эти слова потрясли Юки. Айри… тоже прошла через Стену Тридцати?

— В последнее время всё больше таких девчонок, как вы, — заметил мастер.

Юки и Айри одновременно обернулись к нему — в руке у него был ящик с инструментами.

— Я переживал, что будет после «Леса Свечей». Рад видеть, что индустрия потихоньку восстанавливается. Чем больше клиентов — тем веселее мне живётся.

— …Честно говоря, мне от этого ничуть не весело, — тихо произнесла Айри.

— Почему? — спросил мастер.

— Потому что, чем больше игроков… боюсь, скоро история повторится. Возможно, нас ждёт повторение той игры.

Юки подумала, что Айри слишком пессимистична, но… она и сама задавалась тем же вопросом. В этой индустрии слова вроде «мир» или «стабильность» звучали неправдоподобно. Всё происходящее сейчас казалось скорее предвестником надвигающейся бури. Мысль о том, что история может повториться, внушала Юки страх, гораздо сильнее того, что она испытывала в схватке с психопаткой.

Сейчас всё было иначе. Не так, как раньше, когда она беззаботно проходила игру за игрой. Спустя сорок игр, в которых она отчаянно боролась за право на жизнь, перспектива увидеть, как всё, чего она достигла, рушится в один миг… по-настоящему её пугала.

(9/10)

Мастер внимательно осмотрел протезы на пальцах Юки. Обслуживание прошло без происшествий — ни один ниндзя не ворвался в комнату посреди обследования, ни один настоящий палец Юки случайно не отвалился — и всё же, покинув особняк, она чувствовала ту же тяжесть на душе, что и до его посещения.

Пройдёт еще время, прежде чем она сможет угомонить переживания. 

Примерно через месяц Юки вступила в свою сорок четвёртую игру. Эта зловещая игра — Облачный пляж — станет её новым испытанием.

В ней Юки предстоит столкнуться с преемником игрока, который должен был погибнуть еще тогда, в «Лесу Свечей».

(10/10)

—————