По пути назад Туран сидел в лодке и внимательно рассматривал загадочное сокровище, которое только что получил.

Размером оно было как раз с ладонь.

Края скругленные, лицевая и тыльная стороны относительно плоские, так что по форме оно немного напоминало компас, который он носил с собой.

Примечательной деталью была маленькая кнопка сбоку: стоило нажать, как раздавался щелчок и крышка открывалась.

Внутри было пусто, так что назначение оставалось непонятным, но какая-то функция у предмета наверняка имелась.

К счастью, держать его в руке, чтобы пользоваться, не требовалось.

Достаточно было иметь его при себе, например в кармане, и он мог проявлять свои способности в любой момент.

Закрыв глаза, Туран ощутил бесчисленные присутствия, движущиеся под морем.

Группа крошечных искр, возможно, числом в сотни. Чуть более крупное скопление огоньков, десятки. А дальше — крупные огни, перемещающиеся поодиночке…

Обычно его радиус обнаружения составлял около десятка метров, но если сосредоточиться, он растягивался до нескольких десятков, иногда до сотни и больше.

Потренировавшись несколько раз, Туран снова достал компас, уточнил направление и взял курс на восток.

Он плыл около часа.

На пятый раз, применив магию обнаружения людей, он наконец уловил вдалеке слабый человеческий запах.

Понял.

Не издав ни звука, он подвел лодку к борту «Блю Марлин», запрыгнул прямо на палубу, и матрос на вахте, увидев его, вскрикнул.

— А! Мо… нет, господин рыцарь? Мы думали, вы остались на острове…

— У меня было дело.

У этого матроса, как и у Армани, в сердце тлел очень слабый огонек, но все остальное выглядело совершенно пепельным.

Это различие рас? Или тот был королевской крови и потому отличался?

Приняв почтительный салют, Туран вернулся в тесную каюту и лег на койку.

Голова казалась непривычно тяжелой — слишком много всего пришлось обдумывать.

На следующий день Туран проспал до тех пор, пока солнце не поднялось высоко. Его разбудил странный запах.

Из глубокого сна его выдернул сильный, густой запах крови.

Что такое?

Это же не открытое море. Откуда кровь на острове, где стоят десятки торговых судов?

Поднявшись на палубу, он сразу получил ответ.

— Угх…

— Черт, боль адская, дайте лекарство!

Матросы стонали, а по их спинам текла кровь.

Неподалеку боцман Ренак жевал какую-то траву и несколько раз взмахнул окровавленной плетью, чтобы та щелкнула в воздухе.

— Так, все, громко! Опоздание!

— Запрещено!

— Неповиновение!

— Это смерть!

Матросы с мрачными лицами отвечали, словно повторяли припев.

— Что здесь происходит?

— О, вы проснулись? Наказываем тех, кто вчера поздно вернулся после гулянки.

Старший помощник Осбан, наблюдавший за поркой с равнодушным видом, пояснил.

Туран вспомнил, что капитан накануне упоминал нечто подобное, но не ожидал, что действительно будут пороть только за опоздание.

Он долго смотрел на залитую кровью палубу, затем покачал головой.

Так ведь можно и убить. Но и вмешиваться, ломая их порядок, было бы неразумно.

У них свои правила. И главное — сами матросы вчера, похоже, согласились на такое наказание.

Вместо этого Туран сфокусировал зрение, усиленное Священной реликвией, и посмотрел, как выглядят остальные.

Сильных отличий почти не было, но у выпоротых участки синего пламени стали красноватыми и чуть рассеялись.

— А капитан?

— Сошел на берег. Сказал, ищет покупателя на корабль.

— Понятно.

Как владелец судна, Туран отправился на остров, оставив позади порку, чтобы посмотреть, как идут дела.

— У-у-ух! Ха-ха-ха!

— Уэээ…

— Ты, ублюдок! Думаешь, это туалет?!

Остров Мигель жил за счет торговых кораблей, заходивших сюда пополнить запасы.

Поэтому на улицах чаще всего попадались моряки с судов, стоявших в гавани.

Даже днем там были пьяные с пустыми глазами, орущие чепуху, кто-то блевал, кто-то без стыда мочился прямо на улице…

Турану даже показалось, что на материке люди хотя бы сохраняли минимум приличий.

Обходя таких моряков, он направился к центру острова, где стояло относительно опрятное, крупное здание.

Дорогая таверна только для капитанов.

Когда он подошел, здоровенный вышибала у входа протянул руку с видом недоверия.

— Эй, это место не для сопляков вроде тебя. Если соскучился по мамкиному молоку, иди к тем шлюхам.

Вместо ответа Туран щелкнул пальцами, зажигая маленькое пламя. Лицо вышибалы побледнело.

Не медля, Туран прошел мимо человека, который тут же согнулся в поклоне, и вошел в таверну.

— Это правда?

— Говорю же, оттуда бежали как минимум десятки тысяч. Похоже, это надолго останется землей смерти.

Капитан Пирес сидел в углу и увлеченно разговаривал с другим капитаном примерно его возраста.

Увидев Турана, Пирес вздрогнул и быстро склонил голову.

— Господин Туран.

— Доброе утро.

— Ну, утро уже не совсем… А, это капитан Самудел, «Зимний Ворон». В отличие от меня, он и капитан, и владелец своего судна, и именно он собирается купить ваш корабль.

— Рад знакомству, господин Туран.

Самудел был мужчиной средних лет в остроконечной треуголке. В отличие от Пиреса, оба глаза у него были целы, зато левая рука была заменена крюком.

Это что, обязательное условие для капитана?

Или просто морская жизнь рано или поздно калечит любого, кто дотянет до такого ранга?

— Взаимно. Итак, цена?

— Мы сошлись на тысяче золотых монет Захара за корабль и все мелочи внутри.

Туран никогда не видел золотых Захара и не мог оценить, справедлива ли цена. Но раз он обещал Пиресу долю, вряд ли тот продал бы судно за бесценок.

Туран кивнул и спокойно сел.

— Откуда вы идете, Самудел?

— Из пустыни Энрил. Иду в Абачу, то есть мой маршрут ровно противоположен ихнему. Как раз собирался купить в Абаче еще одно судно, так что рад, что нашел подходящее по хорошей цене.

— Вот как.

Самудел, видимо уже что-то слышавший от Пиреса, не стал недооценивать Турана из-за молодости и отвечал искренне.

Перекинувшись несколькими фразами и закусив соленой ветчиной и финиками, которые принесли к столу, Туран перешел к главному.

— Можно ли купить что-то вроде магического артефакта? Или хотя бы небольшой предмет равной стоимости.

Увидев недоумение Самудела, Туран объяснил ситуацию.

Он путешествует один, и таскать с собой такую сумму неудобно.

Выслушав, Самудел ответил сразу.

— Здесь такого не найти. Скорее всего, придется ехать в Комад.

Хотя остров Мигель был важным узлом торговли Северного моря, по сути это была лишь перевалочная точка для еды и выпивки. Остров слишком мал, экономика не настолько развита, чтобы тут появлялись подобные вещи.

Да и местные жили тем, что продавали морякам алкоголь и собственные тела, богатства у них не водилось.

Комад же, портовый город к северу от пустыни Энрил и конечная цель «Блю Марлин», был вторым по величине городом в землях Захара. Значит, именно там шанс найти нужное был высок.

— Если хотите, я напишу вам рекомендательное письмо. У меня есть связи с домом Дирмин, который правит Комадом. У них кровь Укротителя зверей, так что вы, возможно, даже сможете купить обученного магического зверя.

Услышав это, Туран тут же вспомнил коня Азиза, Тилли.

Того коня тоже обучал дворянин с кровью Укротителя зверей, дом Берг купил его и подарил Азизу.

Если удастся приобрести столь же сильное и умное существо, это будет неплохая идея.

— Благодарю, но…

Поняв, что Туран по сути спрашивает «зачем вам это?», Самудел ухмыльнулся.

— Я понимаю, что с той суммой, которую выплачиваю вам, господин Туран, вы сможете позволить себе обученного магического зверя. Я лишь облегчаю сделку между продавцом и покупателем, так что не чувствуйте себя обязанным.

Через два дня «Блю Марлин» снова вышел в море, пополнив запасы воды и провианта. Кроме некоторых выпоротых, физическое и душевное состояние команды полностью восстановилось.

Поскольку примерно две трети пути уже были позади, настроение у моряков держалось бодрое.

— Рейс вообще ничего так. Пираты стали нашим кошельком, погода сказочная…

— Все потому, что у нас на борту потомок богов.

Судя по всему, кому-то такая болтовня не понравилась: на третий день над горизонтом начали сгущаться черные тучи.

Второй помощник, как раз бывший на вахте, заметил их и сразу поднял тревогу.

— Штормовые тучи впереди! Готовьтесь!

Моряки, привыкшие к капризам Северного моря, быстро начали готовить судно.

Боцман Ренак приказал ослабить снасти и убрать паруса, рулевой, сглотнув, вцепился в штурвал.

Другие, включая кока, торопливо сносили в трюм то, что лежало на палубе, потому что нижние кладовые и так были забиты.

Но погода всегда непредсказуемее ожиданий. Не успели завершить подготовку, как хлынул ливень и ударили молнии.

В это время года такие дожди выстуживают тело мгновенно, будто вот-вот может пойти снег.

Матросы с посиневшими губами дрожали, но продолжали работать.

И тут огромная волна с чудовищной силой ударила в борт.

— Увааа!

Матрос, забравшийся на самую высокую мачту ослабить веревки, от удара отлетел назад и, крича, взмыл в воздух.

Упадет он на палубу с такой высоты или в море — исход один, смерть.

В тот миг, когда лица всех окаменели от ужаса, падающее тело внезапно остановилось.

— …А?

— Сюда.

По жесту и команде Турана матрос медленно опустился обратно на палубу.

Для мага человек без магической силы ничем не отличается от животного или предмета.

То есть сдвинуть человека было не сложнее, чем камень того же веса.

— В трюм!

— Есть, сэр!

Спасая одного, Туран не остановился.

Он удерживал снасти и паруса магией, закрепил оставшийся неубранным парус и вернул на место груз, катавшийся по палубе.

В процессе он вытащил еще двоих, которые поскользнулись и почти улетели за борт.

Убедившись, что все матросы, кроме рулевого, спустились вниз, он последовал за ними и закрыл дверь.

Прошло совсем немного времени, но от напряжения он тяжело выдохнул.

— Фух…

— С-спасибо, господин! Правда, спасибо!

Матрос, которого только что швырнуло в воздух, опустился на колени и зарыдал, словно молился.

— Не ушибся?

— Нет, сэр!

— Хорошо. Это главное.

Похлопав его по плечу и успокоив, Туран пошел искать капитана Пиреса.

Пирес обсуждал что-то с офицерами, но при появлении Турана разговор оборвался. Пирес глубоко поклонился.

— Спасибо, господин Туран. Благодаря вам выжили не только матросы, но и мы все. Если бы мы не убрали паруса вовремя, нас бы, скорее всего, уже утопило.

— Сейчас я такой же матрос на этом судне, как и остальные, так что сделал необходимое. Корабль выдержит шторм?

— Нам остается верить в корабль и в мастерство рулевого. Мы с офицерами будем по очереди выходить помогать. Но больше всего меня тревожит, что все промокли…

Груз с палубы занесли внутрь, и в каюте не осталось места даже шаг сделать.

Матросы в мокрой одежде дрожали от холода и жались друг к другу, пытаясь согреться.

Туран молча осмотрел их и повысил голос.

— Всем в круг!

Несмотря на громыхающий над головой гром, его голос четко разнесся по всей каюте.

Это было грубое подражание магии усиления голоса, которой когда-то пользовался глава дома Арабион на публичных выступлениях.

Пусть гораздо примитивнее, но для десятков людей в каюте этого хватило.

— Сейчас я зажгу огонь! Соберитесь вокруг меня!

— Господин Туран, если зажечь здесь огонь, это может кончиться бедой.

Пирес попытался остановить его, нахмурившись.

Если корабль качнет и пламя перекинется на стены, это будет катастрофа.

— Все в порядке. Я могу зажечь огонь так, чтобы он не распространился.

— Это вообще…

Пирес осекся.

Он лучше всех понимал, что стоящий перед ним маг — сила дворянского уровня.

Когда все матросы сомкнули круг, Туран создал в руке пламя.

Он прочно зафиксировал стойку, и огонь оставался ровным даже при сильной качке.

Одновременно он направил поток воздуха так, чтобы тепло расходилось равномерно. В каюте стало теплеть, и замерзшие тела начали оттаивать.

— О боги…

Матросы смотрели на Турана, державшего огонь и источавшего тепло, с завороженными лицами.

Это было совсем не то чувство, что несколько дней назад, когда они в восторге наблюдали, как он вырезает пиратов.

Люди служат магам, а маги властвуют над людьми и заботятся о них.

Впервые в жизни матросы ощутили, что о них заботится маг.