Стоя на вершине гигантского черепа и сжимая в руке Посох Бедствия Нежити, Лин Сюэ не отрываясь вглядывалась в даль, пытаясь отыскать ту самую знакомую фигуру. Но к её удивлению, сына она так и не увидела. Не было ни его самого, ни сияния Трона Божественной Печати Вечности и Творения.

Куда он делся? — с сомнением подумала Лин Сюэ. Именно из-за этого она в первую очередь и приказала армии нежити перейти в яростное наступление. Ведь с той стороны только Домен Вечности её старшего сына способен противостоять её Домену Стихийного Бедствия. Но теперь он исчез? Это с ним связаны события в городе Стихийного Бедствия?

Мысли проносились в её голове молниеносно, и вскоре она приняла решение. Неважно, что произошло с главным Алтарём Нежити в городе Стихийного Бедствия. Стоит выиграть эту битву — всё остальное теряет значение. Если армия людей будет полностью уничтожена и превращена в нежить, тогда весь этот мир окончательно окажется в её руках.

С этой мыслью Лин Сюэ высоко подняла свой Посох Бедствия Нежити. Домен Стихийного Бедствия тут же начал стремительно распространяться вперёд. Из её уст холодно вырвалось одно слово:

— Убить!

В то же мгновение армия нежити, подобно прорвавшемуся потопу, с рёвом ринулась на армию Федерации Святых Храмов. Ужасающая энергия нежити стремительно распространялась вперёд, словно эпидемия.

Сильнейшие бойцы человечества уже заняли боевые позиции, мораль и решимость были предельно высоки. Они были готовы к последнему бою. Сияние жертвенных навыков уже начало мерцать на телах пяти Рыцарей Божественной Печати. Ради того, чтобы сдержать эту угрозу, они были готовы умереть на поле боя. У них не было пути к отступлению — позади были их собратья, весь их народ.

И именно в этот момент внезапно над армией людей стало светлее. Сейчас как раз наступал вечер, но над позициями человечества неожиданно вспыхнул свет, словно день вновь вернулся на небо. Это внезапное сияние заставило и стремительное наступление нежити на мгновение приостановиться.

Затем все увидели, как в небе появилось сияющее Солнце. Великолепное золотое сияние озарило землю, словно насильно меняя местами день и ночь, и с собой оно принесло дыхание Света.

И вслед за Солнцем — рядом с ним — вдруг появилась Луна. Солнце и Луна блистали вместе, наполняя небеса. Потоки энергии Неба и Земли обрушились с высот, насильно остановив зловонную, как чума, энергию нежити, что стремительно накатывалась вперёд.

Под переплетением солнечного и лунного света из ниоткуда возникла девяти-цветная Корона, а затем, в окружении мягкого серебристого сияния, на высоте появилась человеческая фигура.

Казалось, что в самом небе возникла невидимая лестница, по которой он начал спускаться шаг за шагом. И с каждым его шагом девяти-цветное сияние вокруг него становилось ярче. Одно за другим девяти-цветные кольца расширялись, обрушивая на армию людей разноцветный дождь, наполненный энергией Неба и Земли. А для армии нежити это сияние было словно запрещённое заклинание очищения — оно неумолимо растворяло и уничтожало надвигающиеся энергии нежити.

Сидевший в воздухе, будто бы погружённый в медитацию, Лун Кункун в этот момент открыл глаза. Его пурпурно-золотые зрачки немедленно поднялись вверх — к той самой фигуре, спускавшейся с небес.

То была фигура, облачённая в сверкающие белоснежные доспехи. В этот момент он сжимал в обеих руках по тяжёлому мечу. А на его лбу смутно мерцали восемь пурпурно-золотых линий. С его появлением даже само небо будто не могло выдержать давления — в воздухе гремел гул, разрывалось пространство, и всё это напоминало сцену с появлением гигантского Костяного Дракона нежити.

Взгляд Лин Сюэ сразу же сосредоточился на этой фигуре. В этот миг её глаза были полны потрясения. Всего лишь четыре дня! А с её сыном произошли такие разительные перемены — сила его духовной энергии теперь была столь велика, что даже она, обладая такой мощью, не могла до конца постичь её глубину. До какого же уровня он поднялся?

Домен Вечности вновь в одиночку остановил натиск Домена Стихийного Бедствия, и один лишь он смог сдержать наступление армии нежити. Увидев его возвращение, пятеро Рыцарей Божественной Печати облегчённо выдохнули. То, что Лун Дандан успел вернуться вовремя, дало им ощущение, будто они только что избежали верной смерти.

— Обязательно ли доводить до этого? — Лун Дандан посмотрел на свою мать, стоящую на черепе.

Лин Сюэ холодно ответила:

— Разве не мне следовало бы задать тебе этот вопрос? Почему ты непременно встаёшь против всей нашей семьи?

В глазах Лун Дандана промелькнула печаль. Он понимал, что в такой момент любые слова бессмысленны.

В левой руке он держал Меч Пробуждения Жизни, а в правой — Меч Вечности, воплощённый Ангелом Вечности и сопровождающий Трон Божественной Печати Вечности и Творения. В этот миг он по-настоящему овладел мощью Трона Божественной Печати Вечности и Творения.

Громогласный драконий рёв разнёсся по всему небу. Восемь огромных голов, будто вырванные из самой ткани пространства, внезапно прорвались наружу. Казалось, что Лун Дандан полностью пробудил последнего аватара — у только недавно отрастившего седьмую голову Сяо Ба появилась и восьмая. Теперь его длина превышала триста метров, а телосложение стало ещё более мощным. Сила драконьего могущества потрясала небо и землю.

— Святость! — Лун Дандан поднял Меч Вечности.

В следующий миг от его тела отделилась семицветная тень дракона и влетела прямо в тело Сяо Ба. В одно мгновение и без того гигантское тело Сяо Ба начало стремительно раздуваться, излучая восьми-цветное сияние, сопровождаемое непрекращающимся рёвом. Он начал стремительно расти — длина его тела достигла тысячи метров.

Даже тот Дракон-Император, которого когда-то видел Лун Дандан, по сравнению с этим существом не выглядел более внушительным, и уж точно не был таким мощным, как Сяо Ба с восемью головами сейчас.

Хотя по сравнению с гигантским скелетом высотой три тысячи метров Сяо Ба всё ещё казался относительно небольшим, но в этот момент по силе ауры он ничуть не уступал Святому Магу Некромантии.

— Раз так — тогда сражаемся! — холодно произнесла Лин Сюэ. Скелет под ней резко поднял обе руки и с силой потянулся к Сяо Ба в небе.

Гигантские тёмно-синие тени с виде когтей, словно желая разорвать само небо, в одно мгновение накрыли пространство вокруг тела Сяо Ба.

Сяо Ба испустил громогласный рёв, тело его дёрнулось, и он со всего размаха ударил хвостом.

— Бум! — оглушительный взрывной звук прогремел по всему полю битвы, всё пространство задрожало, и в небе появились одна за другой гигантские трещины — словно само мироздание готово было погибнуть.

Лицо Главы тут же изменилось, и он немедленно приказал:

— Всем немедленно отступить на пятьдесят километров!

Это была уже не та битва, в которую могли бы вмешаться обычные профессионалы — даже такие, как они. Хоть он и не знал, до какого уровня поднялся вернувшийся Лун Дандан, но несомненно: эта битва находится на грани возможностей этого мира.

Лун Дандан соединил два меча перед собой. За его спиной в тот же миг вспыхнул световой облик Трона Божественной Печати Вечности и Творения, а девятикратное сияние обрушилось сверху подобно гнёту небес, подавляя всё вокруг.

Там, где проходило это девяти-цветное сияние, пространственные разломы мгновенно затягивались. А исходившее от Сяо Ба восьми-цветное сияние тоже стало девяти-цветным. Лун Дандан взмахнул мечами, и они слились в один гигантский девяти-цветный луч, устремившийся прямо к груди того тёмно-синего скелета.

На этом уровне развития абсолютная сила, сила домена и свои врождённые стихии оказываются куда эффективнее любой техники.

В руке у тёмно-синего скелета внезапно появился гигантский длинный боевой меч. Он взвился вверх, встречая девяти-цветный луч, и вновь раздался сокрушительный удар.

В момент столкновения лицо Лин Сюэ, стоящей на черепе, резко изменилось. В этой атаке обе стороны были почти равны по уровню духовной силы, но именно в миг удара она услышала жалобный стон своего посоха — Посоха Бедствия Нежити.

Даже среди сверх-артефактов существует разница. По своим свойствам её Посох Бедствия Нежити оказался полностью подавлен Мечом Вечности. Это было так же, как и с подавлением доменов.

Можно было ясно увидеть, как остатки девяти-цветного сияния задержались на лезвии боевого меча и стремительно начали распространяться по телу тёмно-синего скелета. Ещё более пугающим было то, что всё пространство вокруг содрогалось, а энергия Неба и Земли, невидимо ниспадая сверху, лилась вовсе не на Лун Дандана, а проникала прямо в тело скелета — усиливая остаточную энергию Вечности, оставшуюся в нём.

Лун Дандан вновь взмахнул мечом — очередной поток ослепительного девяти-цветного света обрушился с небес. Гигантский тёмно-синий Скелет поднял своё оружие навстречу удару. В этот момент Небо и Земля вновь содрогнулись от столкновения, а в воздухе с пугающей скоростью сгущалась всё более плотная энергия Небес и Земли.

Благодаря Духовным печам Тёплое Солнце над Голубым Полем и Лунный Свет Безбрежного Моря, Лун Дандан обрёл куда более глубокое понимание внешнего мира. Теперь он ясно осознавал: каждый мир, каждая планета на самом деле обладает собственной волей.

Почему на этом уровне бытия предел духовной силы ограничен миллионом единиц? Именно потому, что это — максимум, который способен выдержать сам мир. Превышение этого предела может привести к необратимым разрушениям.

Точно так же, мир, обладающий собственной волей, естественным образом стремится к процветанию и наполненности жизнью. Он желает, чтобы рождающиеся в нём существа становились всё сильнее, способствуя тем самым дальнейшей эволюции самого мира. А нежить, по своей сути, не способна этого достичь. С момента появления, она уже является антагонистом самой воли мира.

Воля мира не может напрямую вмешиваться в события, но способна едва заметно изменять течение вещей. Например, улучшать чью-то удачу. Или способствовать появлению того, чего не должно было быть вовсе.

Разве тот факт, что Лун Дандан смог обрести столько Духовных печей Стражей, не связан с волей мира?

В этот самый миг, когда его уровень силы уже превысил восемьсот тысяч единиц духовной энергии, а за спиной парил Трон Божественной Печати Вечности и Творения, сама энергия Небес и Земли беспрепятственно устремлялась к нему, будучи притянутой Лунным Светом Безбрежного Моря и Тёплым Солнцем над Голубым Полем. Всё это становилось частью его силы. Сейчас Лун Дандан буквально слился с волей мира, его сила сочеталась с намерением самого мира, а энергия Небес и Земли, наложенная на его Домен Вечности, пробудила истинную мощь этого великого сверхбожественного артефакта, создавшего всё живое в этом мире.

Бам! — девяти-цветное сияние, распространившееся по руке тёмно-синего скелета, наконец-то заставило его отступить на шаг. И этот шаг стал поворотным моментом в сражении.

Наблюдавшие издалека сильнейшие люди вздрогнули от волнения и сжали кулаки — получилось! Лун Дандан, вернувшийся после прорыва, действительно смог, полагаясь на Трон Божественной Печати Вечности и Творения, подавить Святого Мага Некромантии, обладающего собственным сверх-артефактом. Что могло быть воодушевляющее этого?

И ведь это только начало. Атаки Лун Дандана не прекращались — одна за другой они заставляли противника отступать. На теле тёмно-синего гигантского Скелета девяти-цветное сияние становилось всё ярче, а его телосложение — всё меньше.

Это была очищающая сила Творения. Под её действием он уже не мог поддерживать столь гигантскую форму.

Лин Сюэ изо всех сил направляла энергию нежити в тело скелета, но каждое новое рассечение Меча Вечности становилось ещё мощнее предыдущего, и несомая ими энергия Вечности с каждым разом ощущалась всё более ужасающей.

После восемнадцати ударов мечом подряд аура Лун Дандана стала всё более величественной. Его уровень духовной силы продолжал расти с каждой новой атакой. Это была поддержка со стороны сил Неба и Земли.

Сравнивая с этим, огромный тёмно-синий скелет, который всё это время отступал, уже уменьшился почти на треть. Хотя он по-прежнему выглядел колоссальным, упадок в его состоянии становился всё более очевидным.

Обе стороны понимали: исход этой схватки определит судьбу всего сражения.

— Лун Дандан, да ты и вправду решился поднять руку! Ведь это же наша родная мать, ты неблагодарный ублюдок! Мама, отойди! Теперь я! —

Именно в этот момент раздался громкий крик. Следом за ним фигура, окутанная пурпурно-золотистым светом, выстрелила в воздух словно снаряд и устремилась прямо к Лун Дандану, чьё тело было окружено девяти-цветным сиянием. За ним следовала ещё одна тень — тучная тёмно-золотистая фигура размером с гору.

Лун Дандан, конечно же, уже давно заметил в небе Лун Кункуна. Он прекрасно знал, что именно этот парень разрушил Барьер Вечности. Только благодаря его сокрушительной родословной, наполненной аурой разрушения, это было возможно.

Бум!

Двое братьев с силой столкнулись друг с другом.

Лун Дандан сражался мечом. Лун Кункун — кулаком.

Тело Лун Дандана было защищено Доспехами Вечности. А на Лун Кункуне не было и щита.

И при этом Лун Дандан только что отразил атаки самого Святого Мага Некромантии, обладающего сверх-артефактом!

И всё же — как раз когда все сильнейшие люди на стороне Федерации были уверены, что смена соперника ничего не изменит в общем ходе битвы, — произошёл перелом.

С громоподобным ревом одна фигура вдруг отлетела прочь, словно снаряд, после мощнейшего удара.

И тем, кого отбросило, оказался вовсе не атакующий пурпурно-золотой силуэт, а сияющий Рыцарь Божественной Печати Славы и Лидерства — тот самый, кто мгновения назад заставлял даже Святого Мага Некромантии отступать шаг за шагом!

Эта сцена вызвала настоящий шок и взрыв возгласов в рядах бойцов Федерации Святых Храмов.

Да, отбросило Лун Дандана.

Когда Лун Кункун вылетел в атаку, Лун Дандан, обладая своим уровнем духовной силы, инстинктивно взмахнул Мечом Вечности, чтобы отразить удар. Но вдруг Лун Кункун в воздухе словно стал призрачным, и даже Домен Вечности, обрушившийся на него, не оказал никакого эффекта.

И в следующее мгновение Лун Дандан получил страшный удар в левую щёку — и его отбросило прочь. В голове наступило полное помутнение.

Перевод: = mESSiAh =