５.

Выделив второй этаж клиники, недавно открывшейся на вершине холма, под жилое помещение, Фауст и Элиза окончательно переехали туда около месяца назад. Ещё не все вещи были расставлены по местам, но в целом помещение понемногу начало приобретать жилой вид.

Пока Фауст заканчивал тщательные сборы, Элиза, желая поскорее вернуться в клинику и отдохнуть, занималась подготовкой к мероприятию.

«Расходиться по домам в день свадьбы…» — в замешательстве произнесла Элиза, но резко повеселела, когда Вольфганг что-то прошептал ей на ухо, и изъявила горячее желание вернуться домой по отдельности.

Если спросить, о чём речь, они хором ответят: «О том, как сегодня было весело».

Это напомнило Фаусту о временах, когда его сторонились. Но главное, чтобы Элизе было хорошо, и поэтому Фауст, мотнул головой, постарался отбросить свою угрюмость.

Он не хотел её контролировать. Раньше их руки связывала болезнь, но теперь, когда она позади, всем сердцем хотелось жить без всяких ограничений.

Поэтому, после того как небольшая вечеринка в кафе подошла к концу, Фауст проводил взглядом машину Элизы, отправившейся в клинику, и вновь в спешке принялся за работу.

Обменявшись любезностями с гостями и переодевшись, Фауст помог навести порядок в кафе, закончил все дела и съездил на работу в больницу, чтобы забрать заранее приготовленные вещи.

Все подходили и хлопали его по плечу.

«С завтрашнего дня мы конкуренты, да, Иоганн?»

«Счастья вам с Элизой».

«Удачи, Иоганн!»

Врачи, помогавшие с назначениями, доктора, которые делились советами по поводу лечения Элизы, талантливые исследователи. Фауста провожали многие коллеги, в том числе и медсёстры, ухаживавшие за Элизой. Он покидал больницу, в которой проработал целых шесть лет.

Он чувствовал лёгкое одиночество среди всех людей, кроме Элизы.

Слегка щекочущее чувство, которое можно назвать гордыней.

Из-за проблем с машиной он шёл пешком, купив для Элизы цветы. Уже опускалась ночь. Учитывая, что празднование закончилось ещё днем, он заставил Элизу долго ждать.

Может, она устала и уже спит? Или ждёт его?

Томимый радостным волнением, Фауст направился к заднему входу, который вёл в жилую часть здания. Но он замер, обратив внимание на разбросанные лепестки. Они привели его к входу в больницу.

«...Сюрприз?»

Он вдруг вспомнил, как во время приготовлений перед свадьбой Вольфганг что-то шепнул Элизе, не желавшей возвращаться домой.

Фауст улыбнулся.

Любимая Элиза.

На что же она готова, несмотря на усталость, чтобы сделать его ещё счастливее?

Фауст пошёл к входу, следуя по дорожке из лепестков.

Дверь была открыта, но свет не горел, и внутри оказалось темно.

Нога Фауста чего-то коснулась.

«Что такое?»

Отступив на полшага, он нащупал выключатель и включил свет.

И в этот момент…

Скользкое.

Пахнущее мясом.

Ржавое.

Этот запах был ему знаком. Запах смерти.

«Франкенштейни?»

У его ног лежало скрючившееся тельце их любимого питомца. Фауст присел и провёл рукой по его шерсти, она была влажная. Поняв, что тело собаки в крови, Фауст вскочил.

Сердце колотилось с невероятной частотой. От тревоги и напряжения голова будто опустела.

Фауст, не моргая, смотрел на труп Франкенштейни, не в силах отвести взгляд. Было страшно увидеть зрелище, открывающееся дальше. Но оставаться здесь ещё страшнее. Собрав последние остатки храбрости, он поднял лицо. Лужа крови, в которой лежал Франкенштейни доходила до центра комнаты и смешивалась с другой, ещё большей. А в центре её…

«...Элиза?»

Букет выпал из руки. Даже дыхание замерло. Казалось, сердце перестало биться. Широко распахнутыми глазами, забывая моргать, Фауст смотрел на человека, лежащего на полу — на ту, что сегодня стала его женой, ту, что была его незабвенным ангелом. Из отверстия между глаз вытекала кровь и ликвор(1). Фауст был не в силах отвести взгляд от Элизы, утопавшей в море крови.

«Элиза!»

Фауст с криком бросился к ней.

Её тело, похожее на упавшую наземь птицу, уже было охвачено трупным окоченением, оно было холодным и твёрдым.

«Не может быть! Этого не может быть! Нет!»

Фауст поднял тело Элизы из лужи крови. Из приоткрытых губ уже не доносилось тепло дыхания. Прикоснувшись к тонкой шее и запястьям, он не почувствовал пульсации крови.

Кто это сделал.

Зачем. Почему.

Нет. Сейчас это не имеет значения.

Сначала нужно спасти её.

Элиза ещё не умерла. Просто выстрел в голову, кровотечение не смертельное, остановка сердца, трупное окоченение только начинается.

Пуля, попавшая в лоб, вышла через шею и осталась на полу. Собрать мозговое вещество, зашить рану, перед этим сделать переливание крови.

Нет, сначала сердце. Нужно заставить его работать.

Он спасет её. Он может её спасти. Он попытается.

В мире, стремительно терявшем звуки и краски, Фауст спешил в операционную со своей Элизой на руках.

В пустой больнице ещё долго раздавался его крик, зовущий Элизу.

(1)Ликвор — спинномозговая жидкость, циркулирующая в анатомических пространствах спинного и головного мозга.