３.

Человек. Что нужно для констатации его смерти? Остановка дыхания? Но разве пациенты, подключённые к аппарату искусственной вентиляции лёгких, умирают? Остановка сердцебиения? А что насчёт пациентов, подключённых к аппарату искусственного кровообращения?

Так что всё дело в смерти мозга.

Но как умирает мозг? Почему можно судить о смерти мозга у пациента, у которого есть сердцебиение и который может дышать?

Что, если посмотреть на это комплексно?

Давайте назовём смертью состояние, когда самостоятельное дыхание и сердцебиение отсутствуют, и даже при наличии компенсирующих факторов человек не может очнуться.

Что же тогда есть жизнь?

Дыхание? Сердцебиение? Работа мозга?

Если хотя бы одна из этих функций выполняется, человек считается живым.

Элиза сейчас мертва. Её поразила болезнь под названием смерть. И она должна быть вылечена, но недавно открытая клиника для этого не подойдёт. В конце концов, эта клиника для живых пациентов. Да и люди прознают.

Инновационные методы лечения всегда осуждались обществом.

Фауст тщательно вытер тело Элизы, надел на него чистую одежду, прикрыл ужасающую рану на лбу шляпой и уложил на диван в холле. Он вымыл и тело Франкенштейни, высушил его феном и уложил в корзинку, выстеленную его любимыми шерстяными одеялами.

Затем Фауст убрал все следы крови в холле и устранил все следы убийства. Даже если придёт полиция, и люминол выявит следы крови(1) — это заведение использовалось для проведения хирургических операций ещё до того, как они его арендовали.

Было бы странно, если б не осталось ни единого пятнышка, так что при всей тщательности уборки ничего не поделаешь. Убрав моющие средства, он сложил окровавленную одежду Элизы в бумажный пакет.

Наконец он привёл в чувство Вольфганга, оказал ему первую помощь и уложил, как и Элизу, на диван.

«М-м-м… Ай…»

«Вольфганг, прости, я не могу тебя здесь оставить. Ты можешь сесть за руль? Если нет, я отвезу тебя. Но перед этим мне нужно ненадолго одолжить твою машину, моя сейчас в ремонте. Нужно отвезти Элизу ко мне домой».

«За руль? Подожди… Зачем Элизу…»

Будучи всё ещё в полубессознательном состоянии, Вольфганг нахмурился и покачал головой, с удивлением увидев повязку на ране. Придя наконец в себя, он вцепился в Фауста.

«Иоганн! Что с Элизой?!»

«Я уложил её там. Сейчас мы поедем ко мне. Эта больница не подойдёт для Элизы в её нынешнем состоянии».

«Поедем ко мне?..»

Вольфганг испуганно взглянул на Фауста.

«Скажи, что это неправда! Ты же не собираешься везти её тело к себе домой?»

«Вольфганг, я понимаю, что ты хочешь сказать. Ты ведь думаешь, что это не лечится».

«Не… Не лечится?»

Лицо Вольфганга приобрело жёсткое выражение.

«Фауст. Элиза уме…»

«Да… Ты думаешь, я не смогу исцелить её от смерти. Как при нашей первой встрече. Но я и в этот раз доведу дело до конца. Элиза обязательно снова будет жить».

«Исцелить от смерти… Ты серьёзно?!»

Взгляд Вольфганга устремился к лежащей на диване Элизе. Они давно друг друга знали. Вольфганг знал, насколько Фауст серьёзен, и мог даже не спрашивать об этом.

Поэтому.

«Не сообщай в полицию. Никто не поверит, что можно возродить умершего. Сколько бы я не сопротивлялся, Элизу похоронят, и она останется лежать одна в тёмной земле».

«Это… А как же её родители? А друзья?! Регулярные обследования ещё не закончились, если она перестанет на них появляться, это сразу вызовет подозрения! Как ты собираешься выкручиваться?»

«Да, надо что-то придумать…»

«Что-то?! Да не о чем тут думать!»

Раздражённый Вольфганг поднялся на ноги.

«Что ты собираешься со всем этим делать? Как ты собираешься сохранить тело Элизы? Даже если… Даже если тебе удасться её оживить, если её тело начнёт разлагаться, она же станет просто зомби! Мы что, в фильме Ромеро?! Это не шутки — так с ней обращаться!»

Он ходил по кругу, что-то бормоча и хмуро оглядывая комнату так, будто кроме него в ней никого не было.

«А что, если я обращусь в полицию?»

«Я убью тебя».

Фауст ответил без колебаний, ничуть не переменившись в лице.

«Ты так спокойно об этом говоришь».

«Во что бы то ни стало я преодолею смерть. Так что, если я временно лишу тебя жизни, это не будет большой проблемой».

«Тогда как насчёт этого?»

Вольфганг достал пистолет.

В качестве пастора он порой приходил в опасные места и проповедовал Слово Божие преступникам. Ничего удивительного в том, чтобы иметь оружие для самообороны.

Страшного тоже ничего не было.

«Угу…»

Теперь к нему пришло осознание.

Фауст улыбнулся.

«Да… Обычно так и делают».

«Именно. Когда говоришь человеку, что убьёшь его, так всё и происходит. Так что давай, Иоганн, успокойся и звони в пол…»

«Я не это имел в виду».

Фауст встал перед Вольфгангом и постучал пальцами себе по лбу, там, где у Элизы была рана от пули.

«Если будешь стрелять, сюда, пожалуйста».

«Иоганн?..»

«Если Элиза не вернётся к жизни, мне лучше умереть. Это гораздо проще, чем воскрешать мёртвых. Обычно в таких случаях думают о самоубийстве».

«И ты вот так, молча, позволишь себя убить?!»

Тон Вольфганга был осуждающим, хоть сам он при этом стоял с оружием в руках.

«Мне не нужен мир, в котором нет Элизы. Если ты не дашь воскресить Элизу и убьёшь меня, я с радостью отправлюсь к ней».

Вольфганг, не опуская пистолет, прикрыл глаза.

«Другими словами… Если опустить воскресение Элизы, то либо ты меня убьешь, либо я тебя?».

Фауст кивнул.

Повисло долгое молчание.

Вольфганг опустил пистолет.

«Не будешь убивать?»

«Нет, конечно! Что я скажу полиции? Что я застрелил своего друга, потому что тот свихнулся, решил воскресить жену и пытался убить меня? Если дело дойдет до суда, поползут слухи».

Вольфганг раздосадованно бормотал что-то про себя, повторяя фразы «как же так получилось», «этого не должно было случиться».

«Даже если я сбегу, люди знают, что я направлялся сюда. У меня два варианта: умереть от твоей руки или убить тебя и быть уничтоженным обществом. В любом случае, Бог не обрадуется, получив душу кого-то вроде нас с тобой. Возродить Элизу? Попробуй, если сможешь. Если тебе удастся, это будет вторым воскресением Христа».

Вольфганг заткнул пистолет за пояс и пристально посмотрел на Фауста.

«И что же мне теперь делать?»

(1)Речь о тесте, используемом в криминалистике, в основе которого — явление хемилюминесценции (излучение света, появляющееся при протекании химических реакций). При обработке поверхности щелочным раствором люминола с перекисью водорода, в случае присутствия крови, выступающей в качестве катализатора, происходит стремительное его окисление. В результате видно бледно-голубое свечение следов крови.