Видя, как все сели в круг, Рикардис подумал, что эта просторная карета каким-то образом стала его и братьев Иссериона и Роуэна секретной базой. Никто не мог войти и выйти без разрешения, только они могли войти по своему желанию.

Милия держала рот на замке, какое-то время таинственно храня молчание, а затем, стоило им въехать в ворота императорского дворца, она заговорила:

[Это место очень холодное.]

Рикардис понял, что под «этим местом» она имела в виду красивый белый замок. Однако с приближением лета, когда листья становились зелёными, а солнце начинало печь, до Рикардиса не доходил холод, о котором она говорила.

[Тут скопился снег, который никогда не тает, и дует пронизывающий ветер. Это место, где в мгновение ока опускается тьма, делая холод ещё более суровым.]

Рикардис вновь выглянул в окно и посмотрел на выстроенные в ряд белые замки. Замок, ставший к ним ещё ближе, ярко сиял на солнце. Смотрелось красиво, но после слов Милии он стал выглядеть, как зимний берёзовый лес, покрытый небольшим слоем снега.

[Не забывай, что здесь каждое место и каждый человек для тебя зима, Рикардис.]

[Да, матушка.]

[Чтобы выжить, тебе необходимо стать холоднее и суровее, чем этот ледяной лес.]

Холоднее, суровее. Слова Милии прилипли к Рикардису, как мороз. Милия села поближе и обнял спины Рикардиса и Иссериона. Четыре головы столкнулись. Между ними извивалась Сетистия. Она, казалось, не была заинтересована в их разговоре. Посмотрев на Сетистию, Милия закрыла глаза.

[Рикардис. Будет тяжело. И больно. Но ты сможешь это выдержать. Люди слабы, но ради чего-то дорогого им они могут стать сильными.]

Говоря эти слова, Милия нежно гладила затылки Рикардиса и Иссериона. Рикардис кивнул. Ради своей прелестной младшей сестры, которая ещё не умела считывать серьёзность атмосферы, он был готов выдержать что угодно. Потому что Рикардис был хорошо знаком со страданиями.

Белый замок приближался. Милия ненадолго замолчала, смотря на его ослеплявший вид.

[Оставайся терпеливым и жди, Рикардис.]

Будет мучительно. Для Рикардиса её слова были абсолютом. Для него слова Милии были не просто предположением, а пророчеством, которое в ближайшем будущем станет правдой. Естественно было задаться вопросом, как долго продлится такое однозначно болезненное будущее.

[Как долго?]

Милия изогнула брови и улыбнулась. Впервые Рикардис узнал, что улыбка могла быть столь болезненной.

После этого Милия ответила на его вопрос, но Рикардис уже позабыл ответ. Должно быть, это были лишь бессмысленные слова, чтобы успокоить маленького ребёнка.

* * *

После возвращения делегации император стал более доброжелательным. Будучи родителем, как он мог чувствовать себя спокойно, когда собственными руками подтолкнул его к смерти? Должно быть, он был рад увидеть, что его сын вернулся домой в целости…

…Однако никто в императорском дворце не думал подобным образом. Даже те, кто не знал закулисную историю, догадались, что император был счастлив не просто из-за того, что делегация благополучно вернулась, а потому что император что-то получил от их возвращения.

И, как многие и ожидали, император действительно остался очень доволен великим подарком. Рикардис передал императору маленькую, роскошную коробочку вместе с клятвой союза между Балтой и Илабенией. Последнее было поверхностной целью миссии, а первое – тем, чего на самом деле хотел император.

Источником мощного и угрожавшего им оружия, которое использовала Балта, был кристалл магической силы. Хотя они ещё не обнаружили ничего, что могло бы оказать практическую помощь, император был в восторге, потому что само существование кристалла позволяло ему с нетерпением ждать войны в будущем. Император щедро вознаградил Рикардиса, сказав, что с момента получения подарка он полностью избавился от бессонницы.

Внимание дворянского мира было приковано к Рикардису, который добился больших успехов и даже привёз подарки, пройдясь по дороге, по которой его послали умирать. Они понимали, что император считал Эльпидио потенциальным кронприцнем, но, чем больше думали об этом, тем труднее было отрицать, что Рикардис был достойным кандидатом.

Если убрать в сторону очевидные – что он был популярен среди людей, а его божественная сила намного превосходила силу Эльпидио, – не было ли очевидно, что на стороне Рикардиса, который выжил в тяжёлой битве, была защита Бога? Таково было религиозное отношение, присущее исключительно народу Илабении.

По этой причине в Замке Лунного камня резко возросло число гостей. Его продолжали посещать дворяне, с которыми он даже не был близок до отправления делегации. Таким образом, Рикардис получил желаемое, избавился от ненужного и постепенно нарастил власть.

Теперь, когда он мог использовать достижения и власть, которую приобрел, чтобы держать Эльпидио в узде, Рикардис работал без перерыва над более важными делами. Например, над делом Розелин Редвил, его рыцаря сопровождения, которая очнулась на следующий день же после того, как Рикардис покинул Висту.

Имя Розелин поднималось и опускалось с уст великих и могущественных. К счастью, в нынешней ситуации, когда на его стороне временно была власть императора, отобрать у него Розелин оказалось непросто.

Те, кто понял это, попытались её раскритиковать. Должно быть, не в силах её заполучить, они решили её уничтожить. Начало увеличиваться число людей, нёсших чушь. Говорилось, что Розелин спасла его высочество второго принца, но была магом. Было что-то подозрительное в том, что она одолела всех убийц. Ходили теории заговора о том, что её победа могла быть сговором с «Чёрной Луной».

- Эта чушь – что-то новенькое.

Рикардис рассмеялся, словно был поражён документами, в которых был собран разный бред. Его реакция была не безосновательна. Мир был не настолько наивен, чтобы такая чушь распространялась. Фамилия Розелин была слишком могущественной для того, чтобы принадлежать «Чёрной Луне».

Редвил. Семья, которая несла славу наряду с долгой историей императорской семьи. Сильная, преданная и готовая выполнять императорские приказы. Поистине великолепные охотничьи псы.

Было не самым лёгким делом навестить ярлык шпионки на дочь подобной семьи. И Рикардис тоже не сидел сложа руки. То, что произошло между ним и Розелин, уже давно был обнародовано, без фактов, о которых упоминать не стоило, и наполненное преувеличенными фактами.

Розелин Редвил, самая преданная последовательница в мире. И второй принц Рикардис, который принял её с открытым сердцем несмотря на то, что она была магом со зловещими способностями. Прямо как в романе. А чем больше история была похожа на роман, тем охотнее народ её принимал. Абсурдную историю о том, что она была убийцей «Чёрной Луны», в свою очередь, заставляла толпу лишь без причины съеживаться и содрогаться.

Тем не менее, некоторые не сдавались и решительно требовали расследования в её отношении. В основном, это были люди Эльпидио. Также среди них были и семьи, ярые веровавшие в Иделабхима.

Поэтому, через два дня должно было состояться заключительное собрание по поводу её судьбы.

- Ваше высочество?

Рикардис медленно открыл глаза. Он ненадолго задремал прямо на стуле, так как последние несколько недель не спал как следует. Иссерион стоял рядом с ним, обеспокоенно смотря на него. Рикардис посмотрел на него с полузакрытыми глазами и сказал:

- Матушка… приходила ко мне во сне…

Иссерион моргнул. После смерти Милии Рикардис ни разу не упоминал о ней. «Неужели он разговаривал во сне?», подумал Иссерион, неосознанно покрывшись холодным потом, но Рикардис просто продолжал говорить:

- Наверно, из-за моей нынешней ситуацией, ммм…

Рикардис взялся за шею и повернул голову из стороны в сторону, чтобы расслабить напряжённые мышцы. Это короткое движение не могло снять накопившуюся усталость, но его было достаточно, чтобы немного поднять себе настроение.

- Думаю, она пришла, чтобы предупредить меня, что меня съедят, если я буду действовать мягко.

Выражение лица и настроение Рикардиса, говорившем о Милии, казались неплохими. Иссерион вздохнул с облегчением и смог ответить более расслабленно:

- Вполне в стиле императорской наложницы.

- Я пришёл в себя. Так, что происходит?

Если Иссерион, человек, который больше всех был обеспокоен режимом его сна, в такой спешке разбудил его, значит он не мог решить проблему сам.

- Ох, да так, пустяки.

У рыцаря высшего ранга Роуэна, стоявшего позади Иссериона, было ошеломлённое выражение лица. Его присутствие было пустяком? Рикардис увидел Роуэна и слегка улыбнулся.

- Роуэн.

Роуэн преклонил колено и положил кулак себе на грудь.

- Да пребудет с вами благословление Илабении, что призывает белую ночь. Приветствую ваше высочество.

- Ты усердно потрудился.

Роуэн был младшим братом Иссериона, рыцарем высшего ранга на голову выше и вдвое шире, чем его долговязый старший брат. Основной задачей рыцарей «Белой Ночи» было защищать Рикардиса, но у Роуэна она была другая.

Он сформировал независимую группу за пределами замка, чтобы следить за опасными людьми и иногда даже вмешиваться в ситуацию. Он был скорее наёмником или убийцей, чем рыцарем. Если другие рыцари высшего ранга работали открыто, Роуэн полностью отвечал за работу в тени.

Рикардис неохотно поручал ему такие миссии, но Роуэн с готовностью брался за них. Он говорил, что подобным должен заниматься самый надёжный человек. Таким образом, Роуэн, которому большую часть времени особо нечего было делать, в последнее время стал занят благодаря Розелин.