- Но я думаю, в этом есть что-то большее. Слышал, Голгартены задвигались для защиты дочери Фертана. И даже угрожали, чего раньше не случалось… Конечно, нам нужен маг для Благословенной Ночи, поэтому причина может быть в этом. Однако. Лично я думаю, что Рикардис видит в ней не только инструмент.

Эльпидио глянул на стоявшего Диеза и продолжил:

- Мне нравится беседовать с людьми, глаза которых на одном уровне с моими, Диез.

Словно ситуация, в которой ему приходилось поднимать взгляд, была неприятной, Эльпидио отдал величественно приказ. Диез опустился на колени. Он вежливо держал пепельницу двумя руками. Только тогда Эльпидио довольно улыбнулся.

- Она с детства знала Сетистию, поэтому, должно быть, они давно знакомы. Может, Рикардис и выглядит иначе, но у него есть мягкая сторона, поэтому, возможно, она…

Эльпидио рассмеялся. Его глаза блестели, как чешуя змеи.

- Люди склонны становиться слабаками, когда у них есть что-то дорогое им. Ты понимаешь, почему я тебя позвал?

- …

- Ты же дружишь с этой девчонкой Редвил.

- Да, брат.

- Как и ожидалось, ты будешь полезен.

Диез застыл, просто смотря на колени Эльпидио. Тук. Эльпидио резко швырнул курительную трубку в пепельницу. Диез быстро поднял голову и встретился с ним взглядом.

- Я уже говорил, что ты нравишься мне больше, чем тот идиот Тилленд.

Третий принц Тилленд был младшим братом Эльпидио. Его личность, внешность и имидж были точь-в-точь как у Эльпидио, прямо как и его амбиции.

- Ты знаешь своё место.

Говоря это, Эльпидио оглядел Диеза с ног до головы. Он напомнил Диезу, что это за «место»: роль пепельницы, преклонившей колени перед сидевшим, скрестив ноги, на диване Эльпидио.

- Поэтому ты мне и нравишься, Диез. Ты понимаешь, о чём я? – его голос начал становиться резче. Диез поджал губы. В голову ему пришла фигура Розелин. Как она спала в замке Драйторн с бледным лицом. И множество воспоминаний прошлого.

С короткими волосами, ниспадавшими на плечи, она ярко улыбалась в лучах солнца. Сердце Диеза бешено заколотилось. Внезапно он вспомнил, что сказал Эльпидио.

[Люди склонны становиться слабаками, когда у них есть что-то дорогое им.]

Диез понял, как слаб он сейчас был. Как жалок. Он не забыл, зачем он был здесь, но стал слишком слабым.

- …Брат.

- Да.

- Я всегда представляю тот день, когда брат наденет золотой лавровый венок.

Эльпидио ухмыльнулся и погладил Диеза по голове.

- Какой хороший день. Давай попьём чаю снаружи.

* * *

Прошло две недели и пять дней с тех пор, как Розелин проснулась в замке Драйторн. Из столицы, Тигарда, пришло письмо. Это был приказ вернуться в ряды рыцарей «Белой Ночи», как только её тело полностью восстановится. Как только Розелин получила письмо, Каликс едва смог помешать ей уехать в ту же секунду, даже без багажа.

Каликс тоже получил письмо, написанное лично Рикардисом. Даже получив письмо с императорской печатью, Каликс почти не волновался. Рикардис сказал, что хотел поговорить о Розелин, и Каликс лишь подумал, что наконец настал этот день.

Первая встреча Розелин и Рикардиса произошла намного раньше, чем можно было подумать. С тех пор, как она присоединилась к рыцарям «Белой Ночи» как ученица, прошло уже семь лет. Поскольку она была одной из немногих девушек, её назначили рыцарем сопровождения для Сетистии, едва она присоединилась. Сетистия очень любила Розелин, а Рикардис был из тех людей, которые ради младшей сестры и умереть могли, поэтому эти трое, естественно, проводили друг с другом много времени.

Отношения их двоих стали сильно натянутыми из-за смерти Сетистии, но даже тогда Розелин не оставила Рикардиса. В то время она держалась на одних только усилиях. Хотя он не знал, какие ещё эмоции были в этом замешаны.

Так что, каким бы равнодушным к ней ни был Рикардис, было бы трудно поверить, что нынешняя Розелин та же, что прежняя. Был предел тому, чтобы закрывать глаза под надуманным предлогом потери памяти. И Каликс подумал, что этот предел мало-помалу наступал, пока не обнажил себя полностью.

Рикардис никогда не был тупым или глупым. Он, должно быть, уже всё заметил, но, возможно, покрывал это. Нет, он всё ещё продолжал покрывать это.

Каликс слышал, что его сестра голыми руками сломала щит сэра Пардикта. Это был один из слухов, ходивших о Розелин, но Каликс нутром чуял, что он был правдив. Розелин, услышавшая об этом слухе от Каликса, гордо сказала: «Верно, я его сломала», заставляя сердце Каликса чувствовать ещё большую тяжесть.

Пардикт славился своим непревзойденным телосложением даже в семье Уолгрейв, которая состояла из грубых моряков. Щит Пардикта был ещё известнее. Шедевр, на создание которого у опытного мастера ушло примерно три года. Люди были изумлены размером и толщиной этого щита.

А она сломала его голыми руками… Услышав это, Каликс посмотрел на Макаруна слегка обиженным взглядом. Хотя у орла Макаруна была птичья голова, он скорчил раздражённую мину и отвернулся, словно не заметил его. В тот раз его не было рядом, потому что он ненадолго ушёл на патруль.

В любом случае, говорили, что именно Рикардис приказал сломать щит Пардикта, поэтому Розелин точно была раскрыта. Разве таким образом Рикардис не сказал, что знал о том, что она была созданием, способным разрушить объекты, что твёрже камня?

Но Каликс был не слишком обеспокоен. Потому что знал, что именно Рикардис был тем, кто позволил его сестре жить комфортной жизнью в этом замке.

Несмотря на то, что появился беспрецедентно могущественный маг, окружающие взгляды не были враждебными. Это объяснялось не только тем, что она спасла второго принца. А ещё и тем, что всякий раз, когда почти появлялась неблагоприятная история, информация где-то незаметно искажалась и обелялась. Из каждого переулка доносились небольшие истории из прошлого, рассказывавшие о том, какой умной и сострадательной была Розелин с самого детства.

Кроме того, ходили ранее не раскрывавшиеся красивые слухи о втором принце. Например, о том, что виконт Сэндклифф, который три года назад много помогал людям по всей стране, на самом деле был одной из личностей второго принца.

Было очевидно, что к этому приложила свои умелые руки семья Голгартен, владельцы огромной торговой гильдии, распространившей своё влияние по всему континенту, и с помощью денег вертела информацией, как могла. Однако, поскольку за ними был Рикардис, точнее было бы сказать, что инициатива исходила от него. Второй принц был не их тех, кому нравилось подобным образом манипулировать общественным мнением, но сейчас он вёл себя таким образом, что сразу становилось понятно, чьи руки и ноги он использовал.

Его действия подсказали его и её врагам, что за Розелин стоял второй принц Рикардис.

Неделю назад Каликс и графиня Драйторн получили известие о том, что на совещании, посвященном судьбе Розелин, было единогласно принято решение передать все полномочия по принятию решений Рикардису.

- …В этом единогласии вообще есть смысл?

Секретарь Каликса, Альтер, улыбнулся, подумав, что это было нелепо.

- Его высочество второй принц, кажется, изобретательнее, чем я думал.

Достигнуть единогласного решения на собрании, где присутствовала фракция первого принца, было вопросом не только находчивости. Каликс глянул на Альтера. Альтер дёрнул бровями и раскрыл ещё часть информации, которую узнал:

- Кажется, с некоторыми благородными семьями случилось кое-что плохое за несколько дней до собрания. Об этом не широко известно, поскольку такое нельзя обнародовать… Эм, предполагаю, потому что от удара пострадали хромавшие части. Говорят, что семьи, в которых произошли прискорбные инциденты, совершенно случайно все были благородными семьями, принадлежащими к фракции первого принца. Благодаря этому, они не могли позволить себе потерять ещё больше во время собрания.

- Какое совпадение.

- Да, невероятное.

Услышав слова Альтера, Каликс задумался. Результат был хорошим, но сам процесс был жёстче, чем ожидалось. Это отличалось от того, как Рикардис действовал раньше – тогда, когда он только пассивно укреплял свои щиты.

Каликс подумал, что, возможно, это его сестра так сильно поменяла этого человека. Это казалось абсурдным, но не полностью неверным, учитывая действия Рикардиса. У Каликса закружилась голова.

О чём бы он ни думал, Рикардис позаботился о том, чтобы Розелин, которая околачивалась за забором, находилась на его территории и была защищена. Благодаря этому Каликс смог получить письмо со спокойной душой.

Как и у Рикардиса – к нему, так и у Каликса было дело к Рикардису. Он не ожидал такой скорой встречи, но это было хорошей возможностью.

Каликс сунул письмо в карман.

- Дорога до столицы будет долгой, сестра. Я начну приготовления.

- Мы едем вместе? А что насчёт Эстер?

Каликс был так растроган, что его глаза засверкали. Он очень гордился развитием своей сестры, забеспокоившейся об их земле, оставшейся без их отца, графа Редвила, и его самого.

- За территорию во время моего отсутствия будет отвечать виконт Радмар, находящийся в подчинении Редвил. Не беспокойтесь.

- А, дядюшка Марш.

Розелин с пониманием кивнула головой. Каликс посмотрел на неё со странным выражением лица. Разве хоть раз рассказывал ей о виконте Радмаре? Но его отвлёк Макарун, вылетевший из окна.

- Я попрошу графиню ускорить приготовления.

- Угу, - Розелин ярко улыбнулась.

- Тогда продолжил, на чём остановились?

Каликс открыл книгу, которую держал в руке. Настроение Розелин мгновенно испортилось.