- Ро-Розелин…

Я не могла ответить. А, о… Ы… Из меня вырывались лишь стоны, не формирующиеся в слова. Внутри полуразрушенной кареты пахло кровью.

- …Я, рада, что ты в порядке…

Острые осколки разбитой кареты вонзились девочке в живот.

Аааааааа! Раздался настолько резкий звук, что мог бы разорвать барабанные перепонки. Не могу сказать, был ли это крик или плач. Мой, нет, Розелин. Это был её голос.

[Страшно. Мне страшно, что люди умирают так легко.]

В голову пришла слова, сказанные девочкой, и прошлое начало смешиваться с настоящим. То был счастливый момент. Розелин гладила мягкие волосы девочки и улыбалась. Тепло светило солцне, а воздух был уютным, как весенний бриз.

[Не беспокойтесь, ваше высочество принцесса.]

- Прошу… Ах, ай. Мой брат…

[Я вас защищу.]

* * *

Розелин проснулась незадолго до рассвета. Все её тело ощущало дискомфорт – возможно, из-за тревожного сна, который приснился ночью. Розелин повернула голову и посмотрела на Рикардиса, который крепко спал. Она интуитивно осознала, что увиденный сон был воспоминанием «Розелин». Розелин грубым движением вытерла рукой высохшие слёзы. Её первые слёзы в человеческом теле пролились из-за времени, которого она не помнила.

Розелин вышла через окно и наткнулась на Реймонда, исполнявшего обязанности эскорта. Комната второго принца. Рассвет. Так она ещё и такой вылезла из окна? Реймонд воскликнул с таким видом, словно в любой момент готов был разрыдаться:

- Я-я… Я тебя не так воспитывал, Розелин!

Розелин прочитала признаки приближавшегося долгого ворчания и быстро убежала. Она была быстра, как ветер. Реймонд до сих пор не мог отойти от шока и схватился за свой затылок.

Когда она вернулась в комнату, Макарун, спавший в чашке, внезапно проснулся. Его чёрные, похожие на кунжутные семечки глаза моргали. На пухлом животе были разбросаны крошки от оставшихся кукурузных зёрен. Эта девка… бродит по ночам… Так нель…зя… Пищащий звук растягивался из-за сонливости. На улице вставало солнце.

Большинство собраний проходили в серьёзной атмосфере. Это было естественно. Главным образом потому что это пространство, где собираются различные силы и орудуют своими ртами вместо мечей ради собственных интересов. Однако собрания в Балте отличались от собраний в большинстве стран. Хоть это и были те же самые улыбки снаружи и заточенные лезвия внутри, атмосфера совершенно отличалась.

Банкетный зал, богато украшенный золотом и различными цветами, был освещён тысячами фонарей и свечей. Он был полон всевозможных деликатесов, способных удовлетворить вкусовые рецепторы сотен, если бы их были сотни. Люди пили и танцевали под красивые и задорные песни. Словно на фестивале или банкете.

Однако была одна общая черта между этим непринуждённым и обычным собраниями: «Любое оружие запрещено внутри места проведения». Это правило было создано, чтобы максимально снизить факторы риска, поскольку это место, где проводились крупные национальные мероприятия и собирались важные национальные деятели. Однако.

- …Этим утром я получил сообщение со стороны принца Хакаба. Всем участникам делегации из Илабении позволено носить с собой оружие, где и когда угодно.

Это было необычно. Среди рыцарей поднялся переполох. Разрешение носить оружие когда и где угодно? Было ясно, что Хакаб говорил, имея в виду сегодняшнее собрание. Внезапное сообщение пришло всего за несколько часов до него. Они могли бы только ещё больше заподозрить неладное в сложившейся ситуации. Рикардис саркастично усмехнулся.

- Мне стало интересно, куда прялась эта его хорошая сторона личности. Это уловка, чтобы вызвать ненужный ажиотаж. Не будем обращать на него внимания.

Несмотря на беззаботное отношение Рикардиса, рыцари «Белой Ночи» не могли скрыть своих сложных чувств. Позволено носить оружие? Могут возникнуть неожиданные риски. Что-то произойдёт в зале заседаний? Или им нанесут удар под предлогом самообороны? О чём, чёрт возьми, думал принц Хакаб?

Волнение делегационной группы не утихало. Они ничего не могли с этим поделать, даже если враг это рассчитал. Потому что время для обсуждения контрмер поджимало. Рикардис скрестил руки и осмотрелся. Камень, упавший в озеро, вызвал рябь. Рикардис не видел ничего нелепее… этого. Он поднялся и сказал:

- Все, кто идёт в зал заседаний, будут безоружны.

- Я подчинюсь вашему приказу.

Все сняли ножны с мечами, прикреплённые к их поясам. У Розелин было такое выражение лица, словно она не понимала. Им сказали, что они могут принести с собой оружие, так почему они должны идти безоружными? Она медленно опустила меч с несколько недовольным выражением лица.

- Сэр Розелин, - позвал её Рикардис.

- Я.

- Оружие в ботинках тоже.

Розелин незаметно достала два кинжала из-за пазухи своих сапог.

Рикардис не особо об этом беспокоился. Хакаб был человеком, которому нравилось держать других людей под контролем. Он встряхивал других одним бессмысленным словом или действием и с удовольствием наблюдал за этим. Эльпидио сказал, что у него был характер, как у собаки, Рикардис предпочитал слово «дерьмо».

- Потому что от него не избавиться, даже если потрясти руку.

Иссерион выглядел потрясённым. Что за дерзость…!

Рикардис посмотрел на Диеза, который сидел молча. Диез не поддерживал и не возражал против его решения. Он всегда так действовал. Словно лист, плывший по воде, когда она текла.

Вместо двери в банкетном зале была арка, что позволяло чётко видеть интерьер. Звук звона стекла смешался с прекрасной мелодией. Премьер-министр Аттилак приветствовал их с сияющей улыбкой. Рикардис шагнул в сиявшее пространство после громкого объявления о том, что делегация из Илабении прибыла в зал заседаний.

Принц Хакаб, окружённый людьми, направился ко входу. Он был одет в длинную ткань, волочившуюся по полу, поверх туники, расшитой золотой нитью. Всевозможные украшения сияли на его руках и ушах. Хакаб приветствовал делегацию дружелюбной улыбкой. Он выглядел искренне счастливым – в отличие от членов делегации, которые нервничали и заставляли себя улыбаться.

Взгляд Хакаба устремился за спину Рикардиса. Он уставился на людей в белой униформе. Если быть точнее, на их талии. Убедившись, что у рыцарей не было оружия, Хакаб стал выглядеть заинтересованным. Эльпидио точно притащил с собой различное оружие. Хакаб подавил смешок. Как и ожидалось, этот будет намного сложнее.

- Спасибо, что проделали весь этот тяжёлый путь. Дорогие гости из Илабении, я первый сын Хиксалы Адона. Меня зовут Хакаб.

Рикардис также попытался вежливо ответить на это вступительное приветствие, но Хакаб подошёл к нему первым. Он без колебаний направился к Рикардису. Командир рыцарей Старц остановил Хакаба.

- Сэр Старц.

Рикардис позвал его тихим голосом. Старц кивнул и отступил. В Балте дистанция во время разговора была намного меньше, чем в Илабении. Да и первый принц Балты, Хакаб, был не таким глупцом. Не было и шанса, что он внезапно вытащит меч и попытается навредить принцу Илабении прямо в зале заседаний. Старц хорошо это знал, но сделал ошибку. План Хакаба встряхнуть делегацию непосредственно перед встречей оказался эффективным. Темноволосый принц прошёл мимо Старца с приятной улыбкой.

Эскорт отступил за спину Рикардиса. Хакаб улыбнулся и сделал ещё один шаг ближе к Рикардису. А потом ещё шаг. Их пальцы ног едва не соприкасались. Это разве не слишком близко? В тот момент выражение лица поменялось даже у Рикардиса. Хакаб нежно опустил руки на плечи Рикардиса.

- А.

Основываясь на своём собственном опыте, Розелин поняла, что собирался сделать принц Хакаб. Как она и ожидала, лицо принца повернулось к Рикардису.

Чмок.

Сквозь звуки музыки, заполнявшие пространство, Рикардис услышал это. Звук, который отчётливо прозвучал в его барабанной перепонке.

Он почувствовал. Мягкое ощущение губ, прижатых к его щеке.

Он с трудом повернул свою голову. Лицо принца Хакаба было прямо перед ним. Голова Рикардиса была необычайно медлительной. Только что, сейчас, его, щёку. Этот принц…

- Я правда хотел увидеться с вами. Принц Рикардис.

Словно подтверждая слух о том, что Хакаба любили все тринадцать его наложниц, на его губах играла приятная улыбка. Лицо Рикардиса скривилось. Диез тоже нахмурился, что было редкостью. Приветствие поцелуем в щёку было традицией Балты. Бывали случаи, когда это было необходимо делать даже жителям других стран – например, чтобы сформировать близкие отношения… Однако так никогда не делали на важных встречах, не упоминая уже про послов из других стран.

Внезапный поступок принца Хакаба на некоторое время погрузил зал заседаний в тишину. Группа, игравшая на своих инструментах, тоже была слегка встревожена. Но вскоре раздался весёлый смех. Дворяне Балты захлопали в ладоши и засмеялись. Принц Балты радушно принимал делегацию из Илабении. Каковы бы ни были его намерения, он говорил всем, что они должны были знать об этом.

Делегация тоже поняла его намерения. Это была страна, с которой они сражались сотни лет, поэтому в их искренность было трудно поверить. Королевская семья и дворяне Балты. Никто не показывал никаких признаков враждебности. Улыбавшиеся лица, которые умело скрывали мысли, вызывали ужас. Но это было гораздо лучше, чем погружаться в мрачную атмосферу. Было неизвестно, чувствовал ли принц Рикардис, встреченный с любовью, то же самое, но все остальные думали так.