*

По пути домой Сехон снова заговорил:

— И всё же мне гораздо спокойнее от того, что ты пообещала защитить мою жизнь.

— Э-э… да…

Смущенная Хара потрепала себя по щеке. Видимо, её раскатистый смех действительно произвёл на него сильное впечатление.

— Надеюсь, Юлли не слишком расстроится…

— Пусть расстраивается, ей это только на пользу.

Отрезал Сехон.

«А вот и нет», — подумала Хара. Ей отчаянно хотелось возразить, но она засомневалась: сейчас защищать Юлли с её стороны выглядело бы странно. Поразмыслив над этим, она лишь бросила:

— И всё же… мы ведь не по-настоящему встречаемся…

— М-м.

Сехон молча вёл машину, но спустя мгновение нарушил тишину:

— Разве созвездию понравится, если ты будешь говорить такое?

— Честно говоря, оно уже недовольно. Прямо сейчас.

Ответила Хара, легонько постукивая пальцем по воздуху. Сехон, сосредоточенный на дороге, этого не видел, но созвездие вовсю выражало ей своё возмущение.

[Исполняй условия контракта добросовестно!]

— И всё же, с другой стороны, это отличный и вполне правдоподобный предлог.

— Что?

Хара, которая была занята тем, что смахивала висящие в воздухе системные окна, запоздало обернулась.

За окном мелькнул зелёный сигнал светофона. Сехон с лёгкой улыбкой пояснил:

— Если подумать не только об этом событийном подземелье, но и о тех, куда тебе предстоит отправляться в будущем, нам понадобится прикрытие в виде «отношений», чтобы я мог сопровождать тебя. В конце концов, я гражданское лицо и не имею права просто так заявляться в любые врата.

— О…

Хара широко распахнула глаза.

— Вы хотите помогать мне даже после того, как закончится квест с подземельем на двоих?

— Разве не благодаря моему присутствию Кан Хара может полноценно использовать свои способности?

— Но как же ваша работа?

Должность ведущего на государственном телеканале — это вам не шутки. Вести главные новости означает необходимость являться на станцию каждый день строго по графику.

Однако врата не открываются по расписанию. Не станет ли это для него непосильной ношей? Хара невольно занервничала. Легко сказать — «помогать в выполнении служебных обязанностей.»

— Я ведь всё равно пока числюсь пострадавшим. К тому же…

Сехон пожал плечами.

— Стоит лишь упомянуть Команду K, как мне тут же разрешают прогулять эфир. Впечатляет, правда? S-ранг есть S-ранг.

— …Простите…

— Глупо спрашивать об этом только сейчас, но вы ведь изначально задействовали меня в документальном фильме намеренно, верно?

— Простите…

Хара и впрямь была не в силах поднять голову.

Сехон, и так догадывавшийся об этом, а теперь получивший прямое подтверждение, лишь усмехнулся. Ну конечно: одержимые рейтингами телевизионщики готовы пожертвовать кем угодно — хоть главным ведущим, — лишь бы присосаться к S-ранговому охотнику.

— Руководство без лишних вопросов освободит меня от графика, как только услышит, что я могу взять эксклюзивное интервью у Команды K. Проблема лишь со стороны Управления охотников, но…

— А.

— В подземелья гражданским вход строго воспрещён, но высшее руководство, судя по всему, уже в курсе штрафов, которые несёт Кан Хара.

Поведение начальника Чон говорило само за себя. Хара втянула голову в плечи.

— Я также догадываюсь, почему ваш квест засекречен. Если бы наш роман был официально признан S-ранговым заданием, это подняло бы невероятный шумиху. Хотел бы я того или нет, всю страну тут же заставило бы поволочь меня в подземелье.

В отличие от Кан Хары, Сехон как медийная персона гораздо лучше разбирался в изнанке шоу-бизнеса. Стоило ему вообразить, как вся нация принимается улюлюкать и требовать от них свадьбы, как ему захотелось с досады прикусить язык.

Если подумать, нынешнее положение дел было в миллион раз лучше.

— Но сейчас ситуация иная. Сценарий, где я выставляю себя полным безумцем из-за нашей любви, выглядел бы куда более интригующе, хотя интерес публики, пожалуй, снизился бы.

— Правда?

— Ведь тогда из заголовков пропадет заветное слово «S-ранг.»

А. Хара растерянно приоткрыла рот. Сехон продолжил:

— Помимо высшего руководства, знающего всю правду, нам нужен правдоподобный сценарий для всех остальных. Например: влюбился до беспамятства в девушку, спасшую ему жизнь в подземелье, и теперь просто не может безучастно смотреть, как любимая в одиночку суется в столь опасные места.

— …Вы это серьёзно?

— Говорят, современная публика от такого в восторге.

Хара лишилась дар речи. Всё из-за резко переменившегося поведения Сехона.

Ведь ещё сегодня днём, хотя он и вёл себя довольно покладисто, он всё же открыто выражал недовольство выходками созвездия. Почему же сейчас он вдруг воспылал таким энтузиазмом, уму непостижимо.

Она и понятия не имела, что за сегодняшний день успела невольно завоевать огромную симпатию Сехона.

Поэтому Хара, поразмыслив как следует, осторожно поинтересовалась:

— А как же ваша репутация, Юн Сехон…?

— А что не так с моей репутацией?

«И ещё спрашивает…» Хара попыталась собрать в кучу уплывающий разум и ответила максимально невозмутимо:

— Ну… звание «Самый надежный журналист года»…?

— Этот титул испарится после первой же оплошности новостного отдела.

— …Тогда, может… «Мужчина, за которого мечтают выйти замуж»…?

— Вот это дерьмо я как раз больше всего и хочу перестать слышать.

Сехон раздражённо цокнул языком.

А. Видимо, ему действительно осточертело.

— Ну, если повсюду затрубят, что вы крутите столь безумный роман и ради неё готовы штурмовать подземелья, возможно, эти разговоры наконец утихнут?

А, в самом деле… При такой-то внешности и стати его наверняка донимали со всех сторон. И вряд ли ему доставляло удовольствие слушать подобный бред.

Теперь она начинала понемногу его понимать. Значит, быть слишком идеальным — тоже своего рода проклятие?

— Но если в вашей жизни появится та, которую вы полюбите по-настоящему, не станут ли наши отношения помехой?

Стоило ей это произнести, как созвездие опередило Сехона, пронзительно свистнув.

[Созвездие «Купидон» крайне недовольно этим разговором.]

Хара тут же решительно смахнула назойливое сообщение. На самом деле, эта мысль уже давно не давала ей покоя — она собиралась поговорить с Сехоном при первой же возможности.

Ей было совестно, что он ввязался в её проблемы, к тому же она собственными глазами видела, как сильно он натерпелся сегодня на острове Бамсом.

Хара отлично помнила слова, брошенные им в самый первый момент, когда они только заговорили об этих чертовых контрактных отношениях.

— Что я получу взамен?

Именно. Он абсолютно ничего не получал от связи с ней. А теперь, когда он добровольно готов был жертвовать репутацией и карьерой ради помощи ей, Хара чувствовала себя не в своей тарелке и буквально сгорала от стыда.

И в то же время в её голове вновь пронеслось: «А Юн Сехон и правда отличный парень…»

Именно поэтому Хара приняла окончательное решение: пусть даже она и послужит препятствием на пути Сехона, перекрывать ему дорогу к личному счастью она не станет ни за что на свете.

Сжав кулаки до побелевших костяшек, Хара продолжила:

— Вдруг вы влюбитесь по-настоящему.

— …Об этом я подумаю, когда этот день настанет.

— Т-тогда, господин Юн, вы обязательно пообещайте мне одну вещь.

— И какую же?

Тем временем светофор сменился на красный. Машина замерла на пресловутом перекрёстке Кондок — оживленном и широком узле десятиполосной дороги. Несмотря на глубокую ночь, движение кипело. Стоящий впереди седан заливали алые, резкие всполохи стоп-сигналов.

Кан Хара, подставив лицо этому алому сиянию, твёрдо и отчетливо произнесла:

— Мы же договорились не лгать друг другу. Так что, господин Юн, если в вашей жизни появится та самая женщина, вы обязательно мне скажите.

— …

— Как бы сильно созвездие ни брыкалось, если вы по-настоящему полюбите кого-то, я ни за что на свете не стану вам мешать.

«Полюбить кого-то»… На душе у Сехона скребли кошки. Не успев даже толком осознать, что это неприятное тянущее чувство — чистой воды раздражение, он резко бросил:

— Даже если Кан Хара навсегда останется лишь наполовину пробужденным S-рангом?

— …Ну, пожив так какое-то время, я поняла, что статус «наполовину» — не такая уж плохая вещь.

Смущенно пробормотав это, Хара махнула рукой и вновь добавила с нажимом:

— Всё в порядке. Вы ведь и правда замечательный человек. Пусть от меня особой помощи и нет, но портить вам личную жизнь я не имею права.

Юн Сехон, вцепившись обеими руками в руль, пристально посмотрел на Кан Хару. Речь девушки заняла всего лишь долю секунды, одно мгновение.

И тем не менее этот образ почему-то намертво врезался в память Сехона. Лицо, всё ещё покрытое слоем въевшейся пыли, но исполненное какой-то непоколебимой твёрдости. То ли багровый свет светофора придавал ей такой вид, то ли что-то ещё.

Из-за этого ответ Сехона слегка запоздал. В тот момент, когда он наконец опомнился и приоткрыл рот, сзади раздался яростный гудок: «Би-и-и-п!»

Бросив взгляд вперед, он увидел, что светофор уже давно сменился на зеленый. Сехон плавно надавил на педаль газа.

Больше за всю дорогу Сехон не произнес ни слова. Вплоть до того момента, когда Кан Хара с благодарностью попрощалась с ним и скрылась за воротами дома.

Кан Хара скрылась в глуши переулка, и железная калитка со звонким лязгом захлопнулась. В темном переулке остался лишь одинокий автомобиль Сехона.

Тихий жилой квартал, забитый рядами припаркованных машин.

Сехон прекрасно понимал, что ему давно пора уезжать, однако продолжал сидеть на месте, до побеления пальцев выжимая педаль тормоза.

С чего вдруг на душе так паршиво?

Но стоило ему замереть посреди узкой улочки жилого массива, перегородив дорогу своим седаном и погрузившись в тяжелые мысли, как в спину ему впился злобный, надрывный гудок. Чертыхаясь про себя, Сехон крутанул руль.

Он ведь и сам прекрасно знал: у Кан Хары нет к нему никаких романтических чувств.

«Тогда какого чёрта меня так бесит эта ситуация?»

И зачем она только поставила всё с ног на голову? Припарковав машину возле своего жилого комплекса в Ёыйдо, Сехон всё равно не чувствовал ни малейшего желания подниматься в квартиру.

Денёк выдался на редкость сумасшедшим. Решив, что хорошенько обдумает всё в душе, он уже собирался покинуть парковку, как вдруг перед его глазами вспыхнуло тревожное предупреждение.

[Уведомление квеста: Позаботьтесь о яйце гигантского орла! Если отойти от яйца более чем на 5 метров, оно начнет остывать.]

[Расстояние до яйца: 4,8 м]

Ошеломленно вытаращив глаза, Сехон бросился обратно к машине и распахнул переднюю пассажирскую дверь. И тут он наконец всё понял, заметив на сиденье массивный предмет, похожий на страусиное яйцо, который ускользнул от его внимания из-за царившей в голове каши.

Этот безумный день определенно не собирался заканчиваться.