Август, 1318 год. Ленора, столица Белоффа.

"Соль Мюзе" — галерея искусств с выставкой и продажей предметов роскоши, таких как картины и скульптуры. Ленора, самопровозглашенный "Город элегантности". Здесь живет бесчисленное множество состоятельных людей, считающих роскошь добродетелью, поэтому подобные галереи здесь довольно распространены. Тот факт, что вечно убыточная галерея "Соль Мюзе" все еще существует, объясняется тем же принципом: она расположенная на улице Солей, где проживает, в основном, средний класс.

Владелец галереи, Барон Кобейн — человек, который кричит о чести даже находясь по уши в долгах. Он из тех людей, которые терпеть не могут быть кому-то должны, поэтому усердно трудится, для того, чтобы все сотрудники во время получали деньги. Его репутация не безупречна, но ирония в том, что пока он делает вид, что все в порядке, другие могут спокойно спать по ночам.

Но не стоит тратить время на человека, похожего на телегу со сломанными спицами.

Важнее поговорить не о нем, а о "ней" — женщине, которая в тот день появилась в "Соль Мюзе".

В тот самый день сотрудник галереи держал в руках газету "Ленора Пост" и боролся с непреодолимым желанием заснуть под влиянием летнего зноя. Внезапно, дверь открылась и вошла молодая женщина, около двадцати лет, а за ней — седой мужчина явно за тридцать.

Очевидно, что женщина происходила из богатой семьи, хотя никто не знал из какой именно. У нее были длинные, идеально черные волосы, за которыми явно тщательно ухаживали и белая кожа с персиковым оттенком здоровья. В ее опущенных глазах, разрез которых напоминал кошачьи, читалось легкое высокомерие. Ее чистый взгляд и насыщенные зеленью зрачки приковывали внимание. Сотрудник невольно вздохнула "Ах!", казалось, она светится изнутри.

"Теперь, в тени, я могу перевести дыхание."

Женский зонтик выделялся оригинальным дизайном кораллов на белом фоне. Это было поистине прекрасно. Но не зонтик, а сама девушка.

"Мне кажется летнее солнце так печет, что мозги жителей Леноры совсем сварились."

"Аннет, не говори такого на публике."

Ну, не легко обладать и красивым лицом, и безупречными манерами. Наконец, немного придя в себя, сотрудник осмотрел наряд девушки.

Тонкие летние перчатки были от известного бренда О‘детт, а шляпка с изысканным коричневым пером — новая модель от Биттенкур. Все это говорило об исключительной дороговизне ее вещей.

Богатая иностранка, путешествующая по Леноре? Мужчина, стоявший за женщиной тоже выглядел необычно. Его холодный взгляд отталкивал, а мятая рубашка говорила о том, что он особо не беспокоился о своем внешнем виде. Но карманные часы в его руке явно дорогие. Погодите, это Берлекс? Линейка "Коклинер" 1111 года? Неужели? Или это подделка?

Пока сотрудник продолжал свое, почти инстинктивное сканирование, женщина прошла мимо и остановилась напротив картины, висевшей на центральной колонне. Вспомнив о своих обязанностях, сотрудник сказал:

"Вам, должно быть, жарко! Я приготовлю что-нибудь выпить..."

"Не стоит. Если бы я хотела пить, то пошла бы в чайную." - ответила женщина, не отрывая взгляд от картины. И снова, она определенно не производила впечатление любезного человека.

"У нас нет времени."

Седовласый мужчина щёлкнул крышкой своих часов. Первые посетители галереи сегодня, похоже, даже не пытались притвориться сведущими в искусстве. Такие клиенты иногда появляются, подобно росткам фасоли, проклюнувшимся в сезон засухи.

"Тогда чем я могу вам помочь?"

"Мой спутник торопит меня, я не могу даже осмотреться. Перейду сразу к делу: я ищу барона Кобейна"

"Вы гость барона?"

"Особый гость. Вы случайно не знаете, где он?"

"Я простой работник... Барон иногда заглядывает в галерею. Я передам ему ваше сообщение, когда он приедет в следующий раз. Что мне сказать, по какому делу вы пришли?"

В тот момент сотрудник попал в самую шокирующую ситуацию за свою карьеру.

"Не могли бы вы передать барону, что он обязан продать это место, как бы ни пытался скрыться?"

"Простите...?"

"Нам нужно это здание."

"Э-э...?"

Женщина подняла руку и пошевелила пальцами. Словно по команде, ее спутник достал из сумки чековую книжку, ручку и чернила. Ручка заскрипела по бумаге, направляемая изящными пальцами в перчатках, которые стоили больше, чем годовая зарплата сотрудника.

Работник завороженно посмотрел на лист.

* * *

["Выдан банком Бельшутибанк"

Получатель: Жульен Пери

Сумма: 3000 ливров

Подпись: Аннет Р. Боннель]

* * *

Сотрудник был шокирован каждой строчкой. Сначала — увидев собственное имя в графе "получатель"; затем — суммой, равной его заработку за полгода; и, наконец, именем, элегантно выведенным в поле для подписи.

​Боннелл. Это было "Боннелл".

"Это чаевые. Пожалуйста, хорошо передайте наши слова барону Кобейну. Конечно, если вы скажете нам, где барон находится прямо сейчас, мы проявим еще большую щедрость"

"Боннелл" были одной из самых известных семей в Шавине, прибрежном городе, расположенным далеко к юго-западу от Леноры, и фигурировали в центре нескольких недавних скандалов. Самым громким из них было дело о 'продаже титула', решенное два года назад.

В тот день на улице Солей три магазина через квартал от галереи были проданы семье Боннелл и закрыли свои двери. А два дня спустя появились слухи о том, что крупная мастерская портного и старый пустующий участок земли в одном квартале от галереи тоже были проданы.

На третий день слух о том, что семья Боннелл из Шавина, начав с улицы Солей, заявила о себе в Леноре превратился в газетную статью опубликованную на второй странице "Ленора Пост" под заголовком: "БОННЕЛЛ РАЗРУШАЕТ ИСТОРИЧЕСКУЮ УЛИЦУ СОЛЕЙ!"