На завтрак я съел овощной суп и большую сосиску в уличном ларьке.

Я был рад, что теперь могу позволить себе любимую еду, так как в кошельке прибавилось монет.

Суп стоил сто пятьдесят римов, а сосиска — триста пятьдесят.

Мне показалось, что блюда из мяса здесь в целом стоят довольно дорого.

Набив живот, я, как и планировал, отправился прогуляться до площади перед королевским замком.

По пути я заглянул в лавку и купил кожаный рюкзак.

Он был довольно вместительным, из тех, что обычно используют искатели приключений, и отлично подходил для хранения вещей первой необходимости.

На эту покупку ушла почти вся наличность, и в кармане у меня осталось всего три тысячи римов.

Площадь перед замком оказалась гораздо больше и чище, чем та, что была перед подземельем.

Похоже, городские власти нанимали для её уборки специальных людей.

В углу стояла огромная доска объявлений, на которой красовались государственные указы и новости.

Там писали всякое: например, о повышении платы за проезд по мосту или о поимке опасных преступников.

В общем, что-то вроде местной официальной газеты.

Я начал оглядываться в поисках того, за чем пришёл, и быстро обнаружил цель.

Это был плакат с объявлением о розыске ведьмы Мишель.

Портрет был нарисован на листе бумаги размером с хороший киноафишный плакат.

У неё были томные чёрные глаза, выглядевшие усталыми, а под ними виднелись небольшие тени — следы недосыпа.

Волосы, чернее самой ночи, спадали ниже плеч.

Белая блузка едва сдерживала пышную грудь.

Несмотря на мрачный и неприметный вид, ведьма определённо была красавицей.

Правда, выражение лица у неё на портрете было какое-то обиженное…

— Так вот ты какая, ведьма Мишель… А ты весьма недурна собой.

Стоило мне пробормотать это под нос, как за спиной раздался знакомый хриплый голос.

— Ты так считаешь?

— Уо-о-о!?

Я невольно отпрыгнул в сторону.

Там стоял Жнец в своей серебряной маске.

— Минерва, ну нельзя же так пугать людей!

— Я не хотела…

То ли из-за той булочки с шоколадом, то ли по другой причине, но страх перед Минервой почти исчез.

— И что ты здесь делаешь?

— Да вот, решил посмотреть, как выглядит эта знаменитая ведьма.

Мы со Жнецом встали плечом к плечу и принялись разглядывать портрет.

— Ты тоже охотишься за ней?

— Да ну что вы. Я обычный торговец. К тому же мне кажется, что эту ведьму просто по-человечески жалко…

Ой, а не ляпнул ли я лишнего?

Хозяйка «Боттакуро» ведь предупреждала меня, чтобы я помалкивал о таком, а я и забыл.

Но Минерву мои слова, кажется, совсем не задели.

— Почему ты так думаешь?

— Ну как же, её ведь бросил жених в одностороннем порядке, верно? Конечно, накладывать проклятие — это перебор, но ей всё равно можно посочувствовать.

— Кхм… Кстати.

Мне показалось, или Жнец вдруг замялся?

Что это она вдруг начала вести себя так неловко?

— Это… ты серьёзно?

— О чём вы?

— Ну, ты только что сказал, что она… красавица и всё такое…

— А, вы про ведьму.

— Угу. И что же в такой женщине может нравиться?

Хм, неужели Жнецу, вопреки мрачному виду, по душе больше весёлые и яркие натуры?

Видимо, правду говорят, что людей тянет к своей противоположности.

— Да она же очень даже ничего. Ну, характер у неё, может, и мрачный, но если познакомиться поближе, она вполне может оказаться милой девушкой.

— Кхм-кхм, есть и такое мнение… Однако говорят, что она совершенно не пользовалась успехом у мужчин. По крайней мере, я слышала такие слухи…

Разговор обещал затянуться, и я решил достать угощение.

Это была новинка — шоколад «Кэрол».

Маленькие плитки шоколада „на один укус“ с множеством разных вкусов.

Даже обёртки у них были такими яркими и разноцветными, что на них было просто приятно смотреть.

[Название товара: Шоколад „Кэрол“]

[Описание: Шоколад в форме небольших долек. Съев его, можно почувствовать себя чуточку счастливее]

[Цена: 20 римов]

— Угощайтесь, это шоколад.

— Б-благодарю…

Обожающий сладости Жнец начал суетливо возиться с обёрткой.

— Возвращаясь к нашему разговору: странно, что ведьма не была популярна.

— В этой стране любят весёлых женщин. К тому же в ведьме нет никакого очарования…

— Да ладно? Разве этот её усталый вид не придаёт ей особого шарма? И грудь у неё большая, я бы точно не прошёл мимо такой девушки.

— В-вот как? Но у неё ведь и задница довольно крупная. Разве это не выглядит некрасиво?

— Да это же просто замечательно! От неё так и веет образом „проблемной девчонки“, но это только добавляет ей притягательности, которая с лихвой перекрывает все минусы.

И почему я веду со Жнецом эти типично мужские разговоры?

К тому же по какой-то причине мне безумно хотелось защищать эту ведьму.

Странное чувство, ведь я её даже в глаза не видел.

— Кстати, вы так много знаете о ведьме.

— Просто… видела её когда-то давно.

— Может, вы и сами её фанат, Минерва?

— Пф, терпеть её не могу…

Минерва просунула шоколадку под край маски.

— О, клубничный вкус…

— Сейчас у меня есть четыре вида: клубника, карамель, молоко и фисташка.

— П-продай мне всё коробками!

Вот уж действительно любительница сладкого!

Она сразу принесла мне выручку в две тысячи четыреста римов.

— …Твоё имя?

— А?

— Я спрашиваю, как тебя зовут…

— Ах, да. Я Яхаги Юсуке.

— Юсуке, значит…

Может, дело в шоколаде, но мне было на удивление легко и приятно общаться со Жнецом.

С каждой минутой наш разговор становился всё более непринуждённым.

— Я, конечно, рад, что вы всё купили, но много сладкого вредно для здоровья.

— Но мне же нравится!*

„Же“?

Вдруг она использовала такое милое, почти девичью фразу…

Впрочем, голос всё равно оставался мужским и хриплым.

— Я… я имею в виду, что просто не могу остановиться, настолько его люблю.

Вспомнив, что у Минервы в вещах было женское бельё — то самое, розовое и шёлковое — я решил не развивать тему.

Наверняка у неё есть свои секреты, о которых не хочется рассказывать первому встречному.

Лучше не лезть человеку в душу.

Мы проболтали с Минервой о сладостях и последних новостях почти до самого обеда и, кажется, неплохо поладили.

— Кстати, я хотела бы ещё раз уточнить…

— Ну что ещё?—

— Ты правда считаешь ведьму милой?

— Да сколько можно повторять. Просто она в моём вкусе, вот и всё. Хотя, пока не встретишься лично — не узнаешь.

— Хм-м, понятно…

Уж не знаю почему, но Жнец проявил в этом вопросе поразительное упрямство.

* * *

Примечание переводчика: В оригинале героиня использует японское окончание 「〜もん」 (mon). Это разговорная форма от 「もの」, которая часто встречается в неформальной речи. Она придаёт фразе мягкий, немного детский или капризный оттенок и обычно используется, когда персонаж оправдывается или говорит ласково.

В русском языке прямого аналога такому окончанию нет, поэтому его невозможно передать дословно. При переводе этот оттенок обычно передают интонацией или словами вроде «же», «ведь», «ну» и т.п.