В доселе безмолвном пространстве раскатисто разнёсся резкий звук выстрела. Но на этом выстрелы не кончились.

Казалось, что он попусту палит куда ни попадя и лишь переводит патроны, но немного погодя пол с грохотом провалился.

— Я же говорил, — сказал Шин Хэ Джун с самодовольным видом.

— Что тут что-то есть.

Стоило ему легонько отбросить обвалившиеся обломки, как показалась лестница, ведущая вниз, в подвал. Юн Су Джин и Им До Хён изумились, но А Хён осталась невозмутима.

— Эти ничуть не изменились с прежних времён.

А Хён могла держаться невозмутимо потому, что помнила: и в прошлом они вот так же маскировали проход в лабораторию под обычное, целое с виду здание.

— Нет, да вы такое…

Но Юн Су Джин, которой было нелегко принять всё это, не сумела скрыть растерянности и забегала глазами.

— …Вы что, в таком месте жили?

Глубокая-глубокая лестница вела в непроглядно тёмный подвал. Едва проход открылся, как наружу хлынул донельзя спёртый воздух. К тому же в нём ощущался едва уловимый запах крови и лекарств. Уже по одному этому можно было догадаться, что подземная лаборатория — место поистине жуткое.

— Су Джин, — окликнул её Шин Хэ Джун.

— Хватит теперь городить чушь, мол, бедные мы да несчастные, просто заходи. Мы сюда пришли лишь затем, чтобы найти У Джу и проверить, есть ли лекарство.

— …Пожалеешь их — и то не так.

Юн Су Джин, слегка смутившись, ступила на лестничную площадку.

Ведь, как и сказал Шин Хэ Джун, для начала надо было спуститься вниз и осмотреть лабораторию.

— А есть тут живые люди? — спросил Им До Хён.

— Должны быть, — ответила А Хён.

А Хён, глядя на неровно осевшую на лестнице пыль, усмехнулась.

— Не могут не быть.

Сердце колотилось как безумное. Надежда, что вот-вот удастся найти У Джу, и отчаяние оттого, что его, быть может, здесь нет, попеременно стучались в её душу. «Нет, нет. Всё хорошо. У Джу здесь. Он жив. Он пережил эти четыре года…»

А Хён сглотнула и медленно ступила вниз по лестнице. Как раз в тот миг до её ушей донёсся знакомый звук передёргиваемого затвора. Он повторился ещё и ещё.

Кто издавал эти звуки, они, кажется, знали слишком хорошо, а потому А Хён и её спутники смирно подняли руки и медленно обернулись. И тогда увидели Пэк Чэ Ха, Чо Ён Тхэ и И Су Хён.

— Ух ты, всё-таки выжили. Вот и славно. А я-то думал, вы померли.

[Я же говорила. Они живучее тараканов.]

— Э-эй. Нельзя же человека букашкой обзывать.

Чо Ён Тхэ и И Су Хён как ни в чём не бывало перебрасывались шуточками. От этого А Хён опешила ещё пуще — ведь всего две минуты назад из-за их выходки они едва не погибли.

«И при этом — вот такой вид, ни капли вины!»

— Раз уж так, могли бы с самого начала идти вместе, — сказала она, подступив на шаг ближе к Пэк Чэ Ха.

— О плане устроить лавину и смести зараженных вы ведь нам не сообщили, разве нет?

Приспешники «Свободы» вновь навели оружие на А Хён.

— Мне показалось, что госпожа А Хён хочет двигаться сама по себе, вот я и предложил так и поступить, только и всего. Не скажи она этого — мы бы и планом с вами поделились.

— Что за враньё!

Глядя на невозмутимо отвечавшего Пэк Чэ Ха, А Хён чувствовала, как начинает болеть голова. Да. Она злилась. А Хён то сжимала, то разжимала кулаки.

— Не доводите меня. А то я и вправду разозлюсь.

И тогда губы Пэк Чэ Ха скривились вверх.

— Я на то и делаю это, чтобы вы разозлились, госпожа А Хён. Всё ещё не понимаете?

— Он спятил? — пробормотала молчавшая до того Юн Су Джин.

— У него что, крыша поехала? Иначе с чего бы ему нести такую хрень?

— Госпожа Су Джин. Вы слишком громко.

— А я нарочно, чтоб слышал. Блядь, какой наглый гад: людей убить пытался. Может, взять да прикончить?

Обычно А Хён поморщилась бы от разнузданных слов Юн Су Джин, но сейчас её ругань была даже в радость. Мысленно показав Юн Су Джин большой палец, А Хён снова сосредоточилась на Пэк Чэ Ха.

— Господин Чэ Ха, — сказала А Хён.

— Я знаю, что вы тут ищете.

— Ты знаешь, что они тут ищут? Откуда тебе это известно? — удивлённо переспросила Юн Су Джин.

— У каждой лаборатории своя специализация. А Йонволь — по части исследований регенерации.

— Понятно.

Тогда Юн Су Джин, будто всё поняла, нахмурилась и впилась взглядом в Пэк Чэ Ха. А Хён — точно так же.

— Ваши ноги, — сказала А Хён, глядя на обе ноги сидевшего в инвалидном кресле Пэк Чэ Ха.

— Я о том, что вы забрались сюда, чтобы найти способ их восстановить, разве нет?

Ясные глаза Пэк Чэ Ха обратились к А Хён. Медленно поморгав, он вскоре широко улыбнулся и кивнул.

— В точку.

Похоже, отпираться он и не собирался. Он покорно признал это.

— Паралич нижней части тела, так это называется. Нервы отмерли, вот и не могу двигаться.

— …

— Стоит лишь оживить эти нервы — и я снова смогу свободно пользоваться обеими ногами. Вот к этому я и стремился, потому и добрался сюда.

— Он что, русалочка, что ли?

На слова Юн Су Джин Им До Хён прыснул со смеху. Но обстановка была не для смеха, а потому он снова придал лицу серьёзность и покашлял.

«Ну и чудят…» А Хён холодно, застывшим взглядом посмотрела на них, а потом снова уставилась на Пэк Чэ Ха.

— Разве вы не обещали помочь найти У Джу?

— М-м, было такое.

— Но, если судить по тому, что вы делали до сих пор, похоже, вы намерены нас убить и без помех перерыть лабораторию.

Пэк Чэ Ха пожал плечами.

— Не сказал бы, что вы ошибаетесь, — отозвался он как ни в чём не бывало.

— Как ни крути, а у вас с нами расхождения в убеждениях…

— …

— Чем возиться с утомительными препирательствами, лучше уж убить.

«Вот теперь и вылезает истинное нутро», — подумала А Хён и инстинктивно повернула голову к Шин Хэ Джуну.

Как же поведёт себя Шин Хэ Джун, узнав, что его любимый друг вынашивает подобный замысел?

«Разгневается?»

«Станет отрицать?»

«А если нет… то опечалится?»

А Хён тихонько отступила назад, и мимо неё вперёд вышел Шин Хэ Джун.

— Пэк Чэ Ха.

Пэк Чэ Ха, не отводя взгляда от глаз Шин Хэ Джуна, посмотрел на него снизу вверх.

— Ты… — Шин Хэ Джун, будто совершенно не понимая этой ситуации, крепко стиснул кулаки и переспросил.

— Ты чего?

Голос его беспощадно дрожал. Как и предполагала А Хён, в голосе явственно сквозило отрицание.

«Ему ведь не хочется верить. Не хочется верить, что Пэк Чэ Ха — такой человек, что он замышлял нас убить».

А Хён чувствовала, что в душе Шин Хэ Джуна ещё теплится тоненькая, как ниточка, струйка надежды.

Пэк Чэ Ха наверняка тоже это знал.

А потому Пэк Чэ Ха ответил колко:

— Чего это ты вдруг прикидываешься хорошим, Шин Хэ Джун?

Не поэтому ли?

— Это ведь то, что ты умеешь. Ударить в спину того, кто тебе доверял, и убить. И со мной так поступил. Разве нет?

— Ты!

— Не встреть я тебя снова — не злился бы я так сильно.

Пэк Чэ Ха поднял руку.

— С самого начала виноват ты — в том, что снова возник у меня перед глазами.

И тут же все стволы обратились на Шин Хэ Джуна. Стрелять предстояло с близкого расстояния, так что промаху взяться было неоткуда. Иначе говоря, стоило Пэк Чэ Ха лишь шевельнуть рукой — и Шин Хэ Джун погиб бы.

Но, даже понимая всё это, Шин Хэ Джун лишь мешкал. «Чёрт». Тогда вперёд вышла А Хён.

— Вы серьёзно намерены так поступить? — повысила голос А Хён.

— И это та самая справедливость, о которой вы твердили? Убивать за то, что настроение испортили, убивать за то, что не по нраву, убивать за то, что убеждения иные.

— А разве не этим занималась армия? — проговорил Пэк Чэ Ха, издав сухой презрительный смешок.

— То, что делали и вы, — почему это нам делать нельзя?

— Потому что вы революционная армия! — крикнула А Хён, ударяя себя в грудь.

— Если вы будете делать то же, что и армия, чем же вы тогда от неё отличаетесь?!

И она размашистым шагом двинулась к Пэк Чэ Ха. Десятки стволов были нацелены на А Хён, но ей всё было нипочём.

— Вы же говорили, что спасаете людей. Что вызволите их из-под гнёта армии. А теперь посмотрите, что творите. Оружием запугивать людей, убивать, подминать под себя — это… Это что, спасение людей? Разве это оно? — А Хён, скрипнув зубами, произнесла, налегая на каждое слово.

— Признались бы честно.

— …

— Что вы хотите властвовать над людьми вместо армии.

И в тот самый миг.

Последовал чудовищный обстрел, от которого содрогнулось здание.