— М-мэн...Мэн...З-зачем? — Ли Иль Бэк заикался, смущённо бормоча.

"Как он мог упомянуть Мэн У Шина именно сейчас?"

Сердце его бешено колотилось. Но собеседник уже был спокоен и уравновешен. Скорее наоборот, он был добрым и мягким. Судя по его внешнему виду, он не был похож на того пугающего человека, что только что произнёс странные слова.

Но даже спокойствие У Ён У пугало Ли Иль Бэка. Вместо того чтобы расспросить больше о Мэн У Шине, он покачал головой. Их разделяла всего пара лет. Он не хотел быть подавленным силой этого молодого айдола.

— У меня есть вопрос.

Вместо этого он заставил себя сохранять спокойствие, и У Ён У отпустил его запястье. Ли Иль Бэк быстро осмотрел пульсирующее болью место.

У Ён У отступил на полшага назад, но как раз когда он собирался задать вопрос, актёр издал короткий крик. Его запястье... Его запястье, где Рембрари держал его, было помято. Его тело стало мягким, податливым, как глина, как будто кто-то схватил его и крепко сжал.

Он отшатнулся назад в шоке, как будто что-то сломалось.

— Рука, рука... моя рука! — Ли Иль Бэк вздрогнул, а затем закричал.

— Иль Бэк-хён! — менеджер, услышав крик, в тревоге прибежал.

— Рука, рука!

Ли Иль Бэк кричал, показывая руку. Менеджер поднял её и шумно спросил:

— Что с твоей рукой? Болит? Где-то защемил?

Менеджер настойчиво спросил, внимательно осматривая руку. Снаружи она выглядела нормально, крови не было, но внутри могла быть сломана кость. Но Ли Иль Бэк вспыхнул. Можно было бы сказать, просто взглянув на его руку, верно?

Но как раз когда он собирался что-то сказать в гневе, Иль Бэк закрыл рот. Моргнув, он увидел, что с его рукой всё в порядке. Несмотря на то, что её схватили с такой силой, на ней не осталось ни единого следа.

— Какого чёрта…

Ли Иль Бэк почувствовал новый страх и посмотрел на У Ён У. Тот уже разговаривал с режиссёром, который показывал ему большой палец вверх и хвалил по-всякому.

— Ён У, ты гений! Ты гений актёрской игры! Люди должны это увидеть!

Режиссёр, казалось, был полностью очарован игрой У Ён У. Учитывал ли он всю эту атмосферу?

Ли Иль Бэк снова посмотрел на своё запястье. Оно было в порядке. Он поднял взгляд. У Ён У спокойно стоял и слушал похвалу режиссера. В его глазах было веселье. Взгляд У Ён У на режиссёра был полон интереса.

— Хён. — менеджер робким голосом спросил Ли Иль Бэка, шепча: — Ты ведь не принимал никаких лекарств? Это побочный эффект или...

— Нет.

— Нет… Не принимай ничего подобного.

* * *

В тот момент Рембрари стоял лицом к Лорду Редрин. Но Бог не смотрел на него. Он смотрел вниз, заложив руки за спину. Рембрари тоже опустил голову, чтобы увидеть, куда смотрит его Бог.

На поверхности, казавшейся плоской, возник вид на жилой район.

"Хаос", — подумал Рембрари.

Вторжение Владыки Демонов заставило бесчисленных монстров хлынуть в человеческое поселение. Крики, вопли, лязг оружия… Это было зрелище, от которого у него разрывалось сердце. У Лорда Редрин тоже было серьёзное выражение лица.

— Рембрари.

Затем он позвал Первосвященника.

— Лорд Редрин. Вы в порядке? — осторожно спросил Рембрари.

Но прежде чем он успел услышать ответ, недоумённо моргнул. Режиссёр танцевал перед ним.

"Почему этот режиссёр танцует? Где Лорд Редрин?"

— Я не понимаю, почему У Ён У позволили дебютировать как айдолу, а не актёру?

И шквал комплиментов хлынул на него. Рембрари был озадачен. Рядом с ним другой сотрудник съёмочной группы опровергал слова режиссёра.

— Нет, режиссёр. Ён У, у тебя прекрасный голос, когда ты поёшь. Актёрство — это одно, но с таким голосом следовало заняться музыкой.

— Он слишком хорош в актёрстве, чтобы заниматься только музыкой!

Это было не в первый и не во второй раз, поэтому Рембрари быстро понял ситуацию.

"Кто-то вышел и зашёл обратно, пока я на мгновение увидел моего Бога. Ну, он, должно быть, сыграл хорошо, раз режиссёр хвалит меня".

— Когда смотришь, как актёры играют, то понимаешь. Есть те, что производят впечатление хороших, а есть те, что даже и не думают об игре. Такие буквально меняют атмосферу настолько, что сложно понять, где тут игра, а где реальность. Ён У явно из таких.

Рембрари кивнул, хотя это была не его собственная игра.

* * *

Поскольку роль призрака Рембрари была короткой, съёмки закончились быстро. В то время как остальным приходилось задерживаться на площадке, ёрзая и зевая, он смог уехать первым.

Только важные актёры сохраняли свои позиции из лояльности. Было бы странно, что кто-то вроде Рембрари, кто появился лишь ненадолго в камео, оставался на съёмочной площадке весь день из-за преданности делу.

И всё же, чтобы понаблюдать за игрой Чон Со ещё разок, пока Са Гам Джэ готовил машину, Рембрари встал поодаль и перевёл внимание на Шина, персонажа из "Квартиры". Но, понаблюдав за игрой лидера группы некоторое время, он почувствовал на себе колючий взгляд Ли Иль Бэка.

Рембрари посмотрел на ведущего актёра. Внезапно на его лице отразилось озадаченное выражение. Мужчина безучастно смотрел на него, разинув рот. Когда их взгляды пересеклись, Ли Иль Бэк вздрогнул, словно увидел что-то, чего не должен был видеть.

"Он боится", — Рембрари цокнул языком. — "Похоже, Владыка Демонов вышел вперёд".

Если бы проявился "У Ён У", никто бы так не испугался. Он отвёл взгляд от Иль Бэка. Тем временем менеджер Чон У позвал его к себе.

— Ён У, — сказал он, когда Рембрари подошёл. — Я присмотрю за Чон Со, а потом приеду. Ты езжай первым с Гам Джэ. И не выходи поздно вечером, чтобы встречаться с братом.

— Понял.

* * *

Это могло остаться просто мимолётным инцидентом, однако те, кто был на мгновение впечатлён, не позволили этому закончиться как простому событию. Независимо от того, нравилось им это или нет, было два человека, глубоко впечатлённых яркой сценой.

Одним из них был актёр Ли Иль Бэк, а другим был режиссёр.

Режиссёр решил позвонить своему другу. Он вспомнил, что его друг сказал раньше, за выпивкой:

— Я не знаю, кого взять на роль художника. Мне никто из кастинга не подходит. Если мне нравится одно, то чего-то другого не хватает, а если пытаюсь дать поблажку, то что-то третье выползает.

Друг-перфекционист признался, что сейчас готовится снимать дораму и испытывает трудности с кастингом на эту роль. Хотя роль не была главной, он вложил в неё много сил, поэтому так тщательно выбирал будущее воплощение.

Роль предполагала воссоздание образа замкнутого и загадочного художника. Друг отправил финальный синопсис трём людям, которые, по его мнению, лучше всего подходили на эту роль, и все трое ответили положительно. Однако он всё ещё не мог решить, кого взять, говоря, что каждый из них ему в чём-то нравится, а в чём-то совершенно нет.

Другой режиссёр оценил бы сильные стороны кандидатов и обозначил свой выбор, но, будучи перфекционистом, друг не мог определиться и просто бродил вокруг да около. В общем-то, среди списка кандидатов, показанных режиссёру, было имя У Ён У.

— Алло? — начал режиссёр, как только его друг ответил. — Ты же говорил, что рассматриваешь кандидатов на роль художника, да?

— А. Э-э. Да.

— Ты уже решил?

— Нет. Думаю, придётся пойти на компромисс. Боюсь, если мы ещё немного задержим график, трансляция сорвётся.

— Бери У Ён У. У Ён У.

— Что? О чём ты? Почему звонишь как гром среди ясного неба?

— Мне просто неловко от того, что у меня он появился лишь в эпизодической роли. Он гений актёрской игры, гений!

— …О чём ты опять?

— Сегодня, знаешь...

Тем временем Ли Иль Бэк позвонил Мэн У Шину.

Тот ответил спустя долгое время. Как только звук соединения пропал, Ли Иль Бэк тут же набросился на коллегу.

— Что, чёрт возьми, такое У Ён У?

Мэн У Шин цокнул языком.

— Я же говорил тебе не общаться с ним.

— Я и не общался. Но почему он так пугает?

— Пугает? Не раздражает?

— Раздражает, конечно, и всё такое. О, а у тебя были какие-то проблемы с У Ён У?

— Проблемы? Какие проблемы?

— У Ён У сказал, что хочет услышать твою историю?...

* * *

В этот момент Рембрари сидел на заднем сиденье машины, глядя на быстро проносящиеся пейзажи. Его мысли были в смятении, он думал о том, почему появился Лорд Редрин. А когда Бог открыл рот, то даже не успел что-то сказать.

В отличие от того момента, когда он только приехал на съёмочную площадку, он ничего не чувствовал к Ли Иль Бэку.

"Чёрт возьми".

Рембрари просто переживал, что не услышал Лорда Редрин. Не успели они поговорить, как внезапно перед его глазами затанцевал режиссёр.

Рембрари встретился взглядом с Са Гам Джэ в зеркале заднего вида. Са Гам Джэ, который, должно быть, всё это время смотрел в ту сторону, тут же спросил:

— Что случилось?

— Разве ты не знаешь, что я поменялся местами на полпути?

— Знаю.

— Вот что случилось.

Са Гам Джэ молча повернул руль. Затем он проехал на светофоре и на приостановил машину.

Был вечер, поэтому на дорогах образовались пробки. Рембрари чувствовал себя так, словно это его собственная ситуация. Он не понимал, что происходит. И всё же он беспокоился о мире, на который смотрел Редрин... мире, где, вероятно, обитало его настоящее тело.

Он должен был усмирить Владыку Демонов, но не смог сдержать его. Владыка был благополучно доставлен в этот новый мир, причиняя людям страдания, и это было мучительно.

"Но вы так и не смогли связаться со мной. Если вы появились передо мной, мой Бог, ваши силы хоть немного восстановились?", — молился он на всякий случай, но ответа не было.

Рембрари закрыл глаза и откинулся на спинку кресла. Затем его телефон завибрировал. Он открыл глаза и слабо взял трубку. На экране появилось имя Чон У.

— Алло?

Он раздражённо ответил, и Чон У позвал с другого конца.

— Та роль художника, о которой я тебе рассказывал. Помнишь?

Рембрари тщательно обдумал это, а затем высказал, словно всё знал.

— Та роль художника, о которой ты обещал не рассказывать, пока Чон Со ждал результатов прослушивания в кино? Что с ней?

— Мне позвонили, чтобы сказать, что роль отдадут тебе.

— ...

— Ты не доволен? Нет ответишь?