Сон закончился на этом. Однако сознание продолжало блуждать в потёмках, не желая пробуждаться. Здесь слишком темно для сна. Конечности были целы и не болели, но каким-то образом всё казалось нереальным. Мне кажется, это были воспоминания перед смертью.

Как я могла забыть нечто столь важное?

Дедушка Виндер прожил ещё девать лет и умер в прошлом году. Его спящее лицо выглядело таким спокойным. Я продолжала работать в качестве святой, после смерти дедушки. Но богиня больше не появлялась и я напрочь забыла о том дне.

Но почему я вспомнила это сейчас?

Я наконец осознала, про какое дитя говорила богиня Гремия. Интуиция дала ответ быстрее разума. Очевидно, она говорила о Хите. Но разве он не слишком взрослый для ребёнка? Особенно с такими широкими плечами.

Затем, в голове прозвучал новый голос.

— Для меня вы все дети.

Этот заботливый голос принадлежал уже знакомой богине.

Я удивилась и осмотрела тёмное пространство, где ничего не было. Внезапно во тьме загорелся свет, после чего в ореоле света предстала богиня Гремия.

— Похоже, ты вспомнила мою просьбу, — сказала она.

— Богиня Гремия?..

— Я не знала, что между тобой и тем ребёнок всё будет так.

Я начала сгорать со стыда, поскольку поняла, что имела в виду богиня. В памяти всплыли суровые времена, проведённые в царстве демонов.

— Н-неужели… Вы всё видели?

— Не волнуйся. Я не горю желанием видеть столь мерзкие вещи.

Что она называет «мерзким»… Слова богини были беспощадны.

— Но теперь предупреждай перед тем как приступать к этому.

Должно быть, это мой предсмертный сон, раз я слышу подобное из уст богини Гремии.

Позади богини было слабое сияние. Как только я его заметила, чуть не заплакала от нахлынувших чувств. Сияние было похоже на энергию дедушки Виндера. Оно было чистым и ясным.

Дедушка Виндер пришёл повидаться со мной?

Он обещал, что выздоровеет и будет жить вместе со мной, но так и не сдержал слова. Ушёл один, так небрежно. В день его похорон я выпила яд в своей комнате. В храме все были мне чужими, кроме дедушки.

Священникам я не нравилась, Лео было неловко, а Папа лишь использовал меня. Мне хотелось последовать за дедушкой Виндером.

Но я выжила благодаря священной силе. Я выпила яд посильнее. Он тоже не сработал. Силы богини быстро очищали тело. Я была вынуждена жить. Мне казалось, что если стану беспорядочно тратить силы богини и лечить больных, то в конце концов умру.

Тем не менее, даже когда я валилась с ног от усталости из-за чрезмерного использования сил каждый день — просыпалась на следующий. Священная сила, которую так отчаянно жаждали все, была для меня словно проклятие.

И когда Хит напал на храм, я добровольно дала себя украсть. Мне хотелось забрать сто тысяч золотых и сбежать, или умереть… Любым способом положить этому конец.

Но теперь всё хорошо. Остался только дедушка Виндер.

Мне хотелось высказаться ему. Хотелось разозлиться за то, что он покинул меня первым и хотелось вырвать эту треклятую бороду вместо лысой головы.

Богиня остановила меня на пути к сиянию.

— Ты не можешь встретиться с Виндером.

— Почему?

— Потому что ты всё ещё жива. Живые не могут видеться с мёртвыми.

— Я жива?

Я не умерла от яда, созданного Великим герцогом Китом? Я парю в тёмной пустоте и до сих пор жива? Мне казалось, богиня встретилась со мной после смерти.

— Моя реинкарнация. Ты должна сдержать своё обещание. Ты обещала спасти его.

Я вспомнила слова Лео о том, что печать Хита можно снять с помощью жертвоприношения. С самого начала моя жизнь принадлежала богине. Так, я и есть ключ от печати? И могу пасти Хита ценой своей жизни?

— Это не так.

Однако богиня прервала мои мысли своим твёрдым голосом.

— Я не позволю моей реинкарнации умереть.

— Тогда что мне сделать? Как я могу спасти Хита…

— Если всё останется как есть, мир исчезнет.

Я оторопела от этих слов. Она, должно быть, шутит. Но на лице богини не было и тени улыбки.

— Это не шутка.

Я лишь неловко кивнула в ответ, когда она продолжила:

— Это дитя, Хитклиф, был рождён с силой злого бога Рамута. С самого начала он обладал огромной силой. И Рамута…

— Он бог хаоса и разрушений, —закончила я, вспоминая записи из храма.

В этом мире было два главных божества: Гремия, богиня жизни, и злой бог Рамута, который отвечал за разрушения. Иными словами, само зло, что безостановочно уничтожает мир.

— Да, если оставишь его, он может обернуть мир в хаос. Но сто лет назад мне не удалось очистить силу этого дитя. На моём пути встал злой бог Рамута. Поэтому я усыпила его, пока ты не будешь готова к очищению.

— И Хит проснулся.

Я вспомнила нашу первую встречу. Он не хотел начинать войну или разрушить мир. Да, Хит использовал сильную магию, но он был добр.

— Подождите, почему же миру приходит конец?

— Злой бог Рамута возвращается. Скоро сила зла пробудится в теле того дитя. И тогда пути назад уже не будет. Спаси его до этого.

В её голосе чувствовалось напряжение.

— Что мне сделать?

— …

Неожиданно подул ветер. Такой сильный, что я с трудом смогла открыть глаза. Богиня сказала что-то ещё, но из-за воя ветра я ничего не смогла разобрать. Свет во тьме засиял ещё ярче.

Нет, у меня ещё остались вопросы к богине.

— Что мне делать? Прошу, скажите! Богиня! — кричала я.

— Ты поймёшь, когда увидишь Хитклифа. Иди, моё дитя.

На этом мой сон оборвался.