Глава 127.

Лириэт, глаза которой были широко раскрыты, в замешательстве сказала:

– Первосвященник никогда не говорил мне этого. Он сказал, что мне просто повезло родиться с божественными силами……

– Эта свинья умеет покорять сердца людей, которым некуда тратить деньги, но он почти ничего не знает о божественной силе. Всё дело в его слабой силе, позволяющей ощутить чужую божественную силу. Он не может определить, насколько велики способности госпожи Лириэт.

Хотя, возможно, его бессознательно привлекала и манила огромная сила, которой обладает госпожа Лириэт, – Артемис не стал говорить об этом, поскольку это было неловко, и продолжил:

– В любом случае, это к счастью. Если бы этот ублюдок знал более подробно о способностях госпожи Лириэт, он бы не выпустил госпожу Лириэт из своих рук, что бы вы ни делали.

Девушка подумала о воспоминаниях из своей прошлой жизни, сглатывая слюну.

– Мне всё равно, ребёнок Богини или её мужа, – тихо заговорил Лауренсио, молча слушавший эту историю. – Можно ли создать магический камень, который поможет раскрыть Лириэт её божественную силу?

Лишь тогда Лириэт вспомнила настоящую цель прибытия в это место.

Да. Сейчас важно не то, насколько велика моя сила, а то, как я могу её использовать.

Герцог и Лириэт посмотрели на Луну.

Серебристые волосы и голубые глаза, – Луна высокомерно вскинула подбородок при виде того, насколько были похожи и не похожи друг на друга эти отец и дочь:

– Возможно. По сравнению с моим младшим братом, который абсолютно некомпетентен, если не считать небольшого количества божественной силы, с которой он родился, я – магиня, рождённая с талантом, огромным как ночное небо.

– Сестра, прошу, не говори таких вещей. Мне правда не повезло.

По! – Луна, ударившая брата в живот, прищурилась, смотря на Герцога и Лириэт:

– Я сделаю это для вас. Особый подарок для госпожи Лириэт.

*****

Создание камня, содержащего магию, было трудоёмким.

Пока Луна работала, Лириэт проводила время с отцом в пустыне.

Среди крутых песчаных дюн.

– Кья-я-я! – Лириэт издала звук, что был наполовину криком, наполовину смехом, катясь на санках с огромной скоростью.

Герцог был рядом с ней.

Люди Севера издавна помнят, как в детстве катались на санках по снегу, но Лауренсио никогда раньше не катался так.

Всё потому, что он был молодым господином Винджоайс, что должен был сохранять достоинство.

Теперь я понимаю, почему они так усердно катались.

Это на удивление весело, – невыразительное лицо Лауренсио приобрело необычайно тонкий слой румянца.

– Папа, давай скатимся ещё раз!

Герцог не стал отказывать дочери.

В отличие от быстрого спуска, подъём был довольно трудным, поэтому Лауренсио подхватил дочь и двое деревянных санок, большими шагами поднимаясь по песчаной дюне.

Так они скатились на санках раз 10.

На следующий день они пошли к огромному оазису и играли в воде.

Я знала, что у папы сильное тело, но не знала, что оно такое! – Лириэт, увидевшая обнажённый торс Герцога, уронила челюсть.

Мышцы по всему телу Лауренсио выглядели настолько крепкими, что казалось, будто на нём надеты доспехи цвета человеческой кожи.

Кажется, мои пальцы сломаются, если я с силой нажму на них.

Герцог был удивлён не меньше, увидев дочь в милом купальном платье.

Я думал, она сильно повзрослела, но это не так.

Тело девушки, обнажившееся после снятия роскошного платья, было настолько маленьким и изящным, что в глазах Лауренсио не сильно отличалось от того, когда она была ребёнком.

Похожа на белку с более длинными ногами.

Думаю, по возвращении стоит уделить больше внимания её еде.

Отец и дочь с разными мыслями купались в прохладной воде.

Повеселившись, они стали смотреть на вечернее закатное небо.

Смотря на бескрайний чёрный ночной небосвод, Лириэт вдруг рассказала историю, известную ей:

– Говорят, если загадать желание на падающую звезду, то оно обязательно сбудется.

В прошлой жизни мне было трудно увидеть звёзды, потому что я была заперта в маленькой комнате.

Но однажды, когда я вышла из комнаты, чтобы исцелить людей, пришедших посреди ночи, мне удалось увидеть звезду.

Я сложила руки и помолилась:

– Прошу, позвольте мне уйти отсюда.

Я даже не могла подумать о том, чтобы загадать какое-то грандиозное желание. Всё, чего я хотела в тот момент, – выбраться из того адского места.

В этот момент.

В кромешном ночном небе по длинной дуге начала падать мерцающая звезда.

Воскликнув: «Ва-а-ау», Лириэт широко распахнула глаза и схватила отца за руку:

– Папа, давай загадывать!

Лауренсио кивнул.

Пожалуйста, позвольте мне и дальше быть счастливой с папой, – сложив ладони вместе, девушка стала молиться падающей звезде.

И с Ноэль. С бабушкой. Бэлло. Господином Симоном. Мари. И Кариной тоже…… – Лириэт была смущена, поскольку количество имён, которые ей хотелось добавить, продолжало увеличиваться.

Незадолго до того, как звезда исчезла, Лириэт сумела произнести все имена и, тихо выдохнув, посмотрела на отца.

В отличие от дочери, что яростно (?) сражалась, лицо Лауренсио было чрезвычайно спокойным.

– Папа, что ты загадал?

– Загадал, чтобы твоё желание сбылось, – без колебаний ответил Герцог на её вопрос.

– ……! – глаза Лириэт расширились, словно она услышала что-то совершенно неожиданное, и девушка рассмеялась, слегка покраснев.

Герцог погладил дочь по круглой голове.

Эй, вы двое. Я тоже с вами, не так ли? – у Артемиса, находившегося в шаге от них, было несчастное выражение лица.

Несмотря на то, что я цепляюсь за них уже несколько дней, они относятся ко мне как к пустому месту.

Ко мне, который получает страстную любовь публики каждый раз, когда я появляюсь на сцене!

Ко мне, кого уважает бесчисленное количество священников всякий раз, когда я прихожу в Храм!

– Может, у меня тоже будет дочь…… – Артемис прижал к себе колени и зарыдал, чувствуя одиночество, которого он никогда раньше не ощущал.

*****

– Наконец-то я закончила магический камень для госпожи Лириэт! – закричала Луна, выходя из лаборатории впервые за несколько дней.

Лириэт была изумлена.

Чистое лицо, лишённое тяжёлого макияжа, а также отсутствие модных украшений и потёртой одежды, похожей на лохмотья, сделало Луну совершенно другим человеком, не похожим на того, каким она выглядела некоторое время назад.

– Кто ты? – закричал Артемис, тоже роняя челюсть.

– Твоя сестра, ублюдок! – Луна пнула Артемиса в живот и надулась. – Когда я использую магическую силу, я настолько сосредотачиваюсь, что не могу обращать внимание на свою внешность.

И всё же, не слишком ли появляться вот так? – задалась вопросом магиня, тайно бросая взгляд на Герцога.

В отличие от Лириэт, которая была слегка растеряна, лицо Лауренсио совершенно не изменилось.

Как и ожидалось, Его Высочество Герцог не из тех, кто поддаётся влиянию внешности.

Луна была в восторге, но правда была другой.

Лауренсио совершенно не заметил, что женщина до и после работы была совершенно разной.

И тогда, и сейчас он видел лишь два глаза, один нос и одни губы.

Луна, которая этого не знала, улыбнулась и протянула магический камень, который создавала несколько дней, лишая себя сна.

Серебряный браслет с магическим камнем небесно-голубого цвета. В середине браслета находилась серебряная деталь в виде овечки, похожей на круглое облако.

– Вау, как мило!

– Я уделила этому немного внимания, – прищурилась Луна, услышав голос Лириэт. – Это просьба не кого иного, как Его Высочества герцога Винджоайс, – и продолжила, протягивая ей браслет. – Если Вы будете носить этот магический камень, то он поможет Вам высвободить часть силы в Вашем теле, госпожа Лириэт.

Можно ли сказать, что это устройство, которое помогает извлечь и использовать лишь горсть от огромного куска теста? – подумала Луна, надевая браслет на руку девушки, слушавшей объяснения.

Как и ожидалось, такой милый.

– Может проверим, хорошо ли работает магический камень? – спросила магиня у Лириэт, которая ярко улыбалась, смотря на деталь украшения в форме овечки.

– Как? – широко раскрыв глаза, спросила девушка.

– Так! – весело ответила Луна и тут же ударила брата ногой по лицу.

– Что ты делаешь, дьявольски злая сестра! – зажимая нос, закричал Артемис, что, не подозревая, стоял рядом с ними, когда старшая сестра пнула его ногой, сбивая на пол.

Луна улыбнулась и указала на него обеими руками:

– Будучи слабым младшеньким у него всегда шла кровь носом всего от одного толчка. Не могли бы Вы проявить свою божественную силу и излечить его?

Челюсть Лириэт широко раскрылась от ситуации, которая произошла в одно мгновение, но она быстро пришла в себя и подошла к Артемису.

В прошлом, чтобы исцелять людей, мне приходилось резать себя и истекать кровью. Но сейчас……

Нужно высвободить божественную силу из тела, – Лириэт поднесла руку к лицу Артемиса, вспоминая метод, который практиковала бесчисленное количество раз в детстве.

.

.

.

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –