Глава 167.

Лица Карины и мисс ООО залились румянцем.

Никогда не думала, что среди столичной знати найдётся кто-то, кто захочет встретиться со мной.

– У меня много друзей, которые хотели бы поздороваться с вами, юные леди. Могу ли я познакомить вас с ними? – спросила Ария доброжелательным тоном.

Карина и мисс ООО одновременно кивнули.

Ария обрадовалась и перевела взгляд на девушек, которые стояли в углу банкетного зала и смотрели в эту сторону.

Вскоре к ним подошли юные леди в ярких платьях с застенчивыми улыбками на лицах.

Северные мисс и столичные мисс, встретившиеся впервые, собрались в круг и завели дружеский разговор.

Они были не единственными, кто проявлял интерес к Карине и мисс ООО.

К девушкам подходили поздороваться не только главные лица сегодняшнего дебютного бала, но и взрослые аристократы.

– Это из-за тебя все люди такие добрые, да? – в один момент шёпотом спросила у Лириэт Карина, окружённая необычайно большим количеством людей даже для своей непревзойдённой красоты.

Всё было так, как она думала.

Благосклонность столичной знати создалась отнюдь не сегодня. Это был результат непрерывной работы Лириэт на протяжении нескольких месяцев.

Конечно, как бы младшая Принцесса Винджоайс ни преуспела в завоевании сердец столичной знати, всё равно оставалось немало тех, кто смотрел на северное дворянство неблагосклонно.

Однако в сравнении с тем, что было раньше, сейчас чувствовалось гораздо больше заинтересованности к северной знати и желания установить с ними отношения.

– Люди в столице открыли свои сердца легче, чем я ожидала, – улыбаясь, ответила подруге Лириэт. – В глубине души им хотелось подружиться с северными людьми.

– ……

– Поэтому, Карина, не волнуйся и наслаждайся банкетом. Уверена, у тебя появятся новые замечательные друзья.

У моей подруги невинное лицо, и кажется, словно она ничего не знает о мире, но в ней есть множество подобных замечательных сторон, – Карина ярко улыбнулась Лириэт.

На лице Оливии, наблюдавшей за этой сценой с расстояния нескольких шагов, отразилось счастье.

– До этого года атмосфера на балу дебютанток всегда была холодной, как в середине зимы, но сейчас атмосфера потеплела, словно пришла весна. Лири проделала отличную работу, – Оливия продолжила, смотря на сына, сидящего рядом с ней. – Не так ли, Лауренсио?

– Да.

Обычно Лауренсио и Оливия редко разговаривали.

Однако, когда дело доходило до Лириэт, их настрой становился лучше, чем когда-либо, и разговор получался громким.

Причина, по которой ответ герцога Винджоайс сейчас был невероятно коротким, заключалась в том, что очень много мужчин смотрели на его дочь, разговаривающую со своими подругами.

Их взгляды были наполнены глубоким интересом и нежностью к привлекательной женщине.

Пусть он предвидел эту ситуацию заранее, Лауренсио всё равно был не в самом хорошем расположении духа.

Оливия по-настоящему забеспокоилась, когда увидела мрачное выражение лица сына, которое было как у медведя, который вот-вот потеряет драгоценный мёд.

Ради спокойного дебютного бала Лири, не стоило ли каким-либо образом оставить Лауренсио в особняке?

К счастью, Герцог был необычайно рассудителен.

Вместо того чтобы рычать, как разъярённый медведь, на мужчин, смотрящих на его дочь, он отчаянно подавлял свои эмоции.

И всё же, устрашающая аура Лауренсио была настолько сильной, что никто не мог подойти к нему или просто упустить его из вида.

Ст, страшно.

Герцог Винджоайс редко покидал Север, поскольку ему приходилось отражать набеги постоянно появляющихся монстров.

Кроме того, его отношения с Императором были испорчены, поэтому за последние почти 10 лет, Лауренсио ни разу не видели в столице.

Поэтому, пусть аристократы и дрожали от страха, они не могли оторвать взглядов от герцога Винджоайс, который присутствовал на банкете впервые за долгое время.

Несмотря на то, что Лауренсио присутствовал в качестве родителя своей 18-летней дочери, он всё равно обладал восхитительной красотой.

Рост, значительно превышающий 190 сантиметров. Широкие плечи и крепкие мускулы, просматривающиеся под плотным костюмом, лишённым единой складки.

Его тело явно принадлежало рыцарю, но лицо выдавало дворянина и было красивым, но холодным.

Одна из девушек, являющаяся дебютанткой этого года, заговорила с восхищённым лицом:

– Матушка, я хочу станцевать с Его Высочеством герцогом Винджоайс.

– Да, я тоже, – дама средних лет, неосознанно выдавшая свои чувства, испуганно поправила слова. – У Его Высочества Герцога есть дочь того же возраста, что и ты. Каким бы мужественным ни был мужчина, танцевать в этом случае будет неразумно.

– Не первый танец, а просто любой другой, что в этом такого? – надулась дочь в ответ на твёрдый отказ матери. – В этот особенный день, который бывает лишь раз в жизни, я хочу станцевать с самым восхитительным джентльменом в банкетном зале.

– Я понимаю твоё желание, но это всё равно невозможно.

– Почему!

– Сколько бы ты ни улыбалась, как цветок, отчаянно молилась или, даже сойдя с ума, угрожала Его Высочеству герцогу Винджоайс, он никогда не станет танцевать с тобой, – ответила аристократка дочери, которая взволнованно твердила, что она теперь взрослая.

Неизвестно, видела ли эта женщина Лауренсио впервые или нет, но герцог Винджоайс всегда был непреступной крепостью.

Каждый раз, когда он появляется в банкетном зале Императорского дворца как редкая личность, видеть которого можно лишь издалека раз в несколько лет, леди столицы набираются смелости пригласить его на танец.

Однако Его Высочество Герцог ни с кем не танцует.

Часто говорили, что Лауренсио танцует на банкетах, проводимых на Севере, но для аристократок столицы эти истории были столь же нереальными, как утверждение о том, что гигантский медведь танцует балет.

И в этот раз Его Высочество Герцог будет стойко стоять, как медведь на скале, а затем уйдёт…… – многие дамы, влюблённые в Лауренсио, проливали мысленные горячие слёзы.

Оливия, увидевшая это, ещё раз покачала головой, думая, что зря привела сюда сына.

В этот момент раздался громкий голос церемониймейстера:

– Прибыл Его Величество Император!

Шумный банкетный зал мгновенно стал тихим.

Минуту спустя на высокой платформе появился Император.

Удивительно, но рядом с ним стояла не Императрица, а Вероника в красном платье.

Вероника села в кресло Императрицы, стоявшее рядом с креслом Императора.

– ……! – люди, увидевшие это, стоя под возвышением, были поражены.

Пусть прошёл год с тех пор, как Императрица перестала выходить из своих покоев после смерти Кронпринца, она всё ещё была жива и здорова.

Она не болела и не умерла.

В такой ситуации Вероника, севшая в кресло Императрицы, проявила открытое неуважение к первой женщине Империи.

Но никто ничего не мог сказать. Поскольку это было сделано с разрешения Императора, хозяина Императорской семьи.

Император прочитал неловкую атмосферу зала, но сделал вид, что не понял её, и спокойно заговорил:

– Мы проводим бал дебютанток, чтобы отметить молодых людей, ставших в этом году взрослыми. Надеюсь, это событие станет значимым для всех, кто его посетил.

Все аристократы одновременно склонили головы.

Это было выражением благодарности Императору, создавшему это грандиозное событие.

Сидевший на возвышении Император пристально осмотрел присутствующих, а затем перевёл взгляд в сторону.

Всего один человек.

Человек, который осмелился не поклониться Императору.

Герцог Винджоайс.

Независимо от того, насколько герцогство Винджоайс защищало Империю, в конечном счёте, его члены оставались Имперской знатью. Им необходимо было проявлять лояльность и уважение к Главе страны.

Однако Лауренсио сидел прямо, как человек, забывший манеры.

Император криво усмехнулся:

– Герцог Винджоайс, как давно мы не виделись. Но не забыли ли Вы за это время все свои манеры? Когда видишь правителя, нужно вежливо поприветствовать его, – его тон был мягким, но наполненным откровенной враждебностью.

Императорская семья Аделаида и герцогство Винджоайс. Сегодня может разразиться война между силами, составляющими два столпа Империи, – лица всех аристократов в банкетном зале побледнели.

– Ваше Величество, разве Его Высочество герцог Винджоайс не воин, который каждый день сражается с монстрами? – озорно прищурившись, Вероника коснулась руки Императора, сидевшего рядом с ней. – Он может вести себя иначе, чем обычные аристократы. Пожалуйста, не ругайте его слишком сильно и не понимайте предвзято.

Увидев, что лицо Императора немного расслабилось, женщина повернула голову и посмотрела на Герцога:

– То же самое касается и Вашего Высочества герцога Винджоайс. Поскольку Вы не любите банкеты, Вам может быть неловко и неудобно, но не будьте слишком жёстким. Разве это не дебютный бал Вашей дочери, которую Вы цените как самое дорогое сокровище?

Лауренсио ответил кивком головы с ничего не выражающим лицом.

Это было высокомерное поведение, но вместо того чтобы указать на это, Вероника лишь шире улыбнулась:

– Моему сыну, принцу Даниэлю, унаследовавшему благородную кровь Его Величества Императора, в этом году также исполнилось 18 лет. Очень редко потомки Императорской семьи и герцогской семьи Винджоайс проводят дебютный бал в один год. В память об этом как насчёт того, чтобы принц Даниэль и младшая Принцесса Винджоайс станцевали первый танец вместе, начиная бал?

Люди были изумлены словами Вероники.

То же самое касалось и Лириэт, стоявшей рядом с отцом.

Несколько дней назад она посетила Императорскую супругу Веронику ради разговора.

– Ваше Высочество Императорская супруга, благодарю за предложение, однако у нас с Его Высочеством принцем Даниэлем не будет первого танца.

Выражение лица Вероники, ярко улыбающейся всего мгновение назад, похолодело:

– Что это значит?

– Как и Ваше Высочество Императорская супруга, я тоже надеюсь на то, что отношения между герцогством Винджоайс и Императорской семьёй улучшатся, – спокойно ответила Лириэт, стараясь не показать своего быстро бьющегося сердца. – Ещё я знаю, что для этой цели крайне полезным был бы наш с Его Высочеством принцем Даниэлем первый танец на дебютном балу. Однако…… я не хочу этого.

.

.

.

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –