Глава 119.

– Пожалуйста, отправьте её в далёкое место, которое я не увижу, – сказала Лириэт, отчаянно пытаясь подавить дрожь в голосе.

– ……

– Я больше никогда не увижу её.

Лауренсио кивнул на слова дочери.

*****

Ребекка покинула замок, отправившись в белый дом у моря, где она жила с мужем.

Она жила одна в маленьком доме под бдительным оком рыцарей, посланных Лауренсио.

Ребекка рыдала, и её лицо становилось осунувшимся с течением времени.

– Дорогой, где ты? Мне больно. Больно. Мы договорились остаться вместе……

Но как бы отчаянно она ни звала, мужчина так и не появлялся.

Спустя 15 дней Ребекку начало тошнить кровью.

Её охватил инстинктивный страх смерти.

Ребекка протягивала руки с залитым кровью лицом.

……Только некому было взять её за руку.

– Про, прости, – бормотала Ребекка, протягивая костлявую руку вверх. – Прости меня, Лириэт. Мама ошиблась. Пожалуйста, прости.

Однако сколько бы она ни говорила, ответа не было.

Женщина умерла с ужасной виной, в одиночестве.

– Если эта женщина умрёт, пожалуйста, не говорите мне, – сказала Лириэт в тот же день, когда Ребекка покинула замок. – Отныне я вообще не хочу волноваться о ней.

Даже если речь идёт об её смерти.

После этого у Лириэт начались обычные дни.

Этот день тоже был обычным.

Девушка читала утреннюю молитву, получала уроки у учителей, встречалась за чаем с Кариной и теперь обедала с Лауренсио.

– Я решила пойти на спектакль с Кариной. Я очень жду этого, поскольку это невероятно популярный спектакль не только среди юных леди, но и среди дам, – ярко улыбалась Лириэт.

Было трудно поверить, что всего некоторое время назад произошло нечто серьёзное.

Герцог гордился Лириэт, но его сердце грустило.

Я не могу спросить, всё ли в порядке.

Боюсь, эти слова расстроят сердце Лириэт, когда она пытается наладить его.

Поэтому вместо того, чтобы расспрашивать, что у дочери на уме, Лауренсио собрался погладить её по голове…… положив руку ей на плечо.

– Почему бы тебе сейчас не погладить меня по голове? – вскинув брови, спросила Лириэт, смотря на руку отца.

– ……Что?

– Ты ни разу не гладил меня по голове с тех пор, как у меня были первые месячные, – сказала она Герцогу, что вопросительно поднял бровь.

Глаза Лауренсио расширились, словно он услышал что-то неожиданное:

– …Я думал, тебе это не понравится.

– Что?!

– Тебе 15 лет, и если я поглажу тебя по голове, ты можешь обидеться и сказать, что я обращаюсь с тобой как с ребёнком.

– Это невозможно! – покачала головой Лириэт, словно спрашивая, о чём он говорит. – Приятно, когда Герцог гладит меня по голове!

Девушке нравилось чувствовать, как её волосы нежно гладит ладонь, большая и сильная, как медвежья лапа.

– Точно? – после паузы спросил Лауренсио.

– Да!

Услышав ясный ответ Лириэт, выражение лица Герцога стало странным.

– Тогда позволь мне спросить тебя кое о чём.

– Спрашивай о чём угодно.

– Почему ты перестала называть меня папой?

В этот раз, в отличие от прошлого, расширились глаза Лириэт, словно она услышала нечто неожиданное.

После начала менструации Лириэт называла Лауренсио «Герцог» вместо привычного «папа».

Поэтому он стал ещё осторожнее в отношениях с дочерью, подумав, что Лириэт хочет быть вежливой и держаться в шаге от него.

– Это потому, что я думала, что больше не должна вести себя как ребёнок, поскольку у меня уже были первые месячные! – закричала Лириэт ещё громче, чем раньше.

Поэтому я едва сдерживаю желание сказать «папа» и называю папу «Герцогом».

Но правда в том, что……

– Я хочу называть тебя папой.

Тудум, тудум.

– Даже когда я стану бабушкой с морщинами и изогнутой спиной.

Услышав слова Лириэт, Лауренсио представил её кудрявой старушкой.

Несмотря на то, что её волосы будут седыми, а лицо морщинистым, для меня она всё равно будет выглядеть милой, – лишь тогда он понял.

Что Лириэт будет для него любимой дочерью до конца его жизни.

Если у неё менструация, если она повзрослеет или станет матерью ребёнка…… даже если отношения между нами закончатся из-за каких-то обстоятельств.

– Независимо от того, сколько тебе лет, ты можешь называть меня папой, – сказал Лауренсио, смотря на дочь ещё более мягким взглядом.

– Я тоже надеюсь, что папа будет гладить меня по голове, независимо от того, сколько мне лет.

Герцог и Лириэт переглянулись.

Раньше Лауренсио приходилось вставать на колени, чтобы встретиться взглядом с дочерью, но сейчас ему было достаточно лишь немного согнуть колени, чтобы встретиться с ней взглядом.

– Тогда с этого момента давай делать всё, что хотим, папа, – первой сказала Лириэт.

– Отлично, – Лауренсио без колебаний протянул руку и погладил её по голове.

Лириэт ярко улыбнулась из-под его большой ладони, словно получила подарок, который так долго ждала.

После этого они честно обсудили всё.

Почему Лириэт решила покинуть замок, и почему Герцог послушно отпустил её.

– Скажу это в последний раз, – сказал Лауренсио чётко с ничего не выражающим лицом. – Я не собираюсь жениться.

Конечно, нельзя узнать, что будет с людьми в будущем, поэтому позже я могу передумать. Но даже если это будет так……

– Ты – моя дочь. Неважно, кто будет рядом со мной, это не изменится.

– ……Да, – Лириэт ярко улыбнулась, а на её лице не было ни малейшего чувства вины.

*****

– Тогда я пойду в свою комнату.

– Да.

Лириэт поднялась на цыпочки и поцеловала папу в щёку.

Лауренсио мягко улыбнулся и крепко обнял её стройное тело.

Это прощание заставило их сердца растаять.

– Лириэт, – позвал Герцог дочь, которая как раз выходила из трапезной.

– Да?

– Нет. Ничего такого, – покачал головой Лауренсио, смотря на девушку, глаза которой широко распахнулись.

– Да, – улыбнулась она и, повернувшись, направилась к себе в комнату.

Когда она открыла дверь комнаты, то увидела Ноэль.

Ноэль жила в комнате Лириэт с тех пор, как попала в замок.

Лириэт позаботилась о том, чтобы женщина, которая, должно быть, была испугана незнакомым местом и ситуацией, чувствовала себя максимально комфортно.

– Тебе понравилась еда, Лири? – спросила Ноэль, двигая пальцами.

– Мне понравилось. А тебе Ноэль?

Ноэль находила Герцога крайне сложным человеком.

Если бы они трапезничали вместе, было ясно, что Ноэль дрожала бы так, что всё её внимание уходило лишь на то, чтобы съесть один-единственный помидор.

Поэтому Лириэт завтракала и обедала с Ноэль, а ужинала с Герцогом. В это время женщина кушала одна в комнате Лириэт.

– Я тоже хорошо поела, – застенчиво улыбаясь, махнула рукой Ноэль. – Но мне так жаль каждый раз, когда я кушаю. Я не могу съесть всю еду, которую многие люди готовили с такой тщательностью.

Лириэт рассмеялась на слова Ноэль.

Облик женщины был таким же, как у неё самой, когда Лириэт впервые приехала в замок Винджоайс.

– Не волнуйся слишком сильно. Шеф-повар настолько увлечённый человек, что, по его словам, ему легче приготовить 100 тарелок еды, чем одну. Что важнее, Ноэль, ты – благодетель, который спас меня.

Прислуга замка относилась к Ноэль как к необычайно благородной аристократке.

– Госпожа священница, если Вам понадобится помощь в чём-либо, зовите меня в любое время!

– Замок Винджоайс и правда хорошее место, Лири, – сказала Ноэль, вспоминая горничных с блестящими глазами и напряжёнными мускулами.

Лириэт энергично кивнула в ответ на слова Ноэль.

Сильный и добрый Герцог. Симон, который всегда на моей стороне. Мари, что заботливо ухаживает за мной.

Множество других горничных и слуг.

Это место действительно похоже на рай.

Очень дорогой и тёплый.

Но…… – у Лириэт, которая широко улыбалась, на глазах выступили слёзы. 

– Что такое, Лири?! – закричала от испуга Ноэль.

– Эта женщина. Думаю, она мертва, – со слезами на глазах сказала Лириэт.

– ……! – глаза Ноэль расширились, когда она поняла, кто скрывался за «этой женщиной».

– Ни папа, ни господин Симон ничего не сказали, но я знаю это, – продолжила говорить Лириэт с ярко-красными глазами.

В её глазах были сложные эмоции.

Было ясно, что это скорее жалость к себе, чем сочувствие к Ребекке.

– Я правда в порядке, – сказала Лириэт с искажённым лицом. – Даже если эта женщина умерла, мне правда всё равно.

– ……! – Ноэль смотрела на Лириэт с непонимаем того, что делать, и крепко обняла её.

.

.

.

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –