Часть 3. Возможно, из-за тебя

Ли Джэхёп.

Я знаю это имя. Знаю и его лицо. Я видела фотографию, где он стоит рядом со своим братом Ли Чжэгваном. По сравнению с Ли Чжэгваном он показался мне довольно хрупким и мягким.

— Кто ты, чёрт возьми? Ли Сольвон? Это ты?

Голос на том конце провода, включённый на максимальную громкость, был слышен отчётливо, без искажений.

— Это смешно. Что ты творишь, Сольвон?

Скрежеща зубами, он выплюнул имя Ли Сольвона. Интонация была похожа на ту, с которой он называл меня «Ынсэ», — фальшивая, панибратская. Даже обращаясь к кому-то неформально, он сквозил скрытым презрением и неуважением, от которых мурашки бежали по коже и хотелось стряхнуть с себя этот навязчивый звук его голоса.

Ли Джэхёп усмехнулся.

— Ты аж примчался туда? Спасать Хён Ынсэ? Неудивительно, что эта девчонка вела себя так, будто у неё есть козырь в рукаве. Так это на тебя она рассчитывала?

— А ты думал, это мог быть кто-то другой, кроме меня?

Я не могла понять, почему слёзы всё текли и текли. Было ли это облегчением от спасения из опасности? Или тем, что я наконец узнала имя мужчины, которое так отчаянно хотела узнать? А может, осознанием того, что отношения Ынсэ и Ли Джэхёпа были гораздо более грязными и ужасными, чем я предполагала.

Когда мои ладони полностью промокли от слёз, Ли Сольвон развернул меня и дал мне прижаться к его груди. Хотя его одежда стала мокрой и холодной от впитавшейся влаги, он не показал и тени неудобства.

— Эта сука… даже не знает, что такое благодарность…

На этот раз прозвучала слабая насмешливая усмешка.

— Эй, Хён Ынсэ. Ты же слушаешь рядом с ним, да? Бери трубку.

Ли Джэхёп повысил голос, но Ли Сольвон не отдал мне телефон.

— Зачем тебе Ынсэ, если здесь я?

— Сольвон, ты что, теперь у неё официальный представитель?

— Конечно. Разве это не очевидно?

— Эй! С каких это пор ты так ей предан?

Громкость динамика была выставлена на максимум, и даже звук тяжёлого дыхания доносился отчётливо, настолько резкий, что резал ухо даже с небольшого расстояния.

Но он даже не дрогнул.

— Если подумать, так и есть, да? Хён Ынсэ с самого начала метила на тебя, так что я с этим смирюсь. Но ты? Ты на неё даже смотреть не хотел, когда она была так предана тебе, а теперь вот так? А, понятно. Тебе самому она не нужна, но и другим ты её не отдашь?

Он что, только что сравнил Ынсэ с чем-то незначительным и одноразовым?

Я подняла голову и уставилась на телефон, откуда доносился насмешливый голос Ли Джэхёпа.

— Ты псих, урод! Не относись к людям как к вещам!

Я выругалась, затем на мгновение замолчала, охваченная раскаянием.

Не слишком ли я разгорячилась? Что, если это прозвучало не так, как надо — что, если это было не похоже на Ынсэ?

Вопреки моим опасениям, мой голос не достиг Ли Джэхёпа. Ли Сольвон уже прикрыл микрофон на телефоне.

Он слегка наклонил голову в мою сторону. Казалось, будто он согласен с моими словами или, возможно, пытался меня успокоить.

Я с силой прикусила внутреннюю сторону щеки, пытаясь взять под контроль эмоции. Когда я немного успокоилась, он убрал руку с микрофона и произнёс чётко:

— Нет. Я не отдаю её тебе, а забираю себе.

Каждый слог, от первого до последнего, прозвучал с безошибочной ясностью.

Потрясённая его заявлением, я от удивления широко раскрыла глаза. Если уж я так удивилась, то Ли Джэхёп и подавно не мог оставаться спокойным.

— Что ты, чёрт возьми, несёшь, сволочь?

— Позволь мне прояснить всё здесь и сейчас. Хватит вмешиваться в жизнь Ынсэ.

Пока все остальные онемели, лишь он один сохранял самообладание.

— Ли Сольвон! Эй! Чёрт возьми!

Яростные крики Ли Джэхёпа, который был не в силах сдержать гнев, громко разносились эхом. Переполненный яростью и не зная, что делать, он долгое время ругался, его дыхание было тяжёлым и прерывистым.

С таким, как он, неудивительно, что Ынсэ попала в ловушку. Когда я вспомнила лицо Ли Джэхёпа, то полностью поняла неудачный выбор Ынсэ. Если бы от него исходила та же тревожная аура, что и от Ли Чжэгвана, всё могло бы сложиться иначе. Но Ли Джэхёп был слишком обычным. По сравнению с братом он даже казался дружелюбным и простым в общении. Быть подозрительной с самого начала по отношению к такому человеку было бы непросто.

Выплеснув гнев чередой ругательств, он сделал паузу, чтобы перевести дух и восстановить самообладание. Затем он перешёл в контратаку.

— Ха… Знаешь, что… Рядом Ынсэ, так что, полагаю, ты хочешь немного поиграть в героя, но ты не в том положении, чтобы выдвигать мне требования. Кто из нас безгрешен? Твоя драгоценная невеста знает о другой женщине?

Это было именно то обвинение, которого я всегда от него ожидала, но, услышав его своими ушами, всё равно почувствовала, как сердце уходит в пятки.

Этот компромат был уязвимостью, которую я намеренно создала против него. Без меня у него не было бы причин терпеть такой упрёк от собственного кузена.

— На людях ты щеголяешь со своей респектабельной невестой из хорошей семьи, а в ящике своего рабочего стола прячешь фотографии, где целуешься с Хён Ынсэ? Жалкий подлец. Хочешь, я разоблачу этот скандал? Думаешь, твоя драгоценная невеста так это оставит? Если её будущего мужа уличат в измене до свадьбы, как ты думаешь, депутат Хо Джисоп будет смеяться?

Но чувство вины длилось недолго.

…Что? Та фотография лежали в ящике его стола?

Я широко раскрыла наполненные слезами глаза и посмотрела на Ли Сольвона.

Зачем тебе понадобилась эта фотография? Фотография, которая при малейшей неосторожности могла спровоцировать скандал? Даже если она каким-то образом попала к тебе, разве не следовало уничтожить её немедленно?

Если подумать, когда я показала ему ту фотографию, он не выглядел особо удивлённым.

Не потому ли, что он уже знал?

— Пробраться ночью в кабинет директора арт-центра, всё там разгромить и украсть фотографию — не похоже, что такой угрозой стоит кидаться.

Я не понимала, что происходит. Что творилось за кулисами, пока я бегала по кругу? У меня не было времени, чтобы разобраться в этой путанице.

В то же время в моём сознании внезапно мелькнуло воспоминание.

В тот день, когда я получила фотографию от Ли Джэхёпа и решила передать информацию, я пошла в арт-холл. Тогда я чуть не ушла, не встретившись с ним, потому что всех охранников заменили.

Я ненадолго задумалась, не случилось ли чего в арт-холлп, но оказалось, что Ли Джэхёп ворвался в его кабинет и устроил там погром…

Возможно, заметив пропажу Ли Сольвон готовился к этим событиям?

— Разглашай, свой компромат.

Ли Сольвон ответил спокойно.

— Моя невеста не захочет выходить замуж за мужчину, запятнанного позорными слухами ещё до свадьбы, не так ли? Разбираться с последствиями расторгнутой помолвки может быть немного хлопотно, но помолвку расторгнуть полюбовно куда проще, чем брак. К тому же, у моей невесты появится шанс встретить кого-то более подходящего для неё. Учитывая долгую жизнь, что ждёт её впереди, это может быть даже благом.

Он это серьезно? Готов расторгнуть помолвку?

Я взглянула на его лицо, чтобы понять истинные чувства этого мужчины, но выражение лица было настолько непоколебимым, что я не могла понять, был ли он искренен или обманывал.

— … Ты действительно можешь разорвать помолвку? Ты? Мы же не о какой-то там женщине говорим — она дочь депутата Хо Джисопа.

Казалось, даже Ли Джэхёп не мог в это поверить. Он задал вопрос снова. Но Ли Сольвон оставался совершенно непреклонным.

— Почему я не должен быть способен на это?

Та неумолимая невозмутимость, которую он сохранял, лишь сильнее распаляла гнев Ли Джэхёпа с каждой минутой. Разве не так обычно и бывает в ссорах?

Сколько ни стискивай зубы и ни сыпь оскорблениями, если другой человек остаётся равнодушным, раздражение неизбежно возвращается бумерангом. Я была такой же. От моего игнорирования Ли Джэхёп вышел из себя и в своём раздражении припомнил мои отношения с Ли Сольвоном.

Чем больше времени проходило, тем спокойнее я становилась.

— Ты сейчас не в том положении, чтобы блефовать о разрыве помолвки. Та женщина — твоя спасительная соломинка, не так ли?

Ли Джэхёп отчаянно искал, за что бы зацепиться для своей атаки. Упрямое упорство загнанного в угол человека было очевидно даже мне.

Но эта идея о «спасительной соломинке» была нелепой. Если кому и нужна была спасительная соломинка, так это этим братьям. В отличие от их кузенов, преуспевших в своих областях, братья ухватились за самые лакомые бизнес-предприятия, но не смогли добиться каких-либо значимых результатов.

Более того, они даже использовали эти предприятия для личной выгоды.

— Эй, Ли Сольвон.

Тем не менее, Ли Джэхёп окликнул его так, будто держал победу в своих руках.

— Твоя невеста знает, что ты приёмный?

Приёмный? Ли Сольвон был приёмным?