– Интервью? Что…

– Может быть, это с "Двухнедельник Ристера"? – Вице-капитан Элизабет заговорила вместо меня, так как я был слишком потрясен, чтобы закончить предложение.

Серьезное выражение лица Бенджамина, казалось, немного повлияло и на меня.

"Двухнедельник Ристера" был журналом Бомонд, за чтением которого я провел больше всего времени с тех пор, как попал сюда.

Более половины знати Империи подписываются на нее, а другая половина, как говорят, читает ее со своими друзьями, которые принадлежат к первой части.

– Да, Ваше Высочество. Леди Сара Беллиард, главный редактор, официально попросила у вас интервью, и Ее Величество это одобрила, – Бенджамин спокойно объяснил, прежде чем подал кокосовый торт на чайный столик.

Я не смог игнорировать вопросы, которые заполонили мой разум, даже когда взял вилку в руки.

– Я не понимаю, почему это происходит так внезапно. До сих пор ведь было тихо.

– Честно говоря, не было тихо, Ваше Высочество, – Бенджамин осторожно ответил.

Я перестал покусывать мягкий пирог и посмотрел на него.

– Ваше Высочество, я уверен, что Вы хорошо осведомлены о том факте, что Дворец Императрицы фильтрует все личные сообщения к Вам от знати… Все подарки также хранятся в императорском сейфе, так как мы не знаем их намерений.

– Да, Вы говорили мне.

– То же самое предполагается и для любого контакта со стороны СМИ. Это особенно касается именно журнала "Двухнедельник Ристера", который просит Вас о личном собеседовании с того самого дня, как Вы прибыли во дворец. Ее Величество отклоняла все их приглашения до недавнего времени.

«Как я и предполагал. Что ж, я благодарен ей за это, так как хотел бы быть как можно дальше от внимания».

– Интересно, что заставило ее передумать? – сказал я ему.

Все это заставило меня немного встревожиться, но у меня не было никаких причин, по которым я не мог бы дать интервью.

Я никогда не делал этого раньше, но решил, что все будет в порядке, если я просто отвечу, как мне скажут, и притворюсь совершенно невежественным в отношении любых потенциально сложных вопросов.

Я был готов следовать всему, что скажет мне Дворец Императрицы, лишь бы это не было трудным. Они кормят меня три раза в день и платят за проживание здесь. Если люди, которые держат мою жизнь в своих руках, говорят мне лаять, как я могу не лаять? Мне просто было интересно, почему они вдруг разрешили это интервью.

– Начнем с вывода: это из-за Маркиза Франсуа Дюгема, – Бенджамин вздохнул, отвечая.

Вице-капитан Элизабет, которая все это время молча слушала, кивнула головой, сказав, что поняла.

Я посмотрел сначала на нее, а после на Бенджамина.

Маркиз Франсуа Дюгем был старшим братом Капитана Дюгема, а также был ответственным за Великое Очищение от Демонических Зверей.

Ещё он был тем человеком, который разочаровал Кардинала, объявив, что он отдаст Божественный Предмет, Меч Мудрости Пылающей Звезды, в качестве приза победителю соревнования…

«Ах».

– Разрешила ли она им взять у меня интервью в обмен на то, чтобы отложили объявление о Мече Мудрости Пылающей Звезды?

– Совершенно верно, Ваше Высочество.

Я кивнул в ответ на немедленную реплику.

Кардинал уже объясняла мне ситуацию раньше.

Это заставило меня подумать о леди Саре Беллиард, которая была готова поделиться объявлением маркиза Дюгема даже ценой отправки уже откорректированного издания.

Даже если бы Маркиз сам рассказал о призе победителя, разница была бы словно небо и земля, когда речь заходила о простых слухах и тем, что бы быть написанным в самом влиятельном журнале Империи.

– Ее Величество обычно расслаблена с дворянами. Она считает, что так ее будут меньше раздражать. Так что они могут действовать свободно, пока не играют на нервах Ее Величества.

– То есть, Вы говорите, что контроль над СМИ сейчас — уникальное обстоятельство.

– Да, сэр. Ее Величество, должно быть, подумала, что было бы лучше дать ей какую-нибудь награду, поскольку ничего подобного практически никогда не случается.

И этой наградой был я.

Вместо того, чтобы остаться обязанной леди Беллиард и лишний раз беспокоиться о ней, Императрица решила "угостить" ее и заставить заткнуться.

– Когда состоится интервью? – спросил я с любопытством.

– Я слышал, что оно будет завтра в 14:00 во Дворце Императрицы.

– Как быстро, – я положил в рот кусочек сладкого жёлтого торта и позволил ему растаять.

«Ну конечно, когда и как еще смогли бы использовать дипломатического заложника-бездельника?»

Великое Очищение от Демонических Зверей как подобную сделку я не рассматривал, так как сказал сам, что пойду.

– Ваше Высочество, пожалуйста, будьте осторожны с леди Беллиард, – Вице-капитан Элизабет серьезным тоном предупредила меня.

Я остановил свою руку от нападения на торт и встретился с ней взглядом.

– Несколько месяцев назад она чуть не выпила всю мою кровушку.

Затем Вице-капитан Имперской Гвардии подняла свою левую руку.

Кольцо на ее безымянном пальце ярко сияло на солнце.

Я увидел его на ее руке, когда впервые встретил ее. В центре был великолепный драгоценный камень.

– Это желтый бриллиант.

– Как интересно.

Настоящий принц Джесс, возможно, часто мог лицезреть драгоценности, но я видел впервые.

Она тихонько усмехнулась моему ответу.

– Помолвка — это личная жизнь человека, но она хотела покопаться в ней исключительно потому, что я была наследницей Дома Мутэ. С ней нелегко иметь дело.

«О, так это действительно было обручальное кольцо».

Я хотел узнать, кто был ее женихом, но все же не стал интересоваться, так как было странно спрашивать до того, как она упомянет об этом первой.

Так или иначе, казалось, что средства массовой информации этого мира гоняются за знаменитостями точно так же, как и в моем старом.

Я подумал, что это довольно очевидное развитие событий, так как автор "БАМ" был корейцем.

Я вспомнил, как несколько дней назад Сэди возражал мне своим, как обычно, острым взглядом в Исповедальне:

– "Нельзя подслушивать чужое признание. Это должно быть конфиденциально".

– "Сара Беллиард не заслуживает такого внимания".

«Интересно, что он имел в виду?»

У маленького мальчика была такая сильная негативная реакция на нее, Бенджамин назвал интервью плохой новостью, а вице-капитан Элизабет почти сражалась с ней…

«Они просто имеют в виду, что леди Беллиард — мусорщик?»

(Переводчик с англ: корейский сленг для репортера + использовался иероглиф "мусор", поэтому я придумал термин «мусорщик»)

– "… Большое спасибо", – старческий женский голос все еще звучал в моем сознании.

У нее был больной внук, и из-за этого пострадали ее отношения с дочерью и зятем.

Конечно, нельзя закрывать глаза на другие проблемы только потому, что у нее была такая грустная история, но…

«Да, я не могу оправдывать кого-то всей своей душой, когда он уже выбрал себе путь», – я тщательно прожевал торт, чтобы не забыть об этом.

– Я скажу, что не знаю ничего и не смогу дать ответ ни на один сложный вопрос, и как можно меньше буду отвечать на что-то простое. Так ведь сойдёт, верно? – я улыбнулся, когда произнес это.

Вице-капитан Элизабет похвалила меня, сказав, что я правильно думаю.

Бенджамин молча кивнул головой, но все еще выглядел обеспокоенным.

– Сквиие, – вдруг из кустов сада выскочил Деми.

Он должен был быть голодным после беготни и веселья.

Я очищал свои мысли, пока давал ему тонко нарезанный манго.

Вчера мы поймали пятерых Демонических тварей, и я весь день занимался после возвращения во дворец, так что я хотел оставить все дела завтрашнему себе.

*

Вчерашний я был таким эгоистичным ублюдком.

«Как ты мог думать только о себе?»

– Ему не нужно много косметики. Его Высочеству также очень идут красивые оттенки.

– Я смотрю, у него и кожа такая чистая.

Босс отдела макияжа в Императорском Дворце держал в руке большой предмет, похожий на кисть, а босс отдела одежды, которую я встретил на Весеннем балу, болтали друг с другом, пока я сидел перед ними.

Одна из многочисленных пустующих комнат Императорского дворца была полна обслуживающих меня людей.

«Это так раздражает…»

Рано утром люди из Дворца Императрицы примчались во дворец Джульетты, закинули меня в ванную и лихорадочно начали подготавливать.

Тот факт, что Саре Беллиард, знаменитости в средствах массовой информации, удалось добиться интервью у дипломатического заложника, похоже, вызвал бо́льший резонанс, чем я ожидал.

Мне удалось увидеть чудо во плоти, когда весь обслуживающий персонал, наконец, оставил меня в покое после того, как я пригрозил им, что буду голодать весь день, если они не дадут мне помыться одному.

У меня, естественно, не было планов морить себя голодом, поэтому я был рад, что это сработало.

– Как лучше всего описать кожу принца Джесса? Летний прохладный оттенок, – Кристэль, сидевшая на кушетке и наблюдавшая за творившимся хаосом, сказала слова, которые здесь никто не мог понять..

«По-моему, Ынсо говорила что-то такое несколько раз, но я действительно не помню, что это значит».

Я думаю, что это обозначает кожу, которая выглядит круто даже летом, или кожу, которая в это время года смотрится еще лучше.

В любом случае, этот термин был актуален только в Корее, поэтому я притворился, что ничего не знаю, и сменил тему.

– Разве Вам не нужно ехать к себе домой, юная леди Сарнез?

«Зачем ты убиваешь здесь время? Пожалуйста, иди домой», – именно это я и имел в виду, но Кристэль даже не пошевелилась.

– Что бы ты ни делал, прогуливая уроки, всё будет весело.

Я ничего не мог на это сказать, так как это было правдой.

Она улыбнулась, увидев, что мой рот закрыт, прежде чем с удовольствием оглядеть одежду, которую команда нарядов выбрала и принесла для меня.

Я думал, что интервью начнется после обеда, потому что оно было назначено на 14:00.

Но я никак не ожидал, что все поднимут такой шум с утра. Даже Бенджамин и Ганаэль на этот раз казались весьма потрясенными.

Я полагал, что в будущем мне следует ожидать шумихи от всего, во что будет вовлечена Императрица.

Мой пятничный урок с Кардиналом был отменен, так что Кристэль была одним из крошечных несчастий дня.

– Моя мама очень переживает, если я остаюсь только в нашей резиденции Сарнез, – неожиданно произнесла главная героиня.

– … – я понятия не имел, что на это сказать.

– Нелегко видеть, как страдает человек, что так хорошо ко мне относится. Я чувствую это, хотя у меня не так уж и много воспоминаний о моей матери.

Затем она сказала, что именно по этой причине она уходит из дома всякий раз, когда у нее есть для этого предлог.

Леди Изабель де Сарнез, казалось, все еще не могла избавиться от беспокойства за дочь.

Ни один родитель не смог бы этого сделать, но...

Я смог увидеть часть личности Кристэль, судя по ее ответу.

Она была ласковым человеком, как сказала мне Ынсо, и казалась слабой старшим сестрам.

Не так уж трудно было подумать, что офисный работник лет двадцати будет считать леди Изабель де Сарнез, женщину лет тридцати, старшей сестрой.

– Его прямые волосы не вызывают каких-либо особых проблем, потому мы можем просто их расчесать.

Я был спокоен в своих мыслях, когда начальник отдела макияжа заявил об этом, как будто он сделал великое открытие.

«Подождите, я ведь не какой-то айдол… Что ж, думаю, я должен быть счастлив, что они хотя бы не накрасили меня. Я помню, как сильно Ынсо ненавидела макияж из-за того, что его было так сложно снять».

*

– Я впервые здесь. Тут так роскошно, – Кристэль казалась пораженной, глядя на фреску на потолке.

Она выглядела очень довольной после того, как пообедала со мной во Дворце Императрицы и сопроводила меня до места интервью.

Я не мог отвернуться от нее, увидев мрачное выражение ее лица, когда она говорила о своей матери…

– Пожалуй.

А также, это был мой первый визит в кабинет Императрицы, так как я был только в кабинете Кардинала и в столовой.

Мы медленно шли по широкому коридору Дворца Императрицы, следуя за слугой с Бенджамином и Ганаэлем позади нас.

– Этот человек…

Я заметил большой портрет перед кабинетом Императрицы, в то время как Кристэль продолжала осматривать фреску.

Это был портрет человека, которого я не знал, но я, даже постаравшись, не мог не узнать его лицо.

— Это Его Королевское Высочество Принц Александр, – Бенджамин ответил на мой вопрос.

Александр Ристер. Человек, который, как говорят, отказался от титула Герцога из-за любви.

Муж Императрицы, покинувший теперь этот мир, остался лишь портретом перед комнатой супруги.

Он выглядел почти так же, как Имперский Принц Седрик, но его черные волосы были ниже талии, а глаза были такими же голубыми, как морские глубины.

«Невероятный архимаг…»

– Ваше Королевское Высочество.

Внезапно я услышал настойчивый голос Ганаэля.

Я обернулся, гадая, не появилась ли Кардинал Бутье.

(Переводчик с англ: в корейском языке один и тот же титул используется почти для всех. Джесс, Седрик, Кардинал Бутье, Императрица и т. д. Отсюда путаница Джесса с тем, кто это, но в английском все их титулы разные.)

«Никто не говорил, что она будет принимать участие в интервью».

– …

– …

Однако человек, который был там, не был Кардиналом.

– Ваш верный подданный приветствует наше Королевское Высочество, – Кристэль поприветствовала его первой.

Дежурные, которые были на мгновение потрясены, также быстро выразили свое почтение.

В отличие от портрета, молча наблюдающего за нами, глаза человека, медленно идущего к нам, были цвета заката.

Я спокойно поприветствовал Имперского Принца Седрика и женщину, шедшую в шаге от него.

– Здравствуйте, Ваше Королевское Высочество. Здравствуйте, леди Беллиард.