– Только что… – это ощущение я не мог списать на простую иллюзию.

Я пристально вгляделся в задерихвоста, который уселся в центре круга, наклоняя голову так и сяк. Святые владения описывали идеальную окружность, будто и не были искажены вовсе. Но я точно это видел – золотой круг с колебаниями, как у сломанного телевизора, в момент приземления птицы.

– Эй, малыш. Ты и правда божественный зверь?

Маленькая птичка в ответ невинно зачирикала, а три красные панды уже спрятались у меня между ногами.

Они испугались? Или просто стесняются рядом с птицей?

Пропищав, Деми смело сделал шаг и, встав передо мной, угрожающе открыл и закрыл свой маленький ротик. Самый маленький из троицы действительно вёл себя будто босс, как я ему и сказал, и я не смог сдержать смех, чувствуя гордость и умиление.

– Деми, все в порядке, – я его успокоил.

Я не мог этого доказать, но у меня было странное чувство, что задерихвост не собирается мне вредить. При этом он вовсе не был обычной зверушкой, и я испытывал, скорее, любопытство, чем тревогу.

[Дать тебе эфира?]

Мой голос отозвался эхом, будто я говорил в микрофон. Птичка же, казалось, совсем не удивилась.

Деми выпустил пальмовый лист с размером с моё туловище из своих лапок, словно готовый использовать это в качестве щита при необходимости.

Сделав небольшой вдох, я медленно выпустил эфир и протянул его к задерихвосту, представляя, будто я скармливаю ему пол-ложки сиропа от кашля, что позволяло гораздо точнее контролировать количество энергии. Однако…

– Он не ест… – если точнее, то мой эфир совсем не поглощался его тельцем.

Слегка волнуясь, я влил в задерихвоста больше эфира, но энергия просто отскакивала обратно ко мне.

– Такого не может быть, – эта птичка, пусть и лишь на секунду, вызвала колебания в священных владениях, но при этом совсем не реагировала на эфир, будто обычный человек или животное.

Я сел в круг, скрестив ноги, и протянул руку.

– Подойди-ка к старшему брату, хороший мальчик.

Задерихвост, чирикая, пару раз подпрыгнул в мою сторону, вертя головкой, а потом несколько раз взмахнул крыльями. Он выглядел чрезвычайно расслабленным, когда забрался ко мне на ладонь и устроился поудобнее.

Деми, Рея и Перри, казалось, наконец успокоились и стали вертеться у меня между ног, расходясь в стороны.

Горсть задерихвоста, полное ведро красных панд.

– Тебе не нравятся имена Хвост-пот и Туктак, да?

Ответное чириканье было достаточно громким. Птенцу, очевидно, не понравились имена, предложенные Кристель. Он удивительно хорошо понимал слова и любил, когда его носили в руках, в отличие от других птиц. Может, это детёныш божественного зверя? Это могло бы объяснить, почему он так плохо поглощает эфир.

Я не знал, могут ли божественные звери размножаться, или Всемогущий бог отправил этого малыша недоразвитым. В отличие от красных панд, которые в основном оставались со мной в комнате, задерихвост бродил повсюду последние три дня: позавчера он сидел у Кристель на плече, а вчера вроде был в комнате принца после того, как целый день его не было видно. Действительно свободолюбивый.

Он не проявлял особого интереса, даже когда я предлагал ему еду или воду – возможно, ловит букашек снаружи.

– Кристель, видимо, не может отказаться от слогов «Гуль» и «Тук»*.

*по-корейски задерихвост будет гультуксэ.

Чирикнувший птенец почему-то казался немного подавленным.

Кристель, которую я встретил в обеденном зале этим утром, даже предлагала имена вроде Гульби*.

*разновидность сушёной рыбы.

Если она не придумает имя на «Тук», завтра может предложить что-нибудь вроде "Гульдари"*.

*по-корейски это значит подземный переход. Также есть ресторан в Сеуле с таким названием, сложно сказать, к чему именно отсылка.

[Как насчёт Туксим*?] – осторожно спросил я.

*туксим по-корейски – упорство, настойчивость.

Это казалось лучшим именем, начинающимся на «тук», которое я мог придумать. «Сильфи*» тоже было бы милым, ведь я встретил малыша на ветреном утёсе, и я подумывал о «Нане**», чтобы он стал прекрасной птицей, но…

*сильфы в мифах и легендах – существа, обитающие в воздухе. 

** нан или луан – феникс по-китайски.

Кристель по-своему старалась, так что я не мог игнорировать её искренность.

[Неплохо, правда? Туксим, чтобы ты всегда был настойчив, куда бы ты ни пошёл].

Птенец деловито заморгал своими чёрными глазками. Прости, я знаю, что это тоже не лучший вариант.

Но задерихвост открыл свой жёлтый клювик и энергично зачирикал. Он не клевал мою ладонь, так что ему вроде бы не претило это имя. Пытался ли он таким образом сказать: «Я приму это, потому что уважаю твои усилия, человек»?

Туксим с шелестом задвигал своими короткими крылышками и спустился вниз, где устроил себе гнёздышко из пухлых хвостов красных панд. Уже уснувший Деми засуетился.

– Для начала поспите. Братец совершит пятьдесят циклов циркуляции эфира и тоже пойдёт, – прошептал я.

Из-за божественных зверей мои ноги точно скоро онемеют, но я решил относиться к этому как к виду тренировки. Я должен был стать сильным священником, чтобы как следует о них позаботиться, а не просто для себя.

Мой золотой эфир с шумом распространился по всем уголкам святых владений.

***

31 мая было днём с прекрасным ветерком и ярким солнечным светом.

– C днём рождения, принц Джесс!

– Спасибо большое.

– С днём рождения, Ваше Высочество. Да прибудет с вами слава Всемогущего бога.

– Спасибо большое, хорошего вам дня.

В какую бы часть Летнего дворца я ни пошёл, работники и королевские слуги бросались приветствовать меня. Я принимал все без исключения поздравления с днём рождения с улыбкой на лице. Все, кого я встречал сегодня, говорили такое милые вещи, что мне становилось жаль, ведь настоящий принц Джесс не может это услышать.

Занятая императрица прислала открытку и букет через главную служанку. Кардинал Бутье навестила меня в комнате по пути на работу и поцеловала в щеку, прежде чем уйти.

– Ваше Высочество, мы приготовили эти канеле* сами этим утром. Слышали, они вам нравятся, вот и сделали около ста штук.

*маленькие французские пирожные.

– Ох, так много… Я наслажусь ими. Спасибо.

– Да! Тогда мы доставим их прямо в вашу комнату, – некоторое из работников кухни поклонились чуть ли не до земли и удалились.

Я задавался вопрос, всегда ли было таким северное гостеприимство, ведь все были очень щедры. Этим утром в честь моего дня рождения был устроен пир, который, казалось, стол проломит, и даже с помощью Бенджамина и Ганаэля ушло два часа на то, чтобы все это съесть.

– Ваше Высочество, вам на год хватит того, что вы сегодня получили, – с улыбкой воскликнул следовавший за мной Ганаэль.

Я кивнул и принял приветствие очередного слуги. Не то чтобы у нас с императрицей Фредерикой были плохие отношения, но я все-таки был заложником и не мог закатить вечернику в честь дня рождения с кучей гостей или что-то подобное. И, конечно, денежные подарки также не допускались. Я и сам не любил броские или обременительные дары, так что мне даже понравился такой расклад.

Но вот как всё обернулось. Куда бы я ни пошёл, незнакомцы засыпали меня приготовленной ими едой, а я, наученный не отвергать искренность, пробовал все хлеба и десерты. Все было вкусно, и это было мило, но такими темпами в меня не влезет обед. Насколько же исказили историю Великой охоты на демонов?

– С днём рождения, Ваше Высочество! У вас и костюмчик новый, – в этот момент я услышал знакомый голос и увидел Кристель, быстро приближающуюся с другой стороны коридора.

Волосы у неё были собраны как обычно, но одета она была сегодня непривычно – в платье. Девушка ангельски улыбнулась и протянула мне небольшой свёрток.

– Это книга. На самом деле, я приготовила для Вашего Высочества пиратский корабль, но…

– Что, простите?

– Шучу! В любом случае, это самая продаваемая книга в империи сейчас, так что, уверена, вам понравится. Я уточнила у Её Высокопреосвященства кардинала, и она сказала, что книга – отличный подарок, – её серо-голубые глаза весело сверкали.

Улыбнувшись, я выразил благодарность. В конце концов я получил подарок от Кристель.

– Спасибо, я буду рад почитать её.

– Пожалуйста. А от Его Светлости герцога вы тоже получили подарок?

– Нет.

Я его даже не встречал сегодня, не говоря уже о подарке.

Нелегко, наверное, быть настолько безразличным к человеку, живущему с тобой под одной крышей, когда у него день рождения. Ну, я ничего особо и не ожидал от принца, так что и разочарован не был.

У Кристель от удивления расширились глаза.

– Странно. Я-то думала, он одарит вас как-нибудь по-королевски.

– Мы не настолько близки.

– Да ладно, вы ведь знаете о нём все, что должны знать, – она попеременно подмигнула левым и правым глазом.

Поражаюсь каждый раз, когда вижу, но погодите. Почему ты так это говоришь?

– Это ведь то, что знаете и вы, леди Сарнез. Если точнее, то это наш с вами секрет.

– Верно. Куда вы идёте? – Кристель улыбнулась, словно признавая поражение, и поменяла тему.

Когда я ответил, что собирался принять исповеди, она была в восторге, сказав: «Тогда я вас сопровожу. Обслуживание для главного героя сегодняшнего дня!»

Бенджамин и Ганаэль почему-то казались слегка довольными, когда я стал идти вместе с ней.

– О, и я дал имя задерихвосту. Его зовут Туксим.

– Ух ты, это полностью в моём вкусе! Отличное имя.

Мне было очень приятно, что в мой день рождения другие казались счастливее меня.

***

[Пожалуйста, не стесняйтесь исповедоваться, когда будете готовы].

– Да, да, Ваше Высочество...

Мужчина, стоящий у входа в исповедальню, дышал неглубоко, а голос у него дрожал. Я тихо ждал, пока он начнёт говорить, с путеводителем под названием «Краткое руководство: покори столицу Империи за неделю (карта прилагается)», подаренным Кристель, в руках. Это было новинка, выпущенная в апреле этого года, так что в ней была уйма свежей информации. Странно, что я сам не догадался просмотреть путеводители раньше. Я даже не знал, что здесь были такие книги. В путеводителе было полно новой информации, которую сложно найти в учебниках истории, и хотя сейчас от этого может быть мало толку, чтение так же освежало, как когда я впервые столкнулся с «Еженедельником Ристера». Похоже, мне достался подарок гораздо лучше, чем я ожидал.

– Это… Я боюсь, что человек за мной может услышать… – наконец тихо прошептал мужчина.

Я понял, что мужчина за деревянным окошком всем телом прижимался к исповедальне. Было неожиданно, что временное использование маленькой молитвенной комнаты из-за отсутствия молелен в Летнем Дворце приведёт к таким последствиям. Я не смог сдержать горькой улыбки.

Рядом с колокольней Ковчега владыки ветра был храм, но весь утёс закрыли для посторонних. Я ломал голову над тем, где принять исповеди, пока не нашёл деревянную молитвенную комнату с помощью камергера* Летнего дворца.

*камергер – придворное звание, подразумевающее в основном ответственность за организацию мероприятий и эффективного функционирования двора.

Я думал, что будет нормально, если я буду сидеть внутри, а кающиеся – стоять снаружи в колонне, чтобы исповедоваться по одному.

[Пожалуйста, не переживайте слишком сильно. Люди позади вас – такие же верующие. Они притворятся, что не слышали, даже если уловят что-то из вашей исповеди, ведь Всемогущий бог наблюдает], – я утешил мужчину как мог.

Тот помялся ещё немного, прежде чем медленно открыть рот, будто утвердился в своём решении. Мне вдруг стало интересно, тот ли это человек, который занял очередь рано утром, чтобы исповедоваться первым.

– Я, я священник из Ватикана. Это… Я ответственен за предоставление эфира герцогу Ивелину и юной леди Сарнез.

[А, так вы господин священник. Рад знакомству], – тихо ответил я на его шёпот.

Я знал, что святой рыцарь сэр Йохан Хайнес и священник уровня клирика* Сант прибыли из Ватикана.

*примерно то же, что и священник, акцент на его невысоком уровне в структуре. Церковная иерархия в католицизме по убыванию: папа римский, кардинал, епископ, священник, дьякон. Проблема в том, что священник в этой новелле имеет основное значение «саппорта», так что в смысле ступени иерархии будет заменён клириком.

Я видел его лишь несколько раз мимоходом, но помнил его внешность, ведь Сант всегда сильно волновался и кланялся, когда замечал меня. Я не ожидал, что он придёт исповедоваться.

– Но… Это так сложно, что у меня руки опускаются. Я знаю, что быть посланным в империю – это честь, однако… – Сант, казалось, уже рыдал.

Я забеспокоился и придвинулся ближе к деревянному окошку.

[Тебе, должно быть, было тяжело. Работа очень сложная?]

– Слова «сложная» недостаточно, чтобы описать это, Ваше Высочество… – хныкая и всхлипывая, ответил крупный, крепкий молодой человек, плачущий по ту сторону окошка.

Я быстро открыл дверь исповедальни и протянул ему платок. Кающиеся, выстроенные в колонну, удивлённо вытянули шеи.

[Все хорошо. Пожалуйста, объясни не торопясь], – отозвался я.

Сант взял мой платок так, словно это было что-то ценное, и стал нервно перебирать его в руках, напомнив мне двадцатилетнего солдата-новичка, которой пришёл в армию в мой последний год в ней.

– Юная леди и Его Императорское Высочество… Они изводят меня…

[Прошу прощения?] – я был в таком шоке, что мой голос дрогнул.

«Это что, травля на рабочем месте?»

– Клянусь Всемогущим богом, я не просто пытаюсь оклеветать их. Это правда. Я… Я знаю, что я крупный парень, но я ведь всего лишь священник уровня клирика… А эти двое высасывают из меня столько эфира… – его глаза, невинные, как у ягнёнка, снова были наполнены слезами, а речь прерывалась всхлипами.

[Хочешь сказать, что тебе слишком тяжело справляться с ними двоими в одиночку?]

– Тоже верно, но… Это правда слишком, Ваше Высочество. За первую неделю пребывания здесь я трижды падал в обморок...

«Постойте, о чем он говорит?»

[Ты имеешь в виду, что терял сознание от эфирного истощения?]

– Когда юная леди берет у меня эфир, Его Императорское Высочество тоже вытягивает мою энергию, не давая мне передышек. Они оба слишком отличаются от обычных святых рыцарей. В Ватикане святые рыцари… Никто из них не ест с такой жадностью, ух.

Я ошеломлённо уставился на Санта.

«Это не я его истязал, так почему стыдно все равно мне?»

* * *

Переводила Пьяный Педик, редактировала DjunLay

Когда главы выйдет с модерации, в комментарии скину ссылку на тг-канал команды