Утро понедельника. Меня разбудил будильник, и я встал.

Сонными глазами я осмотрел комнату.

— ... А, точно.

Ежедневной рутиной уже успело стать «утреннее нападение Ино-сан». Но сегодня утром этого не случилось, что озадачивало, но это было вполне логично.

Делавшей этого Ино-сан больше нет.

Именно об этом я и подумал.

Повторяя, что так и есть, я покинул комнату.

И наткнулся на ровно сидевшую среди помещения Ино-сан.

— Ува! Вот напугала.

— А, п-простите, что удивила... Это, доброе утро, — напугано она принялась кланяться.

— Ага. Доброе. Так что ты тут делаешь? — спросил я, а она снова выпрямилась. Но взгляд был опущен, в глаза она не смотрела. Раньше Ино-сан от меня взгляда не отводила, даже страшно было, а теперь ей было тяжело разговаривать, когда она в глаза смотрела.

— Да. Я думала приготовить завтрак, но на кухне столько всего, чего я раньше не видела... Я справилась со стыдом и решила спросить хозяина, но вы спали, и я посчитала, что будет грубым будить вас...

— А. Вот как.

— Да. Потому первым делом хочу извиниться за то, что не приготовила завтрак... Прошу, простите пожалуйста... — сказала Ино-сан и уткнулась лбом в пол, кланяясь. Вот он, истинный поклон.

Я схватил её за плечи и поднял.

— Д-да ладно! Ты же память потеряла, ничего удивительного, что ты не смогла.

— ... Вы прощаете меня? И бить кнутом не будете?..

— Не буду я такого делать!

Что она обо мне думает вообще?

Когда я сказал это, с её лица пропало напряжение.

— В-вот как...

Больше она не была сильной и наглой, а вернулась к изначальным настройкам.

Прошлый вечер. Приведённая Миянаги Ино-сан не помнила ни нас, ни тёмного рыцаря Рета.

Потеря памяти не была на уровне: «Где я? Кто я?» Ино-сан помнила, что она рабыня-эльфийка, принадлежавшая торговцу, и понимала, что это настройки НИПа.

Но о том, как пришла в этот мир и про ролевые игры с тёмным рыцарем Ретом она полностью забыла.

То есть как НИП Ино-сан совсем не получала опыта. Она вернулась на заводские настройки.

Личность и атмосфера тоже были довольно другими.

Ещё от Миянаги я услышал о том, кто сбросил настройки на заводские, загадочном ребёнке, так называемом проклинателе.

Я про него ничего не знал, и Ино-сан похоже тоже.

А значит мы не знали, почему он нацелился на неё, и не представляли, как вернуть девушке память.

Как сказала Миянаги, он пока оставил её нам. А потому скорее всего покажется ещё.

Сделать мы ничего не могли, и нам оставалось лишь вести себя осторожно и ждать... Именно к такому выводу мы вчера и пришли.

Что до Ино-сан, она пришла в этот мир за мной, осталась жить у меня, и теперь потеряла память... Я всё рассказал ей, и она поняла, в каком положении оказалась.

Потому я сказал, что буду присматривать за ней, а девушка неуверенно ответила: «Остаюсь на вашем попечении...» — и поклонилась.

И вот первое утро с Ино-сан со брошенными настройками.

Как уже было сказано, она забыла, как делать домашние дела в этом мире.

Потому я усадил её в гостиной и приготовил завтрак на двоих.

... Хотя это были лишь тосты, яйца и колбаса.

В последнее время готовкой занималась Ино-сан, потому с утра всегда было что поесть, и это выглядело довольно экономно.

Однако не для рабыни-эльфийки.

Она смотрела на еду широко открытыми глазами.

— Я, рабыня, могу питаться тем же, чем и Недзу-сама... А в магазине я только гнилым хлебом и рабской похлёбкой питалась...

Рабская похлёбка! Сколько воспоминаний... В её состав входили всякие огрызки от овощей... Когда прибыла, Ино-сан вообще готовить не умела, и выдавала именно это... Как вспомню, на языке мерзкий привкус появляется.

Девушка сейчас выглядела как: «А, поверить не могу. Мне правда можно это есть? А оно не отравлено? И никакой ловушки?» — с подозрением отнеслась она, но всё же мы начали есть.

За завтраком я спросил:

— Это, как я и говорил, сегодня я иду в школу, а ты, Ино-сан?

— А? Я?

— Ага. Ну, просто ты всегда со мной вместе ходила.

Когда я сказал это, Ино-сан с подозрением посмотрела на меня.

— ... Как ваша слуга?

— В том числе, но в основном как учитель, — ответил я, и подозрение сменилось непониманием.

— ... У-учитель?.. Что это значит? Почему у меня такая важная роль?..

— Ино-сан, ты ведь как НИП владеешь четырьмя языками по умолчанию. Пользуясь этим, ты преподавала английский.

А ещё рассказывала всем, что я богоподобное создание. Правда этого я говорить не стал.

— Вот как... Но почему школа позволила рабыне занять такое положение?

— А, там и не разрешали. Просто ты посадила на головы директора и завуча... Двух важных людей в школе «цветы заблуждения», так и пробралась, — пояснил я, а у девушки глаза из орбит полезли:

— А?! Т-такой ужас?! Я сделала?.. А, н-неужели я пронесла предметы «Визатела» сюда?!

Она лишилась памяти и оказалась сброшена на первоначальные настройки, и всё же знает, что у неё есть такая сила.

Похоже её это поразило, и я тоже поддался случаю.

— Верно. И это ещё цветочки. Вообще ты их убить хотела. «Осколком бомбы».

— ... Я что, берсерком была?..

— Нет. Так и оставалась рабыней. Говорила, что всё равно продолжить можно, потому и хотела убить.

— П-просто ужас! Нельзя же так лишь из-за того, что можно продолжить... Тем, кого убивают ведь больно, они неудобства испытывают. Убийство ведёт во тьму...

— О!.. — восхитился я. Она как обычный человек рассуждает.

У неё не было ничего общего с Ино-сан, которую я знал. Конечно же в хорошем смысле.

— Я была плохой... Ужасно, просто ужасно!..

Видеть, как она изводится, было необычно, и я тоже поддался моменту.

— ... Кстати, — заговорил я.

— Е-ещё что-то?!

Она больше ничего не хотела слышать и заткнула уши, но я продолжал:

— В классе Ино-сан была в этой одежде.

— ?!

У девушки перехватило дыхание, и она взглянула на свой наряд.

Привычная одежда без всяких изысков. Довольно откровенный сексуальный наряд рабыни... Лицо Ино-сан от этого запылало.

— К-к-какое бесстыдство!.. В-в таком виде в священном доме знаний! Я-я-я что, шлюшка?!

Вся красная, она обхватила себя, пытаясь избегать моего взгляда. Раньше её такое не смущало!

Я ощущаю, как сердце забилось быстрее! Я так взволнован!

— Страшно... Я боюсь себя!..

Она ещё и себя боится! Как же мило!

У меня сердечко сейчас выпрыгнет!

А? Что? А это Ино-сан очень даже неплоха.

Я получал эстетическое удовольствие, когда в звонок позвонили, а потом кто-то вошёл без спроса.

— Доброе утро, Кёхей.

— О, Миянаги. Доброе.

Это была Миянаги. Уже в форме и со школьной сумкой в руке, готовая отправляться в школу.

Мы и так ходим в школу вместе, но в этот раз она зашла, чтобы проведать Ино-сан.

И сейчас девушка под взглядом Миянаги принялась кланяться.

— Доброе утро... Миянаги-сама... У...

— С утра такая запуганная. Ну и ладно. Идём? В школу, — девушка спросила у Ино-сан. Кстати, она ведь так и не ответила пока.

Однако она уже много дел в школе успела наделать.

Потому Ино-сан замотала головой.

— Значит дома останешься.

— Ага. Похвально. Ты и так посторонняя. И мне так легче.

Миянаги победоносно выставила грудь.

Она была защитницей школьных правил, потому часто ссорилась с Ино-сан. Вот ей и захотелось съязвить.

Конечно она скорее шутила, и я это понимал.

Однако.

— Я до этого приносила одни лишь беспокойства...

Эта Ино-сан обладала здравомыслием. Она выглядела напугано и низко поклонилась Миянаги.

— ... Ладно тебе, — Миянаги выглядела виноватой.

— Всё хорошо. Ино-сан, ты ни в чём не виновата, — я тоже попытался её поддержать. А потом продолжилось: «но я ведь и правда доставляла хлопоты», «да всё хорошо», «но», «всё в порядке. Да?» — и так далее переговаривались мы.

— ... Эй. Кёхей? — вмешалась Миянаги.

— Что? — я повернулся и увидел, какой она стала кроткой.

— Ты это... — хотела она что-то сказать, но замотала головой. — ... Нет, ничего. Пошли уже. А то опоздаем.

Было интересно, но я посмотрел на часы, и понял, что и правда надо поспешить, так что стал быстро собираться.

Перед школой мы расстались и зашли по отдельности.

У шкафчиков я переобулся.

— ... А, хью, Н-Недзу-кун! Д-дёброе утро! — весело поприветствовали меня сзади. Я обернулся и увидел Кисе-сан.

По улыбке было видно, какая она дружелюбная. Значит вчера ей было весело.

Я ответил ей, а девушка стала озадаченно осматриваться.

— А? А где Ино-сенсей? Вы не вместе?

Точно, я ведь ей ещё не сказал.

Как и Миянаги была одной из немногих близких людей, знавших об Ино-сан. Как и я, девушка призвала НИП из «Визатела». Странный парень появился после всего, так что стоило ей рассказать.

По пути в класс я изложил всё.

— ... А?! Потеряла память?!

— Да. Потому и осталась дома.

— Э-это ведь ужасно?! Ч-что же делать?!

— ... Сам не знаю, — только это я и мог ответить, и стало немного тревожнее.

И правда, что делать?

В данном случае я был бессилен, но для таких безвыходных ситуаций как самый обычный человек я был неплохо подкован. Меня пугал неизвестный ребёнок. Я не знал, что делать... А значит надо было положиться на ученицу стиля меча Ягуитто...

С этой мыслью прошёл день, и я вернулся домой.

— Я дома.

— С возвращением, Недзу-сама.

Я открыл дверь, и меня поприветствовала с королевским уважением Ино-сан.

Благодаря острому слуху она поняла, что я возвращаюсь, и вышла поприветствовать. Инстинкты раба у неё так и остались неизменными.

— Чем занималась, пока дома сидела? — спросил я, разуваясь.

— Тихо сидела в комнате. Боялась, что могу что-то сломать или испачкать... Потому и сидела...

— ?

Не о чем тут переживать.

Скучно ведь ничего вообще не делать... Я правда так думал, и ответ Ино-сан смутил меня.

Сама она покраснела, озадаченные глаза были влажными.

А, что это? Что случилось? Эти жесты и выражение милы... Нет, тревожащие?

Так я подумал, когда девушка неуверенно заговорила:

— И ещё... Мне ведь можно в уборную?..

Она сказала, что весь день просидела, и то, как она выглядела... Я догадался и был удивлён.

— А?! Ты что, всё это время терпела?!

— Д-да... У-у... — кивая, она извивалась всё сильнее, будучи на пределе, она уже чуть не плакала... Только не говори, что сейчас описаешься!

— Можешь не спрашивать разрешение и просто идти!

— С-спасибо за ваши слова!..

Я тут же дал разрешение, и Ино-сан убежала в туалет.

— ...

Провожая её взглядом, я представлял терпевшую Ино-сан.

Сразу предупрежу, я не возбудился. Не возбудился, но терпевшая Ино-сан казалась мне «в меру угнетённой»... И как раз подходила под жалкое моэ. И сердце от этого забилось быстрее.

Чтобы успокоиться, я пошёл на кухню. Попил чай и остыл.

Понимаю, что глупо, но краска пока не сошла с лица и ушей... Что мне сделать, чтобы избавиться от этого...

Пока я изводил себя из-за собственного несовершенства, неуверенно заговорила Ино-сан:

— Это, Недзу-сама, можно попросить...

— Да, да. Что?

— Могли бы вы дать мне работу?

— А, без проблем. Но ты потеряла память и тебе ведь лучше отдыхать.

Не знаю, почему люди теряют память, но это дело явно нездоровое. Ино-сан в данном случае говорит про домашние дела, но я не мог заставить работать больного человека.

Однако.

— Это неприемлемо. Я и так питаюсь бесплатно, отчего мне неловко, потому прошу...

Теперь я понял.

Тут я мог с ней согласиться.

И чтобы доверить ей работу... Я объяснил, как обращаться с электроприборами.

В «Визателе» был свой уровень цивилизации, потому Ино-сан была впечатлена.

— ... Из этого крана идёт горячая вода... Лучше быть с ним осторожнее.

— А. В «Визателе» с таким ведь осторожнее стоит быть.

— Да... Если треснет, будет больно...

Вспоминая боль, она потёрла руку.

Видя это, я в очередной раз убедился в том, как изменилась Ино-сан.

— А? Ино-сан, твоё кольцо?

На её безымянном пальце левой руки было «кольцо ангела-хранителя Урануса», но оно пропало.

Однако на мой вопрос она озадаченно склонила голову.

— Кольцо? На мне только сдерживающие меня оковы на шее и руках...

Может где-то обронила? Или тот пацан украл? А может его стёрли вместе с воспоминаниями?

Деталей я не знал, но его не стало.

— А, ничего. Всё в порядке.

Ну, нет и нет. Я сам просил его снять, чтобы никто не так не понял. Будем считать, что она послушалась.

Пока объяснял всё, время вышло. А точнее наступил следующий день.

— Что ж, прошу, отдыхайте.

— Да, спокойной ночи.

Ино-сан пошла в комнату для гостей на первом этаже... Ту, которую я уже давно ей отдал.

И по пути.

— Сегодня самый счастливый день в моей жизни раба... — проговорила она.

— А, что? — я вопросительно склонил голову.

А она слабо улыбнулась.

С тех пор, как девушка потеряла память, это была её первая улыбка.

— Сегодня меня ни разу не ударили кнутом.

— А?

— Мой хозяин был строгим человеком. Накричать или просто оскорбить... Ему было мало...

— !..

Я потерял дар речи.

— Прошу простить... — поклонилась она и исчезла в своей комнате, а я не мог пошевелиться.

Сердце бешено колотилось.

То счастье, что было в словах Ино-сан!

Говоря о предыдущем хозяине, она выглядела такой меланхоличной! Глаза были такими влажными!

И она так радостно говорила о том, что её не побили, не отругали и не оскорбили... Такая бедная!

Жалкие моэ лучшие!..

Какой же я счастливый!

Сердце едва сдерживалось от ликования. С тех пор, как Ино-сан потеряла память и вернулась, я только сейчас осознал.

Жалкая и несчастная рабыня-эльфийка... Мой идеал, и нынешняя Ино-сан воплотила его.

Не та рабыня-эльфийка Ино-сан стала той самой рабыней-эльфийкой.

***— Как она там? Что-то вспомнила?

На следующее утро. Вопрос задала мне Миянаги по пути в школу.

Обычно когда они встречались, вечно ссорились, но девушка переживала за неё. Всё же хорошая она.

— М. Вообще на это не похоже.

Сегодня утром Ино-сан стала отрабатывать то, чему я научил её вчера. Всё самое простое, но уже смогла приготовить завтрак, и пока я ел, она пропылесосила комнату для гостей.

Помимо работы я пытался напомнить ей о других вещах, но она ничего не помнила.

— Ну, может ещё вспомнит.

— ... Как-то спокойно прозвучало. Тебя что, всё и так устраивает?

У меня сердце подпрыгнуло после её слов. Вот что значит лучшая подруга, всё понимает.

— Да нет, не то чтобы.

Я отрицал, но она всё верно сказала, нынешняя Ино-сан лучшая, она такая милая, и мне хочется сделать её счастливой.

Я немного скучал по тёмному магу... Но я уже позабыл об этом! Нынешняя Ино-сан — лучшая!

И Миянаги поняла это. Она поражённо вздохнула.

— ... Ну, эта и правда более понятливая, с ней проще, — согласилась девушка.

А? Что? Миянаги нынешняя Ино-сан тоже больше нравится? Только я так подумал.

— Но мне она не нравится, — обронила девушка. Я знаю её давно, потому понимаю. Она бы не стала ничего утаивать, так что откровенно сказала, что та ей не нравится.

— А, почему?

— Она подавленная, — коротко ответила девушка.

Подавленная? Где? Вполне живенькая. Или она про очарование говорит? О?

Свои вкусы я готов отстаивать.

Однако девушка усмехнулась.

— Не понял и ладно. Кому-то такие тоже нравятся.

Хм. Ну да. Нынешняя Ино-сан лучшая.

— Я дома.

Занятия закончились, и, никуда не заходя, я вернулся домой.

— С возвращением, Недзу-сама.

В прихожей меня поприветствовала Ино-сан. Сегодня она не терпела и сидела ровно.

Желая попить чай, я пошёл через гостиную и заметил.

Там была чистота. Всё прибрано. На телевизоре ни пылинки.

И не только гостиная. Я осмотрел весь дом, всё сияло.

Бельё постирано, ванная помыта. Ужин на кухне готов...

— О! Просто идеально! — восторженно проговорил я.

Жалкая, несчастная и старательная! Эта Ино-сан лучшая!

Я был на седьмом небе от счастья. Надо бы поблагодарить того парня.

Ино-сан выполняла работу по дому, я её за это хвалил, а она начала постепенно открыто улыбаться... Такая жизнь меня ждёт с моей идеальной рабыней-эльфийкой, и я просто не мог сдержать возбуждение.

Но тут я заблуждался.

И скоро я узнаю, как был неправ.

— Ты столько всего научилась делать за пару дней! Спасибо! — возбуждённо я благодарил Ино-сан.

Такая счастливая просто без побоев, ругани и оскорблений. Наверняка озадаченно думает «что вы, это не так...» и радуется... Так я думал.

Однако.

— Это не так... Я просто делала, как вы научили... Такое даже гоблину по плечу...

... М? Такая неожиданная реакция заставила меня застыть.

Она с самого начала говорила так. И в этом становилось всё больше мазохизма.

И волнение было иным. Очень мрачным.

Это... Нет же, я хочу, чтобы ты радовалась... Я правда не знаю, что с такой уничижительной реакцией делать...

... Нет, погоди-ка! Может она просто стесняется!

Или не может нормально выражать эмоции, а в душе просто счастлива!

— В-всё ещё скромничаешь! — я весело улыбнулся.

Но у Ино-сан настроение не поднималось.

— Не скромничаю. За такое... Незачем хвалить. Скорее уж бить стоит, если не получается...

Она не унималась.

И тут уже я не знал, как поступить.

— А, нет... — начал было я, когда пришёл ответный удар.

— Недзу-сама, вы слишком добры ко мне.

— Я-я не добр! Я серьёзно говорю!

Она была совсем мрачной, потому я тут же принялся отрицать это.

— Вы такой добрый.

Но Ино-сан воспринимала всё совсем иначе.

— Да нет же, я искренне...

— Недзу-сама так добр со мной, а я ничего не могу сделать в ответ... Мне так неловко из-за этого...

Она только нагнетала, оставаясь глухой.

К тому же.

— Ты делаешь! Ты выполняешь работу по дому...

— В этом ничего такого... Я просто делаю, как вы меня научили... Такое и гоблин сможет...

— Потому я и говорю, что ты себя слишком принижаешь...

— Не принижаю. Делать такое естественно... Тут не за что хвалить...

— А?! П-подожди-ка! Мы ведь уже говорили об этом!

Я испытал чувства дежавю. Наш разговор пошёл по кругу.

Надо поскорее выбраться из этой спирали!

— Я понял! Значит ты ещё неопытна! Буду следить за твоим ростом! Ладно?! — измученно я пытался двигаться дальше.

Однако.

— Да... Наконец вы признали... Да, я неопытна. Бесполезная рабыня-эльфийка, не способная справиться даже с простой работой...

— А-а...

Она настолько была далека от того, что я говорил, что даже на меня напали негативные мысли...

— Мне тяжело слышать похвалу, которую я не заслуживаю... Конечно я рада вашим чувствам, но было бы куда лучше, если бы вы ругали такую бестолковую рабыню...

— А-а-а-а...

Вчера она говорила, что рада, что её не ругают, а сегодня просит об этом... Странные люди рабы.

И тут я заметил.

— Я тут подумал, ты ведь уже свободна от роли НИПа и можешь действовать сама. Тогда тебе не обязательно быть моей рабыней?

— А... Это, ну...

Я переложил положение той Ино-сан на нынешнюю.

Эта Ино-сан была рабыней в «Визателе».

Но в этом мире она свободна, и здесь она не обязана оставаться рабыней.

— Потому ты можешь делать всё, что тебе хочется.

То есть я освобождал её из рабства.

— Делать всё... Что хочу...

— Да! Можешь наслаждаться свободой! И если не доставляешь проблемы другим, можешь пользоваться предметами.

Мне показалось это хорошей идеей.

Наверняка Ино-сан обрадуется и снова будет улыбаться.

Однако.

— ... Эх...

Реакция оказалась не такой уж и радостной. Она была озадачена, будто ничего не понимала.

Ты не рада?.. Свобода... Рабы свободу хотят...

Мне стало тревожно, но других идей сейчас у меня не было.

К тому же возможно внезапно обретённая свобода её просто смутила. Если насладится ей, будет куда радостнее.

В общем я пока решил наблюдать.

На следующее утро.

— Тогда сегодня я отдохну.

— Ладно тебе, «сегодня», ты же свободна! Можешь не делать домашние дела! — сказав это, я пошёл в школу.

Прошёл день, после занятий я заглянул в игровой центр, а потом отправился домой. Если бы пошёл сразу же домой, можно было подумать, что я слишком переживаю за Ино-сан. Она ведь свободна. И у неё не было возможности долгое время оставаться самостоятельной.

— Я дома, — я открыл дверь. И оказалось, что Ино-сан не ждала меня. Это уже неплохо. Значит, что девушка не ведёт себя как рабыня.

Но в то же время появилась и тревога.

Дверь не была заперта, потому Ино-сан должна была находиться дома, но здесь была тишина. Нигде не был включён свет, и в доме было достаточно темно.

— Ино-сан?

Может пошла куда-то, забыв закрыть дверь?

Я обошёл дом, пытаясь её найти.

Гостиная, комната, сад, ванная... Я постучал в комнату для гостей, где жила Ино. Никакого ответа, и всё же я решил открыть дверь... И сердце подпрыгнуло. Думал, оно остановится.

В комнате было темно, но в центре я увидел сидевшую Ино-сан. Её голова раскачивалась.

Вначале я подумал, что она меня просто напугать пытается, а потом у меня перехватило дыхание, когда я увидел происходившие с ней изменения.

На раскачивающейся голове Ино-сан были цветы.

Предмет, вводящий в замешательство «цветы заблуждения».

— Хи-хи, а-ха, ха, ха-ха...

Она смотрела пустыми глазами и глупо улыбалась.

— Что, Ино-сан?! Ино-сан?!

Я понял, что она находится не в лучшем состоянии. Я подбежал к ней и стал вырывать цветы.

И вот.

— ... Недзу-сама?

Придя в себя, девушка заметила меня.

— Что ты наделала?!

Я кричал, а она ответила без всякого чувства вины.

— То, что я хочу... Что мне нравится... Я ничего не могла придумать... — а потом она стала точно высмеивать себя. –Мне нечем было заняться и я думала. Нет, скорее я изводила себя потугами. И наконец у меня появилось желание. «Не хочу думать»... «Ни о чём не хочу думать»... «Ничего не хочу делать»... «Хочу, чтобы ничего не было»...

— А-а...

Я не нашёл, что ответить.

— Потому использовала на себе «цветок заблуждения» и перестала использовать голову...

Это уже перебор. Логика как у наркомана.

Пока разговаривали, глаза Ино-сан снова стали пустыми.

— Ах, кажется, я видела такой замечательный сон... Там были мои старые друзья, они позвали меня на цветочное поле...

— Не звали они тебя! Это уже жизнь после смерти!

Я снова взялся за голову Ино-сан. Опять выкорчевал цветы, принявшиеся прорастать.

Не на это я рассчитывал, значит где-то допустил ошибку.

А ведь такая хорошая идея дать ей свободу.

Обретя свободу, Ино-сан обрадуется и обретёт мечты и надежды. И станет улыбаться от всего сердца... Именно на это я рассчитывал. Именно это и был мой идеал рабыни-эльфийки.

Но осознание свободы причиняло лишь боль.

И негативные эмоции.

Как прошлым вечером. Она не слышала похвалы и лишь высмеивала себя.

И вот.

— Прекрати уже это! Я ведь волнуюсь!

Мои уговоры вызвали лишь слабую улыбку.

— Вам незачем волноваться. Я того не стою... Я всего лишь жалкая рабыня...

Самоуверенности в её словах вообще не было...

— А-а-а-а-а-а-а! Какая же она подавленная!

Так я закричал в душе.

Не имел права кричать в голос.

Именно такую жалкую рабыню-эльфийку я и хотел. И получил то, что заслужил.

Виновата не Ино-сан. А я. Это была моя ошибка.

Жалкое моэ — это моё личное заблуждение. Даже скорее фикция.

Настоящая рабыня-эльфийка не получит никакой любви, она будет подавленной.

Наконец я понял это.