Амальда Ридж была светом.

В этом уродливом мире, в котором кипели страсти, только она не потеряла чистоту и невинность.

Для юного священника, который только-только гордо и радостно ступил в Храм, чтобы служить божествам, и увидел, что всё было ложью, Амальда была спасением.

『Боже… Вот как? Это ужасно. Но вы в этом не виноваты.』

Она была единственной, кто искренне улыбался ему в этом Храме, наполненном ложью и обманом.

『Вам не обязательно слушать тех, кто говорит подобное. Люди, которые говорят эти ужасные вещи, просто хотят причинить вам боль.』

Среди других священников, которые смеялись над слабыми и постепенно избавлялись от тех, кто впал в уныние, только она плакала о нём.

『Если вы хотите, я всегда готова выслушать вас. Я ни в коем случае не считаю это обременительным. Я просто ни за что не могу проигнорировать и оставить вас.』

Она крепко прижимала его к себе, утешала и прислушивалась к голосу его сердца.

『Точно, если вам так тяжело, может, вам поработать в моём особняке? Не переживайте о своей прежней работе. Я Святая Верховного божества, поэтому смогу всё уладить.』

Она была единственной настоящей Святой — невинной, честной, не двуличной.

Она словно родилась для того, чтобы стать Святой Верховного божества.

Поэтому слухи о фальсификации оракулов, которые ходили среди священников, и злословие других Святых, которым лишь бы посплетничать — всё это он считал абсурдной клеветой.

Таких людей, которые старались помешать другим из зависти, полным-полно в Храме.

Именно потому, что Амальда чиста, эти уродливые люди и не могли не направить на неё свою злобу.

“Я должен защитить её.”

Он не мог позволить запятнать её имя.

Он должен был защитить её любыми средствами, любой ценой.

Она — тот самый свет, освещающий людей.

Ни в коем случае нельзя было допустить, чтобы этот свет потемнел.

**

「Если госпожа Амальда “настоящая Святая”, то почему скверна так до сих пор и не исчезла? Может ли быть, что то, что она разделила постель с божеством и прочее… ложь?」 — высказывали отвращение те, кто были на низшей ступени Храма.

Как будто госпожа Амальда когда-либо врала.

「Если скверна продолжит увеличиваться, положение Храма окажется под угрозой. А если госпожа Амальда продолжит принимать в гости мужчин и распивать с ними чаи, то и её положение пошатнётся, не так ли?」

Заткнитесь. Заткнитесь.

Да что вы знаете о госпоже Амальде?!

「И хотя мы контролируем всех входящих и выходящих из Храма людей, и всю корреспонденцию, каким-то образом информация из Храма попадает к королевской семье. Уже распространились слухи о монстре, появившемся тогда… И что делает Святая Верховного божества?!…」

И королевская семья, и Храм винят только госпожу Амальду.

Они даже не представляют, насколько ей больно от происходящего, насколько она опечалена и огорчена.

「Если бы Верховное божество Великий господин Верите хотя бы пальцем пошевелил, он бы разрешил все проблемы со скверной. Мы верили в госпожу Амальду, потому что она была единственной Святой, которую он выбрал… но такими темпами…」

Заткнитесь.

「Мы не можем не сомневаться в госпоже Амальде. Быть может, она стала Святой, обманув всех нас и…」

ЗАТКНИТЕСЬЗАТКНИТЕСЬЗАТКНИТЕСЬ!!!

Лишь бы скверна исчезла?! Лишь бы нашёлся источник скверны?!

Лишь бы получилось убедить Храм?!?!

В таком случае, я его найду.

Я поймаю источник скверны, чтобы отомстить за госпожу Амальду.

Чего бы мне это не стоило!!!

**

Скверный.

Он сам понимал, что его сердце чернело.

Скверный, скверный, скверный.

Он был не единственным, кто ради Амальды рыскал повсюду и окрашивался в чёрный.

Все, кто собрался в этом особняке, были такими же.

Их поглощала тьма обиды, ревности и злобы.

Но…

Амальда, на которую он смотрел, была светом.

**

Помогите…